Избранница волка

Глава 23

– Кто здесь? – срывается с губ испуганный хриплый шепот. – Что вам нужно?

Посетитель делает шаг вперед, полоска лунного света падает на лицо, и у меня перехватывает дыхание.

– Рейнхард, вы? Что случилось?

Присутствие канцлера в моей спальне так же удивительно, как и его присутствие вообще в замке. Лизхен же говорила, что его нет в городе.

– Вета, – тихо произносит он.

Его голос звучит настолько необычно, мое имя в его устах словно приобретает какие-то волшебные притягательные нотки. Эти чувственные тонкие оттенки тембра затрагивают невидимые струны во мне, заставляют сладостное желание пробежаться мурашками по коже.

Я сажусь на постели, откидывая одеяло. Он в одну секунду преодолевает разделяющее нас расстояние и обхватывает сильной рукой мою талию, рывком подхватывая и прижимая к себе настолько плотно, что пуговки сюртука наверняка отпечатаются идеальными кружочками на нежной коже груди. По телу пробегает дрожь. Наше дыхание смешивается, его губы настолько близко, что я чувствую их тепло на своих.

– Вета, – его бархатный голос повторяет мое имя. Он утыкается носом мне в шею и глубоко вдыхает. Вторая рука зарывается в мои волосы, обхватывает затылок, а губы шепчут. – Что же теперь делать? Что же мне делать?

В голове роятся тысячи вопросов, но я не могу вымолвить ни один из них, словно кто-то сковал мою волю. Мои веки невольно прикрываются, а затем я словно проваливаюсь в туманную темноту.

***

Утро наступает внезапно. Вот передо мной была наполненная ночным сумраком комната, близость мужчины, обнимающего меня с каким-то обреченным отчаянием, а вот уже с тихим скрипом Лизхен открывает тяжелые портьеры на окнах, впуская в спальню солнечный свет и свежий воздух. Открываю глаза и сразу же прикрываю веки. Золотистые лучи бликами играют под тенью ресниц.

– Доброе утро, фройляйн! – радостно щебечет Лизхен.

– Доброе, – желтые пятна перед глазами, наконец, перестают плясать, словно бешеные солнечные зайчики, и я могу их открыть.

– А у вас посетитель, – возвещает служанка, сияя улыбкой. – Герр канцлер только, что прибыл и решил нанести вам визит, изъявив желание позавтракать вместе.

– Герр канцлер? – переспрашиваю слегка охрипшим после сна голосом.

Упоминание о Рейнхарде будят в мыслях странные воспоминания и непонятные будоражащие ощущения во всем теле. Невольно морщу лоб, пытаясь понять, что меня беспокоит.

– Да, – кивает Лизхен, буравя меня подозрительным взглядом. – Он ждет в гостиной.

– Прямо сейчас? – вскакиваю с постели, понимая, что мне даже не нужен ответ. Я и сама каждой клеточкой тела ощущаю его присутствие, эту волнующую атмосферу, которая разливается в пространстве стоит ему только оказаться поблизости.

– Сейчас, – кивает Лизхен. – И вам не мешало бы поторопиться. Герр всю ночь был в дороге, ему хорошо бы позавтракать. Он только вас ждет.

Кидаю на Лизхен осторожный взгляд. Мне послышался в ее голосе укор, или он был на самом деле? Но девушка отвечает мне невинным взглядом, продолжая копошится в гардеробе, подбирая мне наряд.

А меня будто накрывает волной воспоминаний. Рейн. Ночью. В моей комнате! Рука невольно тянется к груди и потирает то место, куда врезались пуговки кителя. Осторожно заглядываю за ворот, но на коже нет и следа. Приснилось? Это был сон?

Но какой правдоподобный. По телу до сих пор пробегают мурашки, стоит мне только вспомнить… Но служанка сказала, что канцлер вернулся только что, значит, и вправду ночью пригрезилось...

Выбрасываю из головы неуместные воспоминания – это сейчас ни капельки не важно – и спешу в ванную.

Действительно, не стоит заставлять мужчину ждать. Мне он нужен сытый и добрый, чтобы я его могла убедить в том, что мне требуется.

Гигиенические процедуры не занимают много времени, и спустя несколько минут меня берет в оборот всезнающая Лизхен. Руки девушки порхают, как заведенные. Она в мгновенье ока помогает мне одеться, проворно застегивая малюсенькие жемчужные пуговки на спине лимонно-желтого утреннего платья, и сооружая из моих волос на макушке изящный узел, выпустив и завив несколько локонов, чтоб они струились по шее.

В последний раз взглянув на себя в зеркало, дабы почерпнуть решительность в безупречном внешнем виде, вздыхаю, собираясь с силами. То, что я хочу сказать, слишком важно, и неуверенность или сомнения могут все испортить. Только твердость убеждений и логическая последовательность доводов сможет заставить такого человека, то есть, оборотня, как Рейнхард, изменить решение.

Цепляю маску спокойствия на лицо, стараясь внешне казаться бесстрастной. И лишь лихорадочно блестящие глаза выдают мое волнение с головой.

– Удачи тебе, Ветка, – прижимаю ладонь к гладкому прохладному стеклу зеркала, и, не оборачиваясь, направляясь к выходу. Спина ровная, подбородок вверх. Ты должна вернуться домой!

Створки резных дверей распахиваются, словно крылья взлетающей птицы.

– Здравствуй, Цветана! – обдает меня жаром своих горящих черных очей герр канцлер, вставая из-за стола, и мое сердце делает кульбит.