Избранные стихи

ЧУЖОЙ

Я не пел «аллилуйя» и «Как хороши»[9],

Мои песни не лгут, не лукавят,

И пусть хором

Другие поэты в тиши

Твой навоз воспевают и славят.

Ты молитв у пустого все ждешь алтаря,

Но колючих стихов моих ношу,

Как терновый венец свой, рукой бунтаря

Я в лицо желтой родины брошу!

А когда бредовую горячность лица

Охладит тебе стих мой жестокий,

То припомнишь ты образ изгоя-певца,

Что парил в твоем небе высоко.

Вспомнишь, как он с голодной улыбкой без сил

По дорогам бродил, словно Каин,

Как лиловое пекло хамсина гасил

Красной влагою лоз у окраин.

Как пылал он и видел в кровавом вине

Отраженья волнений душевных

И на плешь головы твоей градом камней

Низвергал вдруг лавину слов гневных.

Невзлюбил он

Завалы глухой тишины

На долинах страны безотрадной,

Злое солнце,

Что тело земли с вышины

Не ласкало, а жгло беспощадно.

Да, ты вспомнишь поэта, пусть был он суров

И стихам его ты не внимала,

Но рычал его стих, как медвежий рев,

И рыдал, словно плач шакала.

На бесплодных песках не растет урожай,

Об отмщении ты не забудешь,

Но о нем, о мятежном, разграбленный край,

Зерна слов собирать долго будешь.

Уцелеет в пустыне, в пылающей мгле,

Лишь колючая песнь — укоризна

Чужака, — у него на отцовской земле,

Как корабль, затонула Отчизна!

1932

Перевод М. Зенкевича