Я быстро иду по тропинке. Чтобы дойти до сада, мне нужно обогнуть дом с правой стороны, или пройти через сам дом. Но там слишком много людей, поэтому я решаю, что обойти дом будет быстрее.
Но на пути мне попадается Света.
Она бежит, сжимая в руках телефон.
— Связи нет, не могу дозвониться.
— Что случилось?
— Скорую надо вызвать.
— Скорую? Света что случилось?
— Я не знаю. Там кто-то ранен. Мне сказали вызвать скорую. А у меня есть что-то с телефоном. Я его перезагружаю, но связь так и не появляется. У тебя есть телефон?
Я быстро открываю сумочку, достаю свой телефон. Вижу, что зарядка практически садится. Протягиваю его к Свете. А затем быстро бегу к гостям.
Сердце стучит, как сумасшедшее.
Неужели и правда кто-то ранен? Только бы не Вероника.
Только бы с ней ничего не случилось, больше я ни о ком не переживаю.
Моя дочь всегда умела находить неприятности. Или неприятности находили и её?
Каждый раз, когда что-то случалось в школе, она была в центре внимания. Я даже сосчитать не могу, сколько раз меня вызывали в школу.
Первое время я старалась её защищать. Я объясняла ей, говорила, что так поступать нельзя. Пыталась привить какие-то прописные истины. Но все было тщетно.
В тот момент, когда я ее наказывала, мой муж баловал.
Сначала он говорил, что это просто подростковый возраст, и скоро все пройдет. А затем вовсе говорил, что ничего страшного не происходит. Ровно до того момента, пока она не начала воровать одежду в магазине. А когда это случилось, то он вообще практически молчал.
Просто отправил ее в заграничную школу. Лично для меня это выглядело, будто он хотел от нее избавиться. Но почему-то моя дочь решила, что избавиться от нее хочу именно я.
И вот снова что-то случилось. Только теперь это уже не ограбление, а что-то гораздо хуже.
Когда я выбегаю во двор, то вижу толпу гостей. Все они собрались недалеко от бассейна.
Они тихо перешептываются, о чем-то спорят.
Я слышу крики.
— Вызвали? Вызвал кто-то скорую?
— Да, вызвали!
— Едут! — Слышу из толпы.
— Помогите ее достать. Помогите! Я не могу сделать это сам! — Снова мужской голос.
Я делаю еще несколько шагов вперед. Просматриваю лица гостей. Меня не пропускают.
Когда мне остается всего несколько шагов до края бассейна, то кто-то хватает меня за руку и тащит назад.
Я оглядываюсь.
Тимур.
Он резко оттаскивает меня в сторону. Говорит:
— Что ты здесь делаешь? Уезжай!
— Ты о чем? Я не понимаю, — я хлопаю глазами. — Это Вероника? Там Вероника?
— Нет ее тут, она ушла. Быстро уезжай отсюда, я тебе сказал.
— Она точно уехала? Она уехала?
— Да, уехала. Быстро уходи, — шепчет мне на ухо Тиму.
Затем нервно оглядывается по сторонам, будто боится, что нас кто-то услышит.
Потом он меня отпускает, подталкивая к тропинке. Я отступаю назад. Толпа расступается, и я вижу, как из бассейна достают Алину.
Все ее волосы в крови, и она без сознания. Одежда мокрая.
Похоже, она упала в бассейн и ударилась головой.
— О Боже! — Вскрикиваю и прикрываю лицо ладонями.
— Быстро уходи, — шипит на меня муж.
От вида крови меня мутит, Алина такая бледная и выглядит неживой. Я паникую. Отступаю назад. Гости носятся из стороны в сторону.
Я быстрым шагом иду к калитке. Я должна узнать где Вероника, не знаю по какой причине, но я должна это узнать.
У калитки я встречаюсь с Светой, которая сжимала в руках мой телефон, носится из стороны в сторону, она уже открыла ворота и постоянно выглядывает на улицу.
— Ты видела, ты видела? Что там?
— Алина, племянница Ясмин, — говорю Свете. — Она упала в бассейн и, кажется, разбила голову.
Я быстро выхожу из двора.
— Ты куда? — Спрашивает Света.
— Я отгоню свою машину подальше, чтобы скорая подъехала.
— Да-да, правильно. Правильно, я даже об этом не подумала.
Я залезаю в пикап, завожу машину и отгоняю ее как можно дальше. Затем глушу машину, возвращаясь к Свете.
— Ты тут справишься одна? Мне остаться?
— Нет, ты здесь не нужна. Уходи.
— Хорошо, если что, звони мне.
Света протягивает мой телефон, и я я не раздумывая, сразу же быстрым шагом иду к дому. Нужно найти дочь. Я очень надеюсь, что она в этом не замешана.
Когда я уже подхожу к дому, то слышу звук сирен скорой помощи. Хоть бы она осталась жива.
В моем доме горит свет, и когда я преодолеваю последние ступеньки крыльца, то мое сердце перестает биться.
Я будто на автопилоте захожу в дом, абсолютно ничего не чувствую, не могу дышать.
Заглядываю на кухню, затем в гостиную, останавливаюсь.
Моя дочь сидит на диване, обхватив колени руками, опустив голову.
— Вероника, что случилось?
— Мам… — Она испуганно смотрит на меня, и её глаза наполнены слезами.