Как родные

Признание друга

За обедом отец, сестра и Олеся решили повспоминать, что интересного случается во время попоек всем коллективом. И ладно папа, у них на заводе всякое могло быть, хорошо поработали – широко гульнули, но две эти подпевалы принялись рассказывать нелепицу про глупые и пошлые конкурсы, в которых все обязаны участвовать, веселя начальство, домогательства от игривых шефов и последующие тайные романы или пьяные выходки, вредящие карьерному росту. Служебные интрижки и пьянство Вася к жене не примерял, но людей, с кем она отмечает, он не знал, твёрдой уверенности, что никто к ней не пристанет и не обидит, выпив лишнего, не имел, отчего подобные разговоры за столом его аппетиту не способствовали.

Естественно, Наталья Васильевна заметила, что сыночек ест без настроения и стала расспрашивать, чего он нос повесил.

- За Дашку беспокоится, - ответил за него Иван Владимирович, обратившись к жене. - Мне тоже бы не по себе было, уйди ты куда-то с чужими людьми. Я бы переживал за этих несчастных.

Наверное, продолжи они обсуждать, к чему приводят гулянки с коллегами, Вася бы надулся, стал дёргать и мешать жене отдыхать своими звонками и вернулся бы домой недовольным всем на свете Но тут на его телефон посыпались сообщения. Сначала банк уведомил, что кто-то под девичьей фамилии жены перевёл ему деньги, а следующие послания пришли от тестя. В первом была ссылка, а во втором просьба съездить по адресу и совершить покупку.

- Надо позвонить, - ухватившись за возможность избежать продолжения обсуждения раздражающей темы, поднялся из-за стола Василий.

Дашин папа понимал, что не только от большой любви к искусству дочка так часто слушает музыку в наушниках, и хоть разборки с женой не прекращал, но открыл девочке мир радио, показав как его слушать на телефоне, ведь даже самый большой плейлист может надоесть, а так хоть разнообразие будет. И вот покупая супруге подарок, Александр подумал о своём чаде, решив, что работающей из дома дочери нужен сторонний шум, чтобы отвлекаться и отдыхать. И раз в детстве по их недосмотру она гробила слух наушниками, он сделал выбор в пользу радио колонки. Найдя подходящий вариант на сайте популярного магазина техники, отправил деньги, ссылку и адрес филиала магазина в городе, где теперь живёт его девочка, приятному парнишке, за которого она вышла замуж, и удивился, увидев входящий вызов от него через минуту.

Этому было два объяснения: либо Вася оказался недостаточно понятливым, либо желал лишний раз пообщаться с тестем. Второй вариант отзывался непониманием, ведь залог хороших отношений с отцом жены самого Александра заключался в том, что общение между ними происходит только за столом во время редких семейных сборов, и они никогда не говорят о чём-то личном.

Какое объяснение верно, мужчина так и не определил. Разговор с зятем занял две минуты, за которые он услышал, что можно говорить свободно, ведь Даша на корпоративе, просто более подробно обозначил свою просьбу съездить в магазин и купить выбранное им радио, и, спросив: «Как дела?», получил заверение, что всё нормально.

Вася по полной воспользовался шансом, сославшись на важное дело, предупредил, что не сможет отвезти Ларису с Олесей домой, и покинул семейный обед, не дожидаясь чаепития. Домой он приехал с симпатичным радиоприёмником, тюльпанами и любимым тортом жены. А через два часа, когда он собирался позвонить Даше и поинтересоваться обстановкой, к нему без предупрежденья завалился друг. С собой он принёс бутылку и два признания. Первое заключалось в том, что в большей степени он хотел бы поговорить с Дашкой, назвав её понимающей и самой соображающей в их паре.

-… после обеда с родичами оставшиеся выходные дома отлёживаетесь и в себя приходите, не думал, что её не будет.

- Она с коллегами 8 марта отмечает, - сказал Вася, не употребляя термит «корпоратив», от которого его уже корёжит.

- А ты в курсе, что оно завтра?

- Раз ты в курсе, что сегодня седьмое, то пришёл не за тем, чтобы поздравить её коньяком?

- Коньяк для нас, - открывая бутылку, ответил Дима.

Вася достал только одну рюмку, нарезал бутербродов, для себя сделал кофе, ведь ему ещё за женой ехать, и дал команду:

- Выкладывай, что там такого у тебя приключилось.

Второе признание состояло из тяжких вздохов, протяжного «ну… эт самое», предложения: «Может, в кофе коньячку плеснёшь?», воспоминаний из детства о том, как весело было бесить Ларису с Олесей, и, наконец, престранного заявления:

-… нравится мне. Без всякого там вдул, а со всем уважением.

- Кто нравится?

- Лариса. Ларчик ваша.

- И давно? - напрягся Василий при мысли, что не заметил, как последние двадцать лет лучший друг сохнет по его старшей сестре.

- Ещё до Нового года как-то внутри чесаться на неё начало.

- Может, тебе показалось? У тебя почти год никого не было, вот и мерещится всякое.

- Не показалась, - третий раз наполнил и тут же разом опрокинул в себя рюмку Троицкий.

- Погоди. Разве ты Дашке не говорил, что с подругой в баню хочешь поехать?

- Говорил. Думал, Лариску уговорить, со мной она никуда вдвоём бы не пошла, решив, что это прикол какой-нибудь. Сам знаешь, какой она бывает вредной и подозрительной козой. А с вами бы могла согласиться.

Вася не знал, как на это реагировать. С одной стороны, как представитель семьи Ламановых он должен воскликнуть что-то типа: «Эй, ты о моей сестре говоришь!», а с другой – ведь Лариска бывает той ещё противной занозой, и ничего порочащего и задевающего её честь Димка не сказал. Если уж на то пошло, больше его озаботило состояние друга и то, как он справится с этой своей влюблённостью. И вместо фразы «Сочувствую, мужик. Надеюсь, всё разрулится так, как надо», он сказал:

- У меня вкусный торт в холодильнике, тебе отрезать?

- Режь. Если ты не разозлился и не хочешь меня ножом пырнуть. Или отравить.

- Ларчик старше нас, это я тебя должен защищать, а не её. Ну видишь ты её в эротических снах, что тут страшного? Только подробности мне не рассказывай.

- Подробности из влажных снов или то, как планирую начать за ней ухаживать?

- Жри торт, придурок, - ответил Ламановых младший, не став успокаивать друга собственным признанием, что и сам попался на этот крючок. В его ситуации была не сестра друга, а лучшая подруга сестры. И, наверное, Диме стало бы легче, услышь он историю его внезапной и, к счастью, временной влюблённости в Олесю, но раз самой девушке хватило мозгов ни с кем этим не делилась, ведь иначе Лариска и родители бы точно это просто так не оставили, то и Василий не собирался распространяться. Было и было, чего прошлое вспоминать?

Суббота у Васи была нескучной. А ещё с бутылкой Троицкий приехал на своей машине, поэтому утром в праздничное воскресенье Даше пришлось бросать завтрак и бежать в комнату, чтобы найти штаны, крича мужу:

- Твой папа рановато приехал! В кухню его заводи, мне ещё умыться надо.

Но за дверью оказался не Иван Владимирович, а Димка, пришедший за машиной и решивший заодно поздравить жену друга.