Калека

Глава 7

По небу на восток неслись живые кометы. Пусть они и были объяты пламенем, но курс меняли не просто произвольно, подправляя его «на ходу», но и всей группой. Подобное зрелище нечасто можно увидеть в Империи Российской, но все же, иногда и такое чудо случается. Древний ведун Черномор и вовсе в полете бородищей своей по земле скреб, и ничего, попривыкли людишки.

Кометы почти долетели до подножия Уральских гор, когда одна из них проговорила:

— Аарон, что там?

— Доделывают. Последний лоск наводят. — Ответила первой вторая комета.

— Да? Даже интересно, что получится. Приземляемся. Горыня, видеопоток с визио шпиона в объемную формацию переведи. Желаю поприсутствовать.

— Да, Ваше Императорское Величество.

Семь комет приземлились в глухом лесу, на небольшой полянке. Тот, кого государь назвал Аароном, невысокий, слегка сутулый господин, одетый в дорогие одежды, и весь обвешанный эксклюзивными артефактами, повел в воздухе рукой, и поляна исчезла за иллюзией долины. При этом, все семеро словно бы стояли на взгорке, и смотрели на все сверху вниз. Собственно, они стояли на том же месте, где находился шпион Тайной Канцелярии.

Вдруг, стоящий на воздухе молодой, усталый судя по лицу, парень, ноги которого ниже колен словно бы стали пламенем, резко повернулся, и словно бы посмотрел прямо на визио, с которого шла трансляция. Хмыкнул этак, вроде, ну хочется, так смотри, но тут же о чем подумал, и великосветски поклонился.

— Ну надо же, какой сообр-разительный. — Буквально рыкнул один из советников Государя. — Течет у тебя в ведомстве, Аарон.

— Может да, может и нет, — пожал он плечами. Только Государь и он сам знали, что информация слита специально, по их приказу. Дабы, так сказать, простимулировать молодое поколение на свершения, что и не снились их предкам.

— Да как же нет, когда какой-то щегол, голытьба придорожная знает, когда и куда Государь отправился?! — Возмутился главный Постельничий. По сути, главный телохран страны прав, конечно, вот только Государь не привык спрашивать разрешения. Он сам решал, что ему делать, и чего не делать.

— Тихо. Возможно, мы присутствуем в исторический момент. — Император Михаил угомонил всех одной фразой. — Если у этого мОлодца все выйдет как желается, наша страна за два десятилетия станет сильнейшей. Если же нет… Если нет, то не быть ему живу. Паренек рискует всем, и это стоит уважить. Даже тебе, Никола. Кому как ни тебе знать, какого это, ставить на карту самою жизнь свою, — напомнил Михаил давнему другу и соратнику про босоногое детство. Впрочем, юность у советника Его императорского Величества, так же была далека от дорогих паркетов и балов. Известный в свое время шулер, вор и аферист на доверии, множество раз ставил на кон все. Он мог понять того пламенного паренька, как родного.

Ведь если, все получится, то по всей Империи откроются Золотые Ключи. Восстановление ведунов в них проходит чрезвычайно быстро и полно, чем могут похвастать только целители по сей день. Но если они станут не нужны, то сколькие небогатые люди смогут взрастить в себе силу? Тысячи? Миллионы? Именно поэтому сам Император почтил событие своим присутствием. Оно могло повлиять на судьбу всей Империи, даже всего мира! Пусть и опосредованно, само собой.

В иллюзии все шло своим чередом. Чародеи, как называют ведунов в арабских странах, закончили расставлять ингредиенты в выкопанных их же магией ямах. В траншеях заложены порошки и травы. Кое-где капает кровь тварей разного ранга. А сверху, все это смотрится огромной сложной фигурой.

Наконец, ведуны подняли руки, и создали круг силы. Нет, энергия, как таковая, стоящей в центре женщине была не нужна, ее хватало и от источника. Ей нужна была духовная сила, и много. Даже Грандмастер не смог бы провернуть такой ритуал зачарования в одиночку. Но слив духовную силу в один закольцованный поток с сотней фильтров, очищающих поток от лишней информации о бывших хозяевах энергии, Мира могла сделать очень многое. Горами так не потрясешь, конечно, но… «Дайте мне точку опоры, и я переверну мир», это как раз про артефакторов. Им нужно только время, ресурсы и энергия. Все это было предоставлено в полном объеме, и Мира…

…перевернула мир.

Энергия сошлась в точке между ее рук, и мгновенно выплеснулась сотнями щупалец. Первичный круг, опоясавший всю долину, вдруг вспыхнул золотом, налился цветом, силой, но без уточнений оставался бессмысленным светопредставлением. Жгуты стали наливаться еще большей мощью, и активировать различные части ритуала. Никто не мог себе даже представить, какая огромная нагрузка обрушилась на разум женщины. Сопоставить, сонастроить столько отдельных ритуалов, объединив их все в единую систему работающего артефакта, когда артефакт, это миллионы тонн камня… Безумно тяжело. И все же, она справлялась.

Постепенно ритуал засветился весь, и просто горел золотым светом около минуты, а истонченные жгуты духовной силы едва-едва пульсировали в такт биения ее сердца. Наконец, она совершила странное движение руками. Его многие знали, ведь именно так завершают создание артефакта. Часто, это движение называют «финиш». Вся светящаяся структура вдруг стала затухать, погружаясь в камень платформы этой долинки. Не прошло и минуты, как артефакт заработал, а еще через несколько секунд, заработало и сокрытие. Теперь камень ощущался просто камнем, но свойств своих волшебных не утерял.

— Она невероятно хороша, — отметил один из шести советников. — А для всего лишь Магистра, так и великолепна, пожалуй.

— Бабник, — фыркнул Никола, прекрасно понимая, что ему понравилась скорее сама девушка, чем ее искусство, которое и в самом деле стоит похвалы.

Мира, тем временем, одним движением руки засыпала все траншеи и колодцы, а сверху аккуратно положил слой дерна. Никто бы и не подумал, что буквально минуту назад, тут все было перекопано. Она повернулась к огненному парню, и кивнула.

— Ну что, — проговорил он. — Пан или пропал. ПОййййехали!

В сотне километров от долины, совсем неглубоко под землей, Источник шестого ранга вдруг словно проснулся от спячки. Зашевелился активней, прокачивая огромные потоки энергии, взъярился, заклокотал, повышая поток. А в долине, люди нервно ждали. Получится? Или головы снимут? Они старались заглянуть в будущее, изо всех сил надеясь увидеть его светлым. Минуты тянулись невыносимо долго, когда посреди ровной земли, вдруг появилась золотистая жидкость, и мгновенно потянуло насыщенной энергией.

К лужице мгновенно метнулись ведуны с профилирующей землей. Не прошло и минуты, как родник стал бассейном в два метра глубиной, а земля моментально стала шикарным золотистым декоративным камнем. Подобное настоящее превращение — дорогое удовольствие. Да и редкий ведун знает эту технику, если на то пошло.

Лужицы стали появляться то здесь, то там, и взамен прошлых полутора десятков, их стало почти сорок. Двух штучек до ровного счета не хватило! Постепенно, все они были облагорожены, оформлены, и Илья приступил к финальному тесту.

— Всем отойти. Финальный тест на пропускную способность. Если ничего не взорвется… В общем, молитесь.

Источник принял сигнал хозяина поместья, и буквально взбесился. Тысячи тончайших струн буквально побелели от потоков проходящей сквозь них энергии, но в сторону полей и на прочие артефакты энергия шла привычным потоком, совершенно незаметным рядом с общими объемами! Просто капли. Основная мощь оказалась направлена именно в долину, и пройдя сквозь артефакт в виде каменной основы, стала вырываться в украшенные бассейны.

Тут уж у всех, кто это видел, глаза на лоб полезли. Энергия стала облеплять борта бассейнов, и моментально становилась янтарем! Через пару минут боярин снизил поток энергии, но все бассейны вместе с лесенками, стали словно янтарем, покрыты окаменевшей энергией! Восхитительно, невероятное зрелище! И это при том, что бассейны только-только начали набирать жидкую энергию. Она даже дно еще не закрыла.

— Да, оно того стоило, — покивал Аарон. — Недаром спешили.

— Действительно, молодежь продолжает приятно удивлять, — улыбнулся Император. — Полетели домой, не будем мешать молодым праздновать. Дела пару дней подождут. Никола, на третий день отправь мальчику приглашение на аудиенцию. И девочке тоже. Через неделю у меня будет небольшое окошко в полчаса. А впрочем нет, пусть на Первый летний бал прибудут. Желаю их видеть.

— Да, Ваше Императорское Величество, — Николай поклонился, и через мгновение они полетели обратно в столицу. Жаль, что с такого большого расстояния невозможно передавать изображение с визио. Всего триста километров радиус прямой передачи. Можно было бы посмотреть и позже, но Михаил не хотел. Пожелал присутствовать.

И не прогадал.

За спинами улетающих самонаводящихся комет, растворилась в воздухе иллюзия.

— Всем спасибо, все свободны. Сегодня все пьем, как в последний раз! — Крикнул Илья, и подхватив тетушку, рванул в поместье. Остальных перенесут Грандмастера, для них не проблема.

Два дня в поместье стоял дым коромыслом. Ведуны изволили бухать, и уж это делали от всей души. Смех, какие-то споры, даже короткие драки, больше похожие на раздачу тяжелых зуботычин, нежели на нормальный бой. И водка. Море водки. Почти океан.

Илья не пил, и оттого был зол. Не потому не пил, что не хотел, а оттого, что смысла это действо не имело. Раньше, помнится, он мог хоть немного захмелеть, но теперь, даже выпей он жбан водки или спирта залпом, не опьянел бы ни на миг. С ядами у его тела разговор короткий и беспощадный. Сделать же эту функцию организма отключаемой не имелось никакой возможности, и потому, был он щедр, весел и зол одновременно.

Зато Мира гуляла за двоих. Устроила невероятный фейерверк посреди ночи, походя сварганила артефакт из веника штатного дворника, «людей попугать, как встарь». И к слову, получилось, ибо она не просто летала на этой метле, а еще и завывала какую дурь во все пьяное горло. В общем, от души повеселилась.

Третий день все отдыхали, а с четвертого, начали стройку в долине. Стоящий там ранее небольшой четырехэтажный дом пришлось снести, так что жить тем кто прибудет сюда лечиться, будет просто негде. Стройку затеяли грандиозную. По краю долинки за пару дней появился фундамент загнутого, полукруглого здания, метров семьдесят длиной. На нем постепенно стали расти этажи, перекрытия, стены, и все это нуждалось в зачаровании.

А бассейны постепенно заполнялись жидкой энергией. Раньше-то она постепенно испарялась, но теперь это невозможно, потому как каждый бассейн накрыт энергетическим щитом. Людей он пропускает внутрь и выпускает невозбранно, но энергию запирает на раз.

В общем, жизнь бурлила. На третий день после завершения зачарования долины, в поместье прибыл молодой офицер. Представился подпоручиком Бегунком, что, учитывая его задание, оказалось очень даже забавно, ибо прибыл он для доставки почты. На имя обоих Залесских прибыло два приглашения на Первый летний бал в Императорском дворце. Расписавшись в получении, Илья вызвал к себе тетушку, и когда она вошла в его кабинет, кивнул на две открыточки с буковками золотым тиснением.

Мира взяла одну, прочла. Потом вторую. Подняла глаза на воспитанника, и растерянно как-то хмыкнула.

— Вот и я о том же. Думаю, Император видел твое феерическое выступление.

— С чего ты взял? — Спросила Мира.

— Да сидел там шпион от Тайной Канцелярии, подсматривал. Я еще тогда подумал, что как раз время для прибытия Царя-батюшки, а его все нет. Вот и возникла мысль, что он решил не мешать, и смотрит издалека. Даже поклонился в визор, все честь по чести. А теперь вот — приглашение. Видимо, будут нас доить, и не по мелочам, а сразу технологию потребуют.

— И что делать будешь?

— А что тут сделаешь-то? Отдавать буду, конечно. Было бы достойное прикрытие, можно было бы попробовать под себя подмять все будущие Золотые Ключи в Империи, но кто ж мне позволит? Прибьют, да и всех дел.

— Понятно. — Женщина задумалась о чем-то, но вдруг хмыкнула, и покачала головой.

— Тетушка?..

— Да ничего, я так, о своем подумала. Будь я все еще Карамазова, то род вцепился бы в это дело всеми руками и даже ногами, наверное.

— Пф… Род не продержался бы и недели. Тут такие силы в движение придут, что про мелкий, пусть и состоятельный род и говорить нечего. Это ведь даже не миллионы рублей. Я таких чисел и не знаю…

— Тоже верно, — Мира совсем иначе посмотрела на воспитанника. Она искала на его лице жадность, но не находила. Все же, он воин, а не купец, хотя получается торговое дело у него неплохо. Женщину это даже радовало. Она ждала тот день, когда скажет его настоящим родичам, что он, это их сын, и предвкушала реакцию. Что же будет написано на их лицах? Ее бросила семья, пусть и во взрослом возрасте, но все равно, Мира знала, каково это. А Илью бросили во младенчестве, на зимней дороге, в холод, на смерть. Два никому не нужных человека спасли друг друга, одарили теплом, любовью, стали семьей, пусть и не по крови. Она парнем откровенно гордилась, но что почувствуют те незнакомые с ним люди, узнав о его успехах?

Кто знает…

— Есть у меня одна мысль, как и власть удовлетворить и самим в накладе не остаться.

— Да? Что надумал?

— Пока не скажу, чтобы не сглазить. Нужно поговорить с юристами. Крепко поговорить, да план составить. А еще… Нам нужно подходящее платье для бала, — задумчиво проговорил Илья. — … но денег нет вообще. Золотые ключи заработают только через месяц, а деньги потекут не раньше, чем через два. Дерево можно будет продавать только через полмесяца, сушка в твоих зачарованных бараках еще не завершена. Придется продавать заначку из-за Кромки. Или твердую энергию Источника загнать охотникам? На Той Стороне связи с местными Источниками нет, а энергия бывает необходима. Там ее вообще не бывает много, как я заметил.

— Мысль интересная. К тому же, энергия-то целебная.

— О, точно, пока не забыл. Мой личный Золотой Ключ облагородишь? Тот, что под домом вывела?

— Само собой. Только завтра. — Мира тяжко вздохнула. — Очень уж хорошо отдохнули.

Они рассмеялись, и до конца дня женщина отдыхала без танцев, выпивки и прочих развлечений высокородной публики. С утра следующего дня, снова впряглась в работу, как, собственно, и остальные приглашенные для этих работ маги. Жаль, что Грандмастера и профессор уехали кто куда, все же, они были здесь для зачарования долины, а не для стройки.

К середине мая строительство большой гостиницы было полностью завершено. Найден управляющий, наняты слуги, уборщики, коридорные, прачки, повара… Уважаемый Бронистал Пантилеевич, ставший управляющим гостиницы, проделал огромную работу, благо нанят был заблаговременно, и наймом занимался прямо в процессе строительства, проживая, покамест, в поместье. Монументальный мужчина двух метров ростом, с шикарными, вечно лакированными усищами, длинными черными волосами, он и сам бывший военный, а потому прекрасно представлял, чего нужно воякам на лечении. Именно он настоял на открытии небольшого борделя при гостинице, и баров побольше. Пришлось заморачиваться с поставщиками хмельного, но в итоге, Илья отмел эту идею, и заняв у тетушки изрядную сумму, открыл свой небольшой хмельной заводик. Лес под боком, ягод сколько хошь, а спирт делать он умел. Да не дрянной первач, а действительно хороший, многократной очистки. Мира на это только смотрела молча, но с изумлением. Такому она своего мальчика не учила.

В общем дело шло, и к четырнадцатому мая в магсети, а с ним и во всех газетах Империи появилось объявление:

«Золотые Ключи снова открыты! Фешенебельный отель с наилучшим обслуживанием, Золотые целебные ванны, и чудесная природа, вот все, что нужно для выздоровления от любой хворобы. Старые травмы, скрытые повреждения, и УВЕЛИЧЕНИЕ ПОТЕНЦИАЛА РАЗВИТИЯ на 14 %!!! С ГАРАНТИЕЙ!»

Стоит отметить, что народ эти «слухи» проверял крайне аккуратно. Илья поместил под объявлениями лучшие кадры с визио, и все же, за неделю в отель заселилось всего двадцать человек. Осторожно прощупав почву, он понял, что к чему. Эти люди просто представители от различных заинтересованных группировок, и приехали не столько лечиться, сколько проверить функцию увеличения потенциала.

Зато, двадцать восьмого мая отметились военные, в частности кавалеристы и гвардейцы. Завалились шумными толпами, кто сам по себе, кто с девицами непонятного поведения, и даже женатые были. Отель словно ожил. Постоянные очереди у Ключей ушли в прошлое. Теперь в каждый бассейн легко входило до сорока человек, а их, на секундочку, тридцать семь штук в долине. Еще один в поместье, для личного пользования хозяина этих благословенных мест.

Илья выдохнул. Остальную рекламу Золотым Ключам сделают уже другие люди. Как раз те, кто сейчас занимает номера. А ему пора в Москву, на бал. Тетушка уже там, как раз заканчивает все приготовления, а здесь система работает хорошо, и он сам больше не нужен. Да и счета начали постепенно пополняться, что так же приятно греет душу, после таких-то растрат. На все про все ушло более сорока семи миллионов, и от одной только этой цифры Илья откровенно вздрагивал. За пять месяцев он потратил десятилетний бюджет не самой маленькой губернии. Гульнул от всей широты своей огромной души.

Вздрогнув в очередной раз, он в последний раз осмотрелся, махнул слугам, кивнул ключнице поместья, Нине Михайловне Богариной, и взмыл в небо, окутавшись огнем. Его ждала столица, и совершенно непонятно что несущий для его будущего, Императорский бал.

Огненная сила львицы не обжигала, но успокаивала. Лететь было не так чтобы далеко, около тысячи километров, но даже так ушло около трех часов. Все же, Илья не Император, чтобы преодолевать такие расстояния через телепорты, или сверхбыстрым полетом — за полчаса. Силенок на такое не хватит.

Приземлившись у столицы, парень нанял экипаж, и вскорости прибыл в отель, где обосновалась тетушка. Постучался, и получив разрешение войти, открыл дверь. Мира задумчиво сидела в окружении четырех платьев, и осматривала их. Конечно, манекены, на которые они были надеты, не могли показать всю будущую красоту, но представление давали.

— Здравствуй, тетушка. — Илья подошел, к поднявшейся ему навстречу женщине, и аккуратно обнял. В последнее время его мышцы изрядно подросли, словно тело не могло выдерживать всю его физическую мощь, так что он все делал крайне аккуратно. Сила-то растет, так что к ней нужен соответствующий контроль.

— Здравствуй, мой дорогой. Проходи, и скажи, какое из платьев мне надеть на бал.

— На тебе любое из них будет смотреться. Впрочем, ты вообще можешь прийти, как леди Годива, — хмыкнул парень, и аккуратно сел на диван. Тот слегка скрипнул под его весом в сто сорок кило, и это при росте всего лишь в метр восемьдесят семь, и спортивном, подтянутом теле воина. Что поделать, плотность его тканей, а особенно костей после их преобразования, не уступала отменной оружейной стали.

— Ну, ты скажешь тоже, охальник. — Илья получил маленьким кулачком в плечо, но боли не почувствовал. — Наверное, выберу вот это, белое, с розовым.

— Нет, тебе не очень подходит. Скорее вот это, красное.

— Этот разврат? Ни за что!

— Тогда вот это, черное с красными оборками, в испанском стиле. Оно почти как ты, скрытно горит, но, если тронуть, заполыхает на полнеба.

— Хм? Да, пожалуй. И шляпку с вуалью.

— Именно.

Решив с Мирой, перешли к Илье.

— Смотри, вот твои фраки. Выбирай сам. Английский, французский, русский, все в двух вариантах.

— Английский, конечно, — Илья пожал плечом, и безошибочно ткнул в самый строгий вариант. — Классика всегда в моде.

— Тоже верно. — Мира подбросила в воздух над манекеном насколько трав, и порошок, что-то прошептала тихонько, сложив пальцами фигуру, и полыхнула внутренней силой. Более слабый, или не такой опытный артефактор потратил бы на зачарование прочности куда больше времени и ингредиентов, но Мира сделала это почти мгновенно, и без напряжения.

— Благодарю, — спокойно кивнул парень. Все же, он не раз и не два наблюдал подобное, и будь у него хоть капля внутренней силы, смог бы сделать и сам, настолько глубоко он знал теорию артефакторики. Но, чего нет, того нет. А огненная сила духа не подходит для зачарования тканей. Либо металлы, либо камни, но для них нужно иметь мистерии, то есть определенный уровень понимания материалов. Если с камнем у него теперь проблем не было, все же мистерию земли на первом уровне он познал, то с металлом — увы.

— Будем считать, что мы готовы. Дар семье Его Императорского Величества я подготовила.

— Я тоже. — Илья извлек из браслета берестяную коробку, и открыл ее. По номеру моментально разошлась волна целебной энергии. Небольшой изящный браслет, словно бы из янтаря, но на самом деле, из твердой энергии. — Зачаруешь? Ну, чтобы энергия не испарялась, и на одного пользователя.

— Легко. Это даже ты мог бы сделать. Ленишься…

— Нет, я пробовал. Пламя духа моментально выжигает энергию браслета. Контроль у меня маловат пока.

— Я поняла. Плохо, конечно, но ладно, давай сюда. Тетушка все сделает.

И вправду, сделала. Пара минут, и готово.

— Отлично, спасибо. — Илья уложил законченный дар Императору, и взамен, протянул женщине другую коробочку с похожими украшениями. — Это тебе.

— Ммм? Много.

— Ты мне дороже Императора, — хмыкнул парень.

— Это радует, знаешь ли, — съязвила женщина, но тут же улыбнулась, словно девочка, которой папка привез из похода за тридевять земель аленький цветочек. Выхватила коробочку, прижала к груди, и захихикала. Целый десяток артефактов ШЕСТОГО ранга! Шестого!! Их стоимость вообще довольно трудно измерить, но примерно… если их продать, то можно прикупить около двадцати ненаследных дворянств, или три средней величины поместья, или одно, но уже на уровне Золотых Ключей. В общем, дар действительно дорогой, но для Миры, он бесценен. Потому что от Илюши, и потому что от души. Такое деньгами не измерить вообще. — Спасибо, мой дорогой. Мне по душе.

— Я рад, тетушка. Пойду к себе, да и тренировку пропускать не хочется, — он, извиняясь, улыбнулся, но Мира не обиделась. Уж кто-кто, но она прекрасно его понимала.

Сколько она так просидела, в обнимку с полученной шкатулкой, она не знал, но вдруг вздрогнула всем телом.

— Намерение меча, — шепнули побелевшие вдруг губы, и Мира сорвалась с места. Выбежала в коридор, вломилась в номер Ильи, и крикнула: — Убирай немедленно! Пока не засекли!

Но парень не послушал. Собственно, он вообще ее не слышал, находясь в глубочайшем трансе. Чертыхнувшись, Мира мгновенно выдала барьер духовной силы с функцией притяжения, и поглотила духовную волну, что вышла из висящего перед Ильей, полупрозрачного золотистого меча. Он еще не стал физической структурой, но уже способен разрубить воина в зачарованных на прочность доспехах повдоль. Это всего лишь сгущенное намерение меча, вмещающее в себя все понимание этого сложного искусства самого Ильи, и не более того. Со временем, когда он действительно научится с ним работать, он станет великолепным инструментом в руках великого мечника, способным разрезать само пространство! А пока, нельзя чтобы хоть кто-то знал, что он пробудил не просто Мысль Меча, но само Намерение! Многие захотят его убить, и среди них будут сильнейшие воины Империи, а то и многих стран. Мальчик не готов к этому. Его сила тела на четвертом ранге, примерно пятый уровень, но против архимастера ничто не поможет.

Прикрыв ученика и воспитанника барьером, Мира в очередной раз задумалась над градацией силы ведунов:

Ученик — первый ранг (девять уровней)

Подмастерье — второй ранг (девять уровней)

Мастер — третий ранг (девять уровней)

Великий Мастер — четвертый ранг (девять уровней)

Магистр — пятый ранг (девять уровней)

Грандмастер — шестой ранг (три уровня)

Архимастер — седьмой ранг (семь уровней)

Ведающий — восьмой ранг (два уровня: Себя-личность и себя-социум)

Познавший — (мир) девять стадий познания

Бог.

Обычно, Мира мерила силу воспитанника не в физическом смысле. То есть, не сравнивала его физическую силу с силой практиков того или иного ранга. Она сравнивала его боевую мощь, то есть вместе со всеми приемами, способностями, знаниями и навыками, потому как физическая сила его тела обычно сравнительно выше, чем у ведунов на том же ранге.

Вот только как оценивать его теперь? Намерение Меча — навык вне системы. Им можно орудовать как скальпелем, а можно разрезать гору. Буквально. Все зависит от двух величин: духовной силы, и ментальной силы. Чем они больше и мощней, тем мощней и Намерение. Учитывая, что за последние пять месяцев, постоянно питающийся духовной силой дух львицы поднял духовную силу Ильи вдвое, а постоянные упражнения усилили ментальную силу на добрую треть, то… Его Намерение Меча можно сравнить с приемом примерно пика четвертого ранга, получается. Ну, навскидку, так сказать.

Еще раз тяжело вздохнув, Мира задумалась над очередным артефактом. Мальчику придется скрывать тренировки с Намерением, а для этого нужен скрывающий барьер. Внутренняя сила тут не в помощь, только духовная. Придется поднапрячься.

— Что?.. — В далеком Киеве резко открыл бездонные синие глаза старец. Дернул ухом, неуверенно пошевелил бровями, и посмотрел на северо-восток. Отложил узловатый посох, и еще раз прислушался. Он не мог ошибиться.

Это было Намерение Меча. Волна совсем слабая, что странно, потому что подобные вещи доступны только с восьмого ранга! Старый волхв решительно ничего не понимал. Если этот новенький Высший силен, то зачем скрывать волну Намерения? Круг Высших, освоивших это умение довольно узок. На весь мир около трехсот человек, так что они всегда рады принять новенького в свои ряды. Все же, еще один столп силы в деле защиты мира от тварей за Кромкой, им не помешает. Так зачем скрываться? Стародуб, сын ведуньи Велены (отца он никогда не знал), нерешительно потянулся к камню магсети, но отказался от этого. Сам он смог ощутить волну только потому, что был в глубочайшей медитации. Остальные Высшие вряд ли засекли ее, но тут что-то не так. Нужно сначала самому все выяснить, а потом уж общественность будоражить. Определенно.

Древний волхв подхватил свой посох, махнул им, превращаясь в обычного молодого человека, с самой что ни на есть прохиндейской рожей, и активировал телепорт, сокращая расстояние от Киева до Москвы до нескольких сотен шагов сквозь подпространство. Давит тут, конечно, сильно, но для него, это просто семечки. Всего-то, как Титаник на закорках нести. Полсотни тысяч тонн для ведуна восьмого ранга, это не так уж и тяжело.

Оказавшись в Москве, Стародуб потянул носом, и ошарашенно понял, что не может ощутить ни малейшего отголоска. Кто-то зачистил все пространство от малейших следов источника духовной силы.

— Это становится все интересней, — парень расплылся в хищной улыбке. — Охота началась!

Он вскинул кулак к небесам, и легкой походкой отправился на поиски.

— Я не понимаю, тетушка! Почему мне нельзя пользоваться Намерением?

— Потому что за тобой придут. Я и сама не ведаю точно, одни слухи. Но они пугают даже меня.

— Какие слухи? — нахмурился Илья. От его тела пошла упругая волна дикой физической мощи и сухого жара. Женщина моментально ощутила, как эта волна накрывает ее, но не несет угрозы. Она словно бы наоборот, норовит защитить ее от… всего мира, как будто. На сердце стало тепло от такой заботы, но дорога она оказалась тем, что была совершенно неосознанной. Илюша хочет защитить ее на уровне подсознания. Мира сморгнула незаметную слезинку, и проговорила:

— Вроде как, в мире совсем немного тех, кто смог сделать тоже, что и ты. Намерение Меча, крайне редкий навык, и все такие уникумы на строгом учете. Ты просто… прости меня, дорогой, но ты слишком слаб, чтобы иметь этот навык, а потому, не проживешь и дня, если станет известно, что ты его освоил. Я… поспешила высвободить твой потенциал мечника, поспешила с этим навыком. Это я во всем виновата…

Прикрыв рукой лицо, Мира скрыла свой испуг, как смогла. Впрочем, скрыть свои эмоции от «разумника» крайне сложно. Считывание подобных вещей с окружения, это пассивный навык, и без него Илья не выжил бы за Кромкой. Так что, через мгновение, женщина ощутила, как большие сильные руки обняли ее, прижали к крепкому телу, и она, что странно, ощутила себя абсолютно защищенной. Должно было быть наоборот, это она должна его защищать, как сильнейшая, но поди ж ты… Так ей стало спокойно, словно его уверенность передалась ей.

— Все будет хорошо, — раздались слова, и Мира вдруг поверила, что да, все будет хорошо, иначе и быть не может. Объятия вдруг исчезли, а вместо них ей в руку ткнулся ее дневник. — Нет лучше способа успокоиться, чем придумать новый артефакт. — Во второй руке оказались цветные карандаши, а на диван легка толстая тетрадь в клеточку — для расчетов.

Следующие пару дней, оставшиеся до бала, Мира провела на диване, считая и рисуя новый артефакт, потому что она любила свое дело, и потому, что это ее действительно успокаивало.

Первое июня наступило как-то быстро. Илья вдруг отчетливо понял, что не хочет идти ни на какой бал, но выбора не было вообще. Паршиво это, когда нет выбора, думал он, подъезжая к Кремлю. Красная площадь буквально забита народом, но проезд для карет приглашенных гостей оставлен. Жандармы повсюду, вот уж им-то праздник… Вместо того, чтобы дома, с женами и детьми Лето встречать, они тут вот стоят, парятся в форменных кителях. Потому и злы на всех скопом. И это в праздник-то, когда радоваться нужно от всей души!

На удивление, встретили в Кремле Залесских весьма радушно. Аккуратный слуга в расшитой золотыми нитями ливреи открыл дверь кареты, выправил подножку, и подал руку Мире. Он же, поставив вместо себя подмену, проводил их во внутренний двор, показал всё, рассказал, куда можно ходить, куда нет, и подозвав официанта, предложил на выбор вино, кларет, водку и пару вариантов наливок на коньяке.

Взяв по бокалу шампанского, Илья с Мирой прошли в сам Кремль, пройдясь до банкетного зала. Женщина встретила немало знакомых и клиентов, для которых создавала эксклюзивные артефакты в разное время. Илья же, встретил несколько одиозных персонажей, вроде Лилии Березковой, которую вытащил прямо из пасти здоровенного Заглота третьего ранга за Кромкой. Девушка подошла и чинно поздоровалась, снова поблагодарила, и ушла к своей компании. Видимо, объяснять свое странное поведение. Все же, после событий полугодовой давности, Залесские не только обзавелись связями, но и нажили неприятелей. Хватало семей и родов, которые бы Илье руки не подали, просто потому что он один из тех, кто подрывает достоинство и власть родов. Орловы, да и Карамазовы тоже, обладают весьма обширными связями, что сулит немалые проблемы в любом бизнесе. Это с Золотыми Ключами повезло — ресурс для Империи и мира вообще уникальный. Тут они ничего сделать просто не могли, при всем желании. Но в любом другом направлении, при хоть сколько-то заметном масштабе, они могут и будут гадить изо всех сил. Впрочем, на этот случай Илья уже заготовил план действий. Оскорбительный, дерзкий, но рабочий. Он собирался предоставлять услуги по беспрецедентному снижению цен, за счет желания этих родов ограничить его бизнес. Они будут перебивать цену, которую он даст, и на этом выиграет только его клиент, а потом просто будет платить небольшой процент с выигранных барышей. Десяток-другой клиентов, и получится вполне достойный поток денежных средств. Впрочем, это планы далекого будущего.

— Потанцуем, тетушка? Я слышу чудесный вальс, — спросил Илья.

— Хм? А потанцуем! Идем скорее в бальную залу.

Собственно, он прямо по соседству от банкетного, так что идти было совсем недалеко. Молодежь уже вовсю веселилась, так что пара моментально вписалась в круговорот. Оркестр играл чудесно, так что Илья не отпускал Миру три танца подряд, с огромным удовольствием кружась в потоках звука. Женщина молчаливо поддерживала, потому что увидела главное — воспитанник словно в трансе, и отвлекать его сейчас, будет полной глупостью. Она даже окружила их пару духовным барьером, чтобы никто не смог их задеть, ни случайно, ни специально. Стоит отметить, что это многим не понравилось, но женщине было наплевать. Она ответила на чужие выкрики давлением, и молодые люди моментально ретировались.

— Нет, ну совсем обнаглели! — Возмутилась красивая, даже потрясная девушка, поправляя навороченную, высокую прическу. Несколько локонов выбились во время танца с самим Евгением Шуйским. Молодой человек слыл самым завидным женихом Москвы, был молод, силен, неприлично богат, и вот ведь «совпадение», совершенно свободен. Красотка потратила месяц времени и баснословную тысячу рублей, чтобы разлучить его с прежней пассией.

Сам же Евгений был так же не в восторге от прерванного танца. Его рука уже подбиралась к чудесным округлостям Ольги Цветаевой, когда они просто врезались в духовный барьер! Обидно до невозможности, но он не мог ничего поделать с этой парочкой. Давлением Магистра его сплющит в блин в секунду. Сам-то он к двадцати годам выше пикового Подмастерья так и не дорос.

А наглая пара все продолжала кружиться. Уже и музыка закончилась, а они все танцуют на опустевшем танцполе. Музыканты переглянулись, и один из них, скрипач, громко прошептал в полной тишине:

— У мальчика прорыв в мистерии, кажется. Поможем?

Музыканты с улыбками перекивнулись, и продолжили играть. Пройдя через это, и даже не раз, музыкальные ведуны понимали, что именно нужно для успешного прорыва, так что подхваченный ими ритм вальса, очень скоро сменила совсем другая музыка. Следуя за ней, изменился и танец пары. Пройдя через медленное, словно в патоке, танго, зазвучал задорный фокстрот. Из него вышла мазурка, подгоняя полькой, и потом и вовсе какой-то народный шотландский гимн. Рванувшись странной чечеткой, музыка постепенно прошла сквозь призму душ музыкантов, и замерла на высокой ноте испанского пасодобля.

Молодые люди, замершие вокруг танцпола, только удивленно переглядывались, провожая глазами каждое движение странной пары. Удивляли невероятно мягкие переходы от одного танца в другой, естественность движений и искренность чувств, волнами исходящих от танцующих. К сожалению, Илья совершенно не контролировал свою эмпатию в этот момент, и каждый с легкостью ощущал все, что чувствовал он сам. Пылающий костер эмоций и чувств потух резко, с последней резкой нотой оркестра.

Вдруг партнерша резко отпрыгнула, хотя только что сама прижималась к высокому стану парня. Что-то прошептала, и свела руки так, словно что-то сдавливала изо всех сил. На ее лице появился пот, и все моментально заметили, как духовный барьер, которым она прикрыла парня, потрескался. Его аура пошла волнами, словно бы задребезжала, и взорвалась звуком, который человек, даже ведун, услышать не в состоянии.

БОМ!!!

Барьер пал в последний момент, так что никого не снесло, не убило, и не взболтало внутренности звуковыми колебаниями. Парень пришел в себя, и открыто, всей душой, расхохотался. Люди вокруг заулыбались, причем многие, совершенно невольно. Просто волна отличного настроения оказалась слишком… просто слишком для них. Только через полминуты Илья остановился и пришел в себя. Осмотрелся, и хмыкнул:

— Самое место, конечно.

— Поздравляю, мой дорогой, — подошла уставшая Мира. Ей тяжеловато далось удержание духовного барьера, все же он был выполнен без подготовки, напрямую, а удар парень выдал на пик четвертого ранга, не ниже.

— Спасибо, тетушка. Особенно, за то, что прикрыли.

— Не за что, дорогой. Лучше вон, поблагодари наших музыкантов. Если бы они не сообразили, не видать тебе мистерии Звука, как своих ушей. Да еще и духовную силу бы повредил.

— Это верно. — Илья повернулся к музыкантам, всмотрелся в каждого, словно запоминая, и благодарно кивнул. Не пройдет и недели, как ребята получат весьма драгоценные дары от него, и тогда вспомнят этот внимательный взгляд синих глаз. — Пойдем-ка, выпьем. Это нужно отпраздновать.

— Пойдем. Мне тоже нужно отдохнуть.

Они практически вышли из зала, как дорогу им преградил Евгений Шуйский.

— А ты извиниться не хочешь? Вытанцовываешь тут под духовным барьером, не воспитан, да еще и словно позабыл, что толкнул меня барьером? Или не знаешь, кто я?

Илья посмотрел на него сверху вниз, потому как тот оказался ниже на добрый десяток сантиметров, и проговорил:

— Евгений Васильевич Шуйский. Пол мужской. Двадцать лет. Внутренняя сила: Пик второго ранга, направление вода. Наследственное. Рост: один метр семьдесят семь сантиметров. Блондин, глаза голубые. Особая примета: маленький шрам за левым ухом, полученный в результате падения в детстве. Ориентация: гетеро. Официально: не был, не замечен, не привлекался. Неофициально: Василий Валерьевич Шуйский трижды откупился штрафами. Интеллект: средний. Характер: истерический, не уравновешенный. Зависимости: Порошок Заката, опиумный дым. Бабник.

На зал опустилась полная тишина. Не всякий раз услышишь, как кто-то в ответ на вопрос: «ты знаешь кто я?», начинает цитировать личное дело, причем на жандармское, а Тайной Канцелярии. И в этой ошеломленной тишине, на зал опустилось давление. Совсем недавно этим же приемом воспользовалась Мира, но она ведунья довольно известная, и сильная. А тут парень моложе двадцати лет, надавил как начинающий Магистр, ну может самую малость послабее! Бедный Женя буквально рухнул на пол, и пошевелиться не мог. В этот момент можно было бы услышать жужжание комара, если бы амулеты не сжигали их задолго до подлета к Кремлю.

— Я знаю, кто ты, — все же ответил на заданный вопрос Илья, и перешагнув лежащее на каменном полу тело, повел спутницу дальше, в сторону банкетного зала. Шампанского все еще хотелось, как и праздника. Дверь за ними тихо закрылась, и люди ожили, тут же начав обсуждать все, что только что произошло. Только Евгений Шуйский вскочил с пола, и в истерике наорав на помогающих ему «друзей», выбежал из зала.

— Мощно. — Вздохнул двоюродный брат Евгения, Кирилл Кротов-Шуйский. — Надо бы связаться с отцом, может он что присоветует.

— А ты уверен, что после прошлого нашего загула, он тебя просто не пошлет? — Скептически вопросил приятель, Святослав Уваров.

— Он может. Но может и помочь, — покачал головой Кирилл. — Ладно, с этим разберусь завтра, а сегодня у нас бал! — Он оглядел довольно пеструю компанию сынов и дочерей богатейших семей столицы. — Девушки, предлагаю еще выпить, и танцевать до рассвета!

Всем им было откровенно плевать на неудачника Женьку, так что они согласились. Это дело их вообще не касается, так что пусть Кирилл сам разбирается с семейными проблемами.

СБ Кремля так же отработало моментально. Несколько переодетых стражников метнулись в зал, но когда прибыли, все уже закончилось. Однако, запись странного танца вовремя прорыва в мистерии звука, быстро разошлась по рукам. Очень уж он многим понравился.

В общем-то, на этом инцидент закончился. Дальше конфликт продолжится уже вне стен Кремля и к СБ отношения иметь не будет, однако отчет в Тайную Канцелярию они отправили, как положено.

— Илюша, а откуда у тебя досье на этого хлыща? — заинтересованно спросила Мира.

— Да какое там досье? Говорил, что видел, и то, что услышал краем уха. Пока мы шли танцевать, его же компания обсуждала те случаи, когда батюшка выкупал сыночка дегенерата из неприятностей.

— А про зависимость?

— На лице все написано, мелкая моторика подсказала про порошок, а курение опиума применяется для снятия симптомов отравления силой тварей, из которых и делают этот наркотик.

— А… а шрам?

— Заметил случайно.

— Но с чего взял, что он получен в детстве?

— Да потому что будь он получен во взрослом возрасте, его бы свели сразу же. На мне, например, тоже, только те шрамы, которые я получил в детстве. Ну и парочка с Той Стороны, которые я оставил для «памяти». Чтобы не совершать тех же ошибок снова.

— Это каких, например? — Вопрос сам вырвался, хотя она не особенно хотела знать, что именно с ним произошло Там, и заново волноваться на этот счет.

— Не стать… цивилизованным. Не убаюкивать зверя внутри. Никогда. Всегда помнить, что люди — самые страшные твари из всех, пусть их и нет ни в одном бестиарии. — Голос молодого человека пронизывал холодом все вокруг, и даже Мира поежилась, как от его слов, так и от их смысла. Что же он такое пережил Там, чтобы сформировать такую жизненную позицию? Через что прошел? Предательство? Может быть, вот только он не особо распространяется на эту тему. Лишь иногда проскальзывают такие вот намеки. — Кстати, этой осенью я снова пойду за Кромку.

— Я понимаю, хоть и не в восторге, — она кивнула, вспоминая, как сама ходила туда, когда Илья был совсем малышом. Нужно было поднимать поместье, развиваться, как артефактор, но это очень дорого. Приходилось добывать ингредиенты самой. Тяжелое было время, но итог выше всяких похвал.

Вечер был чудесный, огни полностью изменили довольно унылый Кремль до неузнаваемости, расцветив вспышками фейерверков. То тут, то там слышался смех и гуляли пары. А ближе к полуночи с первого на второе число июня месяца семь тысяч двести пятьсот третьего года, празднество посетил и сам Император Михаил Второй Романов. Толкнул унылую, серую, даже привычную речь, точную копию которой можно увидеть в магсети каждый год, с самыми скромными изменениями, и удалился.

Через десяток минут после этого, некоторые гости начали исчезать и появляться. Все они имели краткие аудиенции с Государем, и в их число попали Илья с Мирой.

Один из официантов передал записку с коротким приказом:

«Его Императорское Величество Михаил Второй ожидает Илью Сергеевича Залесского-Ключевого и Миру Андреевну Залесскую в малом тронном зале.»

Даже титул Государя не стали полностью писать? Интересно. Илья положил записку в карман, предложил руку тетушке, и потопал за официантом, которым тот в жизни никогда не был. Переодетый гвардеец, судя по движениям и выправке. Так и норовит левую руку на оголовье меча положить, а меча-то к форме официанта не полагается.

В общем, долго ли, коротко ли, а все ж таки пришли к дверям в малый тронный зал, и даже вошли внутрь. Поклонились, как положено, и молодой сильный голос предложил:

— Присаживайтесь, гости дорогие да рисковые. Поговорим о дарах ваших, крайне полезных, но и интересных весьма. Особливо вот об этом браслете.

Илья осмотрелся, и чуть не хмыкнул, едва удержавшись от такого глупого поступка. Малый тронный зал оказался здоровенной комнатой с думным столом, и стулом во главе стола, отделанным золотом да каменьями драгоценными. В данный момент, стул оказался занят, что логично, ведь на нем умостился самый что ни на есть Государь. Сам Михаил Второй, показался Илье человеком спокойным, уравновешенным, но с явной авантюрной жилкой, спрятанной под бородой и мощными усами. Явная привычка к улыбкам отпечаталась в уголках глаз почти незаметными морщинами. Мощная фигура моментально поведала о ежедневных тренировках с… саблей, да. Не палаш, не ятаган, а быстрая сабля. Илья был уверен, что владеет ею государь не в пример лучше, чем он сам мечом. Все же, у них в годках разница изрядная. Илье только девятнадцать. А Михаилу триста сорок два. Однако, такого таланта, как у Ильи к Мечу, у Государя нет, и никогда не будет.

Рядом с Императором уютно расселись шестеро советников, и перед каждым стоит либо чашка с кофе, судя по запаху, либо бокал вина. На столе стоит несколько бутылок разных марок, кофейник на маленькой горелке, и крынка со сбитнем. Видимо, есть еще любители этой гадости. Илья сбитень не любил с детства.

— Благодарю, — кивнул парень, и прошел к столу. Помог сесть тетушке, и только после этого примостился сам. Стулья тяжелые, гротескно неудобные, и вычурно отделанные. Сидеть на них, настоящее испытание для пятой точки.

— Расскажи-ка нам, мальчик, что это за браслетик ты рискнул нам подарить? Отчего изделие не сертифицировано? И как посмел не проверенные артефакты в дар совать? — Моментально наехал на парня седоватый мужчина весьма пухлых, даже рыхлых форм. Илья молча слушал и мотал на ус, заодно одним прикосновением успокоив Миру, которую этот пузан изрядно напугал. Забавное дело, но после поглощения памяти человека из другого мира, Илья совершенно перестал бояться вышестоящих. Более того, они и уважения от него могли лишь добиться, причем делами, а не словами. Слова же, даже такие, воспринимались как фон, несущий скрытый смысл, и не более того. Сами по себе, они не вызывали в нем никаких эмоций. Ну, кроме скуки, пожалуй. Так что, выслушав дикие и глуповатые претензии, он решил, что это язык торговли такой. Кто друг на друга круче наедет, тот и победил.

Так оно и получилось, что громкий хмык в мгновение тишины, возникшее из-за желание набрать побольше воздуха перед продолжением тирады, услышали все. Ошеломленно замерли, и каждый, это Илья заметил моментально, посмотрел на Императора.

— Артефакторика перестала бы развиваться, а Империя пала из-за застоя, если бы все бегали и выпрашивали разрешение на производства артефактов, тем более, когда их и создают-то в единственном экземпляре. Впрочем, «подкат» я оценил. Метод торговли вы выбрали неортодоксальный, но интересный. Начнем, пожалуй, — Илья напоказ хрустнул пальцами, и приготовился вывалить свои аргументы, когда Император вдруг рассмеялся. Нет, он расхохотался от всей души. Советники как-то неуверенно заулыбались, но было видно, что они растеряны. Сам же Илья, просто ждал, когда венценосный просмеется. Управился всего за пару минут, а ведь бывает минут десять еще похихикиваешь, и остановиться не в силах.

— Молодец, Илюша, молодец. Так их. — Михаил отпил кофе, и уже серьезно посмотрел на парня. — Сто миллионов за все расчеты по Золотым Ключам и Источнику.

Он видимо специально ждал, пока Илья нальет себе немного красного сухого вина, и отопьет, потому что добился желаемого — парень чуть не подавился.

— Кха! — Он постучал себя по груди.

— Я понимаю, что сумма довольно большая, но… — начал успокаивать его Государь, но оказался перебит:

— Пятнадцать процентов.

Вот тут действительно настала тишина, что называется, гробовая.

— Что? — прозвучало от одного из мужчин. Он бесстрашно разбил тишину не потому, что весь из себя дракон, а из-за ошеломления.

— Нет, ну правда. Предприятие будет приносить прибыль даже не веками, а тысячелетиями. Вы хотите вложить в это дело огромные деньги, и растиражировать чужое открытие, которое на минуточку, обошлось в половину предложенной суммы, без малого. Это… ну… смешно. Хотя, может стать грустно, учитывая собеседников, конечно. — Илья проговорил все это без вызова, с напускным пониманием, и все же, каждый понял, что не с дураком разговаривает.

После минутной тишины, взятой на обдумывание, другой советник буркнул:

— По-моему, этот сосунок над нами издевается. Пятнадцать процентов ему подавай, как же…

— Сколько Золотые Ключи были у вас перед глазами? Сто лет? Двести? Пятьсот? И что вы сделали?

— Мы… — попытался заткнуть малька здоровенный такой мужик. Рядом с его стулом стоял каменный молот — артефакт СЕДЬМОГО ранга!

— Вы ничего не сделали, — отчеканил Илья. — А я взял на себя все денежные риски. Я взял на себя ответственность, включая лишение головы в случае провала. Я сделал то, чего вы не смогли. Смиритесь, господин советник по военным делам. И не называйте меня сосунком. Никогда.

— Ого! — Император Михаил встал из-за стола, и все моментально подскочили. Он отошел к окну, облокотился крупными кулаками на подоконник, и тяжело вздохнул. Что-то явно обдумывая, Его Императорское Величество проговорил: — Ты, Илюша, конечно, молодец, что отстаиваешь честь. Это правильно. И не важно, кто перед тобой стоит, даже если это Советник самого Государя. Но пятнадцать процентов, это огромные деньги, и они нужны Империи.

— Вообще-то, Государь, я бы и за так отдал, — вдруг хмыкнул Илья, отчего Советники уже в который раз за разговор, вздрогнули.

— Вот как? И отчего же такая щедрость?

— Да вот, статую свою хочу, из зачарованной меди, и чтобы тетушка рядом стояла. А вообще, для державы мне ничего не жалко…

— Хватит. — Михаил явно не желал выслушивать всякие глупости от зарвавшегося мальчишки. — Говори, чего хочешь за секрет Золотых Ключей.

— Хочу полное освобождение от налогов пожизненно, для себя и для любого моего бизнеса. Ну и про статую я вовсе не шутил, к слову сказать. Только статуя должна быть вот ее.

— Серьезно? Нет, про налоги все ясно, но статуя? Зачем? — Удивлению Императора от такой странной просьбы, казалось, не ведало границ. А его редко что могло удивить, все же, он слишком давно живет на этом свете.

— Вам правды хочется? Извольте. Я желаю одновременно защитить тетушку Миру от посягательств родов, потому как станет она фигурой известной не только в узких кругах специалистов по высоким энергиям, но и среди народа прославлена будет. И конечно, желаю дать пощечину батюшке ее, главе рода Карамазовых. Пусть посмотрит, старый урод, кого из рода вышвырнул на улицу. Зимой.

— Что ж, месть, это святое. Понимаю. — Михаил побарабанил по подоконнику пальцами. — Со статуей устроить легко, но освобождение от налогов… жирно будет, не думаешь?

— Ну, все же не пятнадцать процентов, правда? Да и… не так уж много казна потеряет, в конце концов. Раз уж не вышло переложить заработок хлеба насущного на Империю, а вы как раз хотели отделаться разовым платежом, так и я не против обменять разовый платеж на разовую услугу. Как-то так. И чего сразу «жирно-то»?

Последняя фраза прозвучала до того по-детски, что ученые мужи и прочие Советники не выдержали и грохнули хохотом, снимая напряжение от этой странной торговли с мальчишкой. Отсмеявшись, один из Советников блеснул сединой, и предложил другой выход:

— А может обойдемся графским титулом госпоже Залесской?

Илья посмотрел на тетушку и хитро прищурился.

— С этого нужно было начинать, господин советник, а теперь уж поздно, — Илья покачал головой. Нечего было начинать с претензий.

— Как же с тобой сложно, — ответно покачал головой мужчина, и отпил сбитня. Так вот кто тут самый извращенец!

— Не надо, Аарон, — поднял руку Михаил. — Мальчик прав, начали мы совсем неправильно. Ну да ладно, прошлое все равно не воротишь. Я так понимаю, что цену ты не изменишь.

— Я бы подвинулся до десяти процентов в торге, — спокойно ответил Илья, но все понимали, что десять процентов, это будущие миллиарды полновесных рублей в год, и отдавать их пацану, когда казна полупустая и война на носу, Империя просто не может. — …но это не подходит уже вам. Потому и прошу просто дать мне возможность зарабатывать. Вполне честно, я думаю. Я воин, а не торгаш, и все свое время посвящаю тренировкам. Мне некогда заниматься торговлей, мотаться по миру с товаром. Не мое это. Думал вы поможете, но увы…

— Ладно, ладно, будет тебе освобождение, — вздохнул Михаил. — Иди уже. Отдашь все выкладки и бумаги тому, кто привезет грамотку. Иди Илюша.

Парень встал, помог выйти из-за стола Мире, они выполнили поклон, и вышли из малого тронного зала.

— Почему мы просто не взяли систему у профессора и мастеров, что с ними работали? — спросил Аарон.

— Потому, что они знают только свою часть, и даже сложив все, мы не получим главного — ядра. Я говорил с некоторыми из них, и каждый отвечал одно и то же. «Нужно быть настоящим гением, чтобы связать все наши выкладки в единую систему. Мира Залесская этот гений и есть». Без ядра все профессора бессмысленны, и этот поганец знает, что к чему. Девушка не просто так все время молчала. Явно действовала по заранее разработанному плану. Нас просчитали, господа, и сделал это мальчишка девятнадцати лет. Поздравляю. — Михаил отошел обратно к окну, и едва не фыркнул пламенем из ноздрей, но не стал. И все же, этот молодой человек оставил после своего визита весьма положительные эмоции, если не считать проявленного раз двадцать неуважения и прочих мелочей. Но парень воин, и требовать от него полного знания этикета, просто глупо. К тому же, в случае полного его исполнения, торг продлился бы трое-четверо суток, и Михаил уж точно не смог бы на нем присутствовать, как и Советники. А они хотели, причем все. Потому и сварганили такой себе полуофициальный междусобойчик под праздник, под бал, да под бокал. Заодно и множество других вопросов порешали в ускоренном порядке.

— Илюша, а почему ты на графство на согласился? Ведь доходы с него…

— Копейки, тетушка. Через три месяца после получения грамотки, я куплю тебе хоть десять графств.

— Вот как? Ну и ладно тогда, делай, как знаешь. Но если так, то может не пойдешь за Кромку?

— Пойду, — нахмурился Илья. — Сила за последнее время поднялась, а контроль нет. Нужны испытания, чтобы стать еще сильнее, и поднять контроль. Нужна настоящая опасность.

— И все же, я бы не хотела этого.

— Не волнуйся, тетушка, все будет хорошо.

На этот раз волшебная фраза не сработала, потому что Мира просто не могла не волноваться за воспитанника.

Кое-как догуляв бал, уже без праздничного настроения, он вернулись в Ярославль, в поместье Залесских. Туда же через пару дней прибыл молодой вояка из гвардейских, и молча передал запечатанный конверт, под роспись, само собой.

Михаил Второй устало присел в любимое кресло в собственной спальне, и с легкой улыбкой покачал головой. Он был весь в своих воспоминаниях, потому не сразу заметил, как дверь открылась. Вынырнув, он поднял глаза, и расплылся в улыбке. Конечно, дело не в том, что он УВИДЕЛ, а в том, что ОЩУТИЛ. Аура уважаемого Учителя, волхва Стародуба, пусть он и выглядит как какой-то пацан в идиотской кепке, и одет как сын безземельного дворянина, посвятившего жизнь военной службе.

— Учитель, рад вас видеть, — Император встал с кресла, и крепко обнял старца.

— Здравствуй, Мишенька. Гляжу, растешь в силе-то, значица, не зря я с тобой умучился. — Фигура паренька поплыла, и перед императором появился привычный за многие десятилетия волхв.

— Так как же иначе-то? Сам ведаешь, всяк желает оттяпать кусок, а иные, и вовсе, разорвать. Без силы никуда. Да и Источник изрядно в том помогает.

— Это верно.

— Учитель, мы вроде договаривались позже встретиться. Или это я снова все перепутал? — нахмурился Михаил Второй, и потянулся за свои ежедневником.

— Нет, нет, не волнуйся. Дело вовсе в другом.

— Ммм? — любопытно приподнял бровь властитель земель русских.

— Да вот ищу я кое-кого.

— И давно?

— Да уж несколько дней, Мишенька.

— Это… странно. Появился кто-то сильнее тебя, а мне о том неведомо? — Аура Императора пошла волнами едва скрываемой мощи.

— Да в том-то и дело, что не так все. — Досадливо поморщившись, волхв тяжко вздохнул, и решил, что ученику можно и рассказать. Не проболтается. — Я был в медитации, когда ощутил слабенькую волну Намерения Меча.

— Э… А так бывает? — в некотором замешательстве, переспросил Михаил Второй.

— Раньше не встречал, и потому подумал, что кто-то прикрылся, чтобы не фонить. Но боев такого масштаба, где используется Намерение Меча, нигде поблизости не было. Сам понимаешь, все газеты пестрели бы заголовками. — Волхв почесал макушку, и до того растеряно у него это получилось, что Император решил переспросить?

— Учитель, а ты уверен, что это было именно Намерение Меча?

— Конечно я уверен, иначе не прервал бы медитацию. В кругу Высших давно не появлялось новичков, а это Намерение было новым. Обычно-то, новенькие из высшего дворянства приходят. От тех же Шереметьевых, от Калининых, от Муромцевых да Поповых с Литейными. По крайней мере, так у нас, на Руси. На востоках и в прочих Европах свои рода есть, как и за морем, но до них нам дела нет. Так вот и скажи мне. Кто у тебя тут по недавнему времени прорыв совершил из мечников славных? Может слыхал что?

— Дай подумать, учитель. — Михаил действительно задумался, просеивая информацию из докладов, слухов, что жены ему в уши льют ежедневно, и частенько бывает, что они правы, а не Тайная Канцелярия, что не раз вызывало весьма забавные ситуации, как в императорском семействе, так и в политике. — Нет, ничего такого не припомню. Могу дать запрос, если нужно…

— Нет, нет, не поднимай волну. Этот Высший не спроста скрывается, как пить дать. Сам его разыщу, да помогу, чем смогу. На пороге война, лет пять, максимум десять осталось, так, нет?

— Так, — спокойно кивнул Император.

— Леопольдушка доиграется, — тяжко вздохнул Стародуб, сжав старческую ладонь на посохе, да так, что кожа на дереве аж заскрипела. — Думает, раз получил личный Источник, так теперь все ему под силу. Малолетний идиот…

— Да ладно, может еще одумается, ну а коли нет… придется объяснить, почему Империю нельзя трогать.

— Вот и ударил бы превентивно, — фыркнул волхв.

— Да была мысль навестить его, и подуэлиться от всей души, но он не принял, отказал в посольстве, глупец. Зато появится возможность земли наши прирастить, что тоже весьма неплохо для Империи.

— И что, стоят эти земли жизней людских? — спросил волхв.

— Сам же меня учил, что стоят, так чего снова спрашиваешь-то теперь?

— Эх, учил, конечно. Ты государь, тебе положено мыслить иначе. Не как всем людям. И все же, решение тяжелое, как бы демонов не воздвигло в разуме твоем.

— Не волнуйся, — с искренней заботой волхва, Михаила посетило то же чувство, что и в далеком детстве. Редко теперь такое «дежавю» случается, а жаль. — И спасибо тебе, учитель. Кстати, как найдешь нового Высшего, ты мне сообщи, я со своей стороны прикрою.

— Хорошо, — покивал древний волхв. И вдруг поднял на государя суровый взгляд: — Ты когда уже сам сподобишься? Три века уже землю топчешь, а все никак!

— Так я и не собирался, вроде как. Нет у меня таких задатков, и не было никогда. Мой талант в пламени, им я и силен.

— Ты просто ленишься! — Волхв замахнулся посохом, но не стал отоваривать бывшего ученика. Стоит отметить, что Стародуб как-то рассек им гору, а ныне в оставшейся от удара расселине проходит дорога, прямо сквозь гору. Такие дела.

— Да нет у меня времени на это! — возмутился пристыженный ученик, но сказал-то чистую правду. Времени ему ни на что не хватало, даже на родных своих приходилось выкраивать, как это ни печально.

— Ладно уж. Пойду я, дальше искать стану. О встрече у нас еще с того раза уговорено. На том прощай, ученик.

— Прощай, учитель.

Михаил Второй прекрасно понимал, что они не увидятся еще лет пять-десять, но понимал и то, что время это пролетит моментально. Когда дел много, время проносится мимо, словно бы оно тонет в Песках Времени, не касаясь души человеческой. Ни души, ни разума.

— И все же, кто этот новый Высший? — В голове весь вечер крутился образ одного наглого мальчишки, и в этот момент он вдруг стал невероятно ярким. — Пф… Нет, конечно, слишком слаб, и не имеет внутренней силы вообще. Нет, это положительно невозможно…

Илья открыл конверт, прочел грамоту, хмыкнув на пункте о невозможности передачи по наследству, и кивнул.

— С вас расписка о получении, — парень протянул гвардейцу так же запечатанный пакет с подшивкой материалов по Золотым Ключам. Где уж Империя собирается брать огромные пласты Ирона, это не его дело, но без него еще одни Золотые Ключи не забьют. А вот грамотка, вот она, на руках, так сказать.

Расписку гвардеец написал. Молча забрал пакет, и был таков, отчего Илья выдохнул куда свободней. Ему все время казалось, что все вот-вот пойдет не так, однако, обошлось. Поднявшись в свой детский кабинет, где занимался с учителями, да и вообще, провел немало времени в размышлениях, Илья достал ироновую пластину, и вышел в магсеть. Надиктовал письмо, и отправил его, без сомнений.

— Тетушка! Я уезжаю в Москву! Вам что-нибудь там нужно? — Крик разнесся по всему третьему этажу дома, хоть это и неприлично, так себя вести. Мира выглянула из своего рабочего кабинета, и молча покачала головой, напоминая о манерах.

— Нет, спасибо, пока что все есть.

— В таком случае, увидимся вечером.

— Чудесно. Не опаздывай к ужину.

— Постараюсь.

На том и разошлись. Илья окутался огнем, и умотал в столицу, оставив тетушку дома, заниматься делами поместья. В Москве, парень посетил Имперский банк, и дождался одного господина. Поскольку, дожидался он в кабинете управляющего, то к его услугам было и кофе, и вино, и все, что только пожелает. Но Илья ограничился чаем с рассыпным печеньем. Пусть оно сыпется, но против любимого с детства лакомства он просто не устоял. Не прошло и пятнадцати минут, в кабинет вошел высокий, статный мужчина, лет сорока, подтянутый и волевой. Глаза, как у ястреба на охоте, орлиный нос и хищная улыбка отчетливо отображали настоящий характер этого дельца от торговли. Пират, он и есть пират. Сильный, удачливый, целеустремленный.

— Вы желали меня видеть, герр Залесский? — с легчайшим, почти незаметным акцентом спросил негоциант.

— Да, вы правы. Желал. Помнится, на новый год мы с вами обсуждали торговые дела, а теперь, я в силах помочь вам, герр Майер. Присаживайтесь, нам есть что обсудить, и поверьте, я не стал бы дергать вас по ничтожному поводу. — Илья повернулся к управляющему банком, который встал, чтобы выйти, и оставить господам кабинет для приватного разговора. — Нет, нет, Валентин Всеволодович, останьтесь. Тут и для вашего банка может небольшой гешефт оказаться. Если вы правильно все сделаете, само собой. Желаете остаться, или все же…

— Я, пожалуй, воздержусь от поспешных решений, и послушаю о ваших предложениях, милейший Илья Сергеевич. — Банкир приземлился обратно в свое шикарное кресло за пустым столом, на котором кроме писчих принадлежностей, да пары портретов, ничего и не было.

— В таком случае, ознакомьтесь, господа.

Илья выложил грамоту государя на стол, и с удовольствием понаблюдал за эволюциями выражений лиц этих крайне состоятельных людей. Прошло минут пять, прежде чем они убедились в реальности самой грамоты, затем проверили печати на подлинность, а после все остальное, вплоть до чернил. Благо, что в банке есть специализированные артефакты для подобных проверок. Потому Илья и устроил эту встречу именно здесь.

— Это очень неожиданно, — наконец-то успокоился герр Майер. — Но чего же вы хотите, герр Залесский.

— О, я предлагаю вам подарить мне свой бизнес.

Тишина настала такая, что ее резать можно, и на хлеб мазать. Наглость предложения буквально терзала сердца как банкира, так и бизнесмена.

— А если более серьезно? — Швейцарец все же углядел скрытую улыбку в уголках глаз странного русского с невеселым юмором.

— Если более серьезно, то я предлагаю создать транснациональную компанию под моим началом. Швейцарцы, немцы, французы, американцы и даже бельгийцы с африканцами. Все, для кого Российская Империя повысила налоги на ввоз и вывоз. Переориентировать немного номенклатуру, и торговать в свое удовольствие. Конечно, понадобится и транспортная компания, и еще много чего, но эта группа компаний будет иметь мои налоговые льготы на территории Империи.

— И чьто ви хотите взамен? — От волнения, у швейцарца аж акцент вернулся.

— Тридцать три процента от общего выигрыша на налоговых сборах. То есть, со всей группы компаний.

— Так мало? Но почему? — Удивился герр Майер.

— Потому что деньги придется постоянно переводить из банка в банк, по всей планете, и тут нам пригодится помощь почтенного Валентина Всеволодовича. Видите ли, герр Майер. Дело тут в том, что банковские переводы облагаются как государственным налогом, так и банковским. Их процент, как вы знаете, приходится учитывать, особенно, если суммы велики. Именно поэтому обеспеченные люди, переезжая заграницу, реализовывают свое имущество в драгоценные камни, и едут с ними на свой страх и риск. Потерять два миллиона из сотни никому не хочется. Впрочем, стоит заметить, что подобная жадность может привести к полному краху в случае простой кражи. Так вот, Валентин Всеволодович поможет знакомствами и связями. Наши будущие зарубежные партнеры смогут переправлять деньги через имперский банк, и не платить налог государству, а только банку, за что почтенный «мастер золота» получит свой небольшой гешефт. Все почти законно, на грани, в общем-то. Так что все довольны, и все в шоколаде, если позволите так выразиться.

— Это очень… Илья Сергеевич, такой шаг нужно обдумать. Поговорить с партнерами, и…

— Герр Майер, я, конечно, все понимаю. Вот, возьмите, почитайте на досуге бизнесплан. Я тут накропал, но по незнанию и молодости мог что-то упустить, или не так понять. Вы уж не побрезгуйте измышлениями недоросля, — Илья хмыкнул. Над этим планом работали лучшие юристы Империи, на секундочку. Так что, при следующей встрече герр Майер совсем иначе отнесется к словам «недоросля». Все же, человек, сумевший поднять бизнес с ноля на мировой уровень за жалкие четыре десятка лет, просто не может быть дураком, по определению.

В общем, пухлая папочка перекочевала в руки швейцарца, и там осталась.

— Предлагаю встретиться через месяц, — покивал головой герр Майер. Илья спокойно кивнул, и свернул грамоту, моментально убрав ее в пространственный браслет, чем чрезвычайно удивил обоих мужчин. Все же, подобные артефакты изрядная редкость. Их носят либо охотники, либо действительно богатые дворяне. Купцы намного реже, но тоже встречается. Если бы они узнали, что у Ильи их три, то начали бы заикаться, как минимум.

Впрочем, не пройдет и суток, как они оба начнут наводить справки о странном подростке с грамотой, и обнаружат тетушку Миру — Магистра-артефактора. Вот тут у них все и сойдется. А пока, мужчины разошлись по своим делам, а Илья вернулся в поместье Залесских. Тетушка обещала на днях закончить с артефактом сокрытия, чтобы любимый воспитанник мог тренировать Намерение Меча.

Время потекло своим чередом. Месяц прошел в тишине и спокойствии, но второй принес бесконечную череду встреч с негоциантами со всей Европы и даже из далекой Аравии и Африки. Москву буквально заполонили иноземные богачи, и всякий наводил справки об одном широко известном в узких кругах пареньке, Залесском. Тайная Канцелярия с ног сбилась. Не понимая, что происходит, пока им не спустили сверху объяснение. Вот теперь они забегали, да так, что пятки горели. Конечно, наверху моментально сообразили, что к чему, и что именно затеял мелкий гаденыш. Его Императорское Величество Михаил Второй в этот момент аж бокал раздавил рукой. Но через день, ему нарочной почтой доставили пакет с бизнеспланом, и просьбой подготовиться к росту экономики в обозначенных регионах. Мужчина долго и красочно ругался от подобной наглости, и все же, читая план, он мог только удивляться — мелкий поганец действительно радеет за Империю, и старается усилить ее изо всех своих сил.

— Интересный мальчик, — наконец признал Михаил, и передал план на рассмотрение советнику по экономике. Тот едва не облысел от масштаба затеянного предприятия. И кем? Мальчишкой?! Да что… что тут вообще происходит?!!

Однако, время шло неумолимо. Тридцатого августа, над выкупленным в центре Москвы домом воздвиглась крупная синяя иллюзия: Транснациональная группа компаний «Ключ».

Здание вовсе не пустовало. Привезенные с собой и нанятые уже здесь работники заполонили офисы, разделенные по географическому признаку. Чем-то здание стало походить на муравейник, перемалывающий бумагу, ведь полутора десятку компаний предстояло притереться друг к другу, создать единый механизм, и забыть о перетягивании одеяла. Им предстояло научиться думать обо всей компании разом, потому что от всей компании зависела их прибыль. Хотя, скорее, сверхприбыль.

И только один человек практически не был занят. Илья просматривал ежедневные отчеты отделов, сводил их в таблицы, и ежедневно вызывал начальников отделов на ковер, где читал лекцию о соперничестве, доверии и дружеской поддержке. Он буквально вбивал им в головы мысль, что они теперь одна компания, и делал это чуть ли не на всех языках планеты.

Это было сложно, занудно, тяжело, и все же, постепенно бывшие соперники на рынках Европы стали понимать, о чем он говорит. Первый месяц, конечно, был вообще сумасшедшим, однако к его окончанию, люди попривыкли.

Сентябрь был первым месяцем, когда группа компаний «Ключ», приступила к полноценной работе. Отделы более или менее наладили связи, люди привыкли, что по зданию ходят негры, французы, швейцарцы и немцы с арабами. Кое-как запомнили обращения и обычаи. В общем, работа пошла на лад.

Октябрь и вовсе удивил. Притерлись, что ни говори. Аналитический отдел работал на покладая рук, не говоря уж о юристах. Эти вообще выглядели так, словно на них по полю в день пашут не распрягая. Работа Ильи свелась к подбадриванию людей, повышению концентрации на работе, и целеобразованию отдельных индивидуумов. По факту, это были просто манипуляции психикой людей, и ничего более. Повышение мотивации привело к настоящему прорыву, и прибыль за октябрь удивила и шокировала как зарубежных партнеров, так и самого Илью. Свой процент парень снял именно в октябре, дав компании три месяца на раскрутку. Далее, его место занял герр Майер, как негласный лидер вошедших в «Ключ» бизнесменов. Он только сейчас смог вырваться в Империю, и с удовольствием занял офис на последнем этаже здания. Просторный и светлый, он стимулировал к свершениям. Илья его для себя делал, но не пожалел для герра Майера, потому как дальше заниматься бизнесом не желал. Его ждала Кромка и все ее богатства…