Не знаю, что за проблемы были у неизвестного приятеля Владислава, но договорились мы очень быстро.
Сейчас я уже сидел в студии, перечитывая короткую переписку. Сто пятьдесят рублей за комплект документов. Гарантия надёжности. Встреча назначена на сегодня, через пару часов. Никаких лишних вопросов или попыток набить цену. Координаты и время — одним сообщением.
Заблокировав экран, бросил взгляд на Дарью, которая сидела на своей кровати.
Выложил перед ней флакон с порошком и два фиала.
— Выпить нужно всё вместе, — начал объяснять. — Стимулятор и поддерживающее. Разгоняет метаболизм, восстанавливает мышцы. Будет дичайший голод, но зато быстро поставит на ноги.
Дарья хмуро оглядела всё это. Идея глотать непонятную алхимию, ей явно по душе не пришлась. Тем не менее спорить девушка не стала. А я спустился вниз, подняв оттуда большое блюдо с жареной свининой, глубокую тарелку жареного риса с курицей и расстегаи. Плюс большой чайник с заваренным внутри чаем.
Поднявшись, поставил поднос на тумбочку около кровати Дарьи. Рядом положил ключ.
— Твой, — обозначил я. — Если вдруг не хватит этого, спустишься вниз сама. С Олегом не говори. Станет приставать — зови Тэкки или угрожай мной. А лучше — Мэй зови, она ему башку быстро прочистит.
Посидел ещё с девушкой, после того, как та приняла «лекарство». Посмотрел, как та жадно поедает свинину. Подумав, сходил ещё раз на кухню — притащил второй поднос.
Перед выходом заглянул в мастерскую. Тэкки сидел за верстаком, уныло точа лезвие. В глазах — вселенская тоска.
— Тарг, — протянул он, опуская нож. — Чё, я выходит всё время буду эти железки шоркать? Может, найдём кого для точилки. А я лучше вместе с тобой по улицам гонять буду.
Радость от «профессии» разбилась о монотонную рутину. Ожидаемо.
— Не всё время, — посмотрел на него. — Скоро всё может измениться. Но пока надо точить. И за Дарьей присматривай.
Тэкки мученически вздохнул. Но кивнул. Мол, приглядит. И наточит.
Вот и улица. Стылый ветер. И маршрут, ведущий за пределы знакомых портовых кварталов. Нижний город был огромен — не пара грязных улиц и линия доков, как казалось мне когда-то поначалу. Сотни и сотни кварталов, расползающихся вдоль побережья.
Пересёк невидимую границу. Портовая вонь рыбы и водорослей исчезла. Воздух сменился — въевшееся машинное масло, кирпичная пыль, подвальная сырость. Аромат жареной картошки из приоткрытых окон.
Старая Циннива. По имени рыбацкого посёлка, который стоял тут задолго до того, как Вольный город Дальний сожрал береговую линию. Бывшая промышленная зона. Заброшенные мастерские, кустарные мануфактуры, красные корпуса бывших артелей. Склады, перестроенные под жилые клетушки. Район, который когда-то был рабочим, а потом обнищал. Предприятия закрылись — люди остались. Серединка, сползающая вниз к портовым трущобам.
Нужный адрес оказался на отшибе. Трёхэтажный кирпичный дом. На первый взгляд — мёртвый. Почти все окна заколочены потемневшими досками. Вместо некоторых — чёрные провалы выбитых стёкол. Стены в пятнах плесени и сырости. Крыша просела с левого края — стропила торчат наружу. Два подъезда, оба тёмные.
Как тут может кто-то жить? Остановился в тени напротив. Принюхался.
Из здания — почти ничего. Застоявшаяся сырость, крошащийся бетон, бродячие кошки. Никакого пота, еды или чего-то такого. Здание не пахло жизнью. И это настораживало. Либо внутри пусто, либо жилец умеет прятать следы на уровне серьёзной алхимии.
Достал телефон, собираясь дать знать, что пришёл и поинтересоваться, какого хрена тут происходит. В момент, когда доставал, тот просигналил сообщением.
«Зайди в правую дверь. Поднимись на второй этаж. Постучи в дверь справа.»
О как. Значит меня видели. Камеры, сигнальные артефакты, оптика — вариантов хватало. Зверь моментально подобрался — этой части меня такой расклад не понравился. Но Владислав за этот контакт ручался. И скорее переживал по поводу того, что я могу вскрыть ему глотку, а не наоборот.
Поэтому я убрал телефон. Ещё раз окинул взглядом заколоченные окна. И зашагал через дорогу к тёмному провалу правого подъезда.