Кира. Пешка или королева

Глава 29

Кира (Пт-Сб, вечер-ночь)

Я проснулась на плече у Широ, когда Зейн уже вернулся с работы. Мой командор лежал с нами на кровати и с любовью во взгляде смотрел на меня.

— Привет, малышка, — сказал он, когда я открыла глаза.

— Привет, Зейн, — ответила я, перебираясь к нему поближе, чтобы обняться.

Родные руки обхватили меня и притянули ближе. Мы просто молча лежали, прижавшись друг к другу какое-то время.

— Я не хочу сегодня к нему идти, — произнесла я вслух свое желание, которое поселилось во мне еще днем, — можно я не пойду? Я знала, какой эффект произведут мои слова, но я больше не могла держать это в себе.

Кольцо рук крепче сжалось вокруг меня. После недолгой паузы Зейн сказал:

— Мы скажем, что ты плохо себя чувствуешь после встречи с Лестером или что приболела.

— Лучше этого не делать, — вмешался Широ, — Гото не выносит любых проявлений слабости, и, Кира, если можешь, не показывай слабость перед ним.

— Какая мне разница, что он там не выносит?! У нас фактически деловые отношения.

— Да, но его даже минимальная симпатия к тебе не помешает. Он привык быстро избавляться от всего, что приносит ему дискомфорт, и ваше слияние — единственная причина, по которой он в принципе.., — Широ замялся, — общается с тобой. Но ведь качество этого общения важно и тебе самой. Мне жаль, что приходится говорить тебе это. Но ты должна знать. И ты не сможешь избегать его вечно, если не пойдешь сегодня, все равно придется идти завтра. Кира, мы сделаем, как ты решишь. Просто я сомневаюсь, что до завтра что-то изменится в твоем отношении к нему, и в таком случае лучше не давать ему лишний повод для раздражения.

Я пребывала в некотором ступоре, да, я знала, что я совершенно не во вкусе Супрема, но чтобы его настолько тяготило общение со мной, было новостью. Ведь во время наших ночей он, если не нежен, то как минимум контролирует себя, а в прошлый раз его вообще так накрыло, что это было похоже на одержимость. Но у меня не было никаких оснований не верить словам Широ.

— Хорошо, я пойду, — тихо ответила я.

Широ ничего не сказал, а лишь придвинулся к нам с Зейном поближе. Часы отдыха с мужьями пролетели слишком быстро. Затем мы поужинали, я рассказала им в подробностях о встрече с принцем, тему об Эмме и других мы больше не поднимали. Я боялась, что меня снова накроет, и Зейн с Широ, видимо, тоже.

— Добрый вечер, — сказала я, когда вошла к Супрему в спальню.

— Добрый, Кира, присаживайся, — сказал он мне, указывая на кресло, — я бы хотел сперва распросить тебя о встрече с Лестером. Мара уже передала мне отчет, но теперь я хочу все услышать и от тебя во всех подробностях.

— О, так эта Мара еще и шпионка-доносчица. Хотя не удивлюсь, если Гото докладывают о каждом моем шаге.

Я рассказала о встрече, Гото молча слушал и иногда кивал.

— Ты неплохо справилась, — добавил он в конце совершенно ровным тоном. Такая «похвала» свысока меня конкретно задела. Ведь я чуть из кожи вон не вылезла, чтобы вежливо отшить императорского сынка, и это было, прежде всего, в интересах Гото.

— Я смотрю и ты неплохо справляешься с невинными людьми! — На эмоциях с упреком ответила я. Меня занесло, но извиняться за правду я не собиралась, и прямо взглянула ему в глаза. Знала бы я тогда, какие далеко идущие последствия будет иметь всего одна в сердцах брошенная фраза.

— Думаешь, можешь говорить со мной таким тоном и смотреть на меня с вызовом? Уверена, что потянешь последствия? — его голос стал ледяным.

Я молчала. Мне стало не по себе, но Широ сказал не показывать слабости, да и то, что я сказала, было сущей правдой.

— Давай кое-что проясним, девочка, — последнее слово он сказал уничижительно, — некоторые люди, окружающие тебя, не задумываясь отправили бы тебя на тот свет в надежде меня ослабить, если бы были уверены, что это сойдет им с рук, а другие — втоптали бы в грязь вместо комплиментов, подарков и восторгов, которые ты получаешь ежедневно.

— Я не просила всего этого, — тихо возразила я.

— Ты просила спасти тебе жизнь, — отрезал он, его голос опустился еще на тон ниже.

Он был прав, я молчала.

— Ты не настолько глупа, чтобы не понимать, что я могу делать с тобой вообще все, что захочу, и никто мне не помешает. Поэтому цени мою доброту. Ведь все в этом мире имеет свойство заканчиваться. Не приближай этот момент своими идиалистическими приступами. Возможно, пребывание в центре общественного внимания в последнее время вскружило тебе голову, так вот не забывайся. И не думай, что безнаказанно можешь говорить со мной так, как ты это делала только что, — голос Гото становился откровенно угрожающим.

— Я все поняла.

Инстинкты самосохранения вопили не лезть на рожон, и я засунула свою гордость подальше. Повисла гнетущая тишина. Гото откинул голову назад на спинку кресла и закрыл глаза. Какое-то время он сидел неподвижно, а потом заговорил снова.

— Если Супрем Халл проявит к тебе хотя бы небольшое внимание, в твоих интересах вести себя так, чтобы он поверил в твою искреннюю симпатию к нему. Мне нужно, чтобы он захотел пойти дальше в ваших отношениях, и ты должна будешь ответить ему взаимностью. А потом абсолютно все, что узнаешь, пока будешь с ним, рассказываешь мне.

Резкая смена темы сбивала меня с толку.

— Я не понимаю, какую симпатию? Что я должна делать?

— Объясню простым языком: даже если он утащит тебя в отдельную комнату и захочет отыметь, ты не сопротивляешься, а изображаешь радость и любовь. Все ясно? Но первая на него не вешайся, это будет подозрительно, веди себя естественно.

Я не понимала, я действительно слышу то, что слышу, или это галлюцинации?

— Ты не можешь заставить меня делать это.

— Ты еще ничего не делаешь, а я могу все, — холодно ответил он, — Халл пока ведет себя не так, как я предполагал, но, надеюсь, это временно. Каждый раз при встрече с ним будь мила, но без настойчивости. И все докладываешь мне, — повторил он еще раз, — Широ и Зейн о нашем разговоре знать не должны, если что, скажешь им, что Халл тебе нравится.

— Но Широ чувствует мои эмоции! — возразила я, все это походило на абсурд.

— Значит, Широ не будет рядом, когда ты будешь видеться с Халлом.

— Я не хочу делать это, я не смогу! — Мой голос дрожал.

— Кира, если мы поладим, у тебя все будет хорошо. А если нет — тогда все станет очень-очень плохо, и не только для тебя.

Он что, угрожает Зейну и Широ? Меня начало трясти. Я ничего не могла с этим сделать. Я слишком слабая, и мне банально страшно от того, что жизни моих мужей и моя в руках этого чудовища.

— Сядь на кровать и успокойся, — сказал Гото ровным тоном, — я поставлю на тебя энергетическую защиту, чтобы ни Халл, ни другие не могли считывать твое энергетическое состояние и определить, когда ты лжешь. А как объяснить Широ и Зейну всю гамму эмоций, которые ты испытываешь, придумаешь сама.

Я послушно села на кровать. А Гото продолжил:

— Мое положение удерживается не приличным имиджем и добрыми делами, а исключительно силой. И если сильные этого мира принимают мои решения, то примешь и ты. Кивни, если поняла.

Я кивнула. Через 5 минут моя «энергетическая защита» была установлена, и Гото оставил меня одну, предупредив, что вернется через час, и чтобы я использовала время отдыха с умом, ведь мои обязанности жены на сегодня отменять он не собирается.

Когда Гото вернулся, последовала просто ужасная ночь, нет, он не делал мне больно, но когда меня начало колотить во время нашей близости вовсе не от страсти, его толчки стали резкими и сильными, он быстро достиг разрядки и, не скрывая ярости, вылетел из комнаты, как был, без одежды.

— На сегодня все. Будь здесь. Я пришлю Каина, — бросил он, выходя за дверь.