Клан

Глава 20. Дейнерис и Алекзандер. Тристан и Изольда, Старшая Эдда - везде предательство

Когда все оказались в комнате отдыха в бане, мне пришло в голову, что не мешало бы хоть минимально изобразить, что мы ей пользовались. Конечно, Алик с женой, вроде бы таджики из Киргизии, и баня для них только бизнес, да и удивить их чем-то сложно, но лучше не выбиваться из общей картины.

Предложение искупаться в пруду принял только Леви. Дейнерис хотела идти что-нибудь заказать, раз уж Пэри так хочет посидеть за столом, с ней пришлось отправить Марил, единственную говорящую на русском. Хотя, определённый шанс на то, что Фионе удастся договориться с Аликом на арабском был. Но тогда мы бы конкретно выделились.

В принципе, Марил единственная из всех, кроме Леви, готова была попробовать и парную, и пруд, но не судьба. Волноваться за то, что Фиона и орка закажут что-нибудь не то, было не нужно. У Алика три блюда в день, если не считать орешков и рыбной соломки из пакетиков. Пельмени каждый день, на первое лагман или солянка, а на второе свинина с картошкой. На всякий случай я сказал Марил солянку не брать не под каким видом. При всём уважении к Алику и его жене, лучше бы они не включали солянку в меню, и ограничились лагманом.

Пэри, которая просто отозвала одежду, не обращая внимания даже на Леви, сказала, чтобы ей заказали водки, чем вызвала ступор почти у всех, и пошла в душевую, не обращая внимания на общую реакцию.

– Марил, что с ней? – я надеялся, что орка прочтёт мысли Пэри и хоть как-то пояснит, что с той происходит.

– Не знаю, она думает только о том, что нужно тщательно вымыться, я ещё тогда… – голос орки в голове был удивлённым.

– Пойдём Марил, она вообще странная с того момента как увидела этих арабов, – Дейнерис, потянула орку за руку, – «сначала говорила, что всех запомнила, и когда Марил их приведёт, всё наконец закончится, а потом, сказала, вдруг, что ты прав, они её действительно убили, а потом только молчала».

– Кстати, а почему ты сказал, что её убили, она же жива? – Леви на секунду отвлёк меня от разговора, и девушки вышли за дверь.

– Что? А, эти скоты изнасиловали и покалечили её и бросили в портал домой, к мужу. Её должны были забить камнями через час, когда она ушла порталом ко мне и Куэсу. Да и выжила она случайно.

– Тогда понятно.

– Всё, быстро купаемся, остальные разговоры за столом.

Выкупавшись, мы с Леви собрались уже идти, когда я услышал, что в душе ещё шумит вода.

– Пэри, ты скоро?

– Сейчас, с волосами закончу и подойду, идите.

– Хорошо, заканчивай быстрее и догоняй.

За столом разговоров почти не было. В принципе, всё было как обычно, но я не слишком интересовался едой и разговором. Каюсь, даже когда к столу пришла Анэхита, я почти не заметил, настолько меня заинтересовало то, что показывали по телевизору в новостях. Леви пару раз спросил, чем я заинтересовался, но я отмахнулся и сказал, что объясню потом.

В новостях рассказывали о разгорающемся дипломатическом скандале, в котором были замешаны Россия, Китай, Англия и США. Как объяснял обозреватель, ещё вчера, кроме обычной напряжённости, антироссийски санкций и грозных заявлений в адрес Китая, который не соблюдает какие-то патентные права, ничего не было. Но сегодня опубликовали сообщение, что то ли в офис, то ли к поверенным какого-то никому неизвестного бизнесмена, правда всплывавшего несколько раз в светской хронике Виктора Кортеза, пришла полиция и налоговая полиция чтобы изъять документы в целях проверки источников его средств. Обычное дело. Такие сообщения появляются регулярно, хотя обычно в Англии обходится без помпы.

Никто бы этого сообщения не заметил, если бы МИД КНР не выступил вдруг с жёстким заявлением, что проверки деятельности нескольких компаний, тесно связанных с торговыми представительствами КНР в восточной Европе, да ещё и с выдвижением обвинений в незаконной торговле оружием без каких бы то ни было доказательств, недопустимо. А ссылки исключительно на ведущееся в Лондоне расследование деятельности торгового партнёра и подозрения являются оскорблением КНР, так как компании государственные. Через пару часов с аналогичными заявлениями выступил МИД РФ. А апогея скандал достиг тогда, когда выступил глава ФБР и сообщил о выходе на финишную прямую расследования деятельности крупного торговца оружием Виктора Кортеза, который связан кроме того с антидемократическими режимами КНР и РФ, и что все данные по его деятельности переданы в Лондон и теперь расследование будет совместным. Кортез, имеющий гражданство и паспорта нескольких стран объявлен в розыск и подключены Скотланд Ярд и Интерпол.

Это было ожидаемо. Не так и долго я попользовался паспортами и деньгами. Ну, не жили богато, незачем и начинать. В России ни с Кортезом ни со мной лично никакие активы не связаны. А то, что я не уволился отовсюду, оказалось предусмотрительностью. Зарплаты может и не будет, а корпоративные карты никто в ближайшее время не аннулирует. Пара недель у меня есть, а там посмотрим. Нужно только сделать несколько звонков и заехать в офис, или сделать звонки прямо из офиса.

Но это было совсем не самое интересное. Самым интересным была информация о передаче бывшего здания Академии Петра Великого на Китайгородском проезде какому-то обществу патриотически настроенных верующих имени Евпатия Коловрата. Причём, когда диктор зачитывала информацию об организациях, которые будут курировать общество, она перечислила все более или менее значимые в России структуры, начиная с администрации президента, патриархии и основных министерств. Это было настолько странно, что даже диктор сверяла то, что видела в телесуфлёре с тем, что у неё написано на листке. Общество, как выяснилось начало свою деятельность, примерно, месяц назад, и, судя по всему, будет существовать на гранты министерств, администрации и церкви.

Возможно, я бы и пропустил это, если бы к комментарию не были добавлены выдержки из беседы с представителем патриархии, который вдруг сослался на то, что такие общества возникают и в других странах, и Россия, а также православная церковь просто не хотят отстать от прогресса. В частности, он указал, что аналогичное общество получило в пользование храм Аматэрасу в Токио и храмовый комплекс по близости от Дели, который правительство передало обществу «Сынов Индры». Он точно не мог сказать, где будут базироваться общество веры в Свободу и Демократию в США и некоторые другие, организованные в Европе, но в целом, по его мнению, это были очень правильные начинания.

Наверное, я бы пропустил всё это мимо ушей, если бы набор стран не был таким знакомым. Я пощёлкал программами и ещё раз прослушал ту же информацию, теперь уже более внимательно, на другом канале. А заодно и про свою противозаконную деятельность.

Когда я смотрел новости второй раз дошло и до Леви, и он начал по-английски объяснять то, что нас заинтересовало Дейнерис. Марил тоже отвлеклась от попыток разговорить Анэхиту, и прослушала, а потом и переспросила меня, и мы согласились, что это именно то, что я думаю.

Наверное, если бы любители сохранения архитектурного облика Москвы не боролись за изъятие этого здания у министерства обороны и его реставрацию, новость не была бы озвучена основными каналами. Но здание было одиозным и известным и в тихую разместить там что-нибудь было сложно. А ещё часть здания до сих пор принадлежала военным, и убрать их оттуда просто так, видимо не получилось.

Да, теперь, как минимум в названных странах Игра выходила на легальный уровень, я бы сказал, на самый высокий уровень. Общество веры в Свободу и Демократию, как пояснил представитель патриархии находилось под прямым патронажем администрации президента США и госдепартамента, он что-то ещё сказал об основных конфессиях в США, но здесь я был профан. Названия японских и европейских кураторов обществ мне тоже говорили мало, они были не на слуху, а уточнять у Дейнерис я не стал, достаточно было и того, что сказали.

Общий интерес к новостям не затронул только Анэхиту, та сидела над тарелкой с пельменями, в которых уже начало застывать масло и рюмкой водки, которую подержав в руках, пригубив и скривившись поставила на стол. Меня вообще удивило даже не желание выпить, стресс есть стресс, а привычка жизни со мной, вполне могла вызвать идею выпить что-то крепкое. Меня поразил выбор напитка. Лёгкое вино, может коньяк или виски, но водку Пэри не любила никогда и могла пить только уже прилично нагрузившись. Но как-то раз она говорила, что именно водкой заливал проблемы отец. Я уже хотел раскрутить эту мысль, а может и спросить Марил о чём думает Пэри, когда появилось сообщение.

Внимание: нападение на территорию клана.

Хранитель клановой территории Кифер. Костяной рыцарь. Уровень 11 Сформировал миссию по защите территории клана, принять миссию? Да / Нет

Более неудобного момента быть не могло. Я даже машинально взглянул на часы над стойкой. Двенадцать часов, ещё два часа до двенадцати по Гринвичу, но я всё равно пропустил момент нападения. Ладно, все обдумывания и сожаления потом. Надо расплатиться и уезжать. Уезжать куда-то, где можно оставить машину. Удивлять Алика возвращением в баню, будет уже через-чур.

А мне ещё и письмо пришло от Кифера, которое нужно срочно прочитать.

– От миссии всем отказаться. Марил, расплатись, счёт не проверяй, добавь половину стоимости обеда. Леви, Тащи Пэри и Дейнерис в машину. Срочно. Быстро.

Леви налил из графинчика Пэри водку себе в рюмку, рюмки были у всех, выпил цапнул вилкой последний пельмень, после чего схватил за руки Фиону и Анэхиту и потащил наружу.

Вы никогда не пытались спускаться с крыльца и одновременно читать? Такое я скажу занятие, не для всех, но мне удалось. И спуститься, и понять, что Кифер догадался снова выслать патрули, что и хорошо, и плохо. Вышедшие с поляны игроки двигаются к замку, и он готовится к обороне, но Меинард и Дианта теперь отрезаны от замка вместе со своими свитами, в которых ушли несколько безымянных костяных рыцарей. А игроков почти сто. Хотя уровни очень разные, от восемнадцатого до четвёртого.

Я написал, чтобы он не затевал полноценный бой, а только постарался задержать противника перед мостом. Чтобы игроками с нашей стороны не рисковал, а послал безымянных рыцарей и воинов задержать противника на подходе к мосту. Минимальная ширина фронта, просто толкучка у моста. Мы будем в течение получаса.

Марил перед посадкой в машину я отозвал, когда она подошла, незачем толкаться, и это быстрее чем устраиваться на заднем сидении. Дальше мне было плевать на камеры и ограничения, мне нужно было выехать за обжитые места и найти съезд в лес. В сторону Талдома. Мы пролетели Гомоново, Лахирево, слева было болото, а справа съезд к старой заброшенной ферме. Поле, считай без дороги, семьсот метров по грунтовке и поворот, где можно бросить машину так, что её не видно с шоссе. На всё ушло, примерно двадцать минут. Ещё пять переодеться и открыть портал в домен.

Мы вышли в кордегардии. Дианта ждала нас стоя уже у двери.

– Быстрее, бой уже идёт.

Перед тем как выйти из кордегардии я вызвал Марил и Агата.

– Марил, переоденься в форму и догоняй под невидимостью. Агат ты с Марил.

По дороге ничего нового Дианта рассказать не могла, кроме того, что пришло несколько группировок, но в бой вступила пока одна. Остальным просто не хватает места у моста. Но сдержать даже одну воины и безымянные костяные рыцари не в состоянии.

Конечно, место полководца, это ещё Чапаев с помощью картошки объяснял Петьке, на горе, а в моём случае на башне. Оценить обстановку, двинуть отряды, громкий лозунг выкрикнуть, ну, это не для войск, это для потомства, штаб запомнит, и в мемуарах можно будет отразить. Но в этом конкретном случае, я не хотел воевать. Даже несмотря на уверенность в том, что несмотря на временный успех победа игрокам не светит.

И да, я хотел просто разойтись миром, точнее попытаться, пока не началась общая свалка. В которой остановиться уже не получится. И именно поэтому давал указания Киферу задержать, а не заманить и уничтожить.

Пробегая мимо, я кивнул Киферу и тот присоединился к нашей группе. Когда мы выбежали из ворот и побежали к мосту бой на нём практически закончился, причём сделал его один игрок, который шёл впереди и даже не убивал, а калечил и разбрасывал нажить в стороны топором. А там младшие уровни добивали её и копили опыт.

Помочь мы бы не успели, последний боец с нашей стороны был отброшен в сторону и, похоже добит, когда мы были на середине площади. Последние несколько схваток, того кто шёл впереди отряда игроков, я успел оценить. Мастерство боя у него было среднее, похоже он не был даже мастером боя. Но странное дело, даже его ошибки давали ему преимущество, оступился и пошатнулся, и меч прошёл чуть выше головы, ударил нелогично и вроде неправильно, но противник подготовивший ответ, оказывается ошеломлён каким-нибудь бессмысленным тычком обухом.

Пифия, мой капитан очевидность и одновременно свидетельство того, что у меня нет раздвоения личности, а подсознание вполне дружит с остальной частью мозга, резюмировала – «Боец, интуиция прокачана выше десятки».

Мы остановились где-то на середине площади. Не оборачиваясь, я сказал Киферу и Дианте, что между стенами должно быть два ударных отряда, готовых вмешаться, если бой всё-таки начнётся, за воротами третий. Командование фланговыми на Меинарде и Дианте. А Дианте велел уйти в невидимость и отправиться к своему отряду.

Правда, когда Дианта под невидимостью побежала направо, часть подходящих к нам игроков проводила её взглядом. Значит у кого-то уже есть истинное зрение, или какой-то аналог.

Алекзандер шедшей во главе группы, именно он был головным на мосту, остановился, не доходя до меня шагов десять. У него был восемнадцатый уровень, для развития в группе – это хороший результат. Он действительно, видимо, вкладывался в основном в уровни и очки параметров. Остальные, примерно двадцать пять игроков, по большей части были новичками, но где-то в задних рядах я увидел знакомые ники Лизы и Анны-Лизы.

А вот и ещё знакомые, игроки остальных отрядов начали переходить через мост и строиться небольшими прямоугольниками вправо и влево от моста, и перед мостом. Действительно всего четыре группы, или отряда. Японцы в первом ряду которых встали Кицунэ и Куэсу. Россияне с Алексом во главе, или вторым, который призывал Анэхиту в своё время открыть личико, у него теперь тоже был одиннадцатый уровень, как и у Алекса. И американцы, с Бен Гуром и Два Меча. Почти все.

– Лао Ху придёт? – громко поинтересовался я.

Кицунэ скривилась, но промолчала. За неё ответил Алекзандер, поигрывавший топором.

– Китайцы всегда себе на уме, их приглашали, но они отговорились тем, что пока не готовы.

Ну, если разговаривают, то может ещё удастся договориться. Пифия в голове захихикала – «нет, не удастся, они верят в себя, но ещё есть возможность сделать несколько хороших ходов.» Вот почему она никогда не подсказывает ничего дельного, но ходы действительно есть.

– Привет, Алекзандер, хороший был бой? Много опыта Игры? Может на этом и остановимся?

– Хороший, и опыта взяли неплохо, но я пришёл не за этим.

Вот они неплохие ребята, американцы, европейцы, умные, но наивные, с Лао Ху, или Кицунэ фокус бы не прошёл. Кицунэ сообразила и усмехнулась, весело так, почти открыто. А Пифия в голове опять захихикала – «Боец» - способность…, может быть использована один раз в три дня».

– Я писала тебе приходить вчера, а не сегодня, нас не было весь день. – пятая колонна, Дейнерис отметилась.

– Может разрешишь её убить, так просто я не могу, контракт запрещает, а тебе пока она не угрожает, - прошелестел в голове голос Марил.

– Нет, пока нет, не трогай её. – так же мысленно ответил я.

– И что бы я делал здесь с первыми уровнями, которые даже не видели нежити.

Смотри ка, почти семейная сцена. И кто здесь третий лишний? Ладно, пора всё-таки вернуть переговорам деловую направленность. А то, я смотрю, народ как-то неправильно воспринимает происходящее. Два Меча зачесал в затылке, Бен Гур скривился, если ещё и Алекс хлопнет себя по лбу, вообще комедия будет.

– Для тех, кто до конца ещё не понимает то, что происходит, если мы сейчас схватимся, то отсюда уйдёт очень мало живых, может даже никто. И судя по численности отрядов, и словам Дейнерис, тот кто на самом деле планировал экспедицию на это надеялся. На ослабление тех, чьи потери будут больше надеялся.

– Что ты болтаешь? Мы легко убьём тебя, твою стерву и пару костяных рыцарей.

– Что с ним разговаривать, нужно нападать.

Выкрики раздались с разных сторон и из разных отрядов, но ветераны, пока стояли и обдумывали сказанное, а кто-то похоже и посмотрел на американцев, которых, действительно было раза в три меньше, чем игроков в любом другом отряде.

– Кифер, Мейнард, Дианта, Марил, я хочу, чтобы все всё увидели.

Игроки закрутили головами, от ворот приближался один отряд, а по флангам между стен ещё два, и их численность впечатлила всех. Ну может кроме Алекзандера, который не смотрел по сторонам, а прожигал взглядом меня, похоже, тут, действительно, что-то личное.

– А ещё, у меня создалось впечатление, что здесь не даром собралось так много знакомых, вряд ли это такое совпадение.

У японцев произошло шевеление. Кицунэ резко скомандовала по-японски: – «уходим, быстро». Кто-то начал возражать, а кто-то, выбежав из строя, крикнул «к бою, не…», но закончить не успел, удар кулака Куэсу отправил его в нокаут. Или на тот свет, он не Айнур, чтобы его собрали после полноценного удара. Ещё двое выбежали подобрали лежащего, и нырнули в середину уходящего отряда, похоже Куэсу сдержалась.

Два Меча и Бен Гур, тоже кулаками наводили порядок среди своих, но там всё просто, в четыре руки, на оставшихся семерых, Леди Годиву я не считаю, им не больше пары ударов потребуется. Правда, уносить тогда в два приёма придётся. Но должны же там и разумные быть.

Оставались россияне и европейцы. Россияне как-то странно себя вели, примерно, как курица без головы, часть подалась за уходящими, часть отошла в сторону, и о чём-то спорила, часть пыталась пристроиться к европейцам. Я, если честно, надеялся, что Алекс с другими ветеранами их уведёт.

Пифия опять раскаркалась: - «всё равно от боя не уйти». Пожалуй, и в этот раз, она просто констатировала факт. Алекзандер обернулся, и посмотрел на уходящих и на тех, кто уже явно не собирался участвовать, а был занят в основном разборками между собой. Но ему похоже было всё равно. Повернулся ко мне, он ткнул мою сторону пальцем.

– Тебе не уйти, мне плевать ни тех, кто сбежал, я хочу доказать кто сильнее и докажу, а потом…

Вот уж действительно, если разума нет, то богам и трудиться незачем. Без него вся эта толпа разбежится, если ногой топнуть, а не разбежится, в основе клана места хватит всем.

Вы хотите вызвать на поединок игрока Алекзандер. Уровень 18? Да / Нет

Да. И ещё кое-что.

Вы хотите изменить стандартные условия поединка? Да / Нет

Да.

Выберите условия из списка …

Подтвердите выбор – поединок прекращается, когда один из противников не может продолжать бой. Да / Нет

Да. Всё-таки юродивых в России жалели всегда, и относились к дурачкам с определённой долей снисходительности. Ну, а заодно, может остальные не кинутся на выручку если его не убивать. Но это – последний шанс. Дальше меня свои не поймут.

Внимание: игрок Алекзандер. Уровень 18 принимает ваш вызов. До начала поединка 00.03.59

Все подались назад, образуя круг. А Алекзандер поудобнее перехватил топор. Ну, посмотрим, как ты без «бойца» будешь держаться. Я пока не стал вызывать оружие, тут ведь не как, с нежитью, чиркнешь раз по руке, обратно не пришьёшь.

00.00.01. Бой.

Алекзандер неплохо держался, и опасно атаковал. Топор для настолько прокачанной силы, не такое уж и тяжёлое оружие. Неудобное для меня – это да. Но и имеющее очень приличную инерцию, которую просто силой не компенсируешь. И скорость, всё-таки до рывков Алекзандеру было далеко. Хотя уставать он не уставал, и почти сразу, после первой попытки, перестал широко махать своим топором и пытаться меня догнать. Только поворачивался, ждал, когда я окажусь на расстоянии удара.

Проблема. Вот как ударить так чтобы он лёг, но при этом не сплющить голову или не оторвать руку. Так-то он сильнее, вон как раскачался, от былого «клерка» не осталось ничего.

Хватит прыгать, рывок вправо, и сразу из рывка скольжение за спину бугаю, и последний рывок коротенький, так, чтобы попасть кулаком по затылку. Вроде не хрустнуло ничего, но в пыль на плитах он лёг. Попробовал приподняться, и я просто ударил его ногой в ухо. Алекзандер обмяк и выпустил из руки топор.

Внимание: игрок Алекзандер. Уровень 18 не может продолжать поединок. Поединок окончен.

– Дианта, быстро сюда, придержите его, чтобы не дёргался если очнётся.

Дианта и несколько костяных воинов подбежали к нам и навалились на ноги и на руки лежащего ничком Алекзандера, кто-то даже прижал ему к горлу что-то острое, чтобы не дёргался, если придёт в себя.

– Алекзандер! Что ты с ним хочешь сделать? Да отпусти меня дура. – Дейнерис, рванулась к нам, и пытаясь сбросить руку Анэхиты с плеча.

Рвануться, рванулась, но сбросить руку Пэри не смогла. И тут, вместо того чтобы остановиться, вызвала меч и ударила. Анэхита отскочила назад.

– Стерва, ты такая же чокнутая убийца, как и твой Виктор, любитель нежити.

Вместо того, чтобы продолжить бежать к Алекзандеру, Дейнерис атаковала опять. Несколько новичков, вроде бы, из европейцев бросились ей на помощь.

– Марил, Кифер, Анэхита, не убивать! – я попытался голосом остановить начинающееся побоище.

Алекс с ветеранами, наконец перестав спорить, начали останавливать российских новичков, тех кто не успел присоединиться к европейцам. Впрочем, и среди самих европейских игроков, было достаточно тех, кто не успел к свалке, и теперь отступал перед строем нежити, которая не атаковала, а оттесняла группу от схватки. Марил остановилась и отступила от схватившихся Дейнерис и Анэхиты.

Но человек пять уже лежали на земле, и похоже, шансов встать у них не было. Один, видимо только раненый, попытался схватить Пэри за ногу, и уткнулся в плиты, фарси перешла в боевой режим.

Дейнерис сначала напала суматошно и рубилась, как будто забыв всё, чему училась, просто силой пытаясь достать уворачивающуюся Анэхиту, но за секунды успокоилась, и начала настоящий бой. Правда, всё равно не в своём обычном стиле, а непрерывно атаковала.

А Пэри как обычно уходила и уворачивалась, практически не давая противнице коснуться ни себя ни оружия. Я прислушался к её чувствам и мыслям, абсолютное спокойствие, и любование красотой движений, своих и противника. Она хоть слышала меня? И можно ли кричать сейчас, собьёшь и будет ещё хуже.

– Марил! Ты можешь что-то сделать?

– Нет. Она не слушает и не слышит.

Бой мастеров никогда не длится долго. Какое-то время, чтобы понять противника, и потом всё заканчивается за минуты, или секунды. Анэхита знала Дейнерис как облупленную, они тренировались вместе, и Пэри учила Фиону. Но даже те несколько десятков секунд пока длился бой, новички, теперь уже все, без понуканий ветеранов подались назад, убирая оружие. Похоже все сообразили, в какую мясорубку чуть не влезли, а ведь «фарш невозможно прокрутить назад».

Я успел заметить, когда у Анэхиты в левой руке появился кинжал, и почувствовал, что на следующем развороте Дейнерис просто сама наткнётся подзатылочной впадиной на него, и тогда заорал: - «Пэри! Нет!».

Дейнерис рухнула на плиты площади, и Марил, и я побежали к ней и опустившейся рядом на плиты Фарси. В тишине. В почти абсолютной тишине.

– Пожалела. Как глупо, я убила этих мальчишек, неумех, и пожалела её, – Пэри встала, отзывая оружие, и пошла к воротам.

За ней, что-то жалобно свистя, почему-то вслух бежал Агат, которого вроде и не было всё это время на площади.

– Она жива, просто без сознания, - Марил даже не нагнулась, только внимательно посмотрела на Дейнерис. Да и ник у той даже не мигал, только перестал быть зелёным.

– Он приходит в себя, что с ним делать? – Дианта смотрела себе под ноги, где ворочался Алекзандер, осторожно ворочался, а когда почувствовал у горла чей-то меч замер.

Я вернулся к ним. По дороге оглядывая остальных игроков.

– Алекзандер, ты сможешь сдержаться и уйти? Тогда тебя отпустят. Но второго шанса не будет, дёрнешься и отсюда не уйдёт больше никто.

– Да.

– Забирайте Дейнерис и уходите, быстрее, мне надоело сдерживаться. Кифер, Мейнард, проследите.

– Виктор! – Алекс бежал к нам, оставив российскую группу, которая уже втягивалась на мост.

– Алекс, подумай хорошенько, прежде чем что-то сказать, или сделать.

– Я решил, я хочу остаться с вами, – Алекс смотрел прямо, и… да, он говорил то, что думал.

– Да, он решил, – Марил мысленно подтвердила мой вывод.

Ну, что-то теряешь, а что-то находишь. Дейнерис освободила место, впрочем, к этому шло, и слава Богу, что её срыв не произошёл в другое время, крови могло быть больше. А может я просто не понимал до конца её иерархию ценностей.

– Пойдём, Леви, ты тоже с нами, и ты Марил. – я тоже пошёл к воротам, мне казалось, что здесь всё уже кончилось.

Пэри сидела почти сразу за воротами опершись на стену и гладила Агата. Машинально гладила. И они не ругались, как обычно, и Агат, будучи в виде драконида не фыркал и не отскакивал. Обычно, он позволял себя гладить только в виде таксы, и то не всегда. Я глянул на ник Анэхиты, теперь у неё был двенадцатый уровень.

– Она молчит, совсем, не хочет разговаривать, – повернулся ко мне Агат.

– Вернёмся домой, она придёт в себя, у неё плохой день.

Марил взяла меня за руку и хотела что-то сказать, но в этот момент в ворота прошёл Меинард, держащий на руках безжизненный костяк рыцаря. Зачем это он?

Обычно все оставшиеся после боёв костяки, если нежити не повезло, костяные воины сносили куда-то внутрь, где потом кто-то из воинов Игры, или, теперь, игроков посильнее поднимал заново то, что будет нужно, расходники, так сказать, гончих, воинов, иногда слабых рыцарей. Те, кому удавалось подняться в уровнях, могли постепенно вырасти, те, кому не везло, возвращались на склад костей. Пока потери были терпимы, и уравновешивались ростом.

Но такого, чтобы кто-то из старших костяных рыцарей занимался переноской костей, на моей памяти не случалось. Тем более, что воины как раз проносили мимо костяки, собранные у моста и на нём.

– Это Айнур, он погиб на мосту, – Меинард положил костяк у стены.

Деревянным шагом подошла Дианта. Замолчала Марил. Даже Пэри отвлеклась от Агата, да и тот повернул голову. Спрашивать Кифера, зачем Айнура отправили на мост, было глупо, кто-то должен был держать под контролем безмозглых низкоуровневых костяных воинов, и для этого находиться рядом. Горячий Айнур, возможно, был не лучшим выбором, но только потому, что я знал его, может чуть лучше других рыцарей – воинов Игры, которые пока не стали игроками.

Марил шагнула к Дианте, которая вдруг села на камни воротной площади. Судя по чувствам, если бы она была человеком, она бы завыла.

– Дианта, мы положим его кости в склеп, и не будем больше поднимать, – Марил села рядом с костяным рыцарем и обняла, не обращая внимания на шипы панциря и плечевых суставов.

– Это не важно, его здесь больше нет, а кости, это только кости, пусть их заберут.

– Они были знакомы раньше, до того, как…? – Леви неопределённо повёл рукой.

– Нет, они встретились здесь, в моей свите, правда уже давно, – ответила Марил, после чего что-то шепнула что-то Дианте, повела куда-то, когда та встала.

Мы пробыли в замке ещё некоторое время. Кифер что-то спрашивал, обсуждали как часто он будет теперь писать, ещё какие-то вопросы, типа расчистки какого-нибудь зала в одном из зданий замка и поиск мебели, стола, там, стульев, может даже кроватей, если найдутся, кто его знает, что может случиться. Возможный визит гоблинов, а вдруг, действительно придут, ещё какую-то ерунду.

Со мной ходили и прислушивались, а иногда и давали советы Леви и Алекс. Они старались включиться в жизнь клана и территории. Бред какой-то. Даже поспорили со мной о том, как выбирать помещения и как обставлять.

Перед тем как уходить, я спросил у Кифера, где может быть Марил, конечно, можно было найти её сканированием, но плутать по дорожкам между зданиями, а если вдруг она в здании, по переходам не хотелось. Кифер меня отвёл.

За зданием, в котором была кордегардия, просто зайти за угол, действительно был склеп, похожий на маленький греческий храм. На лицевой части портик без колоннады, просто две колонны у углов и металлическая решётка – ворота между ними. А рядом была скамейка. Две тумбы и каменная длинная плита, лежащая на них.

На этой скамейки сидели Дианта и Марил, а поодаль на краю Пэри, которая продолжала гладить покорного Агата.

Мы ушли в домен прямо оттуда. Марил и Агата я не отзывал, в этот раз я был готов ответить на вопросы о допуске. Леви и Алекс вошли первыми, потом Пэри с Агатом, а потом мы с Марил. Когда я оглянулся перед тем, как шагнуть в портал, Дианта продолжала сидеть на скамейке перед склепом.