Князь 2. 18+ (с иллюстрациями)

Глава 5 Таверна «Усталый путник»

Флал, не переставая болтать, привел нас в самую что ни на есть классическую таверну. Низкое помещение с темными деревянными балками, запахом старого дерева, дыма и чего-то жареного. Было начало дня, и заведение пустовало. За стойкой, полированной до блеска, стояла женщина. Очень… объемная. Не толстая, а именно мощная, как скала, с руками, которые явно могли не только кружки мыть, но и при необходимости сворачивать в бублик неплательщиков. Она с сосредоточенным видом натирала пивную кружку тряпкой.

— Эй, Марта! — крикнул Флал, подходя к стойке. — Привел гостей! Путникам нужен ночлег, горячая еда и, я смотрю, тонны алкоголя для снятия стресса.

Марта подняла на нас спокойный, оценивающий взгляд. Ее лицо не выражало ни радости, ни раздражения — лишь деловую практичность.

— Добро пожаловать в «Усталого путника», — пробасила она голосом, который идеально подходил бы для объявления о начале бури. — Места есть. Еда есть. С вас 10 серебряных за ночь с человека, не считая еды.

И тут меня осенило. Холодная волна паники пробежала по спине.

Сука! У нас же с собой даже денег нет! Мы в божественные земли сражаться пришли, а не в курортный город! На что мы будем жить? Предложить Оксану в качестве платы? Марта выглядит так, что может ее и не принять…

Я обреченно вздохнул и отозвал Флала в сторону.

— Слушай, друг… Возникла небольшая финансовая заминка. Мы, как ты мог заметить, путешествуем налегке. Без монет.

Флал на секунду задумался, почесав свой фиолетовый чуб.

— Понятненько… Проблемка. — Затем его лицо снова озарилось улыбкой. — Не беда! Сейчас все уладим!

Он подошел к Марте, наклонился и начал что-то быстро и тихо шептать ей на ухо. Они оба повернулись и уставились на нас. Марта внимательно осмотрела нашу разношерстную компанию: Лиру с ее хвостом, Ирис с ее вечным недовольством, Элиану, пытавшуюся выглядеть достойно, Годфрика, все еще напоминающего медведя на ходулях, Мурку, прятавшуюся за ним, и Оксану, которая уже строила глазки какому-то горшку с цветком у входа.

Наконец Марта медленно кивнула, скрестив на могучей груди руки.

— Ладно, — ее голос пророкотал, как обвал. — Бесплатно все будет. Ночлег, еда, выпивка.

Мы недоверчиво переглянулись. Бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловке.

— Но, — Марта подняла увесистый указательный палец, — у меня для вас будет одно маленькое поручение. За городом. Недалеко. Выполните — и мы в расчете. И я даже, — она многозначительно посмотрела на Годфрика, — знаю одного костоправа, который специализируется на… нестандартных проблемах. Может, и твоему увальню поможет.

— Какое поручение? — спросил я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. В этом мире ничто не давалось просто так.

— Последите за моим… поставщиком, — сказала Марта, и в ее глазах мелькнула тень раздражения. — Он должен был привезти мне бочку особого эля из соседнего поселения. Уже два дня его нет. Дорога безопасная, монстров там отродясь не водилось. Сходите, посмотрите, что случилось. А теперь, — она хлопнула ладонью по стойке, — кто хочет жареного куроля с грибами? Или вам сразу по пиву?

Предложение прозвучало настолько земно и притягательно после скитаний, что даже Ирис не смогла сдержать слабый, одобрительный вздох. Бесплатно. Но с душком грядущих проблем.

Мы наелись до отвала. Пахло жареным мясом, пряностями и счастьем. На столе стояли пузатые кувшины с темным, ароматным пивом, которое было на удивление отменным. Даже Ирис позволила себе расслабиться и пригубила напиток, хоть и с видом дегустатора, пробующего яд. Атмосфера была шумной и по-настоящему теплой.

Флал, подогретый выпивкой, начал проявлять повышенный интерес к Оксане. Та, в свою очередь, крутилась вокруг него, хихикала и строила глазки, играя роль наивной девушки, сбитой с толку вниманием яркого парня.

— Ох, Флал, — щебетала она, — твой плащ такой… разноцветный! Ты, наверное, знаешь здесь все самые интересные уголки?

— Еще бы! — оживился Флал. — Я могу показать тебе такие места… — Он уверенно протянул руку, чтобы обнять ее за талию.

И тут же его отбросило на пару шагов. Раздался сухой щелчок, и тело Флала затряслось в мелкой судороге. Его фиолетовые волосы на мгновение вспыхнули неоново-зеленым светом и встали дыбом. Он рухнул на пол, дымясь легким паром.

Мы все дружно прыснули со смеху. Даже Ирис фыркнула. Оксана же надула губки, делая вид, что обижена.

— Фу! Как грубо! — сказала она, отряхиваясь. — Меня нельзя трогать без спросу!

Флал, придя в себя, с удивлением уставился на нее, поправляя свой внезапно изменивший цвет чуб.

— Что это было⁈ — воскликнул он, потирая онемевшую руку.

Ирис, нахмурившись, холодно ему пояснила:

— Защитное заклятие. Только владелец этого раба может прикасаться к ней без последствий. Так что свои похотливые мысли держи при себе. — Она сделала паузу и добавила с убийственным сарказмом: — И даже если бы она не была рабом, тебе все равно бы ничего не «светило», как ты выражаешься. Ее вкусы… куда изощреннее.

Тем временем Мурка, сидя рядом с Годфриком, нежно кормила его кусочками жареного куроля.

— Не волнуйся, мой большой сильный рыцарь, — мурлыкала она, заглядывая ему в глаза. — Сейчас мы поднимемся наверх, в нашу комнату, и я спасу тебя. Я сделаю тебе тот самый отсос. Все будет хорошо.

Годфрик покраснел до корней волос и старался не смотреть ни на кого.

Я, удовлетворенно наблюдая за этой идиллией, чмокнул в щечку Лиру, сидевшую у меня на коленях.

— Что, мурлыка, простила меня уже за утро?

— Может быть, — буркнула она, но ее хвост довольно обвил мою ногу.

Я тут же поймал на себе горящий, полный обиды и ревности взгляд Элианы. Вздохнув, я подошел и чмокнул в щеку ее.

— И ты молодец. Храбро бросилась.

Ирис, наблюдавшая за этим, громко и выразительно цыкнула. Я подошел к ней, взял за подбородок и, глядя в ее холодные глаза, тоже поцеловал в щеку.

— И ты — умница. Без тебя мы бы с голоду подохли или не зашли бы в этот город.

Ирис ничего не сказала, лишь губы ее дрогнули в подобии улыбки, и она отвела взгляд.

Флал, поднявшийся с пола, смотрел на всю эту мою «благодарность» с откровенной, тоскливой завистью.

В этот момент Оксана решительно подошла ко мне, вцепилась мертвой хваткой в мою руку и потянула за собой.

— Господин, — прошептала она, — пойдемте к Марте. Нужно узнать детали этого поручения. А то я чувствую, этот Флал скоро опять полезет с приставанием, а я, пожалуй, в следующий раз сдержать заклятие не смогу и превращу его в пепел. А он, вроде, полезный.

Да, да. Заклятие только автоматическое. Не сможет она сдержать заклятие.

Я кивнул и позволил ей увести себя в сторону стойки, где Марта, сложив руки на груди, наблюдала за всем происходящим с каменным лицом настоящего профессионала, видавшего в своих стенах всякое.

Я подошел к стойке, где Марта продолжала с невозмутимым видом полировать ту же самую кружку. Оксана, как тень, следовала за мной, а затем ловко устроилась у меня на коленях, когда я сел возле стойки. Краем глаза я заметил, как она на секунду высунула остренький язычок в сторону Лиры, сидевшей за нашим столом с налитыми кровью глазами. Я сделал вид, что ничего не вижу.

— Итак, Марта, — начал я, отхлебывая из своей кружки. — Спасибо за угощение. Давайте поговорим о том поручении. Вы сказали, пропал Ваш поставщик?

Марта кивнула, на мгновение оторвавшись от своего ритуала с кружкой.

— Грор. Дварф. Надежный, как скала. Ни разу не подводил. Возит мне особый эль из поселения Хмельной Утес. Путь недолгий, полдня хода по старой каменной дороге. Ни химер, ни бандитов — все местные знают, что Грор возит мой товар.

— И что, он просто не вышел на связь?

— Два дня назад он должен был быть здесь. Не пришел. Я посылала мальчишку — на полпути стоит его повозка. Целая. Груз на месте. А самого Грора — нет. Ни следов борьбы, ни крови. Словно испарился.

Оксана, устроившись поудобнее у меня на груди, лениво протянула:

— Может, сбежал? Нашел себе какую-нибудь дварфийку и решил начать новую жизнь?

Марта фыркнула, и в ее глазах мелькнула тень чего-то более серьезного.

— Грор? Его жизнь — это его повозка и мой эль. Он скорее умрет, чем бросит свой груз. Нет. Тут что-то не то. В последнее время… в тех краях стали видеть огоньки. Странные. Не от костров. И ветер будто шепчет что-то не нашем языке.

Я задумался. Исчезновение без следа, странные огни, шепот ветра… Пахло магией. И не дружелюбной.

— Ладно, — сказал я. — Мы разберемся. А пока… расскажите нам о Вашем городе. Факерлэнд, да? Необычное название. И народ у вас… очень разношерстный.

Марта наконец отставила свою сияющую кружку и облокотилась на стойку, понизив голос.

— Название — это наш ответ. Тем, кто нас сюда сослал. — Она обвела взглядом свою таверну, словно видя за ее стенами весь город. — Семь рас. Люди, дварфы, эльфы, орки, гоблины, кошколюды и даже несколько ваших… демонов. Все мы — отбросы. Те, кого разгневанные боги сочли недостойными, слишком дерзкими или просто надоевшими. Сослали сюда, на эту божественную помойку, думали, сгинем.

В ее голосе зазвучала гордость.

— Но мы не сгинули. Мы построили это. Факерлэнд. Наш общий дом. И наше главное правило — никакого богопоклонения. Никаких молитв, никаких храмов, никакого заискивания. Мы выживаем сами. Полагаемся друг на друга, на свои руки и свои мозги. Барьер — наша работа. Коллективный труд лучших магов изгнанников. Он не пускает не тех, кто силен магией, а тех, у кого в сердце живет рабская преданность богам. Вы прошли — значит, вы свои.

Оксана хихикнула, прижимаясь ко мне.

— О, мне тут уже нравится. Никаких скучных молебнов, одна практическая магия и… развлечения. — Она снова бросила взгляд на Лиру, которая в этот момент с такой силой сжала свою кружку, что та треснула.

— Так что, — Марта выпрямилась, снова становясь деловой. — Найдите мне Грора. Живым или… иначе. И узнайте, что там творится. А теперь, — она повернулась к бочке с пивом, — может, еще по кружке? Пока не началась самая интересная часть.

Я кивнул, все еще обдумывая услышанное. Город изгнанников, бросивших вызов самим богам. Задание, от которого попахивало не просто пропажей, а чем-то гораздо более древним и опасным. И на моих коленях — демонесса, которая, кажется, только и ждала, чтобы все это превратилось в хаос.

Сытные и изрядно выпившие, мы поднялись по скрипучей лестнице в наши комнаты. Флал, все еще с подпаленными волосами, помахал нам на прощание.

— До завтра, путники! — крикнул он, пытаясь поймать взгляд Ирис. — Отведу вас к тому месту! Уверен, нам будет весе…

Ирис холодно посмотрела на него сверху вниз, словно на назойливое насекомое, и, не удостоив ответом, проследовала в свою комнату. Флал сник.

Лира же, не теряя ни секунды, взяла ситуацию под контроль. Метким тычком пальца в грудь Элиане и ядовитым взглядом на Оксану, она четко дала понять: «Моя комната. Мой муж. Ваше место — в соседних». Дверь за нами захлопнулась с красноречивым щелчком.

Комната была простой, но чистой. Две узкие кровати, тумбочка, свеча. И доносившиеся сквозь стену звуки, от которых я покраснел бы, будь у меня меньше опыта. Оттуда доносилось тяжелое, прерывистое дыхание Годфрика, перемежаемое восторженными, ободряющими возгласами Мурки: «Держись, мой богатырь! Мурка поможет! Мурка все высосет! Вот так! О да!». Похоже, лечение капитана проходило очень… и очень интенсивно.

Я только хотел с облегчением повалиться на кровать, как Лира решительно подошла ко мне. Ее руки уперлись в боки, а розовый хвост хлестал по воздуху с такой скоростью, что казалось, вот-вот создаст вихрь.

— Ну что, князюшка, — начала она, и ее голос был сладок, как мед, и опасен, как яд. — Ну и плохо же ты себя сегодня вел.

— Я? — попытался я сделать невинное лицо. — А что такого?

— О-хо-хо, — она покачала головой, медленно приближаясь. — Сначала эта демоническая шлюха висит на тебе, как плющ. Потом ты ее чуть ли не на руках носишь. Потом раздаешь поцелуи направо и налево… Элиане, Ирис… — она перечислила с преувеличенной обидой. — А твоя законная жена? Та, что с когтями и хвостом? Она что, на посылках?

— Лира, мурлыка, это же просто благодарность…

— Молчи! — она внезапно толкнула меня в грудь, и я, не ожидая, плюхнулся на край кровати. Она тут же оказалась сверху, оседлав меня, прижав мои запястья к одеялу. Ее глаза, два узких изумрудных щитка, горели в полумраке. — Я ведь не просто так главная жена. Я должна следить за порядком в своем хозяйстве. А ты это хозяйство сегодня изрядно расшатал.

Ее хвост мягко провел по моей щеке, затем по шее, вызывая мурашки.

— Так что теперь, мой неверный князь, — она наклонилась так близко, что ее дыхание смешалось с моим, — тебе предстоит… наверстывать упущенное. И доказывать, кто в этом замке, даже если это всего лишь комната в таверне, настоящий хозяин. Начинай оправдываться. И постарайся красноречиво.

И пока из-за стены доносились все более громкие и странные звуки борьбы Годфрика с его «недугом», я понял, что мой личный ад только начинается. И, черт возьми, он был чертовски притягательным.

Мои руки скользнули вниз и крепко сжали ее упругие, округлые ягодицы через тонкую ткань одежды. Лира издала короткий, довольный вскрик.

— Грубо, — мурлыкнула она, но ее бедра сами непроизвольно подались вперед навстречу моим ладоням. Ее ушки прижались к голове от наслаждения. — Нежно, милый. Нежно… Ты же знаешь, как я это люблю.

Наши губы встретились в жадном, влажном поцелуе, в котором смешались пиво, ревность и долгое ожидание. Ее язык был проворным и настойчивым, а мои руки уже скользили под подол ее платья, ощущая горячую, бархатистую кожу бедер. Мы были так поглощены друг другом, что не заметили, как одежда каким-то волшебным образом оказалась разбросанной по полу, а наши обнаженные тела сплелись на прохладных простынях.

И тут из-под двери донеслись приглушенные шепотки.

— Они точно будут трахаться, — с хихиканьем прошептала Оксана. — Ставлю свою долю в его энергии на то, что она сверху!

— Тц. Не удивлена, — сухо отозвался голос Ирис. — После такого дня ему требуется максимально примитивный способ разрядки. Кошечки для этого идеальны.

— Это так… волнительно… — пролепетала Элиана, и по ее голосу было слышно, что она прильнула к щели. — Как же она… управляет им…

Лира оторвалась от моего рта и зыркнула на меня, ее глаза сузились.

— Слышишь? — прошипела она. — Твой гарем устроил наблюдательный пост. Даже не думай их звать! — Она легонько укусила меня за нижнюю губу. — Ты сегодня и так уделил им слишком много внимания. Сейчас ты весь мой. Понял?

— Понял, — выдохнул я, теряя остатки самоконтроля от ее близости.

Она медленно соскользнула ниже по моему телу, ее горячее дыхание обжигало кожу на животе. Затем ее рука обхватила мой член, уже стоявший колом от предвкушения. Ее прикосновение было одновременно уверенным и невероятно нежным. Она положила свою голову мне на грудь, уперлась подбородком и уставилась на свое «хозяйство» с видом любопытного котенка, изучающего новую игрушку.

— Мой… — прошептала она, и ее пальцы начали медленно водить вверх-вниз по стволу. Затем она наклонилась, ее розовые волосы щекотали мой живот, и она смочила слюной кончики пальцев. Вернувшись к головке, она принялась ласкать ее мокрыми, круговыми движениями, сосредоточившись на самой чувствительной части. Ее взгляд был прикован к тому, как ее рука работает надо мной, и на ее лице застыла смесь собственничества, нежности и голодного любопытства.

— Только мой, — повторила она, и ее хвост мягко обвил мою ногу, заявляя свои права безраздельно и окончательно.

Мордочка Лиры скользнула ниже, и ее горячий, влажный рот обхватил меня. В тот же миг ее гибкое тело изогнулось, подставляя моему лицу свою упругую, идеальную попку и всю сокровенную прелесть, скрытую между ними. Два мира открылись передо мной, и я, как щедрый правитель, мог обладать обоими.

Для ценителей нежности:

Я тут же погрузился в ее влажную теплоту. Мой язык нашел ее бутончик, упругий и набухший, и принялся ласкать его нежными, круговыми движениями. Лира издала приглушенный, сдавленный стон, ее бедра непроизвольно задрожали, но она не отпустила мой член, лишь глубже взяла его в рот, словно ища опору в наслаждении. Ее соки текли на мой язык сладковатым нектаром, а ее киска сжималась в такт каждому движению моего рта. Я чувствовал, как она тает на моем лице, и это было самой сладкой властью.

Для любителей страсти:

Мои пальцы тут же нашли ее киску, уже мокрую и горячую. Я не стал медлить. Два пальца легко вошли в нее, и я начал ритмично двигать ими, находя внутри ту самую точку, что заставляла ее все тело содрогаться. Большим пальцем я давил на ее клитор, рисуя круги, то нежные, то более требовательные. Лира громко застонала, но ее губы, обхватившие мой член, лишь сильнее сжались. Она продолжала сосать, ее движения стали более быстрыми, более отчаянными, словно она пыталась передать мне всю накопившуюся ревность, обиду и страсть через это интимное служение.

Какой бы путь я ни выбрал, результат был один: Лира стонала, ее спина выгибалась, а попка непроизвольно подрагивала в воздухе. Но ее рот не отпускал меня ни на секунду. Она сосала с таким жаром, с такой самоотдачей, что мир за стенами комнаты — и шепотки за дверью, и стоны Годфрика — перестал существовать. Была только она, я и наша взаимная, всепоглощающая жажда, где каждый давал и получал, не прося пощады и не давая ее. Ее хвост судорожно бился по простыне, а ее пальцы впились в мои бедра, прижимая меня к себе еще сильнее, не позволяя уйти, пока она не получит все, что ей причиталось по праву главной жены.

Лира медленно вытащила мой член из своего рта, смоченный и блестящий при тусклом свете свечи. Она с легким стуком постучала им по своей щеке, оставляя влажный след, а затем провела головкой по своим распухшим от поцелуев губам, смазывая их блеском.

— Весь мой… — прошептала она, и ее глаза горели темным огнем.

Затем она плавно развернулась, ее спина легла на мою грудь, а та самая упругая попка с влажным, манящим входом оказалась прямо перед моим взором. Она одной рукой отвела себя в сторону, а другой направила мой член к своей киске. Кончик коснулся ее, и она, издав долгий, томный вздох, начала медленно, сантиметр за сантиметром, опускаться на него.

Это было неспешное, почти мучительное погружение в обжигающую, невероятно тесную влагу. Я видел, как ее мышцы напрягаются, принимая меня, как ее пальцы впиваются в мои бедра. Наконец, она села полностью, и я почувствовал, как ее внутренности обхватили меня плотным, пульсирующим влажным кольцом.

Несколько секунд она просто сидела, привыкая, ее спина тяжело вздымалась. А потом началось.

Она приподнялась на коленях и с силой опустилась обратно, заставляя меня вскрикнуть. Затем еще. И еще. Ее бедра заработали в бешеном ритме, она скакала на мне, как дикая кобылица, ее розовые волосы разлетались вокруг, а на моей груди проступали тонкие красные царапины от ее коготков, которые она впивала в мою кожу в пылу страсти.

— Да! Вот так! — кричала она, ее голос срывался на высоких нотах. — Мой! Скажи, что мой!

Вскоре ее силы начали иссякать. Движения стали менее резкими, более покачивающимися. Она тяжело дышала, и с ее лба капал пот. Наконец, она с глухим стоном рухнула на меня грудью, полностью обессилев.

— Теперь… твоя очередь… — выдохнула она мне в шею.

Я не заставил себя ждать. Мои руки крепко сжали ее ягодицы, и я начал долбить ее снизу, с силой вгоняя в нее свой член, находя новый, еще более глубокий ритм. Лира вскрикнула и впилась зубами в мою шею, не сильно, но достаточно, чтобы оставить след. Она не отпускала, ее тело сотрясали судороги наслаждения, а в горле рвались сдавленные, мурлыкающие стоны, пока я не кончил в нее, заполняя ее горячими толчками, от которых она заломилась в окончательном, безмолвном крике.