Который час в Каире

ОКТЯБРЬСКИЙ ДНЕВНИК

Газеты в Каире выходят рано. В семь часов уже выпускается «Аль-Ахрам», «Аль-Гумхурия» — накануне вечером. Газетчики громкими голосами выкликают название, словно речь идет о продаже чего-то необычного, что можно купить или сейчас, или никогда.

Утром, в восемь часов, Мухаммед из книжно-газетной лавки «Замалек бук шоп» привозит на велосипеде свежие газеты. Он прикладывает руку ко лбу на манер военного приветствия и отправляется дальше.

Восемь часов — лучшее время в Каире. И летом и осенью. Летом — еще не жарко, с Нила поднимается легкий туман, качаются на легком ветерке мохнатые широкие листья пальм. Осенью немножко зябко, но солнце уже согревает камни и стены домов. Выходят погреться кошки, которых в египетской столице необыкновенное множество. Египтяне относятся к ним гораздо лучше, чем к собакам. Кошек уважают за надменный и спесивый характер. Они редко живут в домах. Чаще всего это гордые одиночки, презирающие своих собратьев. Они редко подходят к человеку, и всегда с опаской. И надо сделать много усилий, регулярно подкармливать их, чтобы это животное, считавшееся священным у древних египтян, дало себя погладить. Ну а собаки, они так же доверчивы и простодушны, как и везде. И часто расплачиваются за это…

Утро 6 октября 1973 г. было холодноватым и тусклым. Я развернул газеты, как это сделали десятки моих коллег, работавших в египетской столице. Как и всегда, важные события соседствовали с малозначительными. Заир порвал дипломатические отношения с Израилем. В Александрии футбольная команда «Замалек» сыграла с командой «Рекриэйшен юнион» вничью, 0:0. В Бейруте совещание стран, производящих нефть, потребовало на две трети повышения цен на сырую нефть. В Лондоне происходит конференция 138 государств по вопросам борьбы с загрязнением Мирового океана. В Измире полиция арестовала какого-то мошенника, умудрявшегося смешивать настоящий рис с зернышками пластмассы и так продавать его. В секторе Газы федаины бросили гранату в полицейский патруль. В арабских странах был пост — рамадан. В Израиле праздновали йом-кипур.

В каирских кинотеатрах шли малопривлекательные американские ковбойские фильмы. В «Радио» — «Страсть к опасности», в «Каср ан-Нил» — «Цена власти», в «Опере» — веселая, ядовитая египетская комедия «Опасайтесь Зузу». В ночном клубе «Оберж де пирамид» в Гизе — большое английское шоу: «Группа Тони Шермана, танцы, песни, секс, юмор, фантазия. Восточные танцы исполняет Нахед Сабри».

Но сквозь всю эту пестроту пробивался тревожный мотив: положение на Ближнем Востоке обострилось.

Сирийская газета «Ас-Саура» сообщала: «На сирийско-израильской границе происходит сосредоточение войск Израиля. Подтягиваются бронетанковые силы. Израильская армия приведена в состояние боевой готовности». «Конфликт неизбежен» — приходила к выводу газета.

Все последние дни подобные сообщения заполняли страницы газет.

Военный министр Израиля Моше Даян выступил с угрожающими заявлениями. «Мы готовы к новому столкновению и снова разобьем их», — сказал он в интервью корреспонденту телевидения Иерусалима. Еще накануне в Израиле был объявлен призыв резервистов.

На сирийско-израильской границе — артиллерийская дуэль. Израильская авиация совершила новые налеты на ливанскую территорию. В воздухе пахло порохом. Но для каирцев утро 6 октября было мирным. Ведь ситуация, подобная этой, возникала не раз, но вооруженные столкновения не возобновлялись… Может, обойдется и на этот раз? Так думали многие.

Но на этот раз не обошлось…

В 14 часов, когда Каир замирает и начинается послеобеденная «сиеста», радиостанция «Голос арабов» передала сообщение, которое услышали немногие — кто в это время включает радио? Но услышавшие немедленно разнесли новость по городу: египетские войска, отразив атаки противника, форсировали канал и высадились на Синайском полуострове. Одновременно сообщалось о начале военных действий на сирийском участке. Иордания оставалась вне столкновения.

Я немедленно отправился в пресс-центр министерства информации на набережной Нила, вблизи моста Ат-Тахрир. Там уже было не протолкнуться от журналистов. Все читали первые два коммюнике Верховного командования египетской армии. В спокойных, выдержанных тонах сообщалось о военных действиях, о танковых сражениях, авиационных боях.

Египетские войска развивали инициативу на восточном берегу.

Активно действовали сирийцы.

Стучали телетайпы информационных агентств…

Весть о начале нового вооруженного конфликта на Ближнем Востоке быстро разнеслась по миру и стала центральной темой дня. Передавались сводки израильского командования. Они, как это быстро обнаружилось, выдавали желаемое за действительное: египетские войска остановлены, в воздухе господство израильской авиации. Ближайшие же часы показали, что это не так. Египтяне продолжали продвигаться. Господства в воздухе Израиль так и не добился. Не добился он его и в течение всего периода военных действий. Для Египта и Сирии годы освоения итогов поражения в конфликте 1967 г. не прошли даром. Были пересмотрены и организационные основы их армий и военные доктрины. Египетские и сирийские солдаты в 1973 г. уже были не теми, что в 1967 г. Повысился уровень военной подготовки офицеров.

Египет и Сирия безусловно были лучше подготовлены к войне, чем когда бы то ни было раньше.

Вечером шестого октября Моше Даян заявил: «Египтяне на восточном берегу. Они долго там не останутся».

Они и по сей день там…

Этим событиям предшествовала широкая пропагандистская кампания, развязанная экстремистскими кругами Израиля и направленная против Египта и Сирии. Сионистская печать трубила об «опасной активности» Египта и Сирии. Моше Даян и начальник генерального штаба Давид Элазар выступили с поджигательскими заявлениями, угрожая применить против арабов военную силу. В обстановке военной истерии комментаторы радиостанци «Голос Израиля» из Иерусалима призывали к «походу на Дамаск и Каир». Подготовка к нападению на арабские страны совпала с предвыборной кампанией в Израиле. Она проходила под аннексионистскими лозунгами. Израильские «ястребы» открыто выбросили лозунг «проучить арабов», что означало организацию новой агрессии против арабских стран.

Тщетными являются сегодня попытки правящих кругов Израиля возложить ответственность за возобновление военных действий на арабов. Не говоря уже о том, что захват Израилем их территорий в 1967 г. давал возможность жертвам агрессии использовать любые средства для восстановления своих законных прав.

Так началась «октябрьская война», вошедшая в историю современных международных отношений как «четвертый ближневосточный кризис».

На следующий день было опубликовано заявление Лиги арабских стран. В нем подчеркивалось, что Сирия и Египет осуществляют свое право на самооборону. Министр иностранных дел АРЕ, выступая на пресс-конференции в Нью-Йорке, подчеркнул, что Египет выступает за мир и безопасность на Ближнем Востоке и поддерживает усилия ООН в этом направлении. Он не имеет никаких иных намерений, кроме освобождения земель, захваченных агрессором в 1967 г., и восстановления законных прав арабского народа Палестины.

Непривычно было видеть Каир затемненным по вечерам. Он быстро расстался с обликом веселого, беспечного и немного легкомысленного города.

Каир быстро начал жить в ритме военного времени.

Ночи в октябре стояли лунные. И, выйдя на набережную Нила в Гезире, я наблюдал темную панораму города, залитую серебряным светом. Нигде ни огонька. В городе введено затемнение, и специальные отряды гражданской обороны внимательно следят, чтобы оно точно соблюдалось. В синий цвет выкрашены фары машин, на перекрестках, у светофоров, дежурят специальные люди с ведром краски в руках. Заметив автомобили с незакрашенными фарами, они подбегают и покрывают их маскировочным цветом.

Прекратились занятия в школах и университетах. Студенты в ускоренном порядке проходили военную подготовку. Школы были преобразованы в госпитали, созданы курсы медсестер.

Опубликованы инструкции министерства внутренних дел об организации противовоздушной обороны. Введены круглосуточные дежурства отрядов самообороны на предприятиях и в учреждениях.

Теперь кинотеатры и театры прекращали свою работу до 23 часов. О всяких «шоу» забыли. Выступавшая еще вчера в «Оберж де пирамид» английская труппа Шермана в панике: каирский аэропорт закрыт, и она не может вернуться в Англию. Лавки и магазины, для многих из которых вообще закон был не писан — они торговали до поздней ночи, — теперь закрываются ровно в 20 часов. В пять минут девятого торговые улицы представляют собой глухую стену опущенных железных штор.

Можно было наблюдать, как менялся сам характер жителя Каира. Немного беспечный и суетливый, а порой не в меру разговорчивый египтянин стал сосредоточенным, углубленным в себя и даже молчаливым.

Мысли всех и каждого были прикованы к тому, что происходило у берегов Суэцкого канала. Многие не выходили из дома, не захватив транзисторных приемников. Ежедневно передавалось по четыре-пять сводок Верховного командования египетской армии, и каирцы боялись их пропустить.

Мне кажется, что для каирцев и египтян вообще основным было чувство ответственности.

— Каждый из нас должен находиться на своем посту и четко выполнять свои обязанности, — сказал один из них. — Единство народа, прежде всего, в общем сознании общего долга.

В течение самого тяжелого времени военных действий страна жила привычным трудовым ритмом. Не прекращалось экономическое строительство. Продолжалось возведение важнейших объектов египетской экономики. В этом отношении наиболее типичным был Хелуанский металлургический комбинат. О масштабах этой важнейшей и крупнейшей стройки сегодняшнего Египта можно судить хотя бы по следующим цифрам: на строительстве работает 20 тыс. инженеров и техников. После окончательного завершения Хелуанский металлургический комбинат будет давать 1,5 млн. т стали.

Это приблизительно в четыре раза больше того, что производится сейчас. Как известно, Хелуан — самый крупный объект советско-египетского сотрудничества. Здесь работает более тысячи советских специалистов.

Вот как отозвался об их работе инженер Мухаммед Бастауи: «В сложное военное время эти люди были для нас образцом дисциплинированности и высокого чувства ответственности. Ритм работ не был нарушен; все задания выполнялись качественно и в срок. Мы еще лучше узнали и еще выше оценили советских людей». «Я работаю на Хелуане уже десять лет и хорошо знаю большинство советских специалистов, — сказал главный энергетик комбината Мухаммед Сулейман. — Мне кажется, что, может быть, само слово «сотрудничество» недостаточно характеризует те отношения, которые сложились между нами. Они настолько искренние и дружеские, что с полным правом могут быть названы братскими. Они основываются на нашем общем труде. Мы делаем общее дело. Когда велись военные действия, советские люди работали особенно ответственно. Многие из них сами пережили войну, очень тяжелую, требовавшую отдачи всех сил. И на это они ориентировали наших рабочих и инженеров».

В период октябрьского кризиса была завершена первая очередь комбината. Началась добыча железной руды в оазисе Бахария. Завершились работы на агломерационной фабрике. В декабре была введена в строй доменная печь № 3. В Хелуане состоялся настоящий праздник, посвященный этому событию.

Была введена в строй очередная установка на заводе смазочных масел близ Александрии. Были завершены работы первого цикла по строительству алюминиевого комплекса в Наг-Хамади. Все эти объекты возводятся с помощью Советского Союза.

Так трудились египтяне и советские специалисты в то самое время, когда на Синае грохотали разрывы мин и снарядов. И это также выражение того возросшего чувства ответственности и организованности, которые характеризуют египетский народ сегодня.

Особенно строги были ограничения в потреблении бензина. Была издана инструкция, в соответствии с которой нормы выдачи бензина устанавливались в зависимости от типа автомашины. Водители получили специальные лимитные книжки, где отмечалось, сколько бензина потреблено. Нарушение этой инструкции наказывалось либо штрафом в 300 фунтов, либо тюремным заключением, либо и тем и другим вместе.

Когда еще шли военные действия, я побывал у своего знакомого Мухаммедина Саида, который работает на одном из каирских заводов. Он живет в старом Каире, неподалеку от мечети Ибн Тулуна. Живет небогато, это бедный район. У Мухаммедина большая семья: четыре сына и две дочери. Сыновья были на фронте.

— Я тревожусь за них. Но так нужно. Все последние годы мы не могли забыть, что часть нашей земли отнята агрессором, это как камень лежало на сердце и мешало вздохнуть полной грудью. И так будет до тех пор, пока мы не сбросим этот камень.

Арабский социалистический союз обратился к рабочим с призывом поднять производительность труда на 5 %. На ряде заводов были введены непрерывные смены. Служащие некоторых учреждений обязались работать по два часа в неделю сверхурочно.

Среди населения чувствовался подъем. Каждый хотел внести свой вклад в общее дело. В ходе кризиса египетский народ продемонстрировал способность к самопожертвованию, понимание стоящих перед ним задач и решимость их выполнить.

Те круги, которые раньше заботились лишь о своем кармане, и в это трудное время остались верны себе. «Черный рынок», несмотря на все принятые правительством меры, включая повышенное наказание за спекуляцию, продолжал существовать. Были случаи, когда избивали перекупщиков сахара и чая, спекулянтов бензином.

Правительство ввело специальные налоги на торговлю различными товарами, а также на доходы. Они назывались «налогами джихада», т. е. «священной войны».

Была усилена охрана мостов, важных объектов. По улицам ходили патрули, возле мешков с песком, закрывавших двери учреждений, дежурили отряды гражданской обороны или специальные подразделения. Бдительность возросла в соответствии с обстановкой военного времени. Я бы не сказал, что Египет охватила всеобщая подозрительность, как это иногда бывает в таких случаях. И все же дело не обходилось без курьезов. Уже позже, когда было заключено соглашение о прекращении огня, мы с моим знакомым кинооператором отправились в Александрию. По дороге остановились около небольшой деревушки, чтобы подождать отставшую машину с представителями пресс-центра, которая следовала за нами. Мы вышли немного пройтись. Вдруг появился старик с крючковатой палкой. Он стал кричать, но мы поняли только то, что он сейчас позовет народ, чтобы задержать нас как подозрительных лиц. Тут же прибежал староста, который разделял подозрения старика и полагал, что мы… израильские шпионы. Предъявленные документы не возымели никакого эффекта — оба были неграмотные. Когда мы решили сесть в машину и отъехать, чтобы разрядить обстановку, старик вставил свою клюку в дверь, чтобы не дать ее закрыть, а староста поднял камень, угрожая разбить стекла. Нас спас представитель пресс-центра. Он подъехал весьма вовремя. После полученных разъяснений о том, что мы советские журналисты, а не израильские агенты, гнев обоих крестьян сменился чувством горячей симпатии. Нас бросились обнимать, приглашать выпить чашечку кофе и, если нужно, переночевать в деревне.

Приезжая в Александрию, мы могли наблюдать последствия налетов израильской авиации. Как известно, израильские самолеты дважды в течение октября 1973 г. пытались прорваться к столице, но безуспешно. Однако другие города пострадали. Израильский агрессор, как это и соответствует доктрине «устрашения», не церемонился с мирным населением. Израильские бомбы падали на окраину города Бенха, в 40 км от Каира. Бомбы попали в автобус, полный людей, в жилые кварталы. Около десяти человек были убиты, многие ранены.

Когда мы приехали в Бенху, автобус еще горел. Зияли проломами дома, виднелись вырванные с корнями деревья. В некоторых местах лежали еще не убранные трупы лошадей. Плакали женщины. Старики стояли, опустив головы. Мужчины хмурились. Торжествовала бесчеловечность.

Люди не ожидали налета. Здесь нет военных объектов. Бомбардировка Бенхи была предпринята для устрашения.

Но агрессору не удалось использовать этот подлый метод в тех же масштабах, что и раньше. Ему не удалось захватить господство в воздухе и поставить под удар египетский тыл. Ракетная противовоздушная оборона страны, налаженная с помощью Советского Союза, сделала свое дело. Израильские эскадрильи не смогли нанести ущерба и египетским аэродромам. Они были тщательно замаскированы. Израильские самолеты не могли прорваться сквозь прочный «зонт», созданный советскими ракетными установками. Это было признано всеми военными обозревателями западных стран. Я видел сцену воздушного боя над Синаем. На огромной высоте, на запад, двигались израильские «Миражи» и «Скайхоки», оставляя инверсионный след. Вдруг словно небольшая белая стрела ударила в один из них. Раздался легкий хлопок, и самолет стал падать…

Повысилось профессиональное мастерство египетских летчиков. Сказались результаты работы советских специалистов. Египетские пилоты противостояли израильским ассам.

Все это в сумме обеспечило спокойствие египетского тыла и главного его звена — Каира, что, в свою очередь, сыграло большую роль в успехах египетской армии.

Ракетные установки надежно прикрывали и переправу египетских войск на восточный берег. Удалось сохранить почти все понтонные мосты, наведенные саперами. По ним происходило снабжение частей, находившихся на Синайском полуострове.

Когда египетские солдаты, вступив на землю Синайского полуострова, плакали, молились или, упав на колени, умывали лицо песком Синайской пустыни, это не было данью широко известной арабской экспансивности. Для каждого египтянина это не только земля, захваченная агрессором, но и неотъемлемая часть того, что исторически называется Египтом, его прошлого, его общей культуры.

Ближневосточный конфликт терзает арабов с 1948 г. Особенно Египет. Дело здесь не только в том, что агрессор захватил значительную часть египетской территории, не только в том, что тем самым нарушена сложившаяся структура египетского государства, за которую народ вел борьбу в течение последних десятилетий.

Израильская агрессия нанесла удар по Египту как по афро-азиатскому государству. Египтяне привыкли осознавать себя народом, своими корнями связанным с двумя великими континентами. Древняя египетская цивилизация неразрывно связана с Африкой. И она же открыла Африку для Европы: греческие путешественники, географы, историки и философы посещали Египет еще тогда, когда Центральная и Северная Европа были «белым пятном» для античной цивилизации. Они больше знали о Египте, чем о племенах, живших в долинах Рейна и Луары. В Египте Европа впервые встретилась с Африкой и обогатилась в результате этой встречи.

Северная часть Синайского полуострова, прилегающая к Суэцкому каналу у его выхода в Средиземное море, — заболоченная низменность со множеством солончаковых озер. Центральная часть, напротив города Исмаилии, — сухая, каменистая пустыня. А его южная оконечность, уходящая в Красное море, как бы накрыта плоскогорьем. Днем температура в Синайской пустыне достигает 40°, а ночью опускается до 0°. Синайский полуостров богат полезными ископаемыми, особенно нефтью. До оккупации его Израилем синайские месторождения давали три четверти нефти, добываемой в Египте.

Для каждого египтянина Синай имеет особое значение. Это символ азиатского происхождения арабской цивилизации Египта после VII в. Через Синайский полуостров прошел небольшой отряд в четыре тысячи всадников под предводительством арабского военачальника Амра ибн аль-Аса. Легко разгромив византийский гарнизон в городе Вавилон, на месте современного Каира, он основал по соседству город Фустат. Так пришла в Египет арабская цивилизация, религия, обычаи, образ жизни. Распространенная кое-где на Западе легенда о том, будто бы Синай — это необжитая пустыня, куда принесли цивилизацию и современную жизнь лишь израильские оккупанты, не соответствует действительности. Египет не останавливается у берега канала, он продолжается и на восточной его стороне. Здесь памятники его истории и культуры. Монастырь св. Екатерины у берегов Красного моря, построенный коптами — египетскими христианами еще в IV в., — впечатляющее воплощение того периода, когда христианство стало превращаться из гонимой ереси в религию, признанную власть имущими. Около оазиса Вади-Сидр находится крепость, возведенная Салах ад-Дином, на севере Синая — древний арабский город Эль-Ариш.

Синай уже давно освоен египтянами экономически. С незапамятных времен тут добывались медь, бирюза и мрамор. Синай вносил в нефтяной баланс страны 18 млн. т нефти. Этот полуостров был связующим звеном между Египтом и другими арабскими культурами, а в новые времена — между Египтом и арабскими государствами Передней Азии и национально-освободительными движениями в этих странах. Одна из основных целей израильской агрессии состояла в том, чтобы «разрубить» эту связь и тем самым создать дополнительные возможности сокрушить прогрессивные режимы в арабских странах. Захват Израилем Синая должен был решить не только задачи стратегического и экономического характера, но и задачи социального значения — противодействия развитию революционного и освободительного движения в арабском мире.

Синай — плоть от плоти Египта. И поэтому продолжение его оккупации — открытая рана на теле страны. Она порождает болезненные явления во всем государственном организме, угнетает душу египтянина. Вот почему освобождение первых синайских территорий, вступление египетской армии на синайскую землю встречались всеобщим ликованием.

Мне довелось видеть израильских оккупантов в 1967 г. у моста Алленби в Иордании. Через рухнувший в реку мост пробирались группы арабских беженцев. Это были старики, женщины, дети… Они несли свой немудреный скарб. Их изможденные лица отражали крайнюю степень отчаяния. Им предстояло разделить судьбу десятков тысяч других беженцев, людей без родины, обреченных долгие годы жить в палатках, в специальных лагерях. Ремесленники, которыми славится Западная Иордания, теперь должны были работать подносчиками грузов или дворниками. Крестьянам предстояло забыть о труде на земле. Женщин мучили мысли о том, как им организовать жизнь в новых, незнакомых местах… Это была картина народного бедствия, поломанных судеб и загубленных жизней.

Израильские солдаты, хорошо одетые, самодовольные, равнодушные ко всему этому, поторапливали беженцев: «Быстрее, быстрее…» Они были уверены, что так и должно быть; они гнали арабов. Один из них, несший патрульную службу на мосту, достал где-то плетеный стул, поставил его и уселся, спустив панаму на глаза и поставив автомат между ногами. Он демонстративно задремал…

В 1973 г. я видел и иных израильских солдат. И настроение у них было иное… Дело происходило у входа в Суэцкий залив, напротив Порт-Тауфика. Египетские войска, форсировав и в этом месте канал, продвинулись на несколько километров в глубь Синая. Южный укрепленный район линии Барлева остался в их тылу. Отрезанный от своих, израильский гарнизон этой опорной базы решил сдаться.

Мы находились на западном берегу канала. Здесь стоит разрушенная вилла, принадлежавшая, как говорят, греческому торговцу вином. Это последний дом, затем Суэцкий залив, когда-то прекрасное место для любителей рыбной ловли. Дальше уже Красное море. На вилле находился наблюдательный пункт египтян. С него можно было видеть бетонированный откос противоположного берега, сплошь покрытый колючей проволокой. Над ним развевался израильский флаг со звездой Давида. Иностранных журналистов постоянно привозили именно сюда, и за время своего пребывания в Египте я неоднократно посещал эти места. На этот раз нам предстояло побывать на западном берегу… Сдача гарнизона производилась через посредничество представителя Красного Креста. Сухопарый, невысокого роста швейцарец отправился на лодке в сопровождении представителей египетского командования на противоположный берег, где уже был поднят белый флаг, а израильский предусмотрительно спущен. Видно было, как на берегу скопились израильские солдаты, было много раненых, некоторые на носилках. Военные действия прекратились. Но к северу гремела канонада. Возвратившаяся с восточного берега лодка привезла первых пленных. Да, теперь это были отнюдь не те «победоносные солдаты», которых я видел раньше. В серо-зеленой форме, с маленькими бархатными шапочками-камилавками на головах — был праздник йом-кипур — они старались держаться спокойно, но было видно, что это дается им с трудом. Бригадный раввин нес в бархатном мешке свиток торы.

Сдача гарнизона производилась по всем правилам международной конвенции. На берегу находилась санитарная группа, и раненым оказывалась необходимая помощь.

— У нас не было никакой связи со своими, — говорил капитан Хаим Нахум Врамин. — Последнее, что мы услышали по радио: «Держитесь, помощь придет». Мы ждали. Но она не пришла. А теперь и ждать ее бессмысленно…

Один из пленных был родом из Австралии.

— Что ты не видал на этом Синае? — говорила мне моя мама. — И она была права. Эти вербовщики описывали все совсем по-другому. Вот в какую историю я попал… Сфотографируйте меня и опубликуйте в газете. Может быть, мамочка увидит. А то она себе места не находит…

Другие солдаты были угрюмы. Охотно закуривали сигареты, которые им предлагали египтяне. Израильские солдаты несли с собой вещевые мешки. Для них война была окончена…

Когда мы переправились на восточный берег, стало возможным увидеть то, что было скрыто за 20-метровой насыпью, — линию Барлева. Раньше израильская пропаганда изображала ее неприступной. А потом, когда ее преодолела египетская армия, тогдашний военный министр Моше Даян подверг ее критике, заявив, что в ней «оказалось больше дыр, чем в голландском сыре». И то и другое было неверным. Неприступных оборонительных рубежей, как показала военная история, в конечном счете не существует. Линия Барлева была образцовым военным сооружением. На нее было затрачено 150 млн. долл. Участок линии у Суэцкого залива был солидно укреплен. В глубине находились две долговременные укрепленные огневые точки. Здесь же стояли танки. Густая и тщательно разработанная сеть траншей покрывала участок. Хорошо оборудованные блиндажи со всеми удобствами, вплоть до телевизоров и телефона, по которому можно было связаться с Тель-Авивом и Иерусалимом. И все это было густо насыщено оружием: в траншеях и блиндажах валялись крупнокалиберные пулеметы, автоматы, гранаты, стояли противотанковые пушки. В специальных ячейках были вмонтированы 35-миллиметровые орудия. Вокруг все было минировано, так что нам приходилось подниматься по узкой тропинке. Нас предупредили, чтобы мы не ступали ни одного шага ни вправо, ни влево.

Теперь поверженная крепость являла картину хаоса и разгрома. Египетские солдаты собирали и сортировали оружие и боеприпасы.

Мы смотрели на Порт-Тауфик с восточного берега, а слева от нас простиралось Красное море, покрытое синеватой дымкой. И трудно было поверить, что здесь когда-то проходили корабли, колыхались на ветру различные флаги, на пляжах загорали туристы, по ночам сверкал Суэцкий маяк, низкими голосами перекликались суда. В апельсиновых рощах горели огни, в маленьких кафе пили чай…

Поднявшийся над поверженной крепостью египетский флаг снова как бы соединил оба берега.

Совсем иным предстает Синайский, полуостров в своей северной части. Мы переправились на восточный берег по понтонному мосту. Он был наведен в первые же часы контрнаступления 6 октября. Его яростно бомбила израильская авиация, но разрушить не смогла. Здесь полуостров выглядит особенно пустынно. Бесконечное море светлого песка охватывает с обеих сторон Суэцкий канал. Над берегом высокий вал естественного происхождения закрывает глубину наблюдения. В этих местах развернулись ожесточенные танковые сражения. Подбитые египетские танки были убраны, а израильские еще стояли на тех местах, где их подбили. «Центурионы» и «Паттоны» были подбиты либо выстрелами из египетских пушек, либо ручным противотанковым оружием — противотанковой самонаводящейся ракетой, сыгравшей большую роль в этой войне. Управление этим оружием сравнительно просто и доступно рядовым бойцам египетской армии.

В танках было по пять-семь пробоин. То здесь, то там валялись сорванные ударом снаряда башни, искореженные куски брони, разорванные гусеницы. Пустыня была усеяна перевернутыми и сгоревшими бронемашинами, грузовиками, джипами. Здесь же и следы воздушных сражений, разворачивавшихся над Синаем. Валялись сожженные самолеты или, вернее, то, что от них осталось: фюзеляжи, крылья, детали моторов. На хвосте одного из «Фантомов» изображен ястреб, разрывающий когтями арабский полумесяц. Трудно себе представить более внушительный символ агрессии.

Километрах в четырех расположен город, название которого за последние годы часто попадалось на страницах газет. Это Восточная Кантара, что по-арабски означает «мост». Город, может быть, назван так потому, что здесь проходила торговая дорога из Палестины в Египет и останавливались караваны в последний раз перед переправой через канал. Кантара была уютным и зеленым городом, оазисом в пустыне. Небольшие домики и виллы утопали в садах и апельсиновых рощах: город славился своими апельсинами.

Сегодня обо всем этом можно только догадываться. Виллы разрушены, апельсиновые сады сожжены снарядами. Бомба пробила купол коптской церкви, разрушила минарет мечети. На земле валяются мандарины и апельсины. Зияют провалы в крышах вокзала. Линия прекращения огня проходила в 17 км от города.

Во время июньской войны израильская армия захватила город. Предварительно она обстреляла его из дальнобойных орудий. «Скайхоки» совершили на него несколько налетов. Естественно, оккупанты не восстанавливали город. Население покинуло его. А израильтянам он был нужен лишь как опорный пункт, центр дислокации. В октябре 1973 г. египтяне, форсировавшие канал, освободили город.

Я побывал в Кантаре через несколько дней. Он все еще хранил следы израильского пребывания. На стенах — надписи и указатели на иврите, валяются предметы быта оккупантов: консервные банки, коробки из-под сигарет «Тайм», самых распространенных в Израиле. Пыльный ветер гонит по земле обрывки израильских газет. Валяются книги и брошюры.

И все-таки уже чувствовалось, что Кантара снова стала арабским городом. По развалинам бродят солдаты, собирая для своего обихода то, что может пригодиться. Из обломков кирпичей сложена небольшая печурка, на ней кипятят чай. Откуда-то появились первые торговцы. Они продают сигареты и лепешки. Кантара начинала обрастать бытом.

Впрочем, ведь это описание города в первые дни после его освобождения… Сейчас Кантара успешно восстанавливается, как и другие освобожденные города полуострова. Пройдет время, и этот уютный когда-то город снова станет таким, как и раньше: добрым и гостеприимным для каждого посетителя.

Мне приходилось встречать в Каире одного из жителей Кантары, эвакуированного в 1967 г. Он служил в торговой фирме.

— Знаете, — говорил он, — Каир прекрасный город, и здесь я нашел свое место. Но Кантару я не могу забыть. Таких тихих закатов, такого легкого и пьянящего воздуха и аромата цветущих апельсиновых деревьев вы нигде не встретите. И еще молчание пустыни по ночам…

Вернулся ли он теперь в свой город?

Кризис 1973 г. развеял миф о непобедимости израильской армии. Успехи египтян и сирийцев показали, что арабские армии могут бить агрессора. Однако, как считают многие военные обозреватели, кампания закончилась в военном отношении как бы «вничью». На последнем этапе израильским войскам удалось добиться успеха, прибегнув к обману. После решения Совета Безопасности о прекращении огня они прорвались на западный берег, в районе Горького озера, около городка Диверсуар, и блокировали 3-ю армию, выйдя на берег Красного моря у города Абадия. Им удалось продвинуться до 101 км по дороге Каир — Суэц.

Оккупировав новый участок египетской территории, израильтяне поступили с населением, которое на нем проживало, с традиционной сионистской бесчеловечностью— оно было бесцеремонно изгнано.

Мы посетили город Заказик, столицу Восточной провинции Египта. Этот район также подвергся жестокой бомбардировке.

Неподалеку от Заказика расположена деревня Газаль-эн-Наср. Обычная египетская деревенька. С небольшой мечетью, стаями беспокойных собак, сохнущей на крышах соломой и коноплей. Население Газаль-эн-Наср увеличилось на тысячу человек. Сюда прибыли беженцы с западного берега, захваченного израильтянами. Все работоспособное население деревни было отправлено в качестве «военнопленных» на восточный берег. Женщины и дети были изгнаны. В деревню продолжали поступать все новые и новые группы беженцев по сто-двести человек. Местные власти оказывали им помощь всем необходимым.

В каирских госпиталях лежали раненые жители Суэца. Мальчик двенадцати лет, сын рыбака, вышел вместе с отцом в море. Появившийся израильский истребитель расстрелял их. Мальчику пробило бедро навылет. Здесь же находятся несколько рабочих с кирпичной фабрики в предместье города, жильцы многоквартирного дома. Мальчик Мухаммед десяти лет спасся случайно только потому, что был в этот момент у соседей. От его квартиры ничего не осталось. Родители погибли.

Таких историй о погибших, разбитых судьбах, исковерканных душах множество. Это реестр преступлений агрессора. Он начат захватчиками много лет назад. В 1973 г. в него вписаны новые зловещие факты.

Когда египетские солдаты водружали знамя АРЕ на расчищенном от противника участке линии Барлева, они хором скандировали призывы и лозунги: «Да здравствует родина!», «Велик Аллах!». Прозвучал и другой призыв «Да здравствует мир!». Признаться, нас журналистов, это несколько удивило: солдаты, еще опаленные гремевшим здесь боем, наполненные радостью победы, призывали к миру.

А между тем это было совершенно естественным. Египетские солдаты — это рабочие, феллахи, служащие, студенты, переодетые в песочного цвета форму. Арабы взяли в руки оружие не из каких бы то ни было экспансионистских амбиций, по потому что вынуждены были защищать себя, достижения своих революций. И поэтому их конечной целью был и является мир в условиях справедливости.

Начиная с октября 1973 г. в быт Египта вошли чрезвычайные вооруженные силы ООН (ЧВС). На египетских дорогах и по каирским улицам стали проноситься джипы и грузовики, окрашенные в белый цвет, с крупно написанными буквами U.N. на борту и эмблемой ООН. В каирских отелях «Хилтон», «Шератон» и «Шеппард» поселились офицеры чрезвычайных сил.

Задача ЧВС, как тогда, так и теперь, заключается в том, чтобы способствовать выполнению резолюций Совета Безопасности № 338 и 339 о прекращении огня.

В те времена был создан промежуточный лагерь дислокации чрезвычайных сил в предместье Каира — Гелиополисе. Из каирского аэропорта, куда они прибывали, соединения ЧВС направлялись в лагерь на грузовиках ООН. Они перевозили амуницию, передвижные радиостанции. Солдаты ООН были одеты в форму армий своих стран, с эмблемой ООН. В большинстве своем это шведы, финны, австрийцы. Были и французы и голландцы. Когда мы прибыли в лагерь, солдаты занимались налаживанием своего быта. Некоторые обедали, другие устанавливали палатки. Я разговорился с высоким офицером, с трубкой в зубах.

— Простите, вы из какой страны?

— Я из Финляндии, капитан Аахво.

— Скажите, пожалуйста, как египетские власти помогают вам в выполнении вашей миссии?

— Здесь, в Каире, нас хорошо встретили, обеспечили всем необходимым. Особенно важно, что нас прекрасно обеспечили транспортом. Большинство наших грузовиков — советские машины ЗИЛ. Нашим людям приходится ездить далеко, в Порт-Саид. Эти машины хорошо себя показали в пустыне.

Позже я посетил чрезвычайные силы уже в местах несения ими своей службы — в районе Исмаилии. Австрийцы и шведы были расквартированы в уцелевших зданиях детских интернатов, построенных накануне агрессии 1967 г. Мы попали в лагерь в день рождества. При выходе из него мы увидели роту шведских солдат, побритых и торжественных, направлявшихся на праздничную службу в церковь Исмаилии. В лагере мы встретили капитана австрийских подразделений Фридриха Ридля. Он рассказал, что линия прекращения огня проходит в двух километрах к югу. Здесь находились тысяча шведов и около шестисот австрийцев.

— Наша задача заключается в том, чтобы регистрировать нарушения соглашения о прекращении огня и своевременно сообщать о них, — сказал капитан Ридль. — Мы должны соблюдать строгий нейтралитет и объективность. Мы свободно передвигаемся между линиями противостоящих друг другу войск.

Он сказал также, что в целом на их участке относительно спокойно, но регулярно вспыхивает перестрелка и имела место артиллерийская дуэль.

Наблюдательные посты ООН были установлены в пустыне, на возвышенностях, удобных для обзора. Над ними был поднят флаг ООН, а ночью зажигался специальный фонарь. Однако и это не спасало от случайностей. Несколько наблюдателей были ранены.

Характерно, что служба наблюдения за прекращением огня организована ООН в двух формах. С одной стороны, это упоминавшиеся выше чрезвычайные вооруженные силы ООН, подчинявшиеся специальному командованию во главе с финским генералом Аахво Сииласвуо. С другой стороны, существует «Организация по наблюдению за прекращением огня» со штаб-квартирой в Иерусалиме. Она была создана еще в 1949 г. Советские наблюдатели, направленные в октябре 1973 г. в Египет по просьбе правительства АРЕ, были включены в штаты этой организации.

Работа советских наблюдателей была организована в то время следующим образом: часть офицеров выезжала на патрулирование линии фронта. Другие дежурили на радиостанции в Исмаилии, Порт-Саиде и Каире.

Наиболее четкое представление о механизме действия соглашения о прекращении огня дает ситуация, сложившаяся в то время на контрольно-пропускном пункте на 101-м км шоссе Каир — Суэц. Этот пункт был передан чрезвычайным силам ООН. На западе стояли египетские подразделения, на востоке — израильские. Между ними — войска ООН. В этой промежуточной зоне находилась палатка, в которой происходило подписание соглашения о разъединении войск.

Иностранные журналисты, аккредитованные в Каире, неоднократно бывали на 101 км, первый раз — в конце октября, когда он еще находился в руках израильских войск. В соответствии с соглашением о прекращении огня, израильтяне обязались пропускать в блокированный Суэц мирные грузы, медикаменты, воду. Однако они нарушали выполнение этого пункта соглашения. Не пропускали машины с медикаментами, цистерны с водой зачастую так «тщательно осматривались», что вода выпускалась в песок. Долгие часы простаивали машины Красного Креста с ранеными из Суэца, пока получали возможность проехать.

Группа журналистов из Каира попыталась пробраться в Суэц, чтобы ознакомиться с положением дел в этом районе. Когда мы подъехали к пункту на 101 км, поднялся пыльный ветер. Все заволокло густой песчаной кисеей. Горизонт стал серым, солнце — похожим на желтый фонарь в тумане… Призрачными казались и солдаты ООН, расхаживавшие на участке между египетскими и израильскими проволочными заграждениями. Палатку трепало на ветру.

Египтяне пропустили наш автобус. Мы проехали «ничейную землю» и тут были остановлены израильскими патрулями. Появился их капитан. Он был весело настроен, балагурил. Потом сказал, что обратится к своему командованию за разрешением. За линией кордонов скопились журналисты, приехавшие на 101 км с израильской стороны. Это были коллеги тех же журналистов, что были с нами, только аккредитованные в Иерусалиме.

Прошло два часа. Снова спросили капитана. Он наконец сказал, что получен отрицательный ответ. Все, конечно, были возмущены. Тут же по правилам «демократической процедуры» составили «петицию протеста». Она не произвела никакого действия. Израильтяне не хотели, чтобы представители прессы увидели, что они творят на захваченной территории. Не удалось проехать по этой дороге и тогда, когда тост перешел в руки войск ООН; находившиеся сзади них израильские войска перекрыли дорогу.

В те же времена в палатке на 101 км проводились переговоры о заключении соглашения об отводе войск между представителями израильского командования. Понадобилась Женевская конференция и усилия миролюбивых сил, чтобы Израиль наконец подписал это соглашение и израильские войска в три приема очистили западный берег.

Кризис 1973 г. удалось ликвидировать потому, что в результате усилий миролюбивых сил, и в первую очередь Советского Союза, реализации Программы мира, разработанной XXIV съездом партии, создалась новая обстановка. Можно прямо сказать, что, если бы не ликвидация атмосферы «холодной войны», утверждение идей мирного сосуществования как практического принципа отношений между государствами, решение ряда вопросов, в течение многих лет казавшееся невозможным, урегулирование кризиса 1973 г. было бы исключительно трудным делом.

В египетском народе в эти дни окрепло четкое сознание того, что, только опираясь на помощь и поддержку Советского Союза, можно добиться реализации национальных целей АРЕ и других арабских стран.

Большое внимание арабских народов привлекла тогда речь Генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева на Конгрессе миролюбивых сил в Москве. О том интересе, с каким отнеслась египетская общественность к этой речи, свидетельствовал уже тот факт, что сообщение о ней было немедленно передано всеми средствами информации страны. Египетское радио сообщило о речи сразу же после ее произнесения. На следующий день газеты Арабской Республики Египет на первых полосах опубликовали изложение речи и поместили портрет Л. И. Брежнева.

Естественно, что внимание египетской и всей арабской печати прежде всего привлекло изложение Л. И. Брежневым позиции Советского Союза по вопросам ближневосточного урегулирования. Каирская газета «Аль-Ахбар» писала, что Генеральный секретарь ЦК КПСС подтвердил принципиальную позицию поддержки Советским Союзом арабских народов в их справедливой борьбе. Газета подчеркнула, что позиция Советского Союза отвечает интересам установления справедливого мира на Ближнем Востоке на прочной основе. Все газеты выделили слова Л. И. Брежнева о том, что Советский Союз готов внести и внесет свой конструктивный вклад в усилия по установлению прочного и справедливого мира.

«В эти дни, — писала газета «Аль-Гумхурия», — голос Москвы снова внушает надежду и уверенность в том, что дело мира восторжествует».

Прекращение войны на Ближнем Востоке открыло новые перспективы перед народом Египта. Осуществляются проекты по восстановлению разрушенных войной жилищ и предприятий. Вторая очередь работ, рассчитанная на 20 лет, предусматривает дальнейшее развитие промышленности и сельского хозяйства в районе Суэцкого канала и на Синайском полуострове. Начались работы по расширению пресноводного канала от Нила до Исмаилии и дальше, по трубам под руслом канала, на Синай. Будут орошены тысячи гектаров пустынных земель. Намечается также строительство туристских центров и курортов. Создано специальное министерство восстановления. Организованы отряды добровольцев, которые работают в Суэце, Кантаре, Порт-Саиде.

— Конечно, мы знаем, что потребуется еще много времени. И это тяжелый труд, — рассказывал губернатор Суэца Бадауи аль-Холи. — Но восстановление нашего города и других городов зоны канала — дело всего народа Египта. Мы еще два года назад составили план восстановления, а также расширения Суэца. Теперь мы приступили к его осуществлению. Естественно, что возрождение жизни в городах и на побережье канала выдвинуло много сложных проблем. Заново налаживается городская жизнь, торговля, транспорт, медицинское обслуживание.

Еще в первые месяцы после прекращения военных действий жителям восточного берега канала была оказана срочная помощь. Сюда доставлялось продовольствие, медикаменты, предметы первой необходимости. Широкие круги египетского народа провели сбор пожертвований для населения освобожденных районов.

Территории, освобожденные от агрессора, — снова египетская земля. Они опять живут общей жизнью со всей страной.

Однако проблема мирного урегулирования все еще не решена. Еще десятки тысяч квадратных километров арабской земли находятся в руках агрессора. И пока это так, прочный мир не придет на землю Ближнего Востока. Только полный вывод израильских войск с оккупированных арабских земель создаст предпосылки того, чтобы все народы Ближнего Востока жили в обстановке безопасности, пользовались благами мира.

Путь к миру пролегает через Женевскую конференцию по Ближнему Востоку. Ближневосточный конфликт — крупнейший международный конфликт современности. И поскольку это так, он может быть решен только на широкой международной основе, с участием как самих сторон конфликта, так и тех сил, на которых лежит особая ответственность за судьбы мира на нашей планете.