Красавчик с изъяном

Глава 26

Время застыло. Казалось, мы уже вечность стоим на коленях посреди тренировочного зала — связанные, вымотанные, напуганные до смерти. Кто-то тихо всхлипывал. Принцесса Лирэйн сбоку от меня шепотом читала молитву, обращенную к Великой Ллос. Я слушала ее с закрытыми глазами: в темноте под веками страх будто немного отступал.

Иногда тишину нарушали шаги наших захватчиков. Когда кто-то проходил рядом, я сжималась еще сильнее и задерживала дыхание.

Мы все ждали — спасения, штурма, какого-то движения со стороны бунтовщиков. Может, резкого крика. Может, вспышки магии. Того, что нарушит эту гнетущую тишину и сдвинет время с мертвой точки.

Коленям было больно. Руки онемели от тугих веревок, спину ломило от неудобной позы. Когда я в очередной раз попыталась незаметно размять мышцы, в нескольких шагах от меня проскрипел голос шрамированного:

— Ты.

Я замерла. Сердце рухнуло в желудок, потом взлетело к самому горлу. Но вскоре паника отступила — обращались не ко мне.

— Не надоело быть рабом? Хочешь к нам?

Я приоткрыла один глаз и осторожно выглянула из строя пленниц. Уперев руки в бока, Грак нависал над Кальдаэром — единственным мужчиной среди женщин-заложниц.

Не дожидаясь ответа, я опустила голову и постаралась слиться с остальными эльфийками.

— Й-йа, — Кальдаэр заикался. — Й-йа.

— Чего мямлишь? Давай, вступай в наши ряды. Или тебе нравится быть ковриком для ног?

— Отстань от него, — бросил фиолетовый.

— Заткнись! — рявкнул Грак и снова начал давить на пленника. — Ну так что, парень? Пора учиться себя уважать. Готов погибнуть ради свободы?

Я дышала через раз, чувствуя, как в воздухе растет напряжение.

— Это неправильно, — после долгой паузы пробормотал Кальдаэр. Его голос дрожал. — Вы навлечете на себя кару Ллос.

— Что?

Я почти видела, как обезображенный мятежник сузил глаза. В его тоне проскользнула едва заметная хищная угроза.

— Богиня вас накажет, — прошептал Кальдаэр очень тихо.

Что-то внутри меня уже знало, что будет дальше, и сжалось в тугой узел. На несколько секунд повисла глухая, зловещая тишина. Потом раздался влажный хруст.

Пленницы заскулили.

— Мой нос… — гнусаво простонал Кальдаэр.

— С ума сошел?! — выкрикнул фиолетовый.

Я дернула руками, отчаянно желая заткнуть уши, но забыла, что связана. Перед глазами рябило, комната качалась. Я зажмурилась — кружение прошло, но меня начало подташнивать.

— Что ты делаешь? — орал фиолетовый. — Он же один из нас.

— Этот бесхребетный червяк? Да ни хрена!

До меня донесся тупой звук удара и короткий, сдавленный стон.

— Прекрати!

Послышалось шарканье, будто фиолетовый пытался оттащить взбесившегося подельника от его беспомощной жертвы.

— Это из-за таких, как он, слабаков, нас и сделали рабами!

— Хватит! Успокойся!

Кальдаэр болезненно хрипел. Грак задыхался от злости.

— Они терпят. Пресмыкаются. На брюхе готовы ползать перед этими стервами. Поэтому с нами так и обращаются. Это все они виноваты. Тряпки!

— Да угомонись ты!

— Кто не с нами — тот против нас.

Когда все стихло, я открыла глаза. Фиолетовый сжимал кулаки — волосы растрепаны, одежда смята, рукав туники разошелся по шву. Я уже поняла, что этот мужчина считает себя главарем, но сейчас он выглядел растерянным, даже беспомощным, будто до него начало доходить, что ситуация ускользает из-под контроля. Его взгляд, брошенный на Грака, был настороженным, напряженным.

— Получилось! Поймал!

Молодой эльф, сидящий посреди зала в позе для медитации, радостно встрепенулся, но тут же снова закрыл глаза и сосредоточился. Мятежники оживились и обступили его со всех сторон, за исключением тех, кто охранял дверь. Они не просто наблюдали за парнем, но словно бы прислушивались к тишине.

— Ну что? — не выдержал Грак.

И тут, будто в ответ на его вопрос, стены пещеры затряслись, а с потолка посыпалось каменное крошево. Пленницы всполошились, кто-то вскрикнул. Бунтовщики же, напротив, восторженно загалдели.

— Молодец! — крякнул один из них.

Грак одобрительно хлопнул сидящего парня по спине, и тот робко улыбнулся.

— Теперь веди Червя в жилые кварталы. А мы поговорим с королевой с помощью артефакта, — шрамированный оглянулся через плечо и подмигнул принцессе Лирэйн с издевательским видом. — Все защитники либо примкнули к нам, либо обезврежены. Ей придется принять наши условия, иначе править она будет грудой камней да армией трупов.

От очередного подземного толчка я неуклюже завалилась набок и почувствовала себя еще более беспомощной. Где-то глубоко под нами прокатился глухой, протяжный звук, похожий на далекий обвал.

— Только не на жилые кварталы! — вмешался фиолетовый. Оттолкнув Грака, он навис над худым парнишкой. — Слышишь? Пусть громит шахты, устроит разрушения на границе, но центр не трогает. Мы хотим напугать, а не погубить кучу народа.

Постепенно до меня дошло, что именно они задумали. Натравить чудовище на город! Воздух застрял в горле камнем.

И тут же тиски, сдавившие грудь, немного разжались.

Шадриан! Он спасет, защитит. Но…

Подбородок задрожал.

Этот ублюдок сказал… Он сказал, что все защитники…

Внутри будто что-то лопнуло, и я перестала ощущать собственное тело.

Что с Шадрианом?! Что значит, обезврежены? Или… он с ними?

— Послушай, — Грак приобнял фиолетового за плечи и отвел в сторону, снисходительно улыбаясь. — Кажется, ты устал. Может, посидишь, отдохнешь? Например, вот на этом коврике?

Спина фиолетового напряглась. Ноздри раздулись, на лице заиграли желваки. Тяжело дыша, он скинул с себя руку союзника.

— Да что с тобой? — прошипел он. — Там же дети. Ты хотя бы представляешь, сколько будет жертв?

— Представляю, — широко ухмыльнулся Грак. — Чем больше будет жертв, тем громче прозвучат наши требования.