Маджуро

Глава 21. Крушение планов

Утро нового дня давно перетекло за полдень, а Ядугара все еще был в постели. Нет, он не заболел. Напротив, в его крови все не утихал адреналин от бессонной ночи, проведенной в компании страстной Рейны. Каждая новая процедура перелива, как изысканное редчайшее лакомство, радовала очередной отсрочкой назначенного ему времени. Он смаковал вновь обретенную молодость и свойственные только ей пышущее здоровье и бурлящие гормоны.

Но в этот раз все было иначе. Организм не просто омолодился, он, казалось, впитал всю жажду жизни и страсть к новому и неизведанному неискушенного юнца Децисиму. Внутри все клокотало. Организм требовал новой дозы! Еще, еще и еще! Настолько пряными и дурманящими были эти давно позабытые чувства.

Мозг же пускал по венам вязкие плети досады. Они тянулись к сердцу, опутывая его и крепко сжимая. Добыча просочилась сквозь пальцы и ушла к этому жирному ублюдку! Маджуро недостоин перелива! Скорей бы он сдох, безвольная тупая свинья!

Ядугара обеспокоенно подавил грязные мысли и огляделся. Во дворце шептались, что игривая мать императора могла прижить сына совсем не от мужа, но даже думать об этом не следовало. Следящие оракулы — эти выжившие из ума старухи — могли засечь его крамольные мысли. Конечно, никто не верил в эффективность оракулов, но целитель всегда славился своей осторожностью — а вдруг?

Впрочем, мысль об урванных полутора десятках лет жизни тут же согрела душу. Как не жаль было потерять Луку, скованное льдом эгоизма сердце утешилось надеждой на сестренку бывшего раба. Уж из этой твари он вытянет все до капли! Причем сегодня же!

Предварительные анализы и тесты дали положительный результат — невероятно! Два полноценных, богатых десятилетиями жизни донора найдены в столь короткое время! И если старший Децисиму потерян, то девчонка, как ее там — Кора? — в его полном распоряжении.

Ядугара с наслаждением потянулся и, улыбнувшись, подумал, не посетить ли ему Дом вдохновения — элитный бордель, гордившийся тем, что сам император захаживал туда в подростковом возрасте, но додумать не успел. Кто-то громко протопал по лестнице и забарабанил в дверь.

Мужчина, зло цыкнув, лениво свесил ноги с кровати и беззлобно сказал:

— Убью.

Но встав легко и свободно, не ощутив уже несколько лет досаждавшей и осточертевшей ломоты в коленях, он улыбнулся, подобрался, сделал выпад и подпрыгнул, почти достав до потолка вытянутой рукой.

Стоявший за дверью прислушался. Он, по-видимому, осознал содеянное и теперь трясся от страха. В доме целителя строжайше запрещалось нарушать покой хозяина. Случись даже пожар, наводнение или черная оспа, никто не смел отрывать господина от дел.

Отчаянный стук в дверь сменился робким поскребыванием. Да уж, хуже явно не будет. Еще вчера Ядугара, в зависимости от настроения, за подобную провинность мог бросить на несколько часов в подвал.

Сегодня все было иначе. Кто бы ни стоял за дверью, Ядугара ограничится парой плетей.

Он одернул края шелковой пижамы и, распахнув дверь, увидел покрасневшие заплаканные глаза малышки Рейны.

— Что произошло, девочка?

Девушка судорожно сжимала кулаки на груди, стараясь собраться с духом, но трясущаяся нижняя губа и примерзший от страха язык ее не слушались. Ядугара понял, что случилось непоправимое, и у него заколотилось сердце.

— Ну же, говори!

— Кора… Она…

Прекрасное настроение стремительно слетело с отвесного склона в обрыв. Нахмурившись, Ядугара сдвинул Рейну в сторону и крикнул низким рокочущим голосом на весь дом:

— Пенант! Старший ученик! Разрази тебя бездна! Быстро сюда, пока я не спустился сам и не оторвал твою тупую башку!

— Его нет… — заикаясь и размазывая сопли, выдавила Рейна.

— Да успокойся же ты! — Ядугара схватил ее за плечи и хорошенько встряхнул.

Девушка, пару раз клацнув зубами, сглотнула и, казалось, пришла в себя. По крайней мере, ступор прошел, и она затараторила:

— Я принесла ей обед, как вы велели, господин! Клянусь Пресвятой матерью, я…

— Прекрати! — Целитель брезгливо и нервно вырвал руку из цепких лапок девушки. — Кому «ей»?

— Девчонке! Сестре твари! Я сделала все, как вы хотели, господин! Ее нет! Она… Она…

До Ядугары начало доходить, что столь желанная гостья, пренебрегши гостеприимством хозяина, покинула его уютный дом.

— Что?! — взревел целитель. — Что она?

— Она… сбежала.

— Дура!

Ядугара оттолкнул любовницу к стене с такой силой, что та, ударившись затылком, тяжело осела на пол. Не обратив на это внимания, он уже бежал через две ступеньки вниз, рыча и нервно дергая полы развевающегося, трещащего по швам шелка.

Кровавая пелена застилала ему глаза. Если девчонка что-то заподозрила, то мало того, что они упустили донора, так теперь и Ленц может все узнать! За ужином идиот Пенант проговорился, что Луку отвезли во дворец, и если сестра пошла к брату, то не видать Ядугаре и этой донорши!

Тупицы! Он разрежет их всех скальпелем на маленькие кусочки и скормит чинильям. Ничего нельзя доверить! Почему его не разбудили? Да провались оно все! Где все?

Дом словно вымер.

— Кто ее упустил?! — заорал Ядугара. — Пенант, гаденыш, придушу!

В ответ не донеслось ни звука. Мужчина выбежал на крыльцо. Солнечный свет на мгновение его ослепил, прохладный влажный порыв ветра дал отрезвляющую пощечину. Пелена ярости спала.

Сжав и разжав несколько раз кулаки, Ядугара выдохнул и пошел обратно наверх добиваться правды от единственного свидетеля произошедшего.