Мажор и недотрога

1 Глава

— Вика? Это ты? — спросонья, стою у входной двери.

— Открывай, чего тянешь? — слабый голос сестры.

— Что случилось? Ты же должна быть на свидании? Вы поссорились?

— Ну почему сразу поссорились? Вот ты зануда, — целует меня в щеку. — Все хорошо, все даже очень прекрасно! Я в очередной раз поняла, что Никита — самый лучший мужчина на свете.

Вика выглядела очень счастливой и даже немного подпрыгнула от счастья. И это в ее-то положении! Через месяц я стану тетей. Животик стал совсем большим, но Вика выглядела замечательно. Никаких отеков, лишних килограммов. Повезло. А может, хорошие гены? Ее мать неплохо сохранилась для своих сорока девяти лет.

— Главное, чтобы он понимал, какая ответственность теперь на него ляжет. Чтоб он не испугался и не сбежал после первой бессонной ночи, — серьезно смотрю на сестру.

Вика махнула рукой и улыбнулась:

— Все будет хорошо. Перестань сомневаться в нем! Он не такой.

— Ну. Раз не такой, где тогда он пропадал целых восемь месяцев? — не унимаюсь я.

— Он работал заграницей. Номер мой потерял, у него телефон украли.

— Телефон украли, но симкарту же можно было восстановить? Сейчас это не проблема.

— Госпади, какая же ты зануда! Ты так говоришь, потому что мне завидуешь. У меня скоро будет семья: муж и наш ребеночек. А ты?

— Дурочка. Я же за тебя волнуюсь. Ты же еще маленькая и наивная до безумия. Я старше тебя, знаю, какими бывают мужчины.

— Откуда? Ты ведь никого кроме своей работы не видишь?

— Оттуда и знаю. Видела бы ты женщин, которые обращаются к нам, в центр адаптации за помощью. Они на грани нервного срыва: без денег, без поддержки, с кучей долгов в придачу. А еще, с маленькими детьми, которые ни в чем не виноваты. Просто их мамы, когда-то сделали неправильный выбор.

— Прости, Ленок. Я это все прекрасно понимаю, мне искренне жаль таких женщин. Но мне, в отличии от них, чуточку повезло. И вообще, не будь такой занудой, порадуйся за сестру. Я ведь и о тебе подумала…

— В каком это смысле?

— У Никиты есть брат.

— И что?

— Как, что? Ты не поняла? Мы вас познакомим! Думаю, он тебе понравится.

— Мне это не интересно. Ты лучше о себе подумай и о ребенке. Роды на носу.

— Лаааадно. Говорю же, зануда, — Вика взяла меня за руку и повела на кухню, пить чай.

Я была рада, что Вика решила оставить ребенка, ведь когда она впервые узнала о своей беременности, то первое, о чем она подумала был аборт. Мне удалось ее отговорить. Она согласилась, но с большим трудом.

Но больше всего недовольна была Анна Валентиновна, родная мать Вики, а мне она мачеха. После смерти моей родной мамы, папа не мог прийти в себя, но спустя три года встретил Анну Валентиновну и сразу женился. Она смогла утешить его в трудные времена, надо сказать, что она действительно его очень сильно любила, а вот меня полюбить не смогла. Так бывает, но зря на нее я не держу. Моя мачеха очень красивая женщина, она так мечтала о богатой жизни, хотела ездить каждый год на море. Однако папиной зарплаты всегда не хватало. От этого, иногда, Анна Валентиновна позволяла себе выпивать, порой очень сильно. Но, при этом, всегда выглядела очень хорошо.

Конец ознакомительного фрагмента

Ознакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна — то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.

Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.

В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») — идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»

На следующий день я приехала на работу немного позже, чем обычно. Варя, моя подруга и коллега, уже ждала меня в офисе.

— О! Ленка, ты сегодня поздно, — улыбнулась она.

— Пробки, чертовы. Вроде на своей машине добираюсь, а все равно не успеваю.

— У нас сегодня пополнение! — громко произнесла Варя.

— Что случилось? Новенькие? — мне стало очень интересно. Ведь не каждый день к нам обращаются.

— Да, все те же, на манеже. Дашка Петрова. Вернулась-таки к мужу после прошлого раза. Мало ей показалось. Простила этого урода, да только такие, как он не меняются. Теперь снова к нам подалась, конечно, куда ей еще идти.

— Варюш, давай как-то помягче. У человека сложная ситуация, — успокаиваю подругу.

— Да, знаешь же сколько раз мы ее из этой сложной ситуации вытаскивали? Что за бабы? Мужик ее колотит, как грушу, а она его прощает. А потом снова к нам. Нет, мы, конечно, поможем, но надо же делать какие-то выводы. Тем более, двое детей!

— Я уверена, на этот раз она сделает правильный выбор и напишет на этого тирана заявление. Дмитрий уже приехал?

— Приехал. Ты же знаешь, ему только повод дай приехать. Все ради того, чтобы с тобой повидаться, — подмигнула Варя.

— Брось ерунду говорить, — улыбка не сходит с моего лица, после упоминания его имени. Дима — симпатичный молодой человек. Я чувствую от него теплоту и внимание, но первой не хочу делать шаг навстречу.

— Не теряйся, таких мужиков, как Димка Колесников, еще поискать надо. Бери быка за рога.

— Варька, успокойся! — громкий хохот наполняет кабинет.

Дмитрий Колесников — местный участковый. Так как в наш центр адаптации «Рука помощи» в основном обращаются женщины, ставшие жертвами бытового насилия, то ему, как участковому, необходимо принимать заявление или оформлять другие необходимые документы. В общем, без него никак.

— Варь, я пойду поговорю с Петровой. Наверное, Дмитрий уже закончил с заявлением.

— Хорошо, потом отправь эту ненормальную ко мне, будем оформляться заново, — закатывает глаза.

— Варяяя, — улыбаясь, направляю на нее указательный палец. — Будь добрее.

В конце коридора у нас есть специальная комната, где проходит беседа с участковым.

— Здравствуйте, Дмитрий! Дарья, добрый день! — радостно приветствую.

Дмитрий встал, посмотрел на меня как-то по-особенному:

— Рад вас видеть, Лена.

Я смутилась, он это заметил и улыбнулся.

— Кхм! — чтобы прервать неловкое молчание, обратилась к Дарье. — Дарья, как вы? Вы к нам надолго?

— Леночка Петровна, не говорите мужу, что я здесь, — вытирая слезы, проговорила она.

Мое сердце сжалось в этот момент.

— Я не скажу, но вы же сами понимаете, где он в первую очередь будет вас искать. Поэтому, в первые дни старайтесь не выходить за пределы центра. Все необходимое для вас и для детей у нас есть. Не беспокойтесь.

— А чтоб уже наверняка, предлагаю наказать этого ублюдка по всей строгости закона, — вмешался Дмитрий. Он, как всегда, категоричен.

— Не надо! Я ничего писать не буду, — резко заявила она.

Мы с Дмитрием переглянулись. Плохо дело, значит простит потом и еще вернется.

— Даша, у вас ведь дети, они будут видеть, как отец бьет мать, как они будут реагировать? Подумайте о них, об их психическом состоянии. Ведь для них это станет настоящей травмой, — я как будто умоляю ее, просто не хочу, чтобы она вновь стала жертвой абъюзера.

— Лена права, Дарья Сергеевна, подумайте о последствиях. В вдруг, в следующий раз он забьет вас до смерти. Извините за грубость, но такое в моей практике не редкость. Что будет тогда с вашими детьми? Детский дом? Вы такого будущего для них желаете?!

После этих слов она заревела. Дмитрий лишь пожал плечами.

— Даша, успокойтесь, все будет хорошо. Дмитрий, не давите на нее, вы же видите, в каком она состоянии. Дайте ей прийти в себя, — обращаюсь к нему. Потом погладила ее по плечам:

— Отдохните, вы нужны вашим детям. Как только надумаете написать заявление, сразу же сообщите. Дмитрий, давайте отпустим Дарью?

— Петрова, жду тебя до конца недели. Не придешь, тогда больше никакой помощи от полиции не жди.

Дарья быстро встала и покинула кабинет.

— Мда, как же сложно с вами, с женщинами, — сказал Дмитрий весело.

— Мне кажется, вы были с ней слишком суровы?

— Не настолько, как ее муж.

Я пожала плечами.

— Я знаете, что хотел сказать вам, Лена? — он замялся, подошел ближе.

— Не знаю? — кокетливо смотрю ему в глаза.

— Какие у вас планы на вечер?

— Может уже на «ты»?

— Да, давайте, — поспешно ответил он.

— Давай.

— Ах, да. Забыл. Давай, — он улыбнулся.

— Ты что-то хотел мне предложить?

— Да. Недалеко отсюда есть кафе. Оно новое. Недавно открылось. Предлагаю сходить туда.

— Интересное предложение.

— Так ты согласна?

— Согласна!

— Отлично! К семи я буду здесь. Ладно, я побежал. Работа.

— Пока, — помахала ему рукой.

— До встречи!

Я рухнула на свое кресло и мечтательно закрыла глаза. Какой же сегодня прекрасный день.

__________

— Так и сказал?! — удивилась Варя.

— Да. Представляешь? Два года мы просто переглядывались, а сейчас он предложил встречу. Я так волнуюсь, если честно. У меня все с рук валится, а ведь день только начался. Так, мне нужно собраться.

— Ну наконец-то, он созрел. Знаешь, в этом огромный минус того, что он живет с мамой. Мамы же знаешь какие: то нельзя, это не нужно.

— Нет, он не такой, — я улыбнулась, вспомнив слова своей сестры. Я говорю ее словами. Это так глупо и спешно.

Ближе к шести вечера мне позвонила Вика. Ее голос показался мне очень взволнованным:

— Лена, я не хочу жить. Мне так плохо. Помоги мне, сестра…

— Что случилось?! Не делай глупостей. Где ты? Я выезжаю.

Вика была в одном из кафе, расположенных возле нашего дома.

— Я думала ты стоишь на мосту. Я так волновалась. Слава Богу, ты жива. Что случилось? Что стряслось? — я еле перевела дыхание, подсев рядом с ней.

— Лена. Я такая дура. Доверилась этому подлецу, думала выйду за него замуж и буду жить припеваючи и горя не знать. А он… Как увидел меня с таким брюхом, сразу стал заднюю давать.

— Что значит, как увидел? Он разве не знал о твоем положении?

— Не знал, я думала сделать ему сюрприз. До этого мы по телефону только говорили.

— Ясно!

— Он сказал, что ни ему, ни мне этот ребенок не нужен. А еще сказал, что у него есть знакомый врач, который может сделать аборт на большом сроке.

У меня глаза стали на выкате:

— Он серьезно это? Аборт на девятом месяце?!

— Он и денег дал. Вот, — она достала из сумочки пачку крупных купюр.

— Таак, успокойся. Все будет хорошо. Напиши мне прямо сейчас его имя, фамилию и адрес, где он проживает.

— Я не помню…

— Вика!

— В смысле, я помню. Но не знаю, где он живет. Зато знаю, где он может быть. В фирме у брата. Он вроде работает вместе с ним. Это банк «Эверест», ты, наверное, слышала о таком?

— Слышала. Я найду этого горе-папашу!

— Лен, может не надо, а? Вон он сколько денег дал, давай лучше забудем об этом?

— Вика, сестренка моя, глупенькая. Я знаю таких мужчин, с ними нужно разговаривать на их языке. Он ответит за свои слова. И еще… Никогда не называй домик, в котором временно живет мой племянник брюхом! И деньги давай сюда. Я швырну этому козлу в лицо, пусть подавится!

— Лена!

— Я все решила! Не нужно нам от него ничего. Вика, это деньги для убийства твоего малыша! Ты хоть это понимаешь? Нет, от них надо срочно избавится!

Во мне кипела злость. Я была полна решимости. Никто не смеет обижать мою сестру.