Мажор и недотрога

2 глава

— Дим, прости, сегодня не получится встретиться…, — виноватым голосом шепчу телефон.

— Ничего страшного. Какие-то проблемы? Могу помочь? — с участием ответил он.

— Неудобно, конечно, просить тебя о таком. Но мне нужен один адрес… Сможешь пробить?

— Что за адрес?

— Банк «Эверест».

— Ты серьезно? — он засмеялся.

— Что?

— Разве это секрет? Ты могла и без меня узнать адрес этого банка. В интернете, например.

— Ааа! Точно! Вот я дура. Совсем голова не соображает. Ладненько. Спасибо, мне нужно ехать.

— Давай, хотя бы отвезу тебя?

— Спасибо, я на своей ласточке.

— Как знаешь. Пока.

— Пока.

Мне хотелось поговорить с ним чуточку больше, но сейчас не было на это ни времени, ни сил. Я думала о сестре и об этом парне, который бросил ее.

Через пятнадцать минут я уже стояла около огромного здания синего цвета. Вот, значит, где он рассиживает, пока моя сестра по поликлиникам мотается с анализами. Ну почему все богатые, такие подлые и жестокие? Вопрос, конечно, риторический. Сейчас я спущу его с небес на землю.

Решительно шагаю по коридору.

— Девушка! Девушка! Куда же вы?! — кажется меня заметили, хотя поначалу показалось, будто на входе никого нет.

— Мне нужен Никита Гордеев! — останавливаюсь возле нее.

— Никита Андреевич на совещании. И вообще, по какому вопросу он вам понадобился? — она поправила очки и сложила руки, глядя на меня больше с высокомерием, чем с любопытством.

— По личному. Мне нужен он прямо сейчас.

— К чему такая спешка? Вы записаны? На какое время?

— Так, понятно все с вами, — слегка отталкиваю ее в сторону и направляюсь ко второму этажу. Не знаю, почему, но мне показалось, что совещание проходит именно на втором этаже.

— Стойте! Туда нельзя? Сумасшедшая! — едва успела крикнуть мне в спину секретарша. Она пыталась бежать, но высокие каблуки и тугая юбка всячески мешали ей.

Хорошо, что все кабинеты были полупрозрачные, так было проще догадаться, где много людей. Я нашла кабинет без труда. Даже не постучалась, а ворвалась туда, словно ураган.

— Кто из вас Никита Гордеев?! — крикнула я. Передо мной круглы й стол, вокруг люди в деловых костюмах, с умными лицами уставились на меня. Я едва успела рассмотреть каждого из них. Похоже, что до моего бурного появления, они обсуждали что-то очень важное.

— Девушка, покиньте помещение. У нас — совещание! — сказал один из них. На вид сорока лет. Вряд ли он тот самый Никита.

— Значит, так! Мне плевать, что у вас тут происходит. У меня сестра беременна от Никиты Гордеева! Этот урод предложил ей аборт, а у нее девятый месяц пошел. Где он? Выходи! Или боишься?

Все мужчины были удивлены, мягко сказать. Один из них, высокий, атлетического телосложения, встал со стола и подошел ко мне:

— Ты хоть понимаешь, что ты сейчас натворила? — злобно процедил он.

Мне стало немного страшновато, ведь я намного меньше его, но отступать не хотела:

— Мне плевать! Так это ты? Ну и как тебе живется? Папаша! Ты вообще кем себя возомнил? Не хочешь брать ответственность? Боишься? Такой большой и боишься? Ахахааха! — истерический смех вперемежку со страхом охватил меня с головы до пят.

Парень посмотрел на меня, а потом… Резко поднял на руки и потащил куда-то вон из кабинета. Я брыкалась ногами, била его руками по плечам, единственное, куда я могла попасть. Но он молча нес меня. В этот момент я почувствовала свою слабость, перед этим великаном.

— Что ты делаешь?! Немедленно опусти меня на землю! Думаешь, что тебе все позволено! Эй! Помогите!

Но он продолжал молчать. Я быстро догадалась, что он несет меня к выходу, а там уже стояла та самая вредная секретарша. Видеть надо было ее довольное лицо.

Мужчина подошел к ней, но меня так и не отпустил:

— Это что за цирк на выезде? Как ты это допустила?! — сурово спросил он ее, та аж рот раскрыла от растерянности.

— Простите пожалуйста! Она ворвалась, как омоновец. Я не успела среагировать. Извините, я больше не допущу такого, — вымолвила, дрожа.

— Уволена!

— Но…

— Второй раз не повторяю, — предупредил он.

Девушка убежала, попутно вытирая нахлынувшие слезы.

— Может отпустишь уже меня! — напомнила я о себе.

Он послушно поставил меня на ноги.

— Слушай сюда: если я не заключу договор с теми серьезными дяденьками, которым ты устроила яркое представление, то я найду тебя и закопаю вот этими руками, поняла?!

— Черствый, бездушный и жестокий! — выпалила я.

— Сумасшедшая, бестолковая, истеричка! — крикнул он.

— Идиот!

— Выбирай: или я вызываю наряд и, ты проведешь пятнадцать суток в изоляторе, или проваливай по-хорошему.

Я посмотрела еще раз на него, плюнула ему прямо в лицо и быстро выбежала из здания банка.

Думаю, ему не понравилось, но рассматривать его реакцию было опасно, мало ли что на уме у этого ненормального. Ну и вкус у моей сестры! Как она могла посмотреть на такого? Разве он может делать что-то хорошее. Хорошо, что мне хотя бы удалось ему испортить день.

__________

— Лен, ну как? Ты поговорила с ним? — Вика подсела ко мне на кухне и налила чашку чая.

— Поговорила, — еле отвечаю.

— И? Что с тебя все клещами вытаскивать?

— Господи, Вик, как ты могла встречаться с таким уродом? На него же нельзя взглянуть без страха. Да как ты вообще умудрилась еще и ребенка от него сделать? — качаю головой.

— Что, все так плохо? Вообще, не знаю, почему Никитка показался тебе таким страшным. Он очень милый и постоянно улыбается. Может просто был не в настроении?

— Я забыла отдать ему деньги, — вдруг вспомнила я.

— Ну и ладно. Нам они нужнее.

— Нет! Вика, так нельзя. Не трогай, я их потом ему отдам. Завтра, например.

— Ой, правильная ты наша. Да для него эти деньги копейки. Он в ресторане в два раза больше тратит.

— Тема закрыта.

— Прости, из-за меня ты не пошла на свидание. Знаю, что Димка тебе очень нравится.

— Ты чего? Причем тут это? Ты моя сестра, дороже любого мужчины. Прекрати, как я могла бросить тебя в таком состоянии?

— Спасибо, Ленок, ты самая лучшая сестра на свете. Я думаю о том, как повезет нашей звездочке с тобой.

— Ты уже узнала пол ребенка? Мы же хотели, чтобы это было сюрпризом в день родов?

— Я не выдержала. Прости.

— Да ничего. Ты же мать, имеешь полное право, — обнимаю сестру.

— Я так рада, что будет дочка!

— А я как рада, хотя, мне было все равно, лишь бы здоровой родилась.

— Ты права.

— Уже придумала имя?

— Машенька, — Вика мечтательно откинула взгляд в сторону.

— Очень красивое и милое имя. Мне тоже нравится.

__________

— Ты совсем с дуба рухнул?! — в ярости закричал мужчина.

— Кирилл, прости. Эта девка что-то перепутала. А может это все происки конкурентов? Специально ее сюда подослали, чтобы сделку сорвать?

— Никита, ты правда обрюхатил девку? Скажи мне правду?!

— Да, залетела одна. Да я даже не помню, когда и как! Недели две с ней тусил, не думал, что все так обернется.

— А ты вообще думаешь, когда-нибудь? Идиот! А эта, сестра ее, налетела, как сумасшедшая. И все из-за твоих похождений. Почему, скажи? Почему я всегда отгребаю твое дерьмо? Мне первый раз в жизни в лицо плюнули!

— Кирюх, да ладно тебе! Разберусь я с этой. Я ей дал денег. Она сама хотела аборт сделать, когда я сказал, что не собираюсь жениться в девятнадцать.

— Вы оба стоите друг друга. Ты о чем думал, когда ребенка заделывал? Ей сколько? Надеюсь, тебе хватило мозгов не связываться с малолеткой?

— Да, ты о чем?! Ей восемнадцать. Она студентка педагогического университета.

— Так, все. Хватит с меня на сегодня. Реши этот вопрос.

— Не парься, решу. Больше ни она, ни ее умалишенная сеструха не заявиться сюда.

— Стоп! Знаю я твои решения. На этот раз ты заигрался, малыш. Значит так, сделаешь все, как я скажу. Иначе…

— Иначе??

— Иначе останешься без денег. Я закрою все твои кредитки, заберу ключи от машины, добирайся, как все, на метро.

— Что ты несешь?

— С этого дня ни на шаг не отходи от этой девки. Ей рожать со дня на день. И если вам, бестолковым родителям, не нужен ребенок, то мне нужен племянник! И попробуй ее обидеть, пожалеешь.

— Так ты со мной? Кто тебе дороже?

— Все, я сказал.

Кирилл Гордеев отвернулся. Никита понял, что говорить что-то старшему брату бесполезно. Никто не может на него повлиять, никто не может манипулировать им. Если он что-то решил, то так тому и быть.

— Кирилл Андреевич, все в порядке? — в кабинет вошел личный помощник Гордеева — Илья.

— Никита опять делов натворил. А разгребать, как ты понял, мне.

— Он обидел ту девушку, которая ворвалась сегодня на совещание? Просто я пропустил этот яркий момент.

— Нет. Ее сестру. Возможно, у меня будет племянник. Это единственное хорошее, что сделал мой младший брат за последние годы. У него ветер вместо мозгов.

— Он изменится. Просто дай ему время, не дави. Молодой парень, пусть погуляет, — улыбнулся Илья.

— Молодой, говоришь? Ему девятнадцать.

— Ты обиделся, что я назвал его молодым? Да брось, ты тоже не старый. Тридцать лет — идеальный возраст для любого мужчины.

— Я не про это. В его возрасте мне пришлось стать взрослым. Я его воспитал. Он мне, как сын, а не младший брат. С каждым годом мне сложно находить с ним общий язык. Он считает, что я ему чем-то обязан.

— Он изменится. Подожди немного. Да, вы разные, но вы родные. Не думай о нем плохо.

— Некогда думать. Я работаю допоздна.

— С Ингой как?

— Все хорошо. Она умная девушка, все понимает.

— Может уже в ЗАГС?

— Нет. Я карьерист. Семейная жизнь не для меня. Ингу тоже все устраивает. На этом и сошлись. Ладно. Что там с инвесторами? Они будут подписывать договор?

— Как ни странно, да. Даже эта сумасшедшая не повлияла на их решение. Хотя ее появление было внезапным и неожиданным.

— Мдаа. Терпеть не могу истеричных баб. Никогда не думают головой.

— Ее можно понять: я бы тоже за сестру голову оторвал любому. Сестра — это святое. Видишь, у нее сестра, у тебя брат, а отношение к ним у вас разное.

— Ну и семейка. Ничего, как родит, будет жить в моем доме с этим лоботрясом. Пора брать ответственность за свои поступки.

— А это правильно! Пускай нянчится, может поймет что-то. Но знаешь, Никитос не такой уж и бездельник. Из него выйдет отличный финансист. Зря ты его в менеджеры по продажам определил.

— Не все сразу.

— Подумай, думаю он очень обрадуется, что ты доверил ему такую должность.

— Ты чего его так защищаешь? Он, по-моему, терпеть тебя не может.

— Это ревность к тебе. Злиться, что мне ты доверяешь больше, чем ему. А я не пацан, чтобы обижаться.