Мажор и недотрога

7 глава

— Теть Ань, с вами все в порядке? — смотрю на свою мачеху и вздыхаю. Кажется, она снова выпила, пока папа на работе, а я хотела проведать ее.

— Со мной все в порядке. У меня всего лишь умерла единственная дочь, мой родной ребенок. А так, все в порядке. Чего пришла?! — злобно спросила она, как будто не замечая, что я пришла с Машенькой, ее внучкой.

— Можно мы пройдем? — я вошла, не дожидаясь ответа.

Пока я раздела Машеньку, она продолжала ворчать:

— Если б я только знала, что так произойдет. Если б только могла знать…

— Успокойтесь, вам надо прилечь и отдохнуть. Я поставлю чайник.

— А у тебя, зато все в порядке! Пристроилась в теплом гнездышке и довольная. Че сюда-то приперлась? Показать, как тебе хорошо в доме миллиардера?

— Зря вы так. Мне все равно, где жить, лишь бы рядом с Машенькой.

— Ой, сказки не рассказывай. Уходи, видеть тебя не могу.

— А как же Машенька? Ее вы, тоже видеть не хотите?

Она посмотрела на внучку и вдруг заплакала, я не могла даже подойти к ней, настолько испугалась. Сколько бы гадостей мне она ни говорила, я всегда понимала, что это от боли внутри. Ей слишком тяжело было пережить потерю дочери.

Через полчаса она успокоилась и мы, уже вдвоем сидели за столом и пили чай.

— Я хочу извиниться перед тобой, Лена, — тихо произнесла теть Аня. — Я не стала тебе хорошей матерью. А была настоящей мачехой: злой и беспощадной.

— Теть Ань, я не держу на вас зла, правда. Мне достаточно того, что вы приняли меня и воспитали.

Мне стало так тепло на душе от этого разговора, ведь никогда мы с ней так не говорили. Дома было так тихо и спокойно, Маша спала в спальне родителей.

— Я рада, что ты не обижаешься на меня. Правда, как гора с плеч. Я так переживала по этому поводу, — она улыбнулась и провела рукой по моим волосам. — А хочешь? — она вдруг встала со стола, — медку отведать? Настоящий, деревенский. Мне его баб Таня еще на прошлой неделе завезла

Я кивнула головой в знак согласия, она встала со стала и начала возиться в шкафах, видимо, искала мед.

И вдруг! Удар. Сильный. Острая боль в голове. Я упала на пол, но все еще находилась в сознании.

— Мммашенька…, — тихо произнесла я. Я думала, что это мои последние минуты жизни, мне сложно было даже шевельнуть пальцами.

— А я всегда знала, что этим камнем можно не только точить ножи, но и хорошенько шандарахнуть кого-нибудь, — говорила она не своим голосом. Я даже не видела ее, только ноги. — Я не жалею об этом, ты не выживешь. Так и должно было быть. Это ты должна была умереть, а не моя дочь! Ты! Почему ты живешь, припеваючи, а моя Викулька червей кормит?! Это несправедливо!

Она кричала, как будто не своим голосом. Совсем помешалась.

Еще минуту я могла смотреть хотя бы прямо, но потом… Полный мрак…

__________

— Шеф? Можно? — Илья нерешительно вошел в кабинет.

— Че? — холодно спросил Гордеев.

— Как ты?

— Отлично. У тебя все?

Илья замялся. Он хотел что-то спросить, но не решался.

— Ты держись, брат. Все будет хорошо, — наконец, произнес он.

Гордеев вспыхнул, встал со стола и подошел к нему вплотную:

— Ты серьезно? — спросил он, сверля друга взглядом.

— Она жива и это главное, — испуганно ответил Илья.

— Она жива. Но она в реанимации. Три дня она в реанимации. Три! Я не сплю три дня.

— Как Маша? — Илья решил сменить тему.

— Она в порядке. Если бы и с ней что-то случилось, я бы прыгнул с крыши своего банка. Мне без нее жизнь не интересна.

— Без племянницы или без Лены?

— Ты на что намекаешь? — злобно спросил Гордеев, стискивая зубы.

— Ни на что. Но глядя на твою реакцию, сложно поверить, что ты к ней равнодушен.

— Как я могу быть равнодушен, когда родная тетя моей племянницы находится в тяжелом состоянии?

— Понимаю тебя.

— Ладно. Проехали. Она под наблюдением лучших врачей города, если они не вытащат ее, я их закопаю.

Илья выпучил глаза и с удивлением посмотрел на Гордеева:

— Мдаа.

__________

— Леночка, доча, наконец-то ты пришла в себя! — папа смотрит на меня, на лице отчаяние.

— Папа! Как же я рада тебя видеть, что со мной случилось?

— Гематома на голове. Сильная. Я не разбираюсь в этих терминах. Тебя Анька ударила по голове.

— Где Машенька??

— Успокойся, все хорошо. За Машку не переживай, она дома. У Гордеева. За ней приглядывает наемная няня, я иногда помогаю.

— А кто меня нашел? Сколько я здесь?

— Три дня ты лежала в реанимации. Мы места себе не находили. Варька приходила каждый день. Гордеев ночевал все три ночи в больнице. Ждал, когда ты очнешься.

— Гордеев? Ты ничего не путаешь?

— Я хоть и старый, но вижу прекрасно. Он тебя сюда перевел сразу, чтоб наблюдение было хорошее.

— А кто меня нашел? Кто скорую вызвал?

— Анька и вызвала. Если б еще час ты там лежала, не спасли бы…, — папа опустил голову.

— Она меня спасла? Но зачем она меня вообще ударила?

— Доча, прости ее. Она после смерти Вики совсем с ума посходила. Замешательство у нее, понимаешь? Нельзя ей в тюрьму.

— В какую еще тюрьму? Ее что арестовали?

— Гордеев настоял на аресте. Пока она задержана до суда. Во всем созналась, готова понести наказание.

В палату вошел Гордеев. Папа молча вышел, чтобы дать нам поговорить.

— О! Ты очнулась? Как ты себя чувствуешь? Голова болит? — он был в настроении. Наверное, правда был рад моему выздоровлению.

— Зачем ты посадил теть Аню? — строго спросила я. Он остановился. Посмотрел на меня с недоумением:

— Зачем? Что значит, посадил? Она это заслужила. Пусть искупает свою вину. Ты здесь по ее милости, не забывай об этом.

— Ты не понимаешь, она больна. Ей лечится нужно, а не срок отматывать.

— Идиотка, я же забочусь о тебе. А если бы она грохнула Машку? Что тогда?

— Она бы ее не тронула. Прошу тебя, выпусти ее, у нее психическое расстройство, пойми. Она нуждается в медицинской помощи.

— Как же меня достала ваша семейка, — Гордеев махнул рукой и вышел из палаты.

__________

— Почему ты не брала трубку? Я звонил тебе, — Гордеев медленно прислонил Ингу к себе.

Он хотел поцеловать ее, но она быстро отвернула голову:

— Тебе же не было до меня дело почти неделю. А теперь, у меня нет времени для тебя.

— Ты обиделась?

— Нет. Просто сделала выводы.

— Ну прости. Сама понимаешь, что случилось. Я должен был быть рядом с…

— С этой дурой?

— Инга!

— Что, Инга? Теперь ты будешь повышать на меня голос, когда я говорю о ней? Кто она, если не дура?

— Она родная тетя моей племянницы и… Нравится тебе или нет, но она моя официальная жена.

— Кирюш, с тех пор как она появилась в твоей жизни, ты стал совсем другим! Ты совсем забыл про меня.

— Нет. Ты не права. Да, у меня действительно не хватает времени, но я думаю о тебе. Вот, смотри, что у меня есть, — Гордеев вытащил из кармана пиджака маленькую синюю коробочку.

«Неужели, кольцо?», — промелькнуло у нее в голове.

— Это тебе, — он открыл крышку.

— Это мне?

— Да. В магазине мне сказали, что это очень стильная брошь. Тем более, с бриллиантом. Такую вещь сложно не заметить, тебе очень подойдет. Нравится?

— Спасибо, милый, — она расстроилась, но виду не подала.

— Ну, так я заеду вечером? — спросил он.

— Мы можем у тебя.

— Нет. В доме ребенок.

— И что?

— Инга. Я могу не заезжать, если у тебя нет времени.

— Нет, сегодня я найду время. Я буду тебя очень ждать.

__________

— Эх, подруга, как же так? — вздохнула Варя.

— Все нормально, не драматизируй. Я жива. Все хорошо.

— Лен, ты извини, но мне твоя мачеха давно не нравилась. Как видно, не зря.

— Я знаю теть Аню тысячу лет. Да, она не любила меня, но никогда не причиняла мне вред, не повышала тон и даже не ударила. Она приняла меня, хотя могла бы уговорить отца оставить меня бабушке. Она дала мне воспитание, научила готовить, читать, писать. Она мне, как вторая мама.

— И что?

— А то, что теть Аня могла убить меня уже давно и много раз, но не сделала этого. Она любила меня, по-своему. Она ходила на родительское собрание и даже чуть не подралась с физруком, за то, что тот хотел поставить мне тройку за год, когда я не могла сдать нормативы из-за грыжи.

— Это не снимает с нее ответственности за то, что она натворила.

— Пойми, она больна. Я говорила с папой. У теть Ани временное помутнение рассудка. Это пройдет, если вовремя оказать помощь. Я сегодня поеду в полицию и скажу, что ничего не было, что упала сама. А теть Ане мы найдем хорошего психиатра, а лучше, клинику. Ей необходимо комплексное лечение.

— Я б на твоем месте…

— Хорошо, что каждый на своем месте, — отрезала Лена.

Она действительно не держала зла на мачеху. Да и отца было жаль, ведь он любит ее и переживает за них обеих.

__________

— Войдите! — крикнул Дмитрий.

— Привет. Ты здесь работаешь? — Лена удивилась, увидев его.

— Да. Меня перевели в этот отдел. Это лучше, чем работать с жертвами бытового насилия, — он избегал взгляда с ней. Видно было, что он взволнован.

— Я бы хотела прояснить ситуацию со мной. Я не буду писать заявление на теть Аню.

— Уверена?

— Конечно.

— Хорошо. Я тебя понимаю.

— Спасибо, а то я уже думала, что возникнут проблемы…

— Я все оформлю, не переживай. Слышал о случившемся. Мне очень жаль.

— Спасибо. Теперь все хорошо.

— Послушай, Лен, — Дмитрий встал со стола и подошел к ней, опершись о стол. — Ты считаешь меня подлецом? Это правильно. Я так подвел тебя. Прости.

— Все нормально. Я уже забыла.

— В тот день моей маме стало плохо. Сердце. И это случилось именно в тот момент, когда я должен был идти к тебе в ЗАГС. Я не мог ее оставить.

— Ого, я не знала. Почему ты не сказал об этом?

— Я не хотел оправдываться. Ведь это бы ничего не изменило. Я так хотел помочь, но не смог.

— Не думай об этом. Главное, что все хорошо. А как сейчас чувствует твоя мама?

— Ее больше нет. Похоронил неделю назад.

— Господи, прими мои соболезнования, — Лене стало сильно жалко Дмитрия, она встала и обняла его. В этот момент в кабинет вошел Гордеев.

— Что здесь происходит? — грозно спросил он, сверля взглядом Дмитрия. Тот тоже был не рад увидеть соперника.

— Это не твое дело. Что тебе нужно здесь? — недовольно спросила Лена.

— Поехали. Я за тобой.

— Езжай. Я сама доберусь, — равнодушно ответила она.

— Я ее отвезу, — обратился к нему Дмитрий.

— «Свою» жену к «себе» домой я буду отвозить «сам». Понял ты, мусор? — процедил Гордеев.

— Че ты сказал?! — Дмитрий был готов вступить в бой.

— Успокойтесь! Я поеду с тобой, — Лена посмотрела на Кирилла.

Гордеев молча взял ее за руку и повел за собой, как ребенка. Дмитрий проводил их взглядом.