Магия, кофе и мортидо 4

Глава 7 Демон мастера боится

❝ Эй, ты, мальчик, толстопуз, —

Ближе стань немножко…

Дай кусочек откусить

От румяной ножки! ❞

Саша Черный

— А к доске вы-ы-ы-хо-о-о-ди-и-и…

— Да говорите уже! — не выдержала нервная Никта.

— Дева Авлида.

— Н-но я ничего не знаю про призывы… — она встала из-за парты и принялась неловко пять пальцами рукав хитона.

— Никто и не сомневался, — пакостно захихикали у нее за спиной.

— Ничего страшного. Дорогу осилит идущий, — клыкасто улыбнулся ей наставник.

Впечатлительная дева икнула, но вышла к доске.

— Хорошо. Становитесь здесь, лицом к классу. Мгм, как в пьесе. Представьте, что вам нужно вызвать, ну, например, спрайта…

— Спрайта? — моргнула девушка.

— Спрайта, — кивнул Медей.

— Да зачем они вообще нужны? — выкрикнул с галерки Фаэтон, — тупые паразиты, надоели мне еще дома!

— Паразиты?

— Ага, заводятся рядом с хранилищами артефактов или тренировочными залами, потом гоняться за этим говном по всему поместью-у-у-АЙ, сожри тебя Арахна!

«Гинн».

«Хах, всегда хотел попробовать этот троп из аниме со швырянием мела в учеников», — хмыкнул про себя наставник.

Мела под рукой не оказалось, так что пришлось его импортозаместить увесистым куском угля. Странно, в других аудиториях мел всегда имелся…

— Соблюдайте тишину, мои миленькие ученички, — сказал он, пока Фаэтон кряхтел, тряс головой и пытался стряхнуть черную пыль с хитона.

На его лбу краснело обширное пятно, а одноклассники рядом кашляли и отводили глаза. Злой, как житель Чертаново, Фаэтон угрюмо посмотрел на Медея исподлобья, но свое ценное мнение все же оставил при себе.

— А теперь, когда мы закончили с невыдуманными историями о которых невозможно молчать, прошу, — он протянул ей пергамент с прекрасно очерченным ритуалом, где оказался выделен и подписан каждый элемент, а также показан разрез, дан список предпочтительных инструментов для начертания (от мела и угля, до трех типов используемых чернил, а также коэффициент смешивания с кровью и эффект от него), поза наложения рук и даже мысленные триггеры для лучшего контроля вложенной маны.

— Это… это самое идеальное руководство, которое я когда-либо видела… — пораженно произнесла Авлида, — это безумие, как вы вообще смогли уместить здесь столько деталей⁈ Так подробно и понятно… да здесь и ребенок не сможет ошибиться!

«Хе, не зря я получал четверку по черчению в школе. И всю жизнь пытался скомпоновать свои заметки через Зеттелькастен и другие системы. Хм, это еще перфекционизм или уже ОКР? Тяжело жить в мире выдуманных диагнозов, хорошо, что я уже не там».

Ученики с первых парт тут же заблестели глазами и начали тянуть шеи к листку, который с благоговением держала дева Ифигения.

— Ну-ну, никогда не стоит сомневаться в таланте моих учеников! Я больше чем уверен, что найдется криворукий, хм, то есть уникальный самородок, который испортит свой ритуал даже с такой инструкцией. А теперь — прошу. Уголь вам отдаст Фаэтон, — юноша встал и с кислой миной передал снаряд в моментально вспотевшие руки Авлиды, — вот этот стол как раз служит для начертаний. Изобразите на нем круг призыва.

— А… а что мы вызываем?

— Это универсальный ритуал для большей части демонов первого и половины — второго ранга. Поторопитесь, дева Печального_Грехопадения, другим ученикам тоже нужно тренироваться, — мягко сказал ей Медей.

— Это не моя фамилия! Меня зовут Ифигения!!! — она покраснела и уставилась на него взглядом обманутой мошенниками бабки.

Никта мстительно фыркнула и открыла рот, но Парис вовремя дернул ее за руку.

— Я так и сказал.

— Нет, вы сказали по-другому!!! — она вздохнула и продолжила жалобным голосом, — Я помню про десять оболов, только перестаньте коверкать мое имя!

— Как только, так сразу, — подмигнул ей Медей, — а теперь приступайте.

На удивление, Авлида справилась без нареканий и всего за пару минут, так что ученики не успели заскучать.

— Хм, вполне достойный результат. А теперь немножко пофантазируем.

Авлида поежилась.

— Например, вы решили призвать погребного гнома…

— Который продалбливает дно у амфоры и высасывает вино или молоко оттуда? — снова не утерпел Фаэтон.

«Звучит, как Аристон в своем развитии алкоголизма…»

— Он еще и охраняет погреб от вредителей, сохраняет холод и держит ледник летом, — отбрила его Арна.

— От других вредителей, — весело подчеркнула дриада.

— Неважно, — заткнул их Медей, предупреждающе подбросив уголь в руке, — надо призвать. Какое подношение вы ему предложите?

— Эм, ну, это ведь не демон… — она замялась, дождалась его кивка, затем продолжила, — наверное, раз он любит молоко, его нужно им приманить за пределы круга…

— За простым молоком он не пойдет. Только если вы добавите туда каплю крови с вложенной силой. Ваши действия?

— Ну, добавлю кровь. Вот, по второй схеме из вашей инструкции. Только вместо чернил мешаю с молоком и представляю желание поделиться…

— Ага! — торжествующе воскликнул Медей, чем заставил ее вздрогнуть, — вот первая ошибка новичка. Пещерный гном выпьет все ваши силы и уйдет. Пу-пу, — он «мило» надул щеки, подражая Киркее и скрестил указательные пальцы.

Студенты издали дружный усталый вздох от его отвратительных ужимок.

— Тогда добавлю каплю крови с приказом, как в четвертом варианте.

— Пу-пу! Тогда он подчинится, но будет пакостить, как и говорил твой друг Фаэтон.

— Он мне не друг!

— Она мне не подруга!

— Ах, какие страсти… но не отвлекайтесь. Ваше следующее предположение?

— Не давать ему молоко, а заманить вином.

— Пу-пу! Он напьется не выходя из круга.

— А-а-а, да сколько можно⁈ Вы что, жить не способны без этих своих кривляний⁈ — сорвалась Аталанта, которая дергалась особенно сильно.

— Э-э-э, — Медей приложил пальчик к губам и состроил выражение номер восемь: невинно-обиженное непонимание.

— Да это невозможно терпеть! — сорвалась девушка, — ведите себя как мужчина!

— Беспробудно пить с друзьями, бить жену и постоянно пялится на женщин?

— С последним он и так справляется. Бедные наставницы, — тихо пробурчал Фаэтон с камчатки, — и с какими-такими друзьями? С головой Адиманта-предателя? Кто еще согласится добровольно его терпеть?

К несчастью для юноши, как раз наступил краткий момент тишины, отчего его мысли оказались услышаны.

— Ага, вот и следующий кандидат на место у доски. Будешь изучать математику жертвоприношений. За сколько килограмм свежего человеческого мяса красивая демоница назовет тебя: «мой сладкий» и покажет тебе чебурашку.

— Что такое cheburashka? — задала вопрос милая, невинная девочка Арна, пока ее лучшая подруга (и главная героиня по совместительству) булькала лицом в парту и пыталась сдержать смех.

Часть учеников захихикала. Другая выпучила глаза на откровенно пошлую шутку, а большая часть, хоть и не уловила посыл, но все равно вздохнула от внезапного приступа испанского стыда.

Аталанта просто ударилась лбом о парту и заскулила от злости.

— Итак, у вас последняя попытка. Что вы выберете для подчинения сущности, гм, в виде гномика?

— Выманю его молоком с кровью, а потом ударю и напою вином, — рявкнула доведенная до ручки Авлида.

— И это, — Медей сделал паузу, — правильный ответ! Поздравляю, вы заработали драхму.

— Что? — дева хлопнула глазами, как и две трети присутствующих.

— Да каким образом это может быть правильным поведением⁈ — возмущенно воскликнул заучка, однако дриада, Аталанта, Кейс, гэ героиня и даже Арна Бендида только захмыкали с задумчивым одобрением.

— Таким. Дева Насильственного_Решения… — ЭТО НЕ МОЯ ФАМИЛИЯ, — … интуитивно подобрала единственно верный способ. У сущностей первого ранга нет развитого сознания. Их разум всегда находится находится на зверином уровне. У кого-то сравним с собачьим, у кого-то с вороньим, а у некоторых и вовсе — с куриным или насекомьим. Сначала установление доминирования, затем награда. Это работает не всегда и не со всеми, но сущности, склонные к вредительству, будут приносить пользу только если сразу поставить их на место. Хорошо, можете садиться на место.

— А теперь начнем, собственно, призывы. Кто желает выйти к доске?

Почему-то никто не пожелал.

— Тогда-а-а, юный Мегабаз, прошу к доске.

— А сейчас мы призовем… мы призовем… при-и-и-зове-о-о-м-м…

В странной, предвкушающе-раздраженной тишине было отчетливо слышно, как скрипели зубами некоторые нетерпеливые, жадные до знаний ученики. Ах, это стремление к росту над собой!

— Мы призовем… Спрайта, — Медей сделал сложный жест руками, как актер в рекламе стирального порошка.

— Пф-ф-ф, — презрительно выдохнула Никта.

Реакция остальных не слишком отличалась от сказки Салтыкова-Щедрина. От медведя ждали локального лесопокалипсиса, а он чижика съел.

— Спрайта так спрайта, — кивнул абсолютно невозмутимый гигачад фамилии Ахеменид.

— Но он же бесполезный! — крикнул кто-то, похожий на толстого Пана.

— Самое то для тренировок, — не согласился другой голос.

— Лучше бы правда погребного гнома вызвали.

— Или гения винных паров.

— Гы-гы-гы.

— Приступай, — вкрадчиво улыбнулся Медей своему студенту, — вот здесь, в квадрате, начерти имя сущности и подай ману. Самое сложное — это рассчитать нужный объем самого заклинания, — принялся пояснять наставник, пока Мегабаз корябал надпись в начерченном Авлидой круге.

— «Кведья» изучается легче всех остальных заклинаний, однако требует большей концентрации и более тонкой манипуляции собственным даром. Для первых рангов демонов это не критично, но потом сложность возрастает экспоненциально.

— Как?

— По экспоненте, — любезно разъяснил Медей.

— А-а-а, — «понятливо» промычали студенты.

— Что такое экспонента? — прямо спросила его Аталанта.

— Мгм. Ну хоть кто-то не боится показаться дураком, но получить знания, чем протирать скамейку своей задницей с умным видом.

Очередной коллективный вздох на фоне самодовольной ухмылки вечно хмурой девушки.

Медей объяснил про скорость роста пропорционально текущему значению показателя. И что их магия растет также, пока волшебник не достигнет возраста двадцати одного года.

— … Впрочем, примеров такой математической функции в природе даже больше, чем просто в числах, — закончил он свою мысль, — а теперь, когда все приготовления завершены — юный Ахеменид, прошу!

— «Кведья, спрайт»! — на лбу студента выступили капельки пота, взгляд затуманился от напряжения

Робкий огонек растет из пренебрежимо малой точки, достигает размеров комнатной лампочки, магические светильники мигают, на долю секунды их пламя становится бирюзовым, под цвет призванной сущности.

Спрайт мигнул.

— Поздравляю. Зачет по «Кведья». Теперь вы официально овладели этим заклинанием. Даю вам драхму, как первопроходцу. Зачет остальным по заклинанию буду ставить на следующем уроке, так что приготовьтесь!

— Бу-у-у…

— А теперь, раз уж вы его призвали, как насчет придумать ему дело? Хм, для начала попытайтесь им управлять. Дайте команду, приручите его.

— Они не приручаемые, — Никта говорила с демонстративно поднятой рукой, — никто не смог их заставить атаковать противников.

— Наставник и так это знает, Никта, — Парис поспешил одернуть подругу.

— Все это знают, — Аталанта наблюдала за Мегабазом с прищуренными глазами.

— Я не знал, — тихо прошептал Гектор и часть учеников согласно кивнула.

— Кто-то просто хочет посмеяться над…

— Хватит! — вдруг рявкнул ученик у доски.

Спорщики тут же заткнулись, сбитые с толку его необычным проявлением эмоций.

— Если наставник Медей показывает нам существо, то оно точно не бесполезно. Вы что, еще не поняли? — он раздраженно выдохнул, — каждый раз, когда вы все орете какую-нибудь глупость, наставник специально подводит вас к ней, а потом сталкивает с края вниз. Мне надоело чувствовать себя идиотом. Если пыльные истины говорят иначе, то тем хуже для истин. Что именно я должен делать, наставник Медей?

«Ого! А кто это у нас тут торжествует? Здравый смысл! Хе-хе. Вперед! Дай им базу, Мегабаз. Блек пилл или ред пилл… м-м-м, немного не туда, но все равно подходит. Эх, ну хоть один из учеников к концу урока решил включить голову», — удовлетворенно подумал Медей.

— Ах, как же приятно видеть проблески сознания. Видишь ли, я хочу научить вас двум вещам. Первая — мыслить творчески. У задачи всегда, ВСЕГДА, подчеркиваю, есть больше решений, чем вы видите. Второе — критически подходить к, гм, пыльным истинам. Все течет, все меняется, верно? А насчет твоего вопроса… как ты думаешь, почему никто так и не заставил спрайта атаковать врагов, хотя у него и есть для этого возможности? Не торопись, вспомни о его природе.

— Сгусток инстинктов, любит управлять вещами без цели и смысла. Переставляет с места на место или швыряет в воздух…

— Как я могу «покормить» его? — хриплым голосом спросил Мегабаз.

— Дай ему маны и вложи в нее образ своего задания. Так управляют всеми низшими демонами первого-второго ранга. Хм. Чтобы доказать несостоятельность некоторых утверждений… заставь его кинуть этот уголь в кого-нибудь. Такая себе имитация атаки.

Мегабаз кивнул, подошел к спрайту, вытянул руки.

Дух мигал, дух не двигался с места, дух наливался силой, раздувался от дармовой энергии, а затем…

Ш-шурх, бам!

Уголь вылетел из руки ученика и врезался в парту Фаэтона.

Тот, впрочем, успел оперативно нырнуть под стол и сейчас издавал *злые ученические звуки*, пока пытался вылезти обратно.

— Получилось… — прошептал Ахеменид.

— Ну тк. Я сразу понял, что вы поняли… ну вы поняли, — Медей похлопал его по спине, — еще одну драхму вы точно заработали.

— Как у тебя получилось⁈ — вскричало разом несколько учеников.

— Очень просто… хоть и очень затратно, — вздохнул Мегабаз. Он помедлил, но все же решился рассказать секрет. Все равно наставник сделает это за него, — я «указал» ему, что уголь должен лежать там, потому что он этого «хочет».

— Что за бред? — резко высказалась Аталанта.

— Не бред, — юноша покачал головой, — я понял, еще когда призвал его. Спрайт просто хочет быть полезным. Положить вещи на те места, где им удобнее. Это ведь некий гений вещей или мелкий стихиаль воплощения… я не знаю точно.

— Да, все верно. Ответ лежал на поверхности. Более того, спрайт всегда с ОГРОМНОЙ охотой делится своими эмоциями. Да, призыватели привыкли отмахиваться от образов своих призывов, но иногда их все же стоит послушать.

— Браво, наставник, — совершенно серьезно сказала Арна.

— Благодарю, — шутливо поклонился он, — как насчет призвать еще кого-нибудь? Дева Бендида, прошу.

Он дал ей листок, показал имя призываемого, показал, как правильно стереть прошлый результат и его остаточные эманации.

— Осторожнее, ваше задание немного сложнее. Все же демон, пускай и из самых низших.

— Я буду аккуратна, — флегматично ответила она.

Чересчур флегматично. Дева явно ушла в свою родовую особенность концентрации. Впрочем, для этого он ее и позвал. Никто другой с такой сложностью «Кведья» просто не справится. Новый призыв лишь немного, на крохотулечку сложнее спрайта, но это «немного» для нынешнего уровня класса выглядит, как шаг сквозь стену.

— «Кведья, Йож-ж», — произнесла она.

Пуф!

Демоны всегда появляются в неком облаке. Иногда это серные испарения. Иногда — аммиак, глиняная пыль, а то и вовсе радиоактивные частицы. О последнем он лишь читал в новелле и совсем не стремился проверять на практике.

Демон выглядел безобидно. Обычный земной зверек, что сейчас водил по внутренним граница круга усатой мордочкой и умильно морщился.

— Отлично. Вы даже догадались слегка усилить элемент щита от воздуха, с которым приходит вызванная сущность. Полностью заслуженная драхма.

— Благодарю, — она моргнула и чуть не завалилась на бок, когда отменила свою родовою сосредоточенность, — но что это за демон? Никогда не видела в книгах или дневниках моих предков ничего подобного.

— А ведь демоны первого ранга изучены почти все. Там призывов-то меньше дюжины, — Кейс фамилии Гераклид.

— Не все, и не дюжина. Их должны быть десятки, больше, чем вторых рангов. Просто остальные невероятно редкие, — ученица рядом.

— Вы… вы призвали ежа? Простого ежа? — недоуменно моргнул Гектор, — он ведь безобидный!

Остальные, впрочем, не спешили соглашаться с выводами Гектора, пока уже сама Грация не хлопнула себя по лбу:

— Мой учитель говорил мне. Это правда всего лишь ёж. Похож на такое же, но реальное животное с севера. Он ест демонических насекомых и червей, ради этого его и призывали раньше. Потом перестали, когда придумали заклинание Очищения. Кажется, он еще как-то связан со свадьбой… зачем вы призвали ежа, наставник?

— Не ежа, а ЙОжа. Он похож на этого зверька из варварских лесов, но конкретно эта мелкая тварь родом из темного мира под названием Нильф. Кто может сказать, в чем его особенность?

— Я слышал о нем, — вытянул руку какой-то малознакомый ученик, — эм, он расстраивает свадьбы… Нападает на невесту или что-то в это роде. В бестиарии его упоминают с другими буками.

— Буками? Свадьба? И как же вы это будете использовать? — задрала носик Мимоза, которую жизнь так ничему и не научила, — это просто мелкий пакостник! Да еще с такими странными условиями! Кому он теперь нужен, даже если его и призывали раньше? Никогда не слышала о демонических насекомых.

— Зачем, зачем ты это сказала?.. — с тихой, русской тоской прошептала ей дриада через две парты.

— Спасибо, Арна. Драхма за труды. Не могла бы ты выпустить его? Просто дай ему отсеченную от себя частицу своей магии.

— Выпустить? Как скажете…

Самые умные после этих слов начали сноровисто красть кладбищенскую землю у возмущенного этим толстяка Пана.

Однако прошла минута, затем вторая, но так ничего и не произошло.

— Я пытаюсь приказать ему, но он ничего не слушает, хотя я ощущаю связь, — слегка обиженно сказала Бендида.

— Потому что не выполнены условия. Здесь нет червей или свадьб…

— О нет, мы не сможем узнать его невероятный потенциал, — саркастично прошептала рыжая капризуля какому-то парню рядом.

Оба пакостно захихикали, думая, что достаточно ограждены рослым Мегабазом впереди, чтобы наставник их не заметил.

— Мгм, кажется, в меня никто не верит. Ай-яй-яй. Да, условия специфические, но и их можно поставить себе на пользу. Сейчас я вам это наглядно продемонстрирую.

— Хоть бы не черви, хоть бы не черви, хоть бы не черви… — раздался отчаянный шепот со стороны дриады.

— Отдай, это моя земля!..

— Мои предки владели ей раньше!..

— Какие предки, я ее накопал перед Испытаниями!..

— Хоть бы не насекомые, хоть бы не насекомые, хоть бы не насекомые…

— Да я этого ежа одной левой!

— Вообще не представляю, что здесь можно сделать. Медей заврался…

— Может не надо?.. — но Гектора так никто и не услышал.

Наставник начал действовать.

— Дева Мимоза, выходи за меня! — Медей встал перед ней на колено, изобразил самое пафосно-влюбленное лицо, на которое оказался способен и торжественно протянул ладонь к замершей, точно кролик, девушке.

Аудитория погрузилась в шокированное молчание, после чего-о-о-

— О-О-О-О-О!

Зал буквально взорвался от возгласов, визгов и перекрикиваний. Аталанта поперхнулась, Кейс громко всморкнул в себя соплю, толстяк Пан упал рожей в свою землицу, аки русский богатырь, Ифигения чуть не грохнулась в обморок, гэ героиня вытянула лицо до степени лошадиной морды, лица остальных в равной степени отражали шок, неверие и ОГРОМНЫЙ интерес.

Сама Мимоза вскочила со своего места — красное лицо, рот открывается и закрывается без звука, точно у рыбы, руки трагично заломаны, ресницы кокетливо трепещут в инстинктивном женском жесте…

Глаза Йожа сверкнули алым…

— Он сошел с ума!

— Безумие!

— Ви-и-и-и, замуж!

— Запретная любовь!

— Наставник и ученица!

— Да как же…

— О-о-о!!!

— Чтоб в меня Гелик лучом поноса кинул!..

— Наставник Медей, вы что, совсем-

— А-А-А-А, уберите его от меня-а-А-А-А!

На мгновение дикие крики Мимозы перекрыли даже ту безумную какофонию голосов, что разразилась после эпатажной выходки наставника.

— Вот, примерно так это и работает, — Медей удовлетворенно кивнул, полностью проигнорировав колючий шар, что пролетел мимо него со скоростью теннисного мячика и вцепился в волосы несчастной Химозы.

— «Кипп», «Кипп», сдохни, сдохни, уйди, слезь с меня-а-а-А-А!!! — девушка продолжала визжать и разбрасываться отбрасывающим заклинанием, отчего студентам рядом с ней пришлось поспешно уворачиваться.

Медей же аккуратно поднялся на ноги, демонстративно отряхнулся, а затем деловитым тоном произнёс, не обращая внимания на царящий повсюду гвалт и дикие крики ученицы перед ним:

— Ну, кто хочет попробовать себя в роли укротителя демонов?

— Да как вы вообще…

— Какого Аида⁈

— Да сделайте уже хоть что-нибудь!

— А я ещё думала, что мне нечему здесь учиться… — ошарашено пробормотала себе под нос Аталанта.

— А-а-а, вы, совращенный Тартаром безумец, убейте его!!! — визжала Мимоза.

«Кого „его“? Меня или йожа? Как говорится, без внятного тэ-зэ результат хэ-зэ. Эх, учишь их, учишь…»

— Хватит, хватит!!! — он услышал, как рвется рукав хитона, в который вцепился демон, что теперь выглядел каким-то плешивым рыжим шариком из-за оборванных локонов на своих колючках.

— Ну же! — пафосно воззвал Медей, — неужели никто не хочет спасти свою собственную одноклассницу⁈

Гэ героиня заливисто рассмеялась.

— Не забудьте про вашу просьбу, дева Грация, — подмигнул ей Медей, — вы следующая.

Ее смех мгновенно прекратился.

«Так тебе, хтонь ходячая. Не знаю, что ты задумала, но я всегда порчу чужие жизни, планы, мечты или представления о мире. Плохо будет всем, а не только мне…»

— Сейчас все будет. Не дергайся, коза! — запальчиво крикнул Фаэтон и зажег огонь в своей руке-

— Не-е-ет, уйди, кретин, задницу себе подожги, ты такой же дурно-о-ой!!! — завыла окончательно потерявшая рассудок Мимоза.

— "Ф-

— «Гинн» — удар сырой маной впечатал горячего юношу в заднюю парту и опрокинул его вместе со столом. Раздался вскрик, под ним возмущенно забарахталась какая-то дева…

— «Свен»!

Удивительно, но быстрее всех сориентировался именно напарник Мимозы по лабиринту — Ксантипп. Он быстро вышел из ступора, дождался, пока девушка замрет на месте (во время произнесения «Гинн»), после чего сноровисто сбил своим заклинанием оцепенения цепкого демона.

Хрусть!

Йож исчез в клубах дыма, когда Кейс азартно раздавил его каблуком.

И крики прекратились, только Фаэтон кряхтел, пока пострадавшая от его падения девица давила ему сандалией на ногу.

— Спасибо, спасибо, спасибо! — раздались исступленные, истерические всхлипы Мимозы.

— Ты спас меня! Спасибо-а-а-а! — она буквально бросилась ему в объятия, вцепилась как репей. Зареванная, растрепанная, жалкая, как плешивая кошка. Но юноша только покраснел и вытянул руки по швам. Он выглядел одухотворенным и радостным от такой горячей благодарности, пусть и не знал, как правильно на нее реагировать.

Впрочем, не прошло и минуты молчаливого наблюдения позабавленных учеников над бесплатной сценкой, как Мимоза слегка успокоилась, холодно отстранилась от Ксантиппа, повернулась к Медею, после чего:

— ВЫ-Ы-Ы-Ы-Ы!!! — от ее крика задрожали окна, — Нет, ТЫ-Ы-Ы-Ы…

Никта рядом ностальгически вздохнула.

— Да как вы вообще посмели, пум-пу-рум, вылезший из пам-пам мерзавец, чтоб сама у-бу-бу наслала на вас бу-бу, я буду пум-пум! Наставница Колхида там-по-по-там! Наставник Немезис тирлим-бом-бом!..

В общем, Медей не слишком вслушивался в ее исступленные вопли. Он демонстративно поковырялся мизинцем в ухе, дождался, когда у нее закончится дыхание, после чего:

— Минус три драхмы за оскорбление наставника. Ах, что же скажет бедняжка Колхида, когда я пожалуюсь на ее подопечную? Такая милая дева и такие грязные слова! Ц-ц-ц, — он помахал пальцем у нее перед глазами.

— Но это я — пострадавшая!!! — закричала она со слезами на глазах.

«Ути-пути бедняжечка. Настоящая маркиза д’О, пострадавшая от злых русских, тьфу, то есть, злых Медеев. Главное, не превратись в беременную маркизу п’Осле, потому что брать на себя ответственность я не собираюсь, хе-хе».

— Пострадавшая? Скорее пожеванная, — поделился наблюдениями один из юношей.

— Гы-гы-гы, — ожидаемо отреагировали остальные.

— Так, а теперь последний призыв… хм, — Медей посмотрел на пейзаж за окном.

Солнце уже начало клонится к горизонту и первые оранжевые закатные лучи уже стали проникать сквозь искристое слюдяное стекло аудитории. Клепсидра показывала время около четырех часов дня, то есть он держал студентов больше трех часов.

«Ладно, пора заканчивать. А то они действительно устали и выдохлись. Хм, хотя эта подстава гэ героини…» — он смерил ее задумчивым взглядом.

— Вы уже хотите закончить, наставник Медей? Не волну-уйтесь, я готова подождать до следующего занятия… Или вовсе отменить свою просьбу!

— Ну уж нет! Каким бы я оказался наставником, если бы отказался от маленькой демонстрации! — нагло отбрил Медей все попытки Мэри Сьюхи обеспечить себе безболезненное отступление, — однако сегодня, и правда, уже поздно. Что ж, я запомнил вон ту подпись на листке, так что постарайтесь случайно не перепутать его с другим призывом, — подмигнул он ей, — а на сегодня все.

— Все? — с подозрением уточнила Доркас.

— Все, — с готовностью ответил Медей.

Он и так дал им пищу для размышлений. Объективно говоря, даже чересчур много для одного занятия, но пускай. Если что — всегда можно устроить маленькое победоносное повторение. Надо только наклеить на одно из окон наклейку: «можем повторить» и все будет хорошо.

После его слов студенты расслабленно растеклись по партам. Некоторые принялись разминать уставшие от записей пальцы, другие — переварить кучу полученных впечатлений, третьи — просто убраться отсюда побыстрее, пока наставник не передумал.

— Отлично. К следующему уроку я ожидаю, что вы самостоятельно найдете в библиотеке ритуал призыва трех любых демонов первого ранга. Про одного из них подготовьте доклад, где обязательно должно быть указано его происхождение, суть, классическое применение… и ваши варианты применения нестандартного, как получилось со спрайтом или йожом. Их не брать.

Студенты застонали, но спорить никто не стал — наоборот, все радостно повскакивали со скамей.

— Ах да, чуть не забыл…

Подростки спали с лица.

— Сегодня, в шесть вечера, в ойкосе каждого из архетипов состоится праздник вашего поступления. Разумеется, я буду присутствовать у моих учеников-лептосомов…

Означенных учеников накрыл вал сочувствующих взглядов. Медей хмыкнул.

— На этом все, можете быть свободны.

Уже по выходе из аудитории Адимант начал транслировал ему шепотки учеников:

— Он точно безумен…

— Демон, как есть демон! Может, на выпускном экзамене нам поручат изгнать самого наставника?

— Эх, если бы…

— Подмигни мне Гелик, клянусь, это было самое интересное занятие среди всех. А у меня были самые лучшие репетиторы дома!..

— Наставник так много знает! И ничего не скрывает!

— Особенно свои порочные наклонности…

— Я убью его! Я поставлю его на колени… а потом убью его. Задушу, отравлю, прокляну мужским бессилием!..

— Я и не знал, что демоны такие опасные!

Ученики еще долго шли одной шумной толпой, гомонили и переговаривались друг с другом.

А Медей вздохнул и потащился обратно в свои покои. У него осталось всего два часа, чтобы придумать нечто достойное для учеников на грядущих посиделках. По-настоящему удивить их, поразить, сделать первый праздник запоминающимся. И у него имелась парочка отличных идей.

Осталось только сшить их вместе.