Магия предательства

Глава 16

Сэйдж

Наступило утро пятницы, и я знала, что сегодня мне нужно зайти в «Поросенка», чтобы разобраться с кое-какими административными делами. Фрэнк и Арло занимались сегодня всем остальным, но я любила сама контролировать свои документы и финансы. Месяц пролетал незаметно, и я не могла поверить, что уже завтра состоится вечеринка в честь моего дня рождения.

После быстрого душа, натянув удобную одежду, я спустилась на кухню и обнаружила Ба, сидящую за столом и потягивающую кофе, а рядом ждала еще одна дымящаяся кружка этого божественного напитка для меня.

— Ты лучшая. Спасибо, Ба. — Я скользнула на стул и застонала от удовольствия, когда кофе коснулся моих губ. Сладкое, сладкое творение.

— Какие планы на день, дитя? Мне нужно внести последние штрихи в мой костюм… то есть, наряд для твоей завтрашней вечеринки. А в остальном я, наверное, просто покопаюсь в саду, — сообщила Ба, но я услышала её маленькую оговорку. Костюм. Я не знала, забавляться мне или пугаться. Ладно, будем реалистами, когда дело касалось всего, что делала эта женщина, я испытывала и то, и другое в равной степени.

— Мне просто нужно забежать в «Поросенка» на пару часов. Парни сегодня занимаются какими-то делами, что-то связанное с той недвижимостью. Я даже не уверена, как точно называются их должности. Наверное, стоит спросить об этом, да? — усмехнулась я, качая головой. Как мы вообще никогда это не обсуждали?

— Ох, ну в последнее время происходило много всякого дерьма, дорогая. Суть того, чем они занимаются, ты уловила, и ясно, что они все умные мужчины со стабильным доходом. Уж точно лучше, чем какой-то никчемный нахлебник. Вроде этого вялого хуя Брайса. Кстати, он не доставлял тебе неприятностей? Пару недель назад я видела, как он крался по городу, словно таракан, которым он и является, — сообщила Ба, её васильковые глаза светились беспокойством.

Да, Ба знала, через что я с ним прошла. Я чуть не потеряла себя во время этого дерьмового шоу под названием «отношения», и мне до сих пор было стыдно вспоминать, как долго я терпела его дерьмо. Но я не хотела, чтобы кто-то знал, до каких уровней пиздеца он дошел сейчас. От одной мысли о том, как он лапал меня посреди продуктового магазина, у меня бешено колотилось сердце, а живот сводило от отвращения.

— Нет, думаю, теперь он поумнел. Фишер уже задал ему трепку, а на днях Кай признался, что несколько недель назад врезал ему по горлу.

Смех Ба поднял мне настроение и вырвал из того ужасного состояния, в которое я, казалось, всегда погружалась, когда речь заходила о нем. Но абьюз делает это с человеком. Бывают хорошие дни и плохие. Дни, когда ты отдаешь себе должное за то, что ты абсолютная крутая девчонка, взявшая контроль над собственной судьбой, и дни, когда малейшее событие может отправить тебя в штопор со скалы нездоровых мыслей, где ты не видишь света сквозь тьму.

Отказываясь засасываться в эту черную яму отчаяния, я сосредоточилась на своей энергичной бабушке, пока она жестко поливала дерьмом Брайса и хвалила моих парней за желание защитить мою честь.

— Мне пора выходить, Ба. Буду дома сегодня попозже, — сказала я, вставая и задвигая стул.

— Забери с собой этого ленивого песца. Последнюю неделю он косится на меня сумасшедшим взглядом, и я думаю, он что-то против меня замышляет, — заговорщицки прошептала Ба. Её взгляд метался по комнате, словно Мэйвен затаился в засаде, готовый наброситься на её задницу.

— Ты же знаешь, я всегда беру его с собой, и он косится на тебя с тех пор, как сюда переехал. Но не делай вид, что ты не отвечаешь ему тем же. Он песец, Ба, а не какой-то заклятый враг. Просто не обращай на него внимания, — предложила я, подхватывая рюкзак и направляясь в прихожую.

— Береги себя! — крикнула Ба, а затем пробормотала цепочку слов, которые я не расслышала из-за расстояния.

— Мэйв! Пойдем, мальчик! — позвала я и прислушалась к движению. Мягкий стук наверху и медленно приближающийся скрип половиц дали мне понять, что ворчун по крайней мере проснулся и спускается вниз. Клянусь, хуже подростка.

Как только я подготовила свой велосипед, появился Мэйвен с полным ртом еды и самым суровым злобным взглядом, который я когда-либо видела у человека или зверя. Вскинув руки, я подхватила его и посадила в корзинку.

— Сам виноват, может, в следующий раз тебе стоит просыпаться вовремя, если хочешь позавтракать. В «Поросенке» всё равно есть еда, так что кончай рычать, — отчитала я его.

Я отправилась в город. Черт, на улице уже становилось жарко, а не было еще и одиннадцати. Сегодня я выбрала майку-борцовку с надписью «Я тут как бы важная укропина»* (прим. пер.: игра слов «big dill» вместо «big deal») и фирменным логотипом лавки — полумесяцем с мультяшным поросенком на спине. Поскольку сегодня я официально не работала, я также надела лучших друзей девушек — штаны для йоги. О да.

— О, класс, — пробормотала я себе под нос, когда приблизилась к магазину настолько, чтобы увидеть Слоана, прислонившегося к фасаду из красного кирпича. Одетый во всё черное, с проблесками выглядывающих татуировок, он выглядел именно тем угрюмым плохим парнем, которым и являлся. Слоан избегал меня. По крайней мере, это было лучшее объяснение ситуации. Иначе почему я видела его всего пару раз за последние несколько недель?

Полагаю, чертовски горячий секс втроем на открытом воздухе не заставляет Слоана Салливана давать какие-либо обещания или как-то менять свое поведение. По крайней мере, я с самого начала знала, что он мудак, верно? Мои ожидания на его счет изначально не были высокими.

Спрыгнув с велосипеда и помогая Мэйвену выбраться из корзинки, я планировала проигнорировать Слоана. Честно планировала. Но затем я прошла мимо него, даже не подав виду, что заметила его присутствие, и, видимо, для него это оказалось слишком.

— Я тоже рад тебя видеть, Рыжая. Я в порядке, спасибо, что спросила, — съязвил он, и моя голова так быстро повернулась в его сторону, что в шее что-то хрустнуло. Но хруст был приятным, поэтому я поняла, что не сломала себе шею случайно. Это было бы вполне в моем духе.

Глаза Слоана заблестели от предвкушения словесной перепалки, и я предупреждающе прищурилась.

— В прошлый раз, когда я видела тебя, я, кажется, поздоровалась, а ты меня проигнорировал. Прости, если я не поспеваю за перепадами твоего настроения, дорогой. Значит, сегодня ты делаешь вид, что мы знакомы? — огрызнулась я, и у него на скулах заходили желваки от раздражения.

— В прошлый раз, когда ты меня видела, это было после того, как я вернулся домой, в свою собственную квартиру, и был вынужден слушать весьма интересные звуки. — Мои глаза расширились, когда я вспомнила, как Кай трахал меня в своей комнате. — И поверь мне, Рыжая, там некуда было спрятаться от этих стонов. — Слоан невесело рассмеялся, и я наблюдала за тем, как напрягаются мышцы его предплечья. Он несколько раз сжал и разжал кулак. Наверное, желание использовать магию в этот момент было сильным.

Прежде чем я успела открыть рот для ответа, мой телефон зазвонил. Рингтон ясно давал понять, кто это. Сердце ухнуло вниз, и Слоан, должно быть, заметил перемену в моем выражении лица, потому что выпрямился и сократил расстояние между нами.

— Всё нормально, Рыжая? — спросил он, пока я выуживала телефон из кармана. Слава богам за штаны для йоги с карманами. Настоящая магия.

Коротко кивнув ему и изобразив улыбку, которая, уверена, не коснулась моих глаз, я нажала зеленую кнопку приема.

— Алло?

— Сэйдж, дорогая. Как поживаешь? — Её голос просочился сквозь динамик. Она даже по телефону не могла скрыть отсутствие всякого интереса.

— Я в порядке, мама. Как ты? — Я бросила взгляд на Слоана, и по его лицу промелькнуло нечитаемое выражение, прежде чем я успела рассмотреть его внимательнее.

— Замечательно, как всегда. Просто хотела позвонить и поздравить тебя с днем рождения. К сожалению, я не смогу приехать, чтобы отпраздновать лично. Большие двадцать восемь, да? Трудно представить, что прошло столько времени с тех пор, как ты родилась. Когда мне было двадцать восемь, у меня уже был семилетний ребенок. — Лори вздохнула, и моя кровь закипела, потому что нет, не было у неё семилетнего ребенка. В тот момент я уже годами жила одна с Ба.

— Что ж, спасибо, что позвонила… — протянула я, не зная, что еще сказать, потому что мне, честно говоря, нечего было сказать этой женщине.

— Ты проведешь свой день рождения с кем-то особенным в этом году? — начала она выпытывать, и я закатила глаза. Ну конечно, она спросит о мужчинах.

— Вообще-то да. С моими тремя парнями, — обыденным тоном заявила я и самодовольно улыбнулась, услышав, как она поперхнулась тем, что пила.

— С тремя? У тебя три парня?

— Точно так, — ответила я, зафиксировав взгляд на глазах Слоана. — Три очень сексуальных мага. Они потрясающие.

— Почему три? Почему не четыре или пять? — Она рассмеялась.

— Хмм, ну, есть потенциал для большего. Но я пока не уверена, — сообщила я ей, однако этот разговор я вела не с Лори. Я вела его с мудаком, стоящим передо мной, с его холодными как лед глазами и гневом, который исходил от него волнами жара.

— Понятно. Ладно, мне пора. Дела. С днем рождения.

В трубке щелкнуло, когда она сбросила вызов, даже не дождавшись, чтобы узнать, есть ли у меня что еще сказать. Типично.

— Твоя мама? — спросил Слоан, когда я сунула телефон обратно в карман.

— Очевидно, — я закатила глаза и собиралась отвернуться от него, чтобы пойти внутрь, но он схватил меня за руку и удержал на месте.

— Всё нормально, Рыжая?

Бросив взгляд на его пальцы, крепко сжимавшие мой бицепс, я подняла глаза и прищурилась.

— Какого черта тебя это волнует, Слоан? Ты совершенно ясно дал понять, что не только не испытываешь ко мне романтического интереса, но и, похоже, даже не можешь быть мне другом. Я терплю тебя из-за остальных. Я всегда была с тобой только мила, а ты всё равно ведешь себя как напыщенный мудак. Отпусти мою руку, сейчас же, — прорычала я, сама удивившись своему злобному тону. Честно, я даже не знала, что способна на такой яд. Тем не менее, это сработало, несколько мгновений спустя моя рука была свободна.

Развернувшись на каблуках, я даже не потрудилась обернуться, чтобы посмотреть на его реакцию. Ты плохая сучка, Сэйдж Уайлдс. Иди вперед и, блядь, не оборачивайся. Не успела я даже осознать, что делаю, как я выстрелила магическим импульсом в дверь лавки, и она с силой распахнулась как раз вовремя, чтобы я могла войти внутрь, а по щелчку моего запястья она с грохотом захлопнулась у меня за спиной.

Пошел на хуй, Слоан Салливан.

Просидев час в задней комнате, чтобы успокоиться, я почувствовала себя достаточно нормально, чтобы выйти обратно и встретиться с клиентами, а также с Фрэнком и Арло, которых я практически проигнорировала в своем тумане возбуждения и ярости. На самом деле, когда я вошла в здание, у меня слегка кружилась голова, а температура тела снова вытворяла всякие странности. По крайней мере, меня не затянуло в другое измерение… нет, принц демонов просто решил выследить меня, вломиться в мой дом и поиздеваться надо мной.

Парни придут в ярость, когда узнают. Почему я им еще не рассказала? Когда я впервые очнулась после пребывания в Бесмете с Брамом, я вкратце рассказала им о нем. Но не о том, что он был на грани психоза и имел серьезные заблуждения по поводу наших «отношений». В то время я думала, что больше никогда его не увижу, но потом он внезапно оказался в моей чертовой ванной, пока я была гола как сокол. Застонав про себя, я поняла, что облажалась. Кам уж точно будет в бешенстве.

Но Брам не представлял для меня угрозы. По какой-то странной причине он просто хотел меня. Хотела ли я его так же? Всё это звучало так запутанно, что я просто заблокировала эти мысли. Происходило достаточно всякого дерьма, и мне не нужно было добавлять к этому размышления о появлении еще одного парня. Смогут ли они поладить?

— У тебя сегодня всё хорошо, сладенькая? — Вопрос Фрэнка вырвал меня из задумчивости.

— О да, прости, просто сегодня днем у меня много мыслей в голове. Здесь всё в порядке? Я заскочила, чтобы разобраться с админкой, — объяснила я, заходя за стойку, чтобы смешать для себя эликсир.

— Да, всё отлично. Миранда с дочкой заходили пару часов назад. Энни оставила для тебя пару рисунков, я положил их у кассы. Нам, наверное, скоро понадобится собрать еще кристаллов, они разлетаются как горячие пирожки. О, и довольно много людей спрашивали о следующем «Ведьмином Часе», с последнего прошло уже около месяца, — Арло выпалил всю важную информацию, а я слушала, наливая в стакан немного воды, каплю лазурного спирта, щепотку розовой соли и немного сказочной присыпки, которая, как только коснулась жидкости, превратила всю эту смесь в прекрасный бирюзовый цвет с розовым дымком, поднимающимся по краям.

— Что это ты там смешиваешь? — спросил Фрэнк, заглядывая мне через плечо.

— Хм? О, у меня адски болит голова, так что это просто средство, чтобы немного расслабиться и, надеюсь, помочь стабилизировать эту пульсацию в висках, — объяснила я, потянувшись к стакану, и нахмурилась, когда он отшлепнул мою руку.

— Давай-ка я добавлю сюда пару вещей, я знаю один отличный фокус. — Фрэнк щелкнул пальцами, словно к нему только что пришла гениальная идея, и начал хватать разные ингредиенты, пока Арло направлял меня к барному стулу. Я опустилась на него со вздохом облегчения, потому что, черт возьми, голова и правда начинала раскалываться.

Звонок колокольчика на двери возвестил о том, что кто-то вошел, но у меня не было желания смотреть, кто это. К счастью, или, может быть, к несчастью, они быстро дали о себе знать.

— Сэйдж, мы должны немедленно с тобой поговорить. Звезды были очень громкими в наших головах последние несколько часов, и нам нужно кое-чем с тобой поделиться, — объявила Роберта, садясь рядом со мной в водовороте цвета и парфюма для пожилых дам.

— Да, да, это дело первостепенной важности, дорогая девочка. Когда звезды говорят, мы слушаем, — добавила Матильда, кивая головой так быстро, что я почти подумала, уж не под кайфом ли она от каких-то чертовски хороших наркотиков.

— Отступите, дамы, у Сэйдж болит голова. Дайте ей сначала выпить это, прежде чем вы сделаете только хуже своей болтовней! — скомандовал Фрэнк. У этих двух женщин хватило здравого смысла выглядеть слегка виноватыми, хотя я всё еще чувствовала их возбуждение по тому, как дрожали их тела, из-за чего их кричащие висячие серьги звенели, словно какие-то миниатюрные китайские колокольчики.

Фрэнк пододвинул ко мне стеклянный стакан. Цвет напитка теперь был светящимся фиолетовым, а сверху поднимался синий пар. Черт, на данном этапе я бы выпила банку огуречного рассола, если бы думала, что это вылечит этот ад. Я проглотила всё за три глотка, это было вкусно. На удивление, у напитка был малиновый вкус с ноткой цитрусовых.

Арло стоял по другую сторону стойки, внимательно наблюдая за мной, чтобы увидеть, принесет ли мне это зелье хоть какое-то облегчение.

— Ну? Как ты себя чувствуешь? — осторожно спросил Фрэнк, скрестив руки на своем округлом животе.

— Такие вещи не работают мгновен… о. Ооо, боги, это хорошая штука, Фрэнк. — Я вздохнула, на моем лице расцвела яркая улыбка. Что бы он там ни намешал, это сработало: головная боль не только прошла, но я почувствовала себя абсолютно бодрой и более собранной, чем за весь день. — Какого черта ты туда добавил? Мне нужно это заклинание, это почти лучше кофе.

Мужчины усмехнулись, а Фрэнк достал блокнот и нацарапал заклинание. — Но это не то, что можно использовать каждый день. Если головные боли будут продолжаться, тебе нужно будет обратиться к целителю. Магия имеет свои пределы.

— Поняла. Спасибо, здоровяк!

— Ладно, теперь наша очередь! В заднюю комнату для приватности. Шевелись, девочка. — Роберта ткнула меня в бок, чтобы заставить двигаться, и я почувствовала себя овцой, которую гонит стадо пастухов.

— Ладно, ладно, хорошо! — огрызнулась я, чтобы они перестали тыкать меня и заставлять шевелить задницей.

Мы гуськом прошли в комнату для таро и заняли те же самые места, что и в прошлый раз, когда они загнали меня в угол и несли свой бред про пророчество. Оказалось, это был не такой уж бред, учитывая, что после этого всё полетело к чертям. Они переглянулись, а затем синхронно повернулись ко мне, что было пиздец как жутко.

— Ты должна быть осторожна, дорогая девочка. В Изумрудные Озёра пришла беда, и на подходе еще больше, — зловеще сказала Матильда.

— Предательство. Будет предательство, и всё, что ты знаешь, будет поставлено под сомнение. Скоро произойдет трансформация. Ложь будет разоблачена, — Роберта заметно содрогнулась.

— Так много лжи, — выплюнула Матильда.

— Кто собирается меня предать? Какая ложь? — спросила я. Несмотря на нежелание воспринимать их всерьез, я должна была признать, что происходит много странных вещей, и парни принимают пророчество близко к сердцу, так что мне следовало бы делать то же самое, но это было сложно.

— Мы этого не видели, только то, что это случится, и ты должна оставаться верной своему пути, — объяснила Роберта, как будто я должна была знать, что это значит.

— Какому пути? Простите, девочки, я не знаю, что это значит, и я мало что могу сделать, когда мне дают только загадочные послания. Если бы звезды действительно так волновались, они были бы более конкретны с информацией! — огрызнулась я, но ничего не могла с собой поделать, меня уже так расстраивала вся эта бессмыслица.

Роберта выглядела грустной. Она нахмурилась и тихо сказала мне:

— Они не хотели, чтобы всё произошло именно так. Просто знай это.

— Звезды? Кто не хотел? — Я подалась вперед, но больше сказать было нечего.

— Просто будь начеку, дитя. Это всё, что ты можешь сделать. То, что должно случиться, уже предначертано, — вздохнула Матильда, и с этими словами они встали и вышли из комнаты, оставив меня сидеть там, гадая, какого черта происходит и насколько хуже всё может стать на самом деле?

Позволив их словам улечься в голове, я уставилась на мертвый кактус в центре стола. Тот самый, который так красиво расцвел для меня в прошлый раз, когда мы втроем сидели в этой комнате, теперь превратился в колючую черную кляксу, а лепестки были разбросаны по столу — сморщенные маленькие почерневшие клочки того, что когда-то было произведением природного искусства.

Оставалось надеяться, что это не было метафорой.

Проводив Провидиц из лавки, я перевернула табличку на «Закрыто» и сказала Фрэнку и Арло взять остаток дня как выходной. До закрытия всё равно оставалась пара часов, а мне просто больше не хотелось ни с чем сегодня разбираться.

Я включила музыку и вернулась в свой кабинет, надеясь хоть немного поработать. Вот тебе и продуктивный день. Напиток Фрэнка всё еще действовал в моем организме, и я чувствовала себя фантастически, если не считать моего кислого настроения. Интересно, смог бы он смешать мне что-нибудь, чтобы исправить и это?

Худшей частью владения собственным бизнесом была вся эта дурацкая математика. Я собиралась нанять бухгалтера, чтобы он со всем этим разбирался, но всё еще тянула резину в чисто сэйджевской манере. Когда я убедилась, что мои глаза точно останутся скошенными, если я сделаю еще хоть один расчет, я оттолкнулась от стола и потянулась, мой взгляд упал на настенные часы. Святые луны, два часа только что пролетели как ни в чем не бывало.

Моя злая внутренняя ведьма слишком гладко воспользовалась этой лазейкой: «Тебе стоит заехать в продуктовый и купить мороженое, и больше не смотреть ни на одну цифру до скончания времен».

С этой логикой не поспоришь. Хмм, чего я хочу: шоколадное с арахисовым маслом или мятное с шоколадной крошкой?

— If I could turn back time, if I could find a wayyyy.

Я подпрыгнула, когда из моего телефона на полную громкость зазвучал голос Шер, и мой первоначальный шок сменился весельем, когда на экране высветилось имя звонящего — «Громовой Папочка».

— О, приветик, Громовой Папочка, — проворковала я, подавляя смешок.

— Это какой-то новый кинк, который ты хочешь попробовать, малышка? — вздохнул Кам, как будто его уже не удивляли мои выходки.

— Спроси Кая, я уверена, что это он придумал это прозвище.

— Ебаный Кай… — фыркнул Кам, и я живо представила, как он в раздражении проводит рукой по волосам.

— Что ты сказал, Громовой Папочка? Хочешь меня трахнуть? — услышала я крик Кая на заднем фоне, и рассмеялась так сильно, что на глаза навернулись слезы.

— Не обращай на него внимания. Я даже не собираюсь реагировать на его задницу, — сказал мне Кам.

— Ты хочешь мою задницу, Громовой Папочка? Ты только что это сказал?

— Одну секундочку, маленькая ведьма, — спокойно произнес Кам, а затем я услышала драматичный визг Кая и звуки потасовки. Оставалось надеяться, что Громовой Папочка не навредит моему маленькому котику.

— Извини за это, нужно было с кое-чем разобраться, — извинился Кам.

— Угу. Конечно. Так, что случилось? На этот раз ты позвонил мне.

— О, точно. Ну, мы закончили тренировку, и у нас есть еще пара дел, но я забыл свой рюкзак в квартире. Если ты всё еще в «Поросенке», как думаешь, ты могла бы…

Я перебила его:

— Я могу забрать его. Ты придешь за ним?

— Нет, не я. Слоан как раз проезжает мимо, так что он просто заберет его у тебя у входа, чтобы мы могли закончить кое-какие дела сегодня.

Супер.

— Звучит отлично. Вам, парни, стоит зайти сегодня вечером, я скучаю по вашим лицам.

Из трубки донесся низкий смешок Кама, и я заулыбалась как круглая дурочка.

— Увидимся позже, маленькая ведьма. Спасибо за помощь.

— Пока, Громовой Папочка.

Щелк.

Я была рада, что увижу их всех сегодня вечером. Может, мы могли бы просто выпить и посмотреть фильмы вместе в гостиной. Мне хотелось чего-то нормального. Чего-то, что делают люди, состоящие в отношениях.

Ноги бесшумно понесли меня вверх по лестнице в их квартиру. Мэйвен бежал впереди, громко принюхиваясь, несомненно исследуя новую для него территорию. Квартира была на удивление чистой для места, где жила толпа мужчин. Я быстро окинула комнату взглядом в поисках рюкзака, и очень отчетливый звук заставил меня замереть на месте. Что это было?

— Мэйвен? — позвала я, подходя к коридору. Его тихое стрекотание доносилось из комнаты Кама. — Ты что-то разбил?

Толкнув дверь, я заметила рюкзак Кама на полу рядом с кроватью. Голова Мэйва была засунута внутрь, а отчетливое шуршание какой-то упаковки от закуски сказало мне всё, что нужно было знать.

— Мэйвен! Вылезай оттуда. Нельзя просто так воровать чужую еду, — отчитала я его, опускаясь на колени, чтобы вытащить его из сумки.

— «Читос»? Серьезно?

Его морда была припорошена оранжевыми крошками от «Читос». Он выглядел нелепо. Мэйв только фыркнул на меня и одарил злобным взглядом за то, что я отняла его драгоценное лакомство, но я не знала, как «Читос» сочетается с желудком песца, и мне бы очень не хотелось возиться с лисом, страдающим от поноса.

— Иди жди в гостиной, ты и так уже натворил достаточно проблем.

Он фыркнул и медленнее, чем это вообще возможно, поплелся вон из комнаты. Клянусь, это было очень мстительное маленькое создание.

Кое-какие вещи Кама, конечно же, вывалились из рюкзака, поэтому я начала собирать все блокноты, мелочь, резинки для волос… дорогие боги, как же их у него много. Интересно, когда у него день рождения? Нужно будет подарить ему небольшую сумочку для всех этих штук для волос. Смеясь при мысли о том, какое лицо у него будет при получении такого подарка, я схватила папку, которая раскрылась и наполовину застряла под кроватью.

Бросив взгляд на бумаги, спрятанные внутри, я собиралась закрыть её и сунуть в сумку, когда что-то привлекло мое внимание. Я так резко присмотрелась во второй раз, что, казалось, мозг подпрыгнул в черепе. Какого хуя?

Зернистая фотография была распечатана на стандартном листе бумаги, и я почти не узнала лицо, смотревшее на меня в ответ. Какого черта у Кама фотография моей матери?

Осев на задницу, я вытащила остальные вещи из папки, и прямо за этой оказалась еще одна фотография. Лори была гораздо моложе. Она стояла рядом с невероятно красивым мужчиной, и оба были одеты с иголочки. Что здесь происходит? Я перевернула фотографию, и на обороте почерком Кама было нацарапано: «Лора Уокер, Хол Ларсон, Рождество 1991 года, последнее известное местонахождение: Изумрудные Озёра, доставить живой».

Капля упала на бумагу, и я поняла, что плачу. Упали еще капли, стекая по моему лицу и размывая чернила от его ручки. Сердце, казалось, вот-вот взорвется, всё внутри туго скрутилось, а горло словно сузилось так, что я не могла сделать глубокий вдох.

Он… он использовал меня?

— Нет, пожалуйста, нет, — взмолилась я, и из груди вырвался всхлип.

Это был только Кам? Или они все в этом замешаны? О боги. Мой желудок перевернулся, и я, пошатываясь, встала, бросившись к унитазу, где успела как раз вовремя, чтобы меня вырвало. Как он мог? Как они могли? Этого не может быть…

Каким-то образом я доковыляла обратно в спальню, собрала бумаги. Единственной изобличающей уликой были эти две фотографии. Больше ничего, что намекало бы на то, почему они на самом деле здесь. Мне нужно было убираться отсюда. Прямо сейчас. Я застегнула рюкзак и вынесла его в гостиную. Что, черт возьми, мне делать?

У меня было не так много времени на раздумья, потому что дверь открылась, и по лестнице поднялись шаги: вошел Слоан и заметил меня, как только оказался в квартире. Его лицо побледнело, и он шагнул ко мне, но я попятилась, едва не споткнувшись о журнальный столик.

— Рыжая, что случилось? Почему ты так расстроена? — Он потянулся ко мне, но я не хотела, чтобы он прикасался ко мне. Я хотела кричать и вопить, но когда я открыла рот, из него вырвался лишь звук убитой горем женщины. Слова не шли, мой голос был сломлен. Боль. Так много боли.

Рухнув обратно на диван, я спрятала лицо в ладонях, чувствуя, что слезы вот-вот утопят меня.

— Ты меня пугаешь, женщина. Я не умею обращаться со слезами. Что. Произошло? — потребовал Слоан, и я убрала руки, чтобы снять с плеча рюкзак и швырнуть его прямо в его тупое ебаное лицо.

— Значит, это был только Кам? Или вы все лгали мне в лицо всё это время, Слоан!? — закричала я, вскочив и бросившись на него.

Рюкзак выпал из его рук на пол как раз вовремя, чтобы он успел перехватить мои руки и крепко обхватить мое тело своими.

— О чем ты, блядь, говоришь? Может, ты, блядь, успокоишься? — прошипел он, пока я извивалась и вырывалась из его хватки, как дикая кошка.

— ПОШЕЛ. ТЫ! Посмотри в ту папку, Слоан! Скажи мне, что это, блядь, такое! — Мое дыхание было частым и поверхностным, температура тела росла от гнева, который брал верх над грустью.

— Сейчас я тебя отпущу, а ты усадишь свою задницу, чтобы я мог посмотреть. А теперь, сидеть! — рявкнул он, толкая меня на диван. Я сердито посмотрела на него, вытирая слезы, которые всё никак не унимались. Только не эти парни, пожалуйста, звезды.

Лицо Слоана оставалось бесстрастным, пока он открывал папку и пролистывал лежащие в ней бумаги.

— Что именно я должен здесь найти?

У меня отвисла челюсть, потому что либо он был чертовски хорошим лжецом, либо действительно ничего не знал об этих фотографиях. Решив, что у меня сейчас нет времени выяснять, что из этого правда, я встала и протиснулась мимо него.

— Я ухожу, — пробормотала я, гордясь тем, что на этот раз мой голос не дрогнул. Я просто звучала до смерти грустной и уставшей.

— Рыжая, я собираюсь прокатиться на байке. Как насчет того, чтобы поехать со мной? Я не знаю, что ты здесь увидела, отчего тебя так распидорасило, но поездка может быть терапевтической, — предложил он. Его голос был мягким и глубоким.

Остановившись на пути к лестнице, я обдумала это предложение. Сделать что-то безрассудное прямо сейчас казалось ужасной идеей, но что еще могло пойти не так? К тому же, здоровая доза похуизма — это как раз то, что доктор прописал.

— Ладно. Но тебе лучше гнать так, будто за тобой гонится дьявол. Мэйвен останется здесь.

Его голос был таким тихим, что я задалась вопросом, не показалось ли мне это.

— Я и есть дьявол.