Маленькие зарисовки из жизни больших кошек

Гарн Лиссы

Шерра ждала у ворот, переминаясь с лапы на лапу, и заметила Зирану ещё издали. Та шла по улице чуть медленнее обычного, потому что задрала голову и считала этажи.

— Это у вас дом? — спросила Зирана вместо приветствия.

— Ага. — Шерра ухватила её за запястье и потащила внутрь. — Идём скорее, пока...

Она не договорила — входную дверь уже распахнули изнутри.

Первым вылетел детёныш лет пяти, за ним второй, потом сразу двое, потом ещё кто-то совсем маленький на четвереньках, и все они немедленно облепили Зирану со всех сторон. Кто-то обнюхивал её колени, кто-то пытался залезть на спину, кто-то просто прыгал рядом и верещал.

— Это кто? Это кто? А она большая! А почему у неё полоски? А она с нами будет жить? А она...

— Это Зирана, — сказала Шерра. — Она из моей школы. Отстаньте.

Никто не отстал.

— Пахнет интересно! — заявил один из детёнышей, тот, что обнюхивал колени.

— Ты тоже интересно пахнешь, — сказала Зирана.

Детёныш посмотрел на неё с уважением.

— Я Тиш, — сообщил он. — А это Зелла, это Кисс, это Ширка, а тот который маленький — Лейс, но он ещё не разговаривает нормально.

— Разга-а-а-рваю! — возмутился Лейс.

Откуда-то сверху раздался голос:

— Тиш! Дети! Дайте гостье войти!

Детёныши немедленно унеслись — все, кроме Ширки, которая осела прямо у ног Зираны и, кажется, уснула.

— Она всегда так, — объяснила Шерра. — Носится-носится, потом раз — и спит.

Она осторожно переступила через Ширку.

— Идём.

Нижний зал был тёмным и узким, пропитанным десятком запахов сразу: дерево, еда, шерсть, дети, ещё что-то травяное и терпкое. Зирана едва разглядела центральный столб и уходящие вверх полки-ступени, как Шерра уже полезла наверх. Откуда-то сбоку выскочил ещё один детёныш, чуть не сбил Зирану с ног, крикнул «Извини!» на бегу и исчез в боковом проходе.

— Это Саил, — сказала Шерра сверху. — Он всегда так.

Зирана полезла следом. Полки были широкими, но ей всё равно приходилось осторожнее выбирать, куда ставить ноги: лапы у неё были шире, чем у Шерры.

На втором уровне их встретила взрослая самка — небольшая, с аккуратными кисточками на ушах и внимательным взглядом. Она сидела на широкой лежанке у стены, перед ней лежали бумаги с ровными строчками, но смотрела она на Зирану.

— Зирана, — сказала она, не спрашивая. — Шерра рассказывала про тебя. Добро пожаловать в наш дом. Я Лисса.

Зирана коротко наклонила голову.

— Голодная? — спросила Лисса.

— Нет, спасибо.

— Поела в школе?

— Да.

Лисса посмотрела на неё ещё секунду, потом кивнула.

— Хорошо. Если проголодаешься — короб у дальней стены, бери что хочешь.

Она уже вернулась к своим бумагам, но что-то в её позе говорило, что она продолжает слушать, что происходит вокруг. Уши были чуть развёрнуты в их сторону.

— Лисса в совете работает, — шёпотом сказала Шерра, снова карабкаясь вверх. — Всегда что-то пишет.

На третьем уровне было шумно. У окна сидела молодая самка с тёмными пятнами на шерсти и пыталась одновременно расчёсывать орущего детёныша, следить за другим, который полз к открытому люку, и отвечать кому-то, кто кричал снизу.

— Тикка, это Зирана, — сказала Шерра. — Из моей школы.

Тикка подняла голову.

— О, привет! Шерра, иди сюда.

— Зачем?

— Иди сюда.

Шерра со вздохом подошла. Тикка немедленно обнюхала её голову, лизнула за ухом, потёрлась щекой о щёку и начала приводить в порядок шерсть

— Ну ма-а-ам, — простонала Шерра, пытаясь вывернуться.

— Стой смирно. Ты вся в пыли.

— Ма-а-ам! Ну тут же Зирана!

— Тем более. — Тикка лизнула её ещё раз, потом отпустила и посмотрела на Зирану. — Ты тоже иди сюда.

Зирана замерла.

— Иди-иди.

Зирана подошла. Тикка обнюхала и её, потом удовлетворённо кивнула.

— Здоровая. Ты крупная для своего возраста.

— Мой отец — корраг. — сказала Зирана.

— Вижу. — Тикка потянулась и потёрлась щекой о щёку Зираны — быстро, привычно, как будто делала это каждый день. — Хорошо. Бегите наверх, только Тиссу мне не будите, она только уснула.

Детёныш у её ног — тот, которого она расчёсывала — немедленно попытался сбежать. Тикка поймала его за хвост, не глядя.

— Кисс, я не закончила.

— Но там Зира-а-ана!

— Зирана никуда не денется.

Четвёртый уровень был тише — здесь, в углу на толстом слое шкур, спала маленькая фигурка, свернувшись клубком. Тисса. Шерра приложила палец к губам и на цыпочках прокралась к люку в крышу.

Крыша была плоской и горячей под лапами. С неё был виден весь квартал: такие же узкие высокие дома, переплетение верёвочных мостиков между ними, внизу тонкая полоска улицы. На соседней крыше кто-то развешивал шкуры. Ещё дальше двое детей гнались друг за другом по самому краю.

Шерра плюхнулась на живот прямо на горячее дерево и закрыла глаза.

— Тут хорошо.

Зирана села рядом.

— Сколько вас вообще в доме?

— Много. — Шерра зевнула. — Ну, взрослых пятеро — Лисса, Тикка, и ещё Шалаза, ты её не видела, она на рынке. И папы, Лирен с Зираком. Лирен давно с нами, я его всегда помню. Зирак пришёл, когда я маленькая была. Тисса от него. — Шерра помолчала. — Раньше ещё Тасс был, но он ушёл.

— Куда?

— В другой гарн. Они с Лиссой поссорились. — Шерра сказала это без особых эмоций, как говорят о чём-то почти забытом. — Это давно было.

Снизу, из открытого люка, поднимался тихий гул дома. Голоса детей, чьи-то шаги на полках, что-то негромкое и неразборчивое.

— А твоя родная мать — это Тикка?

— Ну да. — Шерра, кажется, немного удивилась вопросу. — Она меня родила. И Тиссу. Тисса от Зирака.

— А ты от кого?

Шерра открыла глаз и посмотрела на Зирану.

— Не знаю, — сказала она. — Тикка говорит, что не важно. Лирен или Тасс, какая разница? Они оба меня растили.

Она снова закрыла глаз.

Снизу раздался топот маленьких лап и радостный визг.

— О. Тисса проснулась. Она всегда так, — сказала Шерра, не открывая глаз. — Поспит чуть-чуть и опять носится.

Они спустились, когда солнце начало садиться.

На третьем уровне было не протолкнуться. Тикка сидела у стены с Тиссой на коленях и ещё двумя детёнышами под боком. Маленький Лейс спал, положив голову ей на ногу. Рядом незнакомый самец — крупный для рыси, с широкими ушами — чинил что-то деревянное, и вокруг него собралась кучка детей постарше, которые давали советы.

— Зирак, не так! — говорил Тиш.

— Так.

— Но оно же криво!

— Это так задумано.

— Криво задумано?

— Да.

Тиш посмотрел на Зирака с глубоким подозрением.

В дальнем углу на шкурах лежал второй самец — помягче и посонливее — и, кажется, дремал, хотя уши его подрагивали на каждый громкий звук.

— Это Лирен, — шёпотом сказала Шерра. — Он ночью готовил, теперь отсыпается. Он лучше всех готовит.

Зирак поднял голову и посмотрел на них.

— Шерра. И гостья.

— Зирана.

— Зирана. — Он кивнул. — Есть хотите?

— Нет, спаси...

— Мясо в коробе, свежее. Лирен принёс.

Лирен, не открывая глаз, поднял руку в знак подтверждения и снова уронил её.

Снизу ударил резкий свежий уличный запах. Входная дверь открылась и захлопнулась снова.

— А это Шалаза, — сказала Тикка.

И сразу раздался грохот, что-то поставили на пол, и голос, быстрый, без пауз затараторил:

— Тикка-где-Лисса-нет-подожди-Зирак-это-тебе-та-штука-которую-ты-просил-только-они-другую-дали-но-я-сказала...

Шалаза влетела на уровень, не переставая говорить. Молодая, рыжеватая, в лапах сумки, из одной торчит что-то зелёное, из другой — металлическое. Она сунула металлическое Зираку, зелёное бросила в угол, обежала комнату взглядом, заметила Зирану, на секунду остановилась.

— О. Гостья. Поела?

— Да, спа...

— Хорошо. — И уже Тикке: — Лисса-где? Мне-надо-ей-сказать-про-траву-ту-которую-она-просила-её-нет-но-есть-другая...

— Лисса внизу.

Шалаза исчезла.

Зирана проводила её взглядом.

— Она всегда так?

— Как?

— Так... быстро.

Шерра посмотрела на неё с лёгким недоумением.

— Ну... да. Это просто Шалаза.

Они всё-таки поели — Тикка настояла, хотя Зирана уже ела в школе. «Ты растёшь», — сказала Тикка, и это был не вопрос и не комплимент, а просто констатация факта, после которой отказываться было как-то невозможно.

Мясо было хорошим. Они сидели у стены, грызли вкусную мозговую косточку, и дом жил вокруг них своей жизнью. Тисса носилась кругами. Кисс и Тиш ссорились из-за чего-то, потом мирились, потом ссорились снова. Лирен проснулся, потянулся, ушёл куда-то наверх. Зирак закончил чинить свою деревяшку и теперь объяснял Тишу, почему криво — это правильно. Шалаза пронеслась мимо дважды, каждый раз говоря что-то на ходу, ни разу не договаривая до конца.

Потом вернулась Лисса, села рядом с Тиккой, и они заговорили о чём-то негромко. Тикка положила голову ей на плечо.

— Мне пора домой, — сказала Зирана наконец.

Шерра кивнула.

Внизу, у двери, Лисса нагнала её.

— Приходи ещё, — сказала она. — Шерре нужны друзья не только с местных крыш.

Зирана кивнула.

Лисса обнюхала её напоследок и исчезла обратно в доме.

Зирана вышла на улицу.

Вечерний воздух пах совсем иначе, чем внутри. Не было запаха детей, мяса, дерева и десятка разных шарренов. Только улица, пыль, далёкий дым.

Она оглянулась на узкий высокий дом.

В окне третьего уровня мелькнул чей-то маленький силуэт. Потом исчез.

Зирана пошла домой.