Мастер Мглы

Глава 24

Величественный и мрачный Кроат-дум. Город, воспетый в грубых и нескладных сагах гномов.

Ремесленный город и один из оплотов искуснейших мастеров Подгорного Трона.

Далеко не каждый сможет попасть сюда, поскольку позволить разгуливать чужакам в крупнейшем транспортном узле, через который проходит добрая половина торговых составов во все концы подземного государства, гномы никогда позволят, ревностно храня свои секреты.

Желаешь ли ты доспех, которым не побрезгуют даже сильные мира сего? Может ты хочешь лучшее оружие, усиленное гномьими рунами, которое верой и правдой будет служить не только тебе, но и твоим внукам? Или ты мечтал о охранном амулете, способном спасти твою шкуру даже в жерле Кхарога? Лучшие мастера кузнечного дела сделают тебе всё, что только пожелаешь, только плати полновесным золотом за их недешёвые услуги.

В покорении любого металла гномам не было равных в этом мире. Оружие из их стали по праву считалось одним из самых лучших, уступая разве что оружию мастеров двух Великих Эльфийских Домов. Но горе, если ты неосторожно напомнишь об этом коротышкам, ткнув носом в то, что они не совершенны. Хорошо, если с тобой после этого просто не станут разговаривать. А ежели станут, то цены для такого глупца взлетят к заоблачным высотам. Слово «эльф» в этом городе говорилось с ненавистью или презрением. «Ушастым» не место в Кроат-думе.

Мастерство гномов может переплюнуть только их заносчивость. И, конечно же — жадность.

Скопидомство детей Подгорного Трона давно было притчей во языцех, поскольку ни один гном никогда не потратит ни монеты, пока не уверится, что сделка выгодна для него.

В Кроат-думе можно торговаться до хрипоты, пытаясь сбросить цену на пять медяков, прекрасно понимая, что все равно переплатил втридорога неуступчивому коротышке. Поспорить с ними, вероятно, могли только драконы, которые, судя по легендам, любили сокровища не меньше, набивая своё жилище «жёлтым металлом».

Кроат-дум был тем местом, где ни пришлый, ни хуман, ни дроу никогда не сможет найти себе работу, только если он не воин. Никакими взятками в Магистрат нельзя было добиться Дозвола на открытие даже самой крохотной лавки в Кроат-думе, не говоря уже о покупке собственного дома.

Это было только родовым Правом гномов.

Если ты не дитя Двалина, максимум на что ты можешь рассчитывать — это командир отряда Истребителей и то — попробуй ещё не сложить голову раньше, чем дослужишься.

Кроат-дум всегда нуждался в воинах. Кому-то же нужно уменьшать поголовье подземных тварей, которыми кишели туннели и пещеры за многометровыми стенами города?

Гильдия Истребителей являлась полувоенной организацией. И не стоит удивляться тому, что в составе отрядов всё же превалировали гномы. Не все гномы — великие кузнецы, каменотёсы, или ювелиры. Если так разобраться, в мире ещё не было расы, которая состояла бы только из гениев, в отличии от расы, представители которой были исключительно дикарями. И речь даже не о гоблинах.

В Гильдию Истребителей со всего континента стекались авантюристы, солдаты (были и дезертиры, для которых вступление в ряды Гильдии означало полное списание всех былых прегрешений), воины, и все те, кто знал с какой стороны держать оружие в руках. Гильдия принимала всех, кто возжелал по своей воле (или не по своей) принести пользу Кроат-Думу. И неважно: ракшас или тролль, вампир или наг, дроу или хуман. Места в отрядах находились всем, кроме гоблинов и светлых эльфов.

Гильдия Истребителей — была единственной организацией, вступив в которую, любой нанявшийся знал, что получит своё жалование точно в срок и без обмана. Быть её членом означало, что в случае твоей скорой смерти (а иную здесь видели редко), семья, оставшаяся без кормильца, всегда получит гибельное пособие. Получит всё до последнего медяка. И совершенно не имеет значения, где живут родные: в песках Сахема, в Аиталской империи или в Степях Зулуана. Курьеры гномов дошагают в любую точку мира, если того требует исполнение гильдейской присяги.

Всё это Борзун узнал, прожив пару дней в одном из многочисленных трактиров Кроат-дума. Даже посидев пару вечеров в общем зале, можно многое услышать, если знаешь, что слушать, и сделать соответствующие выводы.

А если ты ещё угостишь какого-нибудь захмелевшего завсегдатая парой кружек эля, тебе расскажут и того, что даже знать не следовало. Отбросив домыслы, байки и уж полностью откровенные сказки, можно многое понять о местном укладе.

Поначалу Борзун решил, что здешние порядки очень напоминают те, что заведены в городах Гарконской Пустоши. Спустя день он всё же признал, что различия есть, причём существенные. Прежде всего — здесь не было Чёрной Декады. Кроат-дум не отбивался от сезонного нашествия нежити. И это было огромным плюсом и явно не в пользу Пригорного, или того же Мирта.

Следующим немаловажным фактором было то, что даже если бы Гильдии Истребителей не существовало, то Кроат-дум с лёгкостью пережил бы это, так как толстые стены города надёжно защищали город. Не существовало ещё той армии, которая приступом могла взять Кроат-дум.

Но если сравнить, то становилось ясно, что в Гарконской Пустоши жилось и дышалось намного вольнее, чем здесь. Там никто не спешил заглядывать тебе под капюшон, чтобы посмотреть форму твоих ушей. За членство в Гильдии Охотников не платили оклада, как это было у Истребителей. Там мастера-охотники получали прибыль добывая из тварей ингредиенты, которые потом сдавали магам или алхимикам, а здесь добыча по умолчанию принадлежала Гильдии. Нет, с неё выплачивался процент отряду, но основным заработком был немаленький оклад. Истребители были на самообеспечении, в то время как Гильдия Охотников сама экипировала своих бойцов.

Борзун подозревал, что финансирование Гильдии Истребителей осуществляется Торговыми Палатами, поскольку истребление тварей выгодно прежде всего им. Разработка новых выработок с полезными ископаемыми, прокладка новых торговых маршрутов через ареалы обитания подземной живности… Всё это выгодно прежде всего торговцам. Да и подход к организации выплат намекал на это довольно недвусмысленно.

Гномы, конечно, те ещё снобы, но навестив Представительство Гильдии, Борзуну удалось добиться своего. Не сказать, что это было просто, но вспомогательный отряд для поимки дроу и его компании они предоставили. Это обошлось бывшему разбойнику в круглую сумму, поскольку даже если ты Эмиссар Миардель, то здесь — подземелья гномов.

Борзун с удовольствием потягивал тёмный эль из кружки, расположившись в общем зале так, чтобы можно было спокойно наблюдать за входом, без опаски кого-то проворонить.

В этот раз он их не упустит. Соответствующий приказ трактирщику уже был дан и то, что кто-то предупредит преступников, Борзун не боялся. Вот поэтому, большинство сидевших в этом зале были Истребители, маскировавшиеся под заурядных посетителей, зашедших в трактир выпить кружечку-другую, после рабочей смены.

Борзун прибыл в Кроат-дум в тот же вечер, что и беглецы, только в отличии от них он не стал сразу заселяться в трактир, предпочтя аскетичную казарму Гильдии удобствам гостиничного заведения. Уже утром, нормально отдохнув, он утряс все вопросы по найму отряда с руководством Истребителей и отправился туда, куда его звала Сфера.

Беглецы в общем зале не появлялись, что Борзуна полностью устраивало. Расположившись в отдельном закрытом зале, они ждали дроу, который куда-то исчез. Куда? Эмиссар этого не знал. Он спросит потом, когда всю компанию схватят и у него появится возможность сделать это. Все маскирующие заклятия им вряд ли помогут, поскольку Сфера давала возможность смотреть сквозь… Он видел суть.

Осталось только дождаться дроу…

— Кирку верни, — требовательно протянул я насупившемуся безбородому гному.

— А чем докажешь, что она твоя? — запальчиво выкрикнул гном, не желавший расставаться с халявным инструментом. — Я первый её подобрал.

Я вздохнул:

— Послушай умник… Ты хочешь сказать, что летела из портала она именно тебе в башку? Причём из моего портала! — я начинал раздражаться.

Неужели этот коротышка всерьёз считает, что у меня можно таким примитивным способом «отжать» то, что моё?

— Какого портала? — его глазки забегали. — Ничего не видел, ничего не знаю, — он попятился.

Хорошо. Если не хотите булку с маслом… то будем по-другому разговаривать.

«Прокол Мглы» я рассчитал так, чтобы оказаться в одном шаге за спиной недомерка. И пока тот удивлённо соображал, куда делся наглый паразит, возжелавший его находку, я преспокойно гаркнул:

— Попался, ворюга? Что украл?

Гном от неожиданности вздрогнул, и кирка зазвенела о мостовую второй раз за день, чего я собственно и добивался, врубив «Ускорение», подхватив её, моментально спрятав в инвентарь.

Почему я её просто не отобрал? Да демоны знает, как бы отреагировала система? Вдруг сочтёт как нападение? А оно мне надо? И так на птичьих правах здесь обитаю в этом Кроат-думе.

— А-а где, — недоуменно протянул гном, затем взглянув на меня с подозрением, выпалил, обличающе ткнув пальцем. — Ты!

— Ну, я, — согласился я. — А что? Есть сомнения, что это не совсем я?

— Украл!

— Кого?

— Кирку!

— Какую кирку? — я включил «дурака». — Ты в порядке? Ты кто вообще?

Гном ненавидяще смотрел на меня, сопя в две дырки и понимал, что доказательство у него нет. Ничего нет. Ни кирки, ни доказательств.

— Друг, ты это… — я неопределённо покрутил рукой в воздухе, — к лекарю бы сходил. А то контузия, сотрясение. С этим, знаешь ли, не шутят.

— Ты мне ответишь за это! — прошипел одураченный гном.

— Йопта. Да отвечаю, ап чом базар-то, — подцепив ногтем большого пальца передний зуб, я продемонстрировал гному звонкий «щёлк». — А теперь, исчезни отсюда, мелочь, — активировав «Ауру Страха», я с удовлетворением заметил бледный цвет лица мелкого «хапуги».

Гном сделал шаг назад.

— А ну кыш! — рыкнул я, с удовлетворением наблюдая как гном выбирает между нами дистанцию, чтобы затем шмыгнуть в переулок.

Не, ну какова наглость, пытаться присвоить кирку с легендарными «статами». Она стоит, как крыло самолёта. Мне ещё с Кригом разруливать. И мне кажется, что, если я приду без неё — мне трындец. Нет, мне и так хана, но кирка, вроде как, смягчающее обстоятельство.

Дошагав до знакомой улочки, я толкнул тяжёлую дверь трактира.

Кивнув трактирщику, я преспокойно поднялся на второй этаж. То, как странно посмотрели на меня гномы, меня немного насторожило. Как будто видели в первый раз… Не нравится мне всё это, ох не нравится.

— Привет. Заждались? — спросил я наш отряд, который при моём появлении потрясённо переглянулся.

— Белый, ты вообще нормальный? — Димон почему-то взялся за голову. — Что ж ты творишь, а?

— Может мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — чувство беспокойства снова засвербело. Нехорошо так засвербело.

«Параметр «Предчувствие» повышен +1».

— По-моему — нам крышка, — мрачно подытожил Утрамбовщик, глядя на прикрывшую глаза Поляну.

— Я уже триста раз пожалел, что ввязался в это, — простонал мой друг…

И тут наконец до меня «дошло», когда мой взгляд упал на висевшее на стене зеркало, функцию которого выполнял отполированный до блеска лист серебристого металла.

С той стороны зеркала на меня взирал дроу.

Я идиот. Я тысячу раз, тупой непроходимый идиот.

Перед перемещением в Мирт, я снял с себя личину, понадеявшись, что «Свиток безликости» смогу купить перед отбытием в Кроат-дум, но, естественно, этого не сделал, поскольку убирался оттуда по незапланированному сценарию.

Сухие хлопки заставили меня вздрогнуть и перевести взгляд на Чакру, поаплодировавшую мне и моему склерозу.

— Поздравляю, Шарик. Ты — балбес! — успела добавить она напоследок, перед тем как в дверь постучали.

Спокойно вошедший мужчина был смутно знаком, но вот где я его мог видеть, вот так навскидку, сказать не мог.

Среднего роста, он не мог похвастаться крепким телосложением, но несмотря на это, было заметно, что наш визитёр был жилист и подвижен. Аккуратно притворив за собой дверь, он внимательно оглядел присутствующих, уделив особое внимание Поляне и Лиэль. При этом в колючих глазах промелькнуло странная эмоция. Я бы рискнул предположить, что у него с нашими женщинами какие-то личные счёты.

— Светлых дней, инмессиры и кьянмис, — голос был обычный и ничем не выделяющийся. — Прошу прощения, что нарушил вашу увлекательную беседу, но дело не терпит отлагательств.

Его любопытный взгляд остановился на мне.

— Ты кто такой? — я старался, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя уже понимал, что мы вляпались.

Этот странный и непонятный мужик здесь не случайно, поэтому нужно быть готовым к любым неожиданностям.

«Мегавайт: если дернется — тушим его и сваливаем из города.

ТвойFazer: что это за хрен с горы?

Мегавайт: ты меня спрашиваешь?

ТвойFazer: а кого мне ещё спрашивать, косячник?».

— Меня зовут Борзун, — он деловито прошествовал к столу и спокойно уселся на пустующее место. — Мы с вами уже встречались в Старой Цитадели.

И тут я вспомнил. Рушащаяся крепость. Искорёженные перила. Сумасшедший забег…

Это же тот мужик, который восседал на спине непонятной твари, гнавшейся за нами, когда мы бежали к порталу. Точно! Вот только тогда он имел вид совсем непрезентабельный, в отличие от теперешнего.

— Прежде, чем вы сейчас попытаетесь совершить какую-либо глупость, я вынужден предупредить вас, что из трактира вам не выбраться, — несмотря на его спокойный тон, было видно, что мужик «на взводе».

Да и присел он только на краешек стула, не пододвинув его к столу, чтобы иметь возможность в любой момент вскочить.

— Общий зал набит Истребителями под завязку. Портальное перемещение отсюда запрещено. Так что, если вы решили с боем пробиваться на улицу, просто ответьте себе на вопрос: «Смогу ли я утопить полтрактира в крови, прежде, чем все погибнут?». Не делайте глупостей, для вашего же блага. Вы в ловушке.

— Что тебе нужно? — задала вопрос Поляна.

— В идеале, мне нужно, чтобы тебя и твою ученицу выпотрошили, ведьма, развесив ваши кишки на первом встречном дереве, — его лицо на мгновение исказила злоба, но он быстро взял себя в руки. — Но боюсь, что после этого, этот молодой человек откажется принимать моё предложение, — он снова посмотрел на меня. — Так что — живите пока.

Это было странно, но Поляна промолчала, спокойно проглотив оскорбление, сделав при этом знак Лиэль, которая хотела что-то ответить, но благоразумно прикрыла уже открытый рот.

— А ты не слишком много на себя берёшь? — огрызнулся я, наконец-то прочитав надпись над его головой.

«Борзун. 55 уровень».

— И да, прежде чем ты совершишь какую-то глупость, — я передразнил его, — знай, что эти женщины способны буквально за пять секунд закатать тебя в пол этой комнаты. Так что советую извиниться, прежде чем ты начнёшь объяснять, кто ты такой и что тебе здесь нужно.

— Боюсь, вы не до конца понимаете сложившуюся ситуацию, — он вздохнул и медленно вытянул какой-то медальон из-под куртки.

— Белый, не дёргайся, — мгновенно среагировала Поляна. — Мы не сможем сейчас с ним справиться.

— Похвальное благоразумие для ведьмы, — улыбнулся Борзун. — Советую прислушаться к её словам.

Мы молчали, наблюдая за действиями странного гостя, который совершенно не чинясь, пододвинул к себе пустую кружку, наполнив её элем из нашего кувшина. Вытерев с губ пену, он продолжил:

— А предложение у меня следующее. И касается оно только тебя, Белый, — он начинал меня потихоньку бесить своей неприкрытой наглостью.

— Может уже скажешь, что тебе от нас понадобилось?

— Я предлагаю тебе сделку! — он улыбнулся. — Жизни твоих спутниц в обмен на маленькую услугу, — увидев, что никто не собирается его перебивать, Борзун продолжил говорить. — Сейчас у тебя есть два варианта и что ты выберешь, зависит только от тебя.

— Продолжай, — сквозь зубы процедил я.

— Вариант первый: вы отказываетесь от моего великодушного предложения и оказываете сопротивление. После того, как оно провалится, вас доставят в Гильдию Истребителей и казнят. И если пришлые смогут возродиться, то для этих двух смерть будет окончательной. Будете пытаться?

Подумав, я покачал головой:

— А второе?

— Рад твоему благоразумию, — он отсалютовал мне кружкой. — А второе предложение таково: вы берёте меня в свою команду…

— А больше ты ничего не хочешь? — вскинулась Чакра. — Что ты…

Борзун лениво повёл рукой, с пальцев которой сорвалась искра, молниеносно впитавшись валькирии в грудь.

— Помолчи, пожалуйста.

«Внимание!

На члена вашего отряда «Чакра» наложен дебаф «Молчание».

Срок действия: 1 час».

— На месте! — скомандовал я валькирии, уже доставшей «двуручник» из инвентаря.

— Так вот, — продолжил Борзун, будто ничего не произошло. — Вы берёте меня в свою команду. И мы идём захватывать Алтарь вместе.

— Зачем это тебе?

— Неправильная постановка вопроса, Белый! Это нужно тебе! Взамен — моя Богиня дарует тебе прощение. Ты и твои друзья будут вычеркнуты из розыскных листов и всё будет, как и до этого.

Я, кажется, начал понимать, кого он имеет в виду, и о какой богине речь.

— Миардель?

— Да, — кивнул гость.

— Зачем это ей? Что вам от меня вообще нужно?

— Совершеннейший пустяк. Когда мы доберёмся к Алтарю, ты посвятишь его Богине.

— Но…

— Никаких «но». Варианты я тебе озвучил. Каков твой выбор?

«ТвойFazer: валим его?

Мегавайт: НЕ ТРОГАТЬ ЕГО!

ТвойFazer: Белый, ты понимаешь, что на его условия соглашаться нельзя? Это провал!

Мегавайт: сейчас у нас нет выбора. Видите, Поляна даже не дёрнулась, после того, как этот показал свой амулет. Что это вообще за хрень такая?

Утрамбовщик: мы встряли?

Мегавайт: погодите паниковать».

— Я могу поговорить со своими друзьями наедине? Если ты говоришь, что мы окружены, то и беспокоиться тебе не о чем.

— Конечно. Вам хватит двух минут? — он поднялся и, преспокойно повернувшись к нам спиной, бросил. — Отлично. Время пошло.

Когда за ним закрылась дверь я спросил:

— Поляна, что это за амулет?

— Он Эмиссар Миардель, — печально улыбнулась она. — Это действительно конец.

— И что, мы с ним не справимся?

Она покачала головой.

— Он уже даже не хуман. Чтобы одолеть это существо, потребуется ещё десять таких отрядов. Его сейчас хранит сама богиня.

— Да что Богиня? — воскликнул я. — Мы же чуть не одолели её!

— Ты ещё не понял? — попеняла меня травница. — Миардель заставила тебя думать, что ты мог нанести ей какой-то вред. Она просто тобой сыграла. И выиграла.

— Ну это мы ещё посмотрим, — заскрипел я зубами.

— Так что? — подытожил Утрамбовщик. — Ты согласишься?

— Пока да. Ты же сам слышал. У нас просто нет выбора, — я лихорадочно раздумывал. — В конце концов, можно пока, — я выделил последнее слово интонацией, — согласиться. Если всё так, как и говорит Поляна, то такой боец в команде не помешает. А вот касаемо сдачи Алтаря Миардель — тут я ещё побарахтаюсь.

Мы успели договориться, когда дверь снова открылась и на пороге возник Борзун.

— Твоё решение, дроу?

— Я согласен.

— Ты думаешь, достаточно согласиться?

— А чего тебе ещё нужно? Подписать договор кровью? — моё раздражение выплеснулось наружу.

— Мне достаточно того, что ты поклянёшься Хаосом, что следующий Алтарь ты посвятишь Богине Миардель. Но не позже, чем через две седмицы, — припечатал он.

А вот это засада. Что-то с этой клятвой нечисто, судя по помрачневшему лицу Поляны.

— В чём подвох? — не спешил я соглашаться.

— Никакого подвоха. Просто я буду уверен, что ты её не нарушишь.

— Нарушение клятвы Божеством лишает последнее какой-то части его сил. Именно поэтому Боги карают клятвопреступников, покусившихся на их могущество, — глухо, видимо процитировав откуда-то, сказала Лиэль.

— Блестяще, — развёл руками Борзун. — Воров никто не любит, и Боги — не исключение.

Вот теперь я с уверенностью могу сказать, что я приплыл. И дело не в том, что я боялся, что Хаос меня накажет. При инициации, моё Божество отдало мне последние силы и помогло. Возможно ли, что, нарушив клятву, я отберу у Хаоса последние крупицы? Этого проверять мне не хотелось. Чёрт, чёрт, чёрт!

— Хорошо, я согласен. Клянусь Хаосом, что захваченный в течении двух недель Алтарь, я посвящу Миардель в том случае, если ты будешь помогать нам в этом, обеспечивая полную неприкосновенность моих спутников, как — до, так и после передачи Алтаря твоей Богине, — тщательно подбирая формулировки, наконец сформировал я текст клятвы.

В комнате на миг стало холодно, а блики языков пламени, плясавших в камине, потемнели, на секунду приняв чёрный цвет, чтобы снова расцвести бело-жёлтым.

«Я принимаю твою клятву».

Я вздрогнул от неожиданности.

Тихий и слабый голос…

Посмотрев на спутников, я понял, что он звучал только для меня.

— А ты умеешь формулировать, — с долей уважения протянул Эмиссар. — Остался только один маленький штрих.

— Тебе недостаточно клятвы? — вспыхнул я, чувствуя себя снова одураченным, поскольку моё тело больше меня не слушалось.

Вся наша команда застыла на месте, не в силах пошевелиться, за исключением Борзуна, который подошёл к Лиэль и оценивающе её оглядел.

— Не смей её трогать, тварь, — я попытался дёрнуться, но у меня ничего не получилось. — Если с кем-то из моих спутников что-то случится, клянусь Хаосом, — на комнату снова упала тень, — я найду способ и уничтожу тебя. Слышишь? — сорвался я на крик.

— Это простые формальности, — успокаивающе ответил Борзун. — Одна маленькая деталь! — говоря это, он выплетал пальцами светящийся рисунок, похожий на квадрат, с затейливыми вензелями по краям.

— Не смей этого делать, — Поляна бешено вращала глазами. — Сейчас же прекрати. На ней уже есть одна Печать. Так нельзя!

Наконец Эмиссар закончил, и объёмная конструкция, полностью состоящая из полыхающих синим причудливых линий, зависла между ним и Лиэль.

— Во славу Миардель, — выдохнул Борзун и плетение впечаталось в девушку.

От душераздирающего женского крика, казалось, пойдёт кровь ушами, а затем Лиэль обмякла.

— Если она мертва…

— Всё в порядке инмессиры, — Эмиссар вытер вспотевший лоб. — На нее просто наложена «Печать Долга».

— Какого хрена? Мы же договорились с тобой! — я был готов его разорвать голыми руками.

— Увы! — спокойно произнес он. — Слова несовершенны. При должном желании можно обойти любую формулировку. Тебе ли не знать об этом? А вот это, — он указал рукой на застывшую Лиэль, — гарантия того, что ты выполнишь своё обещание.

Двери с грохотом распахнулись, а ворвавшиеся коротышки мгновенно заняли всё помещение, застыв напротив каждого из нас, направив на нас оружие, готовые действовать в случае сопротивления.

— Всё в порядке, спасибо, — поблагодарил Борзун одного из них. — Мы сумели договориться. Подождите нас внизу, будьте добры. Я позже спущусь, чтобы отблагодарить вас.

Так же оперативно, как и появились, гномы исчезли из помещения.

Всё-таки не врал. Нас бы спеленали, как цыплят.

— Так вот, — продолжил Борзун, когда мы снова остались одни. — «Печать Долга» исчезнет, как только ты передашь Алтарь. Слово Миардель, — вокруг Борзуна на миг соткался яркий ореол, подтвердив клятву. — Печать активируется, только в том случае, если ты нарушишь, слово, или кто-то из твоих спутников попытается помешать захвату Алтаря, или попытается нанести мне вред.

— Что делает Печать? — спросил я, хотя уже догадывался.

— При активации Печати — девушка умрёт!