Мастер теней

Глава 7. Мастер теней (I)

— Да вы психи! — нервно заржал Ульв. — Вы МЕНЯ собираетесь убивать?! Меня?! Правителя здешнего королевства?! Да я…

Сильный голос перекрыл, хоть это и казалось невозможным, истеричный вой велета:

— Это с каких пор именно ТЫ стал правителем королевства Земли велетов? Помниться мне, брат, ты всего лишь мой заместитель. Точнее… ты был им!

Из переулка, в сопровождении отряда королевских телохранителей, неторопливо и величество вышел Одноглазый Ворон.

Огромный людоед на голову был выше Ульва. Могучую стать не скрывали королевские одежды, ленты и плащ, подбитый медвежьим мехом. Сверкающие золотой и серебряной вязью доспехи сидели как влитые, на толстых, как бревна, лапищах железные обручи. При каждом движении видны не только бугрящиеся мышцы, но и опасная пластика хищника.

Одноглазый Ворон поравнялся с Лилит. Вампирша на его фоне показалась незаметной тростинкой — может устроить себе просторное ложе на груди велета, еще и место останется.

Пользуясь моментом, я заглянул в профиль короля Земель велетов.

Одноглазый Ворон [77]

Полное имя и титул: Король Одноглазый Ворон де Варг.

Должность: Глава клана «Волки Утгарда».

Спецификации: Оборотень (5); Убийца (5); Чернокнижник (3).

Профессия: Викинг;

Ранг: Магистр;

Земля: замок Варг в Йотунбурге.

Территориальная принадлежность: королевство Земли велетов.

Безумие…

Каким нужно быть крутым, чтобы прокачаться настолько?! Ведь с уровнем Одноглазого Ворона вполне можно в одиночку переть на юг, где обитают Кристальные драконы! Или рейдить в Облачном королевстве, там, по слухам, артефакты на каждом шагу! Или…

— Брат? — с недоумением и злостью воскликнул Ульв. — Ты чего, брат?!

Одноглазый Ворон перебил высокомерно:

— Не брат ты мне, гнида… эм-м… продажная!

Ульв в растерянности опустил руки, дубина с гулом ударилась в землю, вывернув валуны из мостовой. Под ногами тряхнуло, кони испуганно заржали, королевские телохранители с трудом успокоили питомцев.

— Ты что?! — Ульв взревел так мощно, что в домах зазвенели стекла. — Ворон! Мы же вместе…

— Молчать! — гаркнул правитель Йотунбурга. На могучей шее велета вздулись толстые, как веревки, жилы. — Ты предатель! И отныне ты лишен королевской фамилии, которую опозорил, места в клане, чьих бойцов ты предал, и всяческих привилегий!

На Ульва была жалко смотреть. Огромный людоед разевал и с лязгом захлопывал клыкастую пасть, не зная, что сказать.

Я молча переводил взгляд с него на Ворона и обратно, а в голове крутилась одна донельзя раздражающая мысль. Не замешан ли в афере с Турниром и сам Одноглазый Ворон?

Понятно, принц Валлах — та еще штучка. По уже отработанной на Нэвэрнайте схеме, новый правитель Дарквуда многого достиг, и столь же многого он предложил достичь Ульву. Сместить Одноглазого Ворона, сместить Фенрира де Хорна, короля «Иггдрасиля», начав новую войну за передел власти. Но — Турнир с его баснословными наградами. И еще загадочный спонсор волкодава… сколько еще слоев в этой интриге?

Наверное, всего нам узнать вряд ли удастся. Пока же будем довольствоваться «официальной» версией: Валлах и Ульв использовали Нэвэрнайта для государственного переворота, заодно наградив нас статусом «трофея». Ведь в Утгарде много личностей, которым хочется насолить Лилит и мне лично. Тот же Валлах…

Ульв покачал башкой и презрительно фыркнул. Голос прозвучал гнусаво:

— Пусть будет так, брат! Верь, если тебе так удобно, этим продажным тварям, уж не знаю, что там они наплели! Знай только, что я этого так не оставлю! Тебе еще предстоит познать, каково это, достаться воронью во рве Йотунбурга на пропитание.

— Сомневаюсь, — ответил Одноглазый Ворон холодно. Он сделал знак рукой, и наемники Гильдии теней спустились с крыш. — Ты лишен всех статусов. А значит, будешь отвечать не перед судом короля, а перед теми, кого ты лично подставил, сплетая чудовищные и подлый заговор с бывшим королем Нэвэрнайтом, ныне игроком под ником «El Morte». Пусть боги решают, виновен ты или нет. Либо мечи наемников напьются твоей крови и ты будешь изгнан, либо ты перебьешь их и этим подвигом вернешь себе место подле меня.

Ульв обрадованно вскинулся:

— Поединок справедливости?!

Лилит озадаченно взглянула на короля велетов, потом на меня. Я и сам был удивлен подобным решением. Вон, значит, как делаются дела в политике: пусть неугодные убивают неугодных!

— Ты согласна, Лилит дю Сатор, прозванная Болотной ведьмой?

Лиля высокомерно кивнула, словно делала королю велетов одолжение:

— Воины Гильдии теней принимают вызов предателя!

Площадку перед «Волчьей сытью» расчистили, вокруг быстро собирался народ. Не каждый день можно увидеть подобную драку. Велет шестьдесят шестого уровня против тридцати наемников, где самым старшим был Бродяга — тридцать шестого левела. Это не на Турнире за хитростями киберспортсменов наблюдать.

Казалось бы, все шансы на победу есть, но хитрый Одноглазый Ворон вдруг озвучил особые дополнительные условия для боя:

— Никакого стрелкового оружия и никакой магии! Вообще никакой, даже оборотничества, абилок и Спецификаций. Только честная сталь и кулаки! — и пояснил, в ответ на офигевшие взгляды: — Пусть в бою будет элемент удачи.

М-да-а…

С таким раскладом мы рисковали стать просто пушечным мясом для прокачки хёвдинга…

И все же, отступать было не в правилах Гильдии теней. И Лиля дала отмашку.

Ульв двинулся боком, выбирая удобную позицию для удара. Послышался тяжелый свист, когда его шипастая дубина стала вращаться. Наемники не спешили бросаться в атаку — один удар такой дурой запросто отправит в Лимб.

Не говоря ни слова больше, разъехались по кругу площадки королевские телохранители, сдерживая напор зевак. Но те, как только умудрялись, уже оседлали крыши домов, глядели из окон, выглядывали из переулков.

Ульв неожиданно прыгнул. Слишком быстро для своего роста и комплекции: только что он был просто большим людоедом, и вдруг — разросся, стал огромным, как гора.

На миг по телу прошла дрожь, но инстинкты сами напомнили о себе. Не такие уж мы и хилые, сколько всего пережили и перенесли!

Я отпрыгнул в последний момент, рубанул в полете обоими мечами. Мимо пронеслась чудовищная дубина велета, следом загудело, потоком воздуха меня закрутило, я повалился на мостовую. Но удара все же избежал, он пришелся в стену дома.

Раздался грохот, от которого на лигу вокруг испуганно вскочили звери, взлетели птицы и попрятались мыши в Йотунбургских подвалах. Дом затрясся, с крыши посыпалась черепица, с криком попадали зеваки. Мостовую тряхнуло, вскинулись в ужасе кони.

Свой удар я нанес, казалось, с привычной точностью. Он должен был если хоть не сокрушить, то хотя бы порезать, но велет развернулся даже не поцарапанным!

Он словно взбесился, пронесся мимо, на бегу выхватывая из-под плаща круглый щит с эмблемой правящей династии. Олегатор на месте не удержался, бросился вбок, но Ульв загреб лапой. Видно было, что второго промаха он не допустит.

Грохнуло мощно, отвратительно хрустнуло. Наемника пронесло по инерции несколько десятков метров, прежде чем он впечатался в стену дома. На то место, где полыхала просто невозможная цифра Урона, посыпались обломки наемничьего доспеха.

— С одного удара! — выдохнула Лиля. — Невозможно…

— Сме-е-ерть!!! — прорычал Ульв, вскидывая дубину. — Вы все сдохните!!!

Оглушенные воплем, с неба рухнули, сложив крыла, вороны. Зеваки стояли бледные, перепуганные, но в глазах был восторг. Под ставшим вогнутым трупом Олегатора растекалась лужа крови.

Некоторое время мы кружили, каждый заранее подыскивал себя пути отступления. Кажется, ни у кого и мысли не было, чтобы атаковать взбесившуюся тварь.

— Ну же, червяки! — брызгал слюной Ульв. — Ну! Что стали?! Ко мне, щенята! Ко мне!

Наконец, решился велет Тор, почти в два раза уступающий в росте Ульву. Размотав над головой палицу, бросился в атаку. Ульв мгновенно развернулся к нему, дернулся в сторону, когда с другого бока скользнул мгновенной тенью, словно змея, Бродяга. Тор ударил, щит Ульва затрясло от тяжелых ударов, тут же подскочила Лиля, блеснули ее коронные серповидные клинки. Бросились в атаку и другие наемники.

Дрались долго. Ульв без устали вращал дубиной, сыпались очки потерянного Здоровья. Но каждый удар велета наносил ни с чем не сопоставимые потери. Щиты наемников трещали, от них с тонким визгом отлетали мелкие осколки. Бойцы хрипели, кружили, нервно молотя велета. Ульв покрылся мылом, шерсть свалялась, с бороды свисали кровавые клочья пены.

Успел лупить обоими клинками и я, правда, чуял, что все без толку! То пригнуться, когда над головой со страшным воем промчится дубина, то поцарапать, как блоха, дубленную шкуру велета или высечь искры на его броне. Казалось, Здоровье хёвдинга не уменьшалось. Я чувствовал, как устал за эти три минуты боя, как уже начинаю двигаться неверно, оступаясь. Вот-вот подставлюсь…

— Умрите, шакалы! — вопил Ульв, дамажа со страшной силой. — Я вас живьем сожру!

— Подавишься! — умудрялась пищать Лилька. — Мешок с дерьмом! Трус! Шкаф блохастый!

Кто-то, кажется из подопечных Бродяги, запрыгнул на спину велету. Ульв разом подался назад, прорывая оцепление. Стоптал одного наемника, другого, третий уже сбежал с пути людоеда сам. Когда Ульв прыгнул, Тор успел гавкнуть:

— Уходи, Жихарь!

Но было уже поздно. Людоед впечатался в стену, спиной расплющивая бывшего хэдхантера. Тот сорвался бессильно, коленки подогнулись, так и поскакал в сторону, словно раненная кляча, лишенный девяноста процентов Здоровья…

Ульв захохотал так, что на Одноглазом Вороне затрепетал плащ, а палица закачалась в руках Тора.

— Черви! Вы просто жалкие черви!

На дрожащих ногах наемники поспешно отступили. Сверкающие то ли азартом, то ли безумием глаза неотрывно следили за людоедом.

— Нужно менять тактику, — сказала по клановой связи Лилит. — Так мы этого бугая не одолеем!

По ее команде наемники расширили круг. Кто-то менял вид оружия, другие торопливо осматривали снаряжение. Я быстро оглядел себя: на лезвиях мечей зазубрины, на броне следы ударов, видны вмятины. В канавках царапин почерневшая и запекшаяся кровь.

Ульв зарычал страшно, ударил дубиной по щиту, в ушах зазвенело. Велет выглядел еще страшнее: широкий, мускулистый, всесильный. Покрытая вражеской кровью шерсть слиплась комьями и сосульками. На щите всего пара царапин, а дубина наводит на мысли, что с легкостью пробьет не только любой доспех, но и сокрушил и перемелет каждую косточку в теле.

Ульв с легкостью вращал дубиной. По круговым движениям я понял, что хёвдинг не зря занимает пост верховного главнокомандующего кланом «Волки Утгарда», явно привык сражаться и весь свой опыт получил сам, не прячась за спинами сокомандников, как маги. На этот раз Гильдия теней имеет дело с опытным и страшным противником, одинаково успешно владеющим мастерством интриг и оружием.

В первом столкновении мы лишились двух братьев. Еще трое оказались на грани: криты, переломы, кровотечения. У других дела обстояли лучше, но оптимизма это не внушало. У хёвдинга Здоровья и энергии снаряжения было, наверное, на две, а то и на три Гильдии теней…

Мы медленно двигались по кругу, то сужая, то вновь откатываясь. Кто-то успевал наносить тяжелые удары. И хоть били в полную силу, для Ульва это было не более, чем комариный укус. Что еще раз подтвердило правильность наших выводов: Ульв, в отличии от прочих «Волков», не под Модом смерти, о котором так плакался и сокрушался. Хитрый велет полон сил.

— Двойным веером, — шепнула Лиля. — Начали!

Названная тактика мгновенно вспомнилась. Я первым качнулся к Ульву, пригнулся сразу, пропуская дубину над головой. Воздух загудел, когда вырванное с корнем дерево, по какой-то досадной оплошности названное дубиной, прочертило полукруг.

Одновременно со мной бросился в атаку и Тор, оказавшийся по левую руку. Рубанул каменным топором (и когда успел сменить тип оружия?). Наши удары прошли в унисон, и так же, отражениями друг друга, мы отпрыгнули. А следующие по очереди наемники повторили наш маневр. И так по кругу, до тех бойцов, что стояли к нам лицом за спиной хёвдинга. Вокруг Ульва словно появились крылья из клинков и топоров, складывающиеся в смертельных взмахах.

Ульв подставлял щит навстречу каждому удару, да так хитро, что, едва оружие наемников касалось щита, чуть отдергивал назад и ставил под углом, отчего самые страшные удары не могли причинить серьезного урона. Да что там Урона — я со злостью и недоумением не мог рассмотреть даже царапин!

Бой по двойному вееру продолжался. Кто-то успевал царапнуть броню велета, кто-то бил исключительно по щиту, другие едва могли спастись от контрударов. Я попытался наносить удары точнее, неожиданнее, но Ульв умело гасил их щитом — не подступиться. Удары теряли силу, уходя как в песок, а людоед только злобно скалил клыки.

Но и мы не лыком шиты. Я уже отчетливо слышал его сиплое дыхание, такое могучее, что срывало с косматой морды великана клочья пены. Он вроде бы привык к ритму двойного веера, но, хоть и двигался по-прежнему слишком быстро, успевал только защищаться. В такой ситуации все его хитрые атаки, то бил дубиной поверху, то вдруг пытался переломать нам ноги нижними ударами, не производили никакого эффекта. Наемники знали, к чему готовиться. Это у великана шла кругом голова. А тут еще и Лилит крикнула давно ожидаемый приказ:

— Меняем вектор на девяносто градусов! Шестиструнный Самурай, Кросс, Фрилансер и Механист — вам начинать!

Ульв и вправду приноровился, хотя и поспевал уже с великим трудом за нашим темпом. И для него было полной неожиданностью, когда «крылья» атаки, казалось, уже сводившиеся за спину, вдруг вновь прыгнули к носу. Привыкший к автоматизму боя, Ульв споткнулся и с десяток наших мощных ударов достигли цели.

Лютый вопль людоеда заставил коней королевский телохранителей переполошиться, один даже сбросил седока. Велет, выгнув спину, бешено взмахнул дубиной, но она, кроме воздуха, никого не задела. Зато я со злой радостью увидал, как слипается от крови шерсть под иссеченным плащом великана.

«Пробили защиту! — возникла радостная мысль. — Все-таки пробили!»

За время полного круга двойного веера, Ульв пропустил еще две атаки. И каждый раз с него слетало до трех тысяч единиц Здоровья.

Солнце зависло над крышами домов, те, казалось, прогнулись. Мрачный свет огромного багрового шара удлинил тени, улица потемнела. Но стража никак не могла подступиться к площади, чтобы запалить факелы. Нам пришлось довольствоваться лишь темно-багровым небом с подсвеченными снизу облаками.

На второй смене вектора Ульв, наконец, понял, что подобная тактика быстро приведет его к поражению. Обезумев от усталости и десятков не опасных, но обидных ран, он зарычал люто. Размахивая дубиной, бросился на нас. Наемники, не будь дураками, мгновенно разорвали круг. И велет с радостным облегчением вырвался из окружения и забился в угол, прижавшись спиной к стене.

— Что-то… — прохрипел Ульв, — у вас ни хрена не получается… сволочи… Не такие уж вы и… крутые… как хотите себя показать…

— Клином! — не вступая в переговоры, крикнула Лиля по клановой связи.

Не мешая друг другу, мы ринулись к великану, строго по очереди забили кто чем. Удары обрушивалась на щит, Ульв пытался его отдернуть или поставить под углом, но не успевал, удары сыпались один за другим. Щит бросало обратно, буквально вдавливало в людоеда. Я со злой радостью увидел, как со звоном выщербился на нем металлический край размером с ладонь. Ульв зашатался, но устоял, неуклюжими движениями вскинул дубину.

— Зашибу!!! Суки!!! — хрипел он надсадно. — Убью…

Но, стоя в углу, великан сам же себя лишил пространства для маневра. Получались только короткие, не слишком опасные тычки дубиной. Я нечаянно угодил под один такой, словно тараном долбанули. Меня отбросило на мостовую, но Здоровья сняли самую малость. Только разозлили.

Зажатый в угол велет отчаянно взвыл…