Мечи против кубков

Глава 67. Тайны раскрываются

Натриэль с принцем драконов сразу же от холмов улетели успокаивать драконов. А мы вернулись во дворец.

По случаю увеличения состава дипломатического посольства, нас втроем, меня, Рауля и Патрика, переселили в покои с тремя спальнями. Имелись здесь и такие.

На этом же этаже поселилась Агата, которую Аировэль каким-то чудом умудрился обелить перед своей королевой. А вот леди Туринэль и остальных ее сторонников под конвоем отвели в местную тюрьму.

Песочных людей, затеявших всю эту экспансию, дракон в расстроенных чувствах слегка потоптал и покусал. Учитывая уровень расстройства и размеры дракона, ни один из песочников не выжил, поэтому леди Фиаэль приказала похоронить их прямо в подземелье.

Получилось нечто типа закапывания топора войны, как любили поступать в древности. Надеюсь, другим песочным людям хватит мудрости осознать величие этого поступка и не заявляться к королеве фей с претензиями. Я видела, скольких трудов ей стоило сдержать своих подданных. И в первую очередь усмирить собственную жажду мести. Сто шестьдесят восемь лет войны!.. Такое простить очень сложно.

Правда, Аировэль, ежедневно участвующий в допросах, чтобы отделить просто запутавшихся от настоящих виновных, вечерами рассказывал, что принцесса, то есть теперь уже совершенно точно полноправная королева, очень старается быть милосердной.

Меня, как и Патрика с Раулем, больше всего интересовали допросы трех леди: Люсьены, Туринэль и Агаты. Последняя, хоть и жила под домашним, вернее, дворцовым арестом, все равно регулярно вызывалась местными следователями, то как свидетель, то как обвиняемая.

Я каждый вечер связывалась с Джорджем, рассказывала ему последние новости и выясняла, что интересного происходит в нашем мире. И так же ежевечерне болтала с Эриком, у которого случился непредвиденный, а может, и предвиденный казус: его постоянная «постельная дама» забеременела.

— Она специально мстит нашей семье, создав столько поводов для сплетен? Или у нее действительно любовное помутнение?! Главное, чтобы это не отразилось на здоровье матери…

Рауль был очень зол, но все же дал официальное согласие на брак вдовы своего брата с новоявленным бароном. Это Джордж от щедроты своей подарил Эрику самый простенький титул, причем даже не по моей просьбе. Уж не знаю, зачем моему напарнику Хелена и что он в ней нашел, но, как говорится, любовь зла… Выбрал и выбрал.

А вот я четвертые сутки пребывала в замешательстве. Вернее, в глубоком старательном погружении в расследование и почти полном игнорировании знаков внимания от обоих лордов. Просто… мысль о том, что я отношусь к Патрику как к Эрику, надо было обдумать чуть более тщательно, не мимоходом.

Мой напарник — привлекательный мужчина, мой жених тоже. С Эриком я ни разу не целовалась, потому что мы с самого начала были лишь друзьями. А с Патриком… с Патриком я целовалась, и мне нравилось. Но ведь мне могло понравиться целоваться и с Эриком!

Все было очень сложно и запутанно. Я ревновала маркиза к Агате, но ведь совершенно точно так же я не хотела, чтобы Эрик встречался с Хеленой! Обе эти леди, по моему мнению, были недостойны этих мужчин. Или Патрика я ревную по-другому?

Одно было ясно точно. Когда на меня смотрел своим стальным взглядом маркиз, мое сердце замирало как-то иначе, чем от тепла во взгляде Рауля.

Когда я видела графа беседующим с другими женщинами, у меня не было ни малейшего желания анализировать, похожа ли моя ревность на ту, которую я испытываю к Эрику.

Я… просто перестала его ревновать, как ни странно!

Могла вообще не подходить, если подозревала или слышала, о чем идет разговор. Или появлялась рядом, кивала даме, обменивалась улыбкой с Раулем, удовлетворяла свое любопытство и уходила заниматься своими делами.

А дел у нас здесь было много!

Психометрический дар Рауля оказался очень востребованным. Мой граф был буквально нарасхват — то политика, то обычное бытовое преступление, то убийство… Преступления в мире фей происходили так же часто, как в нашем. И весть о том, что маг из иного мира может считывать воспоминания предметов, разнеслась по нему как на крыльях. За четверо суток Рауль стал местной знаменитостью. Иногда вещи приносили к нам, иногда графа переносили к вещам.

Патрик помогал тем, кто был занят допросами сторонников старшей принцессы. Их было очень много, а свободных опытных следователей мало. Так что маркиза похищали у нас утром, после завтрака, и возвращали только к ужину. Обедал он чаще всего с коллегами, а не с нами…

Мой дар тоже в основном использовали в помощь сотрудникам политического сыска. Едва там выяснили, что можно достать из колоды карту и уверенно ответить, лжет ли подозреваемый или говорит правду, я стала такой же местной знаменитостью, как Рауль.

И да, мне вернули мою сумочку! Так что для гаданий я использовала обычную колоду, а не прабабушкину.

Четверо суток мы помогали в расследовании местной полиции, заодно собирая по крупицам сведения, чтобы раскрыть до конца наше собственное дело.

Хорошо, что Аировэль в обмен на наглое использование наших способностей умудрился добыть для нас наивысший уровень допуска.

Пусть нас самих не пустили допрашивать старшую принцессу, но маркиз сумел подпихнуть следователям нужные нам вопросы, а потом получить копию протокола допроса.

А вот на допросе Люсьены Патрику удалось поприсутствовать лично. Ворчливый нелюдь взял его в напарники, чтобы разыгрывать доброго и злого полицейского. Злым был лорд Краухберн.

Я бы с этой ролью справилась лучше, но меня к этой, хм, леди не пустили. Испугались, что увлекусь и у нас на одного свидетеля станет меньше. И если честно, наверное, так оно бы и случилось.

В тот день, как раз на наши четвертые сутки активной деятельности во славу местного правосудия, уставший после четырехчасового допроса Патрик даже ужинать сначала отказался. И говорить что-то внятное тоже. Просто подпихнул нам с Раулем два протокола, чтобы мы сами все прочитали, а сам лишь вяло прокомментировал:

— Леди Люсьена решила воспользоваться случаем и тоже стать королевой.

С самого начала гражданской войны леди Туринэль, желающая взойти на престол, отчаянно искала сторонников, не в этом, так в иных мирах. И лет десять назад зачем-то вспомнила про наш, старательно запертый ее младшей сестрой.

Первым делом принцесса нашла и переманила на свою сторону здешних хранителей. Только они оба были уже немолоды, мужчина совсем старик. Именно поэтому в наш мир была отправлена Зариэль с компанией, для поиска артефакта и замены хранителям. Розыски заняли много времени, но в конце концов увенчались успехом.

— Так странно. Если бы не интриги в другом мире, меня, оказывается, и на свете бы не было.

Рауль, зачитывающий нам вслух протокол допроса леди Туринэль, прервался, едва зашла речь о его семье, и уставился в окно. Мне пришлось сменить загрустившего чтеца.

Когда Зариэль нашла старого графа Фрехберна, тот был вполне счастливым семьянином с одним ребенком. Но ему внушили, что нужен еще один сын, для надежности. А потом, когда граф уже был при смерти, его соблазнили стать частью артефакта, пообещав возрождение в молодом теле.

Переселение старого графа в межвременье было проделано Зариэль, уведомившей лишь принцессу. Именно поэтому так глупо погиб Георг. Просто Люсьена с Алисой не знали, что внутри рамы уже есть хранитель-мужчина.

— Мать тоже была под внушением, — уверенно оправдал Рауль графиню Фрехберн и окинул нас с Патриком непривычно суровым взглядом, словно мы собирались возражать.

Но мы были согласны, что леди Фрехберн была под внушением или фей, или властного мужа. И разделяли желание Рауля не осуждать единственного оставшегося члена его семьи.

Убедившись, что никто никого обвинять не собирается, Рауль вновь отвернулся к окну, а я продолжила чтение протокола.

Первоначально всем происходящим в нашем мире занималась лично старшая принцесса. Она отдавала приказы Зариэль, своей лучшей подруге, пусть и чистокровной фее.

Затем в этот мир попала Люсьена, естественно, не случайно. Ведь она оказалась хранительницей, сначала запасной, а потом единственной.

Кстати, Алиса оказалась дочерью давних знакомых Люсьены. Она очень напоминала женщине ее саму в молодости. Может быть, потому, что так же легко убивала, идя к своей цели? Правда, предпочитала это делать чужими руками. А Люсьена, которой очень мешало наличие еще одной хранительницы, быстро решила эту проблему собственноручно, став незаменимой.

— Бывают же такие совпадения! — искренне восхитилась я.

Удача сыпалась на Люсьену как из рога изобилия.

Сначала мой дядя Фредерик, затем Алиса.

Девушка как-то прогуливалась у холмов и заметила, что там происходит какая-то странная непонятная активность. Она не стала привлекать к себе внимание, зато на следующий день вернулась и первая протолкнула сквозь щель записку, даже не надеясь, что ее кто-то найдет.

Только с другой стороны портала бродила точно такая же интриганка, обдумывающая, как бы получше использовать младшего брата короля, буквально упавшего ей в руки. И тут двойное везение! Снова прямо в руки падает идеальная исполнительница.

Портал в наш мир каждый год открывается в новом месте и действует в течение года, до открытия следующего. Он постоянно связывает наши миры узенькой щелкой, в которую спокойно можно проталкивать конверты, например.

Убедить принцессу в том, что ей нужен король-марионетка в магическом мире, оказалось очень легко. И тут Зариэль и Алиса действовали заодно, подготавливая все для переворота.

Вот только дядя Фредерик, ничего не знающий о планах на его будущее, попросил принцессу переманить сюда, в этот мир, Рауля. А Алиса вместе с Эдвигой собирались его убить.

Люсьене была безразлична судьба графа Фрехберна. Она очень хотела коронованного мужа-марионетку. А еще у нее были грандиозные планы — перенести сюда, в тело Агаты, Алису, чтобы было кому следить за будущей королевой фей, и лишить оба мира хранителей-мужчин, чтобы остался только дядя Фредерик.

То есть в чем-то ее желания совпадали с нашими. Сделать так, чтобы переход из мира в мир был возможен только со стороны нашего мира.

— Обеим леди повезло, что они претендовали на короны в разных мирах и действовали в основном заодно, — устало усмехнулся маркиз. — Расхождение у них было лишь одно: в какую сторону должен открываться портал между мирами.

Да, две потенциальные королевы хитрили, интриговали, манипулировали своими людьми и нелюдьми. А в итоге… Нет феи Зариэль. Нет Эдвиги. Алиса в межвременье. Но самое главное — нет смысла возводить на трон марионетку.

Вот только, похоже, обе неудавшиеся королевы считали иначе.

— У леди Люсьены есть запасной план, — с тихой злостью произнес Патрик. — Я по ее лицу видел. Есть. И она нам его выдаст только в обмен на свободу. — Которую, естественно, она никогда не получит. Это мы все прекрасно понимали. — Есть ли запасной план у принцессы — не знаю. Но если есть и не тот, что у леди Люсьены, наша страна в двойной опасности.