Олег стоит рядом, его взгляд спокойный, но внимательный. Я опускаю глаза, чувствуя себя невероятно неловко.
— Олег, спасибо вам… — начинаю я, но голос дрожит. — Мне так неудобно, что вы стали свидетелем этого… этого спектакля.
Он поднимает руку, словно останавливая меня.
— Валентина, не стоит оправдываться. Вы ни в чём не виноваты. Это он вёл себя неподобающим образом, — его голос звучит уверенно и мягко одновременно.
— Всё равно… — вздыхаю я, нервно теребя край своей кофты. — Вам не нужно было вмешиваться. Это моя проблема, и я должна была сама с ней разобраться.
Олег качает головой, его взгляд становится чуть мягче.
— Иногда справляться в одиночку не обязательно. Тем более, если человек нарушает ваш покой и не понимает слов. Я просто сделал то, что должен был сделать.
Я киваю, но всё ещё чувствую себя неловко. Вдруг вспоминаю про Соню.
— А Соня? Она одна? — спрашиваю я, обеспокоенно оглядываясь в сторону лестницы.
Улыбаясь, Олег качает головой.
— Нет, она с моей мамой. Я никогда не оставляю её одну. Мама живёт в соседнем подъезде и очень помогает с воспитанием.
— Это так здорово, что у вас есть такая поддержка, — говорю я с искренним облегчением. — Мама всегда вам помогает с Соней?
Он кивает, немного задумчиво глядя в сторону.
— Да. После того как моя жена умерла… — он делает паузу, будто подбирает слова. — Соня была совсем маленькой, ей было всего полтора года.
Я замираю, поражённая его откровенностью.
— Простите… Я не знала… — начинаю я неловко. — Это должно быть очень тяжело…
Он слегка улыбается, но в этой улыбке читается грусть.
— Было тяжело. Но со временем становится легче. Соня — мой главный мотиватор. Ради неё я стараюсь быть сильным.
Я смотрю на Олега и чувствую уважение к этому человеку, который справляется с такими трудностями. Не сломиться после смерти жены, взять на себя обязательства по воспитанию дочери — многие ли мужчины смогли бы так сделать?
— А как вы всё успеваете? Работа, ребёнок… Это же так сложно.
Олег слегка пожимает плечами.
— Я врач. Иногда приходится уходить на дежурства на сутки или больше. В такие моменты мама полностью берёт на себя заботу о Соне. Без неё я бы не справился. Она для нас большая опора.
— Врач? — удивляюсь я. — Это так важно и… благородно.
Он улыбается чуть шире.
— Спасибо. Но это просто моя работа. И знаете, иногда она помогает отвлечься от личных переживаний. Когда помогаешь другим людям, свои проблемы кажутся менее значительными.
Киваю, поражённая его искренностью и силой духа.
— Вы замечательный человек, Олег. И Соня такая счастливая девочка благодаря вам и вашей маме.
Он смотрит на меня с лёгкой улыбкой и отвечает:
— Спасибо, Валентина. Но мне кажется, вы тоже сильная женщина. Ваш ребёнок будет гордиться вами так же, как Соня гордится мной.
Эти слова неожиданно греют душу. Мы ещё немного разговариваем о детях, жизни и работе, а потом Олег прощается и уходит к себе домой. Я остаюсь стоять у двери, чувствуя лёгкость от того, что рядом есть такие добрые и надёжные люди.
— Наташ, я больше не могу, — причитаю я, откидываясь на спинку стула.
— Кушай. Кушай, — подмигивает подруга, — тебе теперь за двоих есть нужно.
Поглаживая живот, смотрю на любимую подругу с улыбкой.
— Ага, за двоих. А потом ты в род будешь меня нести на носилках, потому что я разъемся до размера бегемота.
— Вот ещё! — фыркает Наташа. — Я за беременность двадцать пять набрала и ничего. Бегемотом не стала.
Посмотрев на меня сощуренными глазами, Наташа подсаживается поближе:
— Слушай, а что это за симпатичный мужчина с маленькой девочкой, которые разговаривали с тобой возле подъезда, когда я подошла?
— Это мои новые соседи. Олег и его дочка Соня. Представляешь, Олег отец-одиночка. Сам воспитывает свою маленькую дочь.
— Да? — нарочито хлопает ресницами Наташа. — Как интересно. А можно с этого момента поподробнее?
— Поподробнее? А что конкретно тебя интересует? Ну, работает он врачом, а его мама живёт в соседнем подъезде… Так, стоп! А почему тебя это так интересует?
— А ты не догадываешься?
— Вообще-то нет. Ты замужняя женщина. Мать. Зачем тебе какой-то отец-одиночка⁈
— Да мне он вообще не нужен. Вот ни разу! Я за любимую подругу беспокоюсь.
— То есть за меня… Зря. Я сейчас не в том положении, чтобы заводить романтические отношения, — указываю на свой впечатляющий по размерам живот.
— Одно другому не мешает.
— Наташ, ты серьёзно? Какой роман? У меня сейчас на повестке дня только один мужчина — мой будущий сын. И то он больше меня пинает, чем ухаживает.
Наташа смеётся, прикрывая рот ладонью, но в её глазах читается неподдельный интерес. Она всегда была такой — любопытной и немного назойливой, но именно за это я её и люблю.
— Ну ладно тебе, — говорит она, облокачиваясь на стол. — Просто мне показалось, что этот Олег… как бы это сказать… смотрит на тебя с интересом.
Я фыркаю и качаю головой.
— Наташ, ты слишком много романтических сериалов смотришь. Он просто вежливый и добрый человек. Мы соседи, вот и всё. А его дочка Соня — просто прелесть. Ты бы видела, как он с ней общается. Такой заботливый отец.
— Ну-ну, — протягивает Наташа с хитрой улыбкой. — А ты уверена, что он просто сосед? Может, это знак судьбы?
Закатываю глаза, чувствуя, как внутри поднимается лёгкое раздражение.
— Знак судьбы? — повторяю я с сарказмом. — Наташ, у меня на носу роды. Какие ещё знаки? Единственное, чего я сейчас хочу, так это выспаться и чтобы мои ноги перестали отекать.
Она смеётся, но я вижу, что её мысли всё ещё вертятся вокруг Олега. Решив сменить тему, я беру чашку с чаем и делаю небольшой глоток.
— Кстати, как там твой муж? Всё ещё в командировке? — спрашиваю я, пытаясь отвлечь её от моих соседей.
Наташа тут же переключается, начиная рассказывать о своих семейных делах. Её голос становится более оживлённым, и я с облегчением понимаю, что внимание к моей личной жизни временно ослабло.
Мы разговариваем ещё какое-то время, обсуждая всё подряд — от выбора детской кроватки до планов на лето. Но где-то в глубине души я всё же думаю об Олеге.
Неужели Наташа права? Нет, это глупости. У нас с ним ничего общего, кроме случайного знакомства и соседства.
Когда Наташа уходит, я остаюсь одна в квартире. Тишина окутывает меня, и я чувствую лёгкую усталость. Подхожу к окну и смотрю вниз на двор. Там никого нет — только качели слегка покачиваются от ветра.
Взгляд невольно падает на машину Олега, припаркованную возле подъезда. Значит, он сейчас дома со своей маленькой Соней.
Невольно я вспоминаю его спокойный голос, добрую улыбку и то, как он говорил о своей дочери. В нём есть что-то такое… надёжное. Но тут же одёргиваю себя. Нет смысла думать об этом. У меня сейчас другие приоритеты.
Сев на диван, кладу руки на живот и чувствую лёгкий толчок изнутри. Улыбаюсь.
— Ну что, малыш? Ты тоже думаешь, что мама слишком много размышляет? — шепчу я, поглаживая живот.
Малыш отвечает ещё одним толчком, и я смеюсь. Всё-таки он мой главный мужчина. И пока мне этого вполне достаточно.