Мировая история для чайников. Том 1. Дописьменная история человечества

Глава 5. Человек разумный

Наш вид человекообразных называют Homo sapiens sapiens, как будто одного раза sapiens не достаточно. Слово sapiens переводится, как разумный, рассудительный, благоразумный. А совокупности наше название означает «Человек современного вида». В общем, мы такие умные, что решили подчеркнуть это повторением. Ну, а вдруг кто-то не понял с первого раза.

Какая-нибудь, не к ночи будь упомянутая, Грета Тунберг, может возразить: если мы такие sapiens, то почему же так усердно портим природу родной планеты? Однако в истории Земли это не первый и, видимо, не последний случай, когда какой-то вид полностью меняет лик планеты. Здесь уже упоминалось, что поначалу на Земле прекрасно жили бактерии, не нуждавшиеся в кислороде — анаэробные бактерии. Кислород в атмосфере Земли присутствовал, но в очень малых количествах. Примерно 2.7–2.8 миллиарда лет назад на Земле появляются цианобактерии и начинают выделять кислород. С точки зрения тогдашней микрофауны это настоящая экологическая катастрофа. Сегодня анаэробные бактерии способны жить только там, где нет света и кислорода, например, в морской воде, глубоко в земной коре, в желудочно-кишечном тракте животных и человека. Ну а мы должны быть благодарны цианобактериям, без которых наше существование на планете не состоялось бы. Может быть, спустя миллионы лет какой-нибудь новый разумный вид скажет: «Спасибо Homo sapiens sapiens».

Общее название ранних представителей современного человека — кроманьонцы. По внешнему виду они мало отличались от современных людей. Правда, поначалу у них ещё не произошло разделения на современные расы. Впервые останки этих людей были обнаружены в гроте Кро-Маньон на юго-западе Франции. Отсюда и пошло их название.

Останкам этим было около 30 тысяч лет. Однако первые кроманьонцы появились на Земле намного раньше. Новые находки постоянно отодвигают момент появления современного человека в прошлое. На сегодняшний день известно несколько местонахождений кроманьонцев в Африке. Их возраст датируется от 200 до 100 тысяч лет. Все они расположены южнее Сахары, в основном, на Юго-Востоке континента. Африканский континент современный человек покинул намного позже. Дата этого выхода разниться у разных учёных и находится в промежутке между 80 и 45 тысяч лет назад.

Существует, правда версия, что кроманьонцы распространились только в ареале неандертальцев, и то ограничились Ближним Востоком, Северной Африкой, Европой и Средней Азией. А вот негроидные и монголоидные расы сформировались автономно. Большинство учёных, впрочем, эту версию не разделяют. К концу ХХ века теория африканского происхождения человека получила убедительное подтверждение. Анализ геномов различных групп современных людей показывает, что наибольшее генетическое разнообразие наблюдается именно в Африке. В биологии это называют «эффектом основателя». Когда маленькие группы уходят осваивать новые земли, они уносят с собой лишь часть общего генофонда. Интересно, что тот же эффект обнаружен даже у бактерий, обитающих в человеке.

Вопрос же о разделении человечества на расы остаётся открытым и по сей день. Почти все учёные согласны с тем, что вид Homo sapiens sapiens возник на сравнительно ограниченной территории. Значит, на раннем этапе популяция была расово однородна. Доподлинно не известно, каким образом и когда произошло разделение человечества на расы. По всей видимости, это случилось уже после выхода человека из африканского континента. Сколько всего было рас в истории — тоже неизвестно. Даже сегодня деление на расы носит довольно условный характер. В 1780-х годах было предложено разделение человечества на три расы: европеоидную, монголоидную и негроидную. Позже различные школы антропологов предлагали иные классификации с разным количеством рас, а также и разными подходами к самому определению термина «раса».

Существует теория, согласно которой расовые различия начали формироваться уже после сельскохозяйственной революции. Сравнительно небольшие однородные группы земледельцев сумели резко увеличить свою численность, обеспечив доминирование на большой территории, оттеснив популяции и создав «большие расы».

Согласно другой теории, главную роль в формировании рас сыграла географическая изоляция. Она обеспечивалась большими расстояниями и малой численностью людей. Группы жили веками отдельно, не перемешиваясь, что и привело к закреплению отличий и возникновению различных расовых типов.

Трудно сказать, какой из теорий отдадут в будущем предпочтение. Интересный факт приводит в своей книге «Сотворение Земли» российский палеонтолог Андрей Журавлёв. Около 12 тысяч лет назад растаял ледниковый щит Северной Европы, и на её просторах появилось много новых и необжитых озер. Благодаря птицам в них попадала икра какого-либо вида рыб. За несколько тысячелетий в каждом озере один и тот же вид рыб распадался на целый букет новых. «Так, в исландском озере Тингвадлаватн из арктического гольца, в отсутствие конкурентов и несмотря на возможность скрещивания любых разнополых особей, получились крупные рыбоядные хищники, плавающие в толще воды, небольшие придонные всеядные рыбки, мелкие обитатели лавовых расщелин и приповерхностные выедатели планктона.» Таким образом, по его мнению, разделение на расы могло произойти само собой.

Судя по ископаемым останкам человека, разделение на человеческие расы произошло относительно недавно. Кости африканцев, азиатов и европейцев, чей возраст более 30 тысяч лет очень похожи между собой. Мы не можем точно сказать о цвете кожи, типе волос и других внешних характеристиках наших предков, но вот отличия в строении зубов находят в окаменелостях моложе 30 тысяч лет. До этого зубы жителей Земли были похожи в разных частях мира. В скелетах людей сколь-нибудь существенные различия появляются ещё позже, ближе к 20–15 тысячам лет назад. Различия эти проявляются в телосложении, строении черепа. Сегодня мы знаем, что эти отличия закрепились и на генетическом уровне.

Но мы немного отвлеклись. Итак, люди начали покидать африканский континент примерно 80 тысяч лет назад. Учёные указывают два основных маршрута. Один пролегал через Синайский полуостров и территорию современного Израиля. Другой путь вёл через Баб-эль-Мандебский пролив на Аравийский полуостров. Возможно, переселение происходило не одной сплошной колонной, а в несколько волн.

Всего за какие-то 40 тысяч лет человек добрался из Восточной Африки до Огненной Земли. Уже 10 тысяч лет назад все континенты, кроме Антарктиды, были заселены. При этом человек продемонстрировал чудеса адаптации к совершенно разным природным условиям. Правда поначалу вряд ли нашим предкам приходило в голову переселяться в места, неблагоприятные для жизни.

Учёные, занимающиеся реконструкцией мирового климата прошлых лет, выявили оптимальные «окна возможностей» для исхода из Африки. Маршрутом через Синайский полуостров удобно было воспользоваться около 130 тысяч лет назад. В это время на полуострове было достаточное количество осадков. Останки современного человека, а также различных африканских животных, найденных на этом маршруте, примерно соответствуют этим временам. Правда около 65 тысяч лет назад современные люди исчезают из этого региона и их сменяют неандертальцы. Некоторые учёные считают, что неандертальцы преградили путь кроманьонцев в Евразию через Синай.

Второй путь, ведущий на Аравийский полуостров, открылся примерно 65 тысяч лет назад и продолжал быть удобен ещё около 30 тысяч лет. Это было время последнего ледникового периода. Баб-эль-Мандебский пролив между Аравией и Африкой тогда в самом узком месте имел не более 5 километров. Хотя сегодня мы привыкли считать Аравийский полуостров пустыней, в те времена этот регион не раз зеленел. Следы древних рек и озёр того времени подтверждают это. Возможно, у тех людей были какие-то плавательные средства, позволившие им пересечь пролив.

Широкомасштабные генетические исследования показали, что первая волна переселенцев, прошедших через Синай, скорее всего, потерпела фиаско. Анализ ДНК современных людей, показывает гораздо более тесную связь с волной переселенцев на Аравийский полуостров 60 тысяч лет назад.

Следует отметить, что 50–100 тысяч лет назад на земле одновременно существовало несколько видов людей. На территории Евразии кроманьонцы, по-видимому, сначала встретились с неандертальцами. Почти до конца ХХ века считалось, что интербридинг (межвидовое скрещивание) между разными видами людей невозможно или, в лучшем случае, приводит к стерильным потомкам. Однако, когда научные достижения позволили расшифровать геном человека, стало ясно, что эти представления были ошибочны.

Как показывают исследования, в геноме современного человека содержится 1–4 % генов, унаследованных от неандертальцев. Правда, такие гены отсутствуют у коренных африканцев. Зато в ДНК современных жителей Африки обнаружены фрагменты, не совпадающие ни с одним из известных человеческих геномов. Значит, в Африке десятки или сотни тысяч лет назад существовала какая-то популяция, оставившая свой след в генотипе африканцев.

У жителей Японии, Китая, а также у коренных народов Америки, обнаружены участки ДНК, унаследованные от денисовцев. Меланезийцы и австралийские аборигены унаследовали до 3–5 % своих генов от денисовцев. Генетики также установили, что и между неандертальцами и денисовцами происходил интербридинг.

Согласно предыдущим теориям кроманьонцы, выйдя из Африки, словно каток прошлись по всем другим видам людей, существовавшим на тот момент. Считалось, что, обладая более высоким уровнем развития, они попросту вытеснили или уничтожили своих «конкурентов». Что касается взаимоотношений с неандертальцами, то эти две группы с удовольствием ели друг друга, когда удавалось поймать. Однако современные исследования показали, что взаимоотношения между этими двумя видами были гораздо сложнее. Генетические данные говорят о случаях скрещивания. Правда была ли это любовь по взаимному согласию или принуждение — сегодня нам не узнать.

Существует версия, что кроманьонцы могли заразить другие виды людей какими-то новыми опасными тропическими болезнями. Сами они приобрели устойчивость к этим болезнетворным вирусам ещё в Африке. А вот для других видов людей эти болезни оказались смертельными. Похожий сценарий разыгрался спустя тысячелетия, когда европейцы прибыли в Америку: завезённые ими оспа, корь и другие инфекции вызвали катастрофические эпидемии среди коренного населения, не имевшего к ним иммунитета.

Возможно, сыграло свою роль стремление кроманьонцев к доминированию. В теоретической экологии известен «принцип Гаузе». В 30-х годах ХХ века московский биолог Георгий Гаузе экспериментировал с разными видами инфузорий-туфелек. Эти виды прекрасно росли порознь в лабораторных сосудах. Когда же он пытался вырастить два вида в одной ёмкости то, чаще всего, один из них полностью исчезал. Согласно выводам Гаузе «два вида не могут стабильно занимать одну и ту же экологическую нишу в одной и той же экосистеме. Либо они достаточно быстро найдут способ ее разделить (как это сделали некоторые пары видов инфузорий), либо один из них неизбежно вытеснит другой.» По видимому, кроманьонцы «вытеснили» все другие виды человека на планете.

Из Аравийского полуострова современный человек распространился по всему свету, приспосабливаясь к самым разнообразным условиям. Добравшись до Юго-Восточной Азии, люди научились строить каноэ и освоили рыболовство. Пока одни группы осваивали юг, другие двинулись на север. На севере Якутии в ста километрах от моря Лаптевых найдены стоянки, возраст которых составляет около 28 тысяч лет. Казалось бы, зачем в ледниковый период мёрзнуть на севере, когда в тропиках прекрасная погода. К чему забираться в ледяной край, чтобы потом платить кучу денег для поездок в отпуск на юга? Однако у древних охотников была своя логика, простая и практичная: идём туда, где больше пищи.

В экологии известно так называемое «правило Бергмана»: размер тела увеличивается с широтой. Самые крупные млекопитающие, покрытые шерстью мамонты, обитали именно в тундровых районах севера. Там же паслись громадные стада северных оленей, бизонов, лошадей. Причём конкурентов на это мясо не наблюдалось. Вот люди и двигались за стадами. Каждое поколение передвигалось севернее на несколько десятков километров. А по прошествии нескольких сотен лет уже и забылось, что предки жили на юге и не знали полярной ночи. При этом, даже в ледниковый период, климат в той же Сибири был нередко похож на современный.

Современные психологи, социологи, сексологи, всякие прочие «ологи» и даже экономисты, пытаясь объяснить наше поведение сегодня, ссылаются на привычки и установки, выработанные за десятки, а то и сотни тысяч лет жизни в племенах охотников-собирателей. Однако на деле оказывается, что их изначальные предположения не имеют ничего общего с реальностью. Так, например, ещё Адам Смит, основоположник современной экономической теории, утверждал, что в основе экономической жизни лежит тяга к обмену. По его мнению, она возникла ещё в первобытных охотничьих племенах. Когда же прямой обмен начал вызывать затруднения, то и появились деньги, как универсальный посредник. Эта идея легла в основу экономической догмы и бесконечно повторялась его последователями. Однако британский антрополог, Кэролайн Хамфри, изучив этот вопрос, пришла к однозначному выводу: «Не было описано ни одного случая бартерной экономики в чистом виде и появления на её основе денег; все имеющиеся у нас этнографические данные свидетельствуют о том, что такого никогда не было».

Вряд ли наши предки, вообще, утруждали себя счётом. В 1922 году американский исследователь Питер Гордон провёл интересные эксперименты в бразильской Амазонии. Там вдали от цивилизации в хижинах с крышами из пальмовых листьев живёт народ пирахан. Гордон провёл эксперимент с использованием пальчиковых батареек. Он выкладывал несколько штук в ряд и просил одного из аборигенов выложить рядом еще одну линию с таким же количеством батареек. С линией из одной, двух или трех батареек они справлялись без труда. Повторить линию с большим числом батареек они не могли. Аналогичные трудности возникали и при копировании символов, нарисованных на бумаге. Гордон пришёл к выводу, что «при их образе жизни мозг просто не находил причин формировать концепцию чисел».

Можно пытаться реконструировать жизнь охотников-собирателей, изучая их стоянки, захоронения и разнообразные артефакты. Однако любые попытки понять их образ мышления остаются лишь домыслами. Настоящую реальность — то, как они действительно думали, чувствовали и воспринимали мир — мы, скорее всего, не узнаем никогда.