Многоликая в танце. Изумрудный бал

Глава 6

Корона была в надёжных руках. В этом я смогла убедиться не один раз. До меня стали долетать обрывки разговоров других адептов про Литию. Не знаю, как это работало, но сейчас я сама удивлялась, почему раньше про неё сама не услышала.

Приближалось самое страшное время для студентов — сессия. Старшекурсники не упускали случая постращать нас, что мы не сдадим. Из всех первогодок больше всего боялась Вайолет Грин, девушка с ушками, как у летучих мышей. Училась она, на удивление, плохо. Я тоже тряслась, пока не сдала все экзамены. Не зря училась. А вот Вайолет завалила сессию. Правда, до меня донёсся слух, что она вылечила неизлечимо больного орка. Там даже сама магистр Бремосси была в шоке и обещала зачесть Грин все экзамены, если та напишет, как ей это удалось.

Мне вот тоже было интересно узнать, чем вся эта история закончится, но регент проводил свои танцевальные уроки довольно регулярно, и мне надлежало их прилежно посещать.

Я шла к нему как на очередную битву, поэтому не ожидала услышать:

— Поздравляю с успешной сдачей экзаменов, — Виарат дор Халденрей улыбнулся. Суровые черты смягчились. Глаза засияли ярче. — Твой подарок отправился к тебе ещё вчера в твою комнату в общежитии. Думаю, что ты его уже успела оценить.

— П-подарок? — что он ещё задумал? Очередная проверка или психологический трюк? Как же с ним сложно.

Стоп! Он сказал «в общежитии»? Но я там не живу! И что теперь делать?

— А поблагодарить? — его улыбка и взгляд потухли. — Или лорд Дамхорфъ тебя этому не научил?

— Э…

Слова никак не находились. Рассказывать ему о своих трудных взаимоотношениях с соседкой по комнате не хотелось вот ни капельки.

— Благодарю, — я присела в реверансе, хорошо, что платье надела сегодня, иначе бы это выглядело смешно. — Это подарок, достойный рейнисы, — лучше так сказать, чем совсем промолчать.

— Я хочу, чтобы ты надела и платье, и украшения на бал.

Что? Я замерла, стараясь удержать на лице нейтральное выражение, чтобы по нему нельзя было прочитать мои эмоции. И я так сосредоточилась на том, чтобы не выдать себя, что не заметила, как тёмный маг подошёл ко мне и протянул руку, в которую я по привычке вложила свою ладонь. Он повёл в танце. Я следовала за партнёром, отведя взгляд в сторону.

Что делать? Если платье и украшения в моей комнате, то соседка, скорее всего, их забрала. Нужно наведаться туда и вернуть их. Если я приду в обычной мантии на бал, то дор Халденрей… У меня вспотели ладони от возможных последствий.

— Нервничаете? — усмехнулся регент.

— Отхожу от экзаменов, — бросила я, не глядя ему в лицо.

Точно! Я совсем забыла про ежегодный бал в академии. Только и делала, что училась и читала газеты. А перед балом ещё и ярмарку должны устроить. Иви про неё трубила. Да и от Тэсс я тоже про неё слышала. Но у меня совсем не было времени на развлечения и шалости, которые устраивали другие адепты. Даже Грызарур уже стал беспокоиться о моём состоянии, не заболела ли я. Ведь все студенты так или иначе участвовали в шалостях. Вон, ведьмы перекрасили мантии боевикам в розовый. А из-за чего всё случилось, я так и не разобралась, потому что зарылась в учебники и газеты.

— Урок закончен, рейниса, — Виарат дор Халденрей отступил на шаг от меня, и я очнулась от своих мыслей. — Встретимся уже на балу. Я буду вашим спутником.

И во второй раз он оставил меня.

Может, мне стоило подумать, почему регент больше не задавал мне никаких вопросов или не давил своими приёмчиками, но у меня было очень важное дело — вернуть себе его подарки.

Я неслась во весь дух в общежитие лекарей, чтобы остановиться только перед дверью в свою комнату. Свою только номинально. Я повернула ручку и вошла. Соседки, которая хвасталась своей родословной, не было, и я выдохнула с облегчением. Хотя бы не придётся со скандалами и криками возвращать свои вещи. На той кровати, что должна была быть моей, лежала большая коробка нежно-розового цвета, перевязанная розовым атласным бантом. Рядом находилась коробка поменьше, на ней сверху положили квадратный футляр, обитый тёмно-синим бархатом. Все коробки выглядели так, словно их совсем недавно доставили, и никто их не вскрывал. Неужели у моей соседки отсутствует женское любопытство? Я подошла и коснулась банта, который заискрился и осыпался золотистыми всполохами. Значит, заколдованы. Только я смогу их открыть. Отлично!

Я сложила коробки одна на одну, подхватила футляр подмышку и вышла из комнаты, пока не вернулась крикливая соседушка. О примерном содержимом я уже знаю, поэтому рассматривать всё буду в безопасном месте.

— Адептка фер Плюморфъ! — громкий высокий голос на грани визга послышался за коробками.

Я осторожно выглянула сбоку и увидела светловолосую женщину в строгом костюме с галстуком. Непроизвольно сглотнула. Хотя, мне раньше не доводилось встречаться с этим Террором, но даже я была наслышана о местной психологине Идан Теер, которая собственной персоной стояла передо мной и смотрела на меня сверкающим взором. Я попала и пропала! Она же сейчас привяжется так, что не отцепится. И с грузом-то быстро не убежать.

— Адептка Миарина, мне вы можете рассказать всё, что вас гложет изнутри, — провозгласила магистр Теер.

— Меня ничего не гложет, — процедила я сквозь зубы, пытаясь обойти её справа.

Психологиня загородила мне дорогу.

— Рина, позволь обращаться к тебе на «ты», — она схватилась за коробки с противоположной стороны. — Я уверена, что тебе нужна моя помощь.

— Благодарю, но коробки я могу и сама донести, — я попыталась вырвать их из её рук, но Террор вцепилась намертво.

— Мне донесли, э, я случайно узнала, что ты не живёшь в выделенной тебе комнате, а ютишься у Грызарура, — она никак не хотела отдавать мои вещи. — Вы, лекари, лечите человеческие тела, а я лечу их души.

Лечим, как же! Магистр Бремосси сказала бы, что мы их точно КАлечим. Это утверждение было верным и для психолога, которая могла заколебать любого. Вот, например, как меня сейчас.

Как Теер узнала, что я поссорилась с соседкой? Я же никому не жаловалась и не обсуждала ни с кем этот момент. Огляделась. Вдруг «доброжелатель» захочет раскрыться, чтобы его потом непременно поблагодарили. Не зря же Террор оговорилась. Из-за угла выглядывало знакомое лицо той самой родовитой лекарки. Надо записать, чтобы не забыть.

Соседка заметила, что я смотрю на неё, негромко ойкнула и скрылась за поворотом, чтобы не попасть под раздачу от Идан Теер.

— Я успела ознакомиться с твоим личным делом. Мне, как первоклассному специалисту, сразу стало понятно, в чём причина твоих проблем и неудач в общении с другими адептами, — она, наконец-то, убрала с коробок одну руку и подняла указательный палец вверх. — Бедная девочка, тебе в детстве так не хватило любви матери и отца. Родители оставили тебя одну-одинёшеньку ещё маленьким ребёнком.

Сперва я почувствовала сковавший внутренности лёд, который постепенно превращался в бушующее пламя. Чем дольше развивала эту тему Теер, тем сильнее разгорался гнев. Я вновь попыталась вырвать коробки и снова потерпела бы фиаско, но тут в конце коридора раздался голос, который я меньше всего хотела услышать:

— Что здесь происходит?

К нам шёл Виарат дор Халденрей.

— Ах, вот оно что, — выдохнула Идан Теер. Её взгляд плотоядно блеснул, и руки, наконец, отпустили мои коробки.

Воспользовавшись моментом, я обежала её и спряталась за широкой спиной регента.

— Лишившись родителей, ты выбрала себе на роль отца мужчину, который старше тебя. Только пойми, что родителей он тебе не заменит. Это будет нездоровая любовь, — своим высоким голосом вещала Террор.

— Мы торопимся, магистр Теер, — кивнул дор Халденрей, развернулся, развернул меня спиной к ней и положил ладонь мне на поясницу.

Тепло его тела обожгло меня даже сквозь все слои одежды. Я выпрямилась так, словно жердь проглотила. Вроде теперь его рука ощущалась несильно. Коробки нести стало неудобно, но перехватить их или снова ссутулиться не пыталась, иначе снова почувствую тепло его тела.

Искоса взглянула на него. Казалось, что он не заметил моей реакции и вёл дорогой, которая была известна только ему. Я опустила взгляд и задумалась, почему так остро отреагировала на его прикосновение.

Мы танцевали не один раз. Иногда позы были более провокационными, порой переходящие рамки приличия. Да, я не оставалась равнодушной в такие моменты, потому что перед этим тёмный маг обязательно меня выводил из себя, добивался того, что я теряла контроль над собой, своими чувствами, и выдавала свои мысли.

И вот сейчас снова.

Неужели это слова психолога так на меня повлияли? Я, уже не таясь, посмотрела на регента. Он совсем не похож на моего отца. Нисколечко. Ни внешностью, ни характером, ни поведением. Но в чём-то Идан была права: я рано лишилась родительской любви. Телохранитель не смог подарить осиротевшей девочке душевное тепло. Каким бы хорошим опекуном ни был лорд Дамхорфъ, он исполнял свой долг. До самого конца.

Я сглотнула образовавшийся ком в горле. Слёзы подступили к глазам. Они бы непременно пролились, но Виарат дор Халденрей толкнул меня в раскрытую дверь.

Мы оказались в полутёмной комнатке. Я сразу выставила между нами коробки, как барьер. Пусть он и не защитит, но хотя бы оттянет неминуемое на пару мгновений. Дор Халденрей наступал. И вот я прижалась спиной к стене, держа перед собой коробки, словно щит. Тёмный маг стоял с противоположной стороны от них и прожигал меня почерневшим взглядом. Ой!

— Ты не живёшь в своей комнате, — его слова прозвучали явно как утверждение. Вопросом даже и не пахло.

Вместо ответа, я отвела взор. Он и сам обо всём догадался. Зачем говорить?

Я вздрогнула, когда сильные шероховатые ладони коснулись моих. Регент схватил меня за запястья. Я больше не удерживала коробки, весь их вес лежал на его предплечьях. При попытке выдернуть руки, он крепче сжал ладони.

— Д-да, я не ж-живу, — проговорила я.

— Ты дала клятву лекарей? — вопрос прозвучал хлёстко. От прозвучавшей интонации меня ещё сильнее вжало в стену. Я сглотнула.

— К-клятву? — переспросила я.

Ни о чём подобном я пока ещё не слышала. Не доводилось, а теперь придётся разузнать.

Виарат дор Халденрей моргнул. Тьма ушла из его ярко-голубых глаз. И вот уже мороз больше не пробирает меня по коже при одном только взгляде на него. Даже дышать стало легче. Тёмный маг отпустил меня и отступил, повернувшись боком. Под тяжестью коробок страх почти растворился.

— Я решу вопрос с твоей комнатой, — сказал он и развернулся, чтобы уйти.

— Нет! — вскрикнула я, уронив на пол коробки, и схватила его за рукав кафтана.

Подумаешь, взяла его за руку. Мы столько раз держались за руки в танцах, соприкасались телами, но почему тогда моё сердце так громко стучит? Мои пальцы дрогнули на плотной ткани. Я оторвала взгляд от них и подняла лицо к дор Халденрею. Он тоже смотрел на мою ладонь на своём предплечье, а затем взглянул на меня. Истукан. Бесчувственный и толстокожий. Его взор совсем ничего не выражал. Под равнодушным взглядом я опустила глаза к месту нашего соединения. И вот смотреть на собственную ладонь на его рукаве стало в разы сложнее. Неловкость, стеснение, робость — целый вихрь эмоций закружил меня. Впервые я сама коснулась его по своей воле.

Я сглотнула ком в горле.

— Я сама… хочу… разобраться с этой проблемой, — выдавила я из себя, отведя взгляд в сторону.

— Хорошо.

Ответ прозвучал быстро. Я даже не ожидала, что тёмный маг согласится без каких-либо объяснений с моей стороны, и разжала пальцы. Я вздёрнула голову, чтобы посмотреть в его лицо, но он уже отвернулся и шёл к двери.

На пороге регент обернулся:

— Магистр Теер ушла. Ты спокойно сможешь дойти до комнаты Грызарура, — последовала пауза, за время которой я успела в который раз изумиться его осведомлённости о моей жизни здесь. — Не затягивай, — бросил Виарат дор Халденрей и вышел, оставив меня одну в комнатке.

Я осела на пол рядом с упавшими коробками. Когда же я научусь с ним общаться, не теряя столько энергии? Хорошо, что ещё он не вспомнил про корону. Раунда про неё я бы точно не выдержала.