Многоликая в танце. Изумрудный бал

Глава 8

Платье было голубым с серебристым отливом. Под цвет моих глаз. Пышная юбка, небольшие рукавчики на плечах и корсет, который приподнял мою небольшую грудь. Волосы я собрала в косу и уложила её на затылке, закрепив красивыми шпильками, украшенными бриллиантами. Шею опоясало ожерелье из тех же камней, что и шпильки. Браслеты на руках и несколько колец также составляли единый ювелирный гарнитур. Ноги в чулках просунула в атласные туфельки на небольшом каблучке. И только после этого решилась посмотреть на себя в зеркало в комнате, которую делила с соседкой, Инидой Ронегатской.

В тот вечер, после прогулки по заколдованной деревеньке, которая появилась в Академии на один день перед балом, я заглянула к Грызаруру и взяла пару учебников, чтобы сразу обозначить в комнате свою территорию. На выходе из его комнатушки задумалась и взяла коробку с платьем, подарок дор Халденрея.

— Явилась? — встретила она меня с ехидной улыбкой.

— Спасибо за душевную беседу с психологом, — улыбнулась я ей и плюхнула коробку на кровать, которая была вроде как моей.

Родовитая дворянка безусловно уже успела рассмотреть снаружи коробки до того, как я забрала подарки тёмного регента. Заглянуть внутрь ей не дала магия.

— Так ты из аристократии? — спросила она скучающим тоном, но я уловила в её голосе нотки любопытства.

— Как ты догадалась? — удивилась я.

Пришлось применить всё своё актёрское мастерство, которое требовалось, когда надеваешь чужую личину. Только сегодня моё настоящее лицо.

— Такие вещи позволить себе оборванки точно не могут, — хмыкнула Ронегатская, открыто демонстрируя превосходство. — Из мелких или новоявленных? — надменно уточнила она.

— Новоявленных, — и ведь я не соврала. Наследницу представили народу, так что да, новоявленная.

— Понятно, — после моего ответа от неё просто фонтанировало высокомерием. — Мой отец — граф Ронегатский. Моя семья имеет длинную родословную, в которой отметились даже несколько правителей, поэтому ко мне можешь обращаться леди Инида. И книксен не забывай.

На её тираду я только приподняла правую бровь. Ко мне можно обратиться только через запись к регенту. И не факт, что он тебя допустит до моей особы. Ах, да, и реверанс не забывайте.

Мой расчёт оказался верным: аристократка была высокого мнения о себе и низкого о других. Стоило только заинтересовать её (спасибо дор Халденрею за его подарки — вот уж не думала, что поблагодарю его, пусть и мысленно), как с ней можно было ужиться.

Вела Инида себя всё равно чванливо. По большей части она меня поучала, как должна вести себя истинная аристократка.

— Не ешь руками! Для этого есть столовые приборы. Закажи у своих опекунов, если их нет.

— Сиди ровно. Леди не должна сутулиться. Это удел холопов.

— Одевайся соответствующе своему статусу. Что это на тебе за тряпки?

Нет, всё-таки я перегнула, когда сказала, что можно ужиться, поэтому сбегала к Грызаруру, чтобы там немного позаниматься в тишине. Да, к бобыдру заглядывали адепты за помощью, но, по крайней мере, там можно было учить и читать мои газеты, которые так и не переехали со мной. И там же я продолжала свои тренировки по превращению в животных.

Но сегодня… Сегодня Изумрудный бал.

Я специально оттягивала время, чтобы не идти со всеми. Инида ещё с утра начала прихорашиваться, поэтому я сбежала из комнаты, чтобы она не заставила меня следовать каким-то там правилам, которые учат все благородные дамы. Но как бы я не затягивала процесс, но идти всё равно придётся. Регент чётко дал понять, что будет меня сопровождать. Не зря же он меня учил столько танцевать!

Когда я вышла из крыла лекарей, то шла в полном одиночестве. Все адепты уже ушли, и одна я ползла, как улитка. Но и мой путь очень быстро завершился, как мне показалось. Я проскользнула в дверь и увидела, как магистр Бремосси отчитывала за опоздание своего племянника, который вечно ошивался с одним из моих однокурсников, кажется, его звали Эсташ. С ними под раздачу попала Тэсс. Она сегодня выглядела великолепно. Вторую девушку я не разглядела, потому что заметила, как Мося прошлась взглядом по толпе. И чтобы не попасться под горячую руку, я быстренько смешалась с толпой.

В толпе было непривычно, поэтому я всё же решила держаться с краю и в стороне, чтобы не привлекать к себе внимания. Вот только я его и так не привлекала: в торжественном зале царил лёгкий хаос, который не помешал мне рассмотреть новогоднее убранство: сверкающие гирлянды, блуждающие разноцветные огоньки, магические всполохи, столы с закусками, за которыми следили невидимые кухонные помощники, оркестр, в котором зачарованные музыкальные инструменты сами играли в воздухе, танцующие пары — всё это создавало ощущение чего-то чудесного.

Я никогда раньше не праздновала этот праздник. Для меня всё здесь было в новинку. Как-то не получалось у нас с опекуном спокойно провести этот день. Лорд Дамхорфъ всегда учил, что в праздничные дни часто случаются судьбоносные происшествия. И не всегда хорошие. Во время празднования люди расслаблены, становятся невнимательными. В нашем случае нам с ним грозила смерть от предателей. И мы старались избегать шумных веселий.

В академии было всё иначе. Почти.

Я стала замечать, что некоторые адепты то группировались, то быстро расходились. То возле котлов с пуншем собирались, то быстро рассыпались в разные стороны. Особенно скорость исчезновения увеличивалась, стоило появиться поблизости кому-то из преподавателей. Кто-то из магистров поймал кого-то, кто, видимо, нарушил правила, и теперь его под конвоем уводили с празднования.

Всеобщее веселье было прервано потоком отборной ругани. Я нашла взглядом извергающийся словесным поносом источник. Это наша психологиня, мокрая и покрасневшая от ярости. Её быстро утихомирили и унесли на носилках. Магистр Бремосси, поджав губы, проследовала за успокоенным Террором. Мне тут же вспомнилась клятва лекарей.

— Добрый вечер, рейниса, — раздался за спиной самый нежеланный голос.

Я обернулась и встретилась взглядом с Виаратом дор Халденреем. Он не изменил себе в стиле одежды: длинный кафтан, брюки и сапоги. Разве что добавился аксельбант на кафтане. Но всё же что-то неуловимо изменилось в нём. Я присмотрелась и не сдержала удивления: его волосы. Раньше тёмный маг носил длинные волосы, но сегодня они доставали только до плеч.

— Добрый, — буркнула в ответ, понимая, что я слишком долго его разглядываю.

Вместо всяких слов, регент протянул мне руку, приглашая на танец. С видом приговорённой к казни я вложила свою ладонь, и мы присоединились к танцующим парам.

Я старательно отводила взгляд, поэтому хорошо рассмотрела внешний вид адепток и поняла свою оплошность. Макияж. Я заявилась на бал совсем не накрасившись. Видела, как Инида наносила на лицо различные крема, работала кисточкой вокруг глаз, красила губы, но сама совсем не подумала об этом. И если бы не тёмный маг, круживший меня в танце, я бы не вспомнила даже про платье.

Новый переполох случился, когда розовые мантии боевиков вернули свой первоначальный цвет. Не знаю, почему они стали розовыми, не интересовалась этим.

Мы вышли как раз из круга танцующих. Я подхватила первый попавшийся бокал с пуншем, но Виарат дор Халденрей перехватил мою руку и отобрал его.

— Лучше не стоит, — усмехнулся он и вручил мне другой.

Благодарить не стала, но жажду утолила.

— Прогуляемся? — предложил регент.

Можно подумать, что у меня был выбор. Я согласилась. Мы вышли на один из балконов, которые опоясывали академию снаружи, и я поёжилась от холода. Дор Халденрей снял с себя кафтан, оставшись в чёрной рубашке, и накинул его на меня. Сразу стало тепло. Меня окутало его запахом, от которого сердце забилось в предвкушении. Вот только чего? Что готовила мне его доброта и молчание? За весь вечер он проронил всего лишь пару фраз. Маг прошёл к парапету и облокотился на него. Повисло молчание. И зачем было меня приводить сюда?

Стоило подумать, как раздались громкие хлопки, и небо озарилось вспышками салютов. Я стояла с открытым ртом, наблюдая за этой красотой. Огненные цветы расцветали и угасали, чтобы на их месте вспыхнули другие. Никогда прежде мне не доводилось видеть салют так близко. Я с восторгом наблюдала за пиропредставлением, которое завершилось огромным драконом, взлетающим в небо. От него у меня даже дыхание прервалось.

В этот самый момент над моим ухом прозвучало:

— Сразу после бала мы отправляемся домой. Каникулы проведёте во дворце, — и словно этого было мало, он положил руки на мои плечи.

Очарование праздника испарилось в один миг, и по щеке скатилась одинокая слеза.