Глава 4

— Повторяю! — продолжал хриплый голос по рации. — Говорит маршал Дерайга. Приказываю…

Вот, значит, как всё вышло. Я молча подошёл к микрофону.

— На каком основании вы командуете, маршал Дерайга? — спросил я.

— Это для безопасности наших людей, генерал Загорский. Я принимаю командование на себя и…

— Я обвиняю вас в измене, маршал Дерайга. И приговариваю к смерти за предательство. Любой военнослужащий империи или Дома Варга обязан прикончить вас на месте. И…

Рация замолчала, на ней больше не светились лампочки. Свет в бункере погас. Стало темно. Это вырубили генератор.

Сергей молча развернул тощего парня, у которого на спине была переносная рация, и начал тыкать её. Но бесполезно, вокруг толстый камень, сигнал не пробьётся. Один из штабистов достал динамо-фонарик.

— Дерайга предатель? — удивлялся полковник Горностаев. — Но ведь…

— Слушайте мой приказ, полковник, — продолжил я. — Немедленно…

Дверь бункера открылась. Людей, которые входили, я не знал. Но даже в слабом освещении от ручного фонарика видно, что за их спинами лежали тела гвардейцев Яна, которые охраняли вход. Дерайга отправил кого-то поговорить со мной лично.

Сергей, мой телохранитель и радист, среагировал быстрее всех. Он направил свой штурмовой дробовик на проход.

Картечница начала палить в нашем небольшом помещении, оглушительно и больно для ушей. Крупная дробь чуть ли не разрывала вошедших на куски. Штабные офицеры достали револьверы и тоже принялись стрелять.

Я расстегнул рукава. Больше нечего скрывать, ведь никаких других козырей у нас не осталось. Но и про револьвер не забывал. Стрелял самовзводом, особо не целясь, любимой манерой Янека. Оружие подбрасывало от отдачи.

Пули чиркали о бетонные стены и выбивали из них крошку, разбили графин с водой на столе и сломали выключенные рации, попали в обогреватель у стены.

Стреляли с той стороны, стреляли из нашей. Кичиро Кобаяши и полковник Горностаев палили из дорогих самозарядных пистолетов. Гильзы из них летели в мою сторону.

Один из штабистов рядом со мной выронил оружие и начал оседать на пол. Я подхватил его, чтобы не упал, но он умер раньше, пуля попала ему в грудь.

Сергей перезарядил дробовик и пустил в проход ещё несколько зарядов картечи. Второй телохранитель, тот высокий тощий парнишка, перезаряжал револьвер дрожащими руками.

Нужно выходить отсюда и прорываться к риггам. Собирать все войска, какие смогу, перегруппироваться и контратаковать, пока этого не ждут. Один план пошёл в преисподнюю, но у меня есть ещё.

В ушах звенело, я не услышал звук падения небольшого металлического предмета. И не сразу увидел, как к нам закатился чёрный ребристый корпус гранаты.

Сергей грубо оттолкнул меня так, что я едва не упал, и пнул её назад.

Взрыв!

Граната взорвалась снаружи, но всё равно это было чудовищно громко. В ушах звенело так, что у меня едва не лопалась голова. Сергей повернулся ко мне и впервые за всё время, что я его знал, улыбнулся. И сразу упал навзничь, опрокинув стол.

Сегодня он не надел свой нагрудник штурмовика, так что на его чёрной гвардейской шинели осталось несколько дыр от пуль. Дробовик упал рядом.

Хоть там взорвалась граната, но враги всё равно лезли к нам. Время для другого оружия.

Первый, кто влетел в помещении, вспыхнул ярким красным пламенем и упал на пол. Я вытянул правую руку в сторону, чтобы звенья цепи обвязали кулак, а левую направил к проходу, взмахнув цепью как хлыстом. Посыпались искры.

Одного убило насмерть, пробив ему голову. Второго я подтянул к себе и врезал кулаком с цепью. Успел увидеть, как обломки его зубов посыпались ему в горло, а нос ушёл глубоко в лицо.

Отбросил его и ударил сразу двумя цепями. Потом поджёг ещё двоих. Теперь здесь совсем светло.

— Уходим! — приказал я, почти не слыша себя. — Нам нужно…

Пол под ногами содрогнулся так, что я упал. С потолка посыпались камни и крошка. Ещё взрыв, пока я лежал, нас начало трясти. Воняло тухлым яйцом и гарью.

Они стреляют по бункеру в горе. Ну конечно же Дерайга сдал, где я нахожусь.

Зараза!

Он же был другом моего брата. Как так?

Ещё один взрыв. Это бьют ригги с главных калибров. Я начал подниматься, но потолок сверху треснул.

Что-то упало мне на голову. Последнее, что я видел, это приближающийся к моему лицу пол.

* * *

— Господин генерал! — услышал я далёкий голос.

Будто кричали сквозь подушку.

Голова раскалывается, пульсирует где-то в затылке. Как же холодно. Я что, лежу в снегу?

Кто-то потёр мне лицо мокрой ледяной ладонью. Я открыл глаза.

— Вы живы!

Надо мной склонились Кичиро Кобаяши, полковник Горностаев и тот тощий парнишка, что постоянно таскал рацию следом за мной, кандидат в штурмовики и напарник погибшего Сергея. Парень улыбался. Ещё тройка штабистов, кто выжил.

Вокруг горы. Мы к северу от Нерска, меня кто-то вытащил из бункера и понёс на север. Момент для контратаки утерян. Пора действовать иначе. Умнее и осторожнее. Я не имею права сдохнуть именно сейчас. Выживу и вернусь к войне. Вытащу наших. Или отомщу за них.

— Господин генерал, — полковник Горностаев сел на корточки рядом со мной. — Нам нужно…

— У меня приказ, полковник, — сказал я хриплым голосом. — Отправьте людей туда, в город. Нужно выяснить, что с лордом Варга, Валентином Климовым и Марком Драганом. Немедленно!

— У меня никого… — начал оправдывать полковник.

— И ещё… пока не найдут их тел, не допускать никаких слухов о их смерти. Нет тела — могут быть живы, понятно?

— Да… но нам нужно идти!

— Идём.

Тощий парень подхватил меня. Что, этот тип с тонкими ножками пёр на себя мою тушу и ещё рацию?

— Сам пойду, — я взялся за его плечо и с трудом поднялся.

Рёбра заныли, болел затылок. Моя фуражка куда-то потерялась, а шарф сильно сдавил горло. Уши и пальцы замерзали на морозе.

— Работает? — я показал на рацию. — Тогда свяжись с отступающими. Императорская гвардия, гвардия Дома Варга, регулярная армия и клановое ополчение. Сбор в точке М. Нужно перегруппироваться, а не просто пойти в атаку при всём параде и сдохнуть. От того, что нас всех перебьют, лучше станет только врагу. Мы ещё покажем им, чего стоим.

— Маршал Дерайга знает об этой точке? — спросил Кобаяши.

— Конечно, знает, он же высший военный. Он в курсе многих планов. Но не этого. Этот только у меня в голове.

— На случай поражения? — спросил старый генерал и преподаватель.

— Это не поражение, Кичиро. Это далеко не поражение. Мы ещё живы, и наша работа не закончена.

— Согласен, — он невозмутимо кивнул. — Надо продолжать всегда.

Парнишка с рацией снял её с плеч и начал тыкать. И вскрикнул, когда пули начали бить рядом с ним.

Я оттащил его за шиворот, чтобы спрятаться за камнями. Но рации конец, ей досталась пара пуль. Один штабист упал в снег. Кровь в темноте на белом снегу казалась чёрной. Потом упал ещё один и ещё.

Враги в чёрной форме наступали на нас. Только пехота, вооружённые автоматами с дисковыми магазинами, из которых они били совсем неприцельно. Но их десятка три, зачем им целиться? Они нас и так кончат.

Я посмотрел на руку. Пальцы начали зудеть и нагреваться. Те, кто выжил, уставились на меня. Ну и пусть, зато мне стало тепло. Я коротко выглянул и швырнул красный огонь в них.

Загорелись сразу двое, освещая чёрно-красную и чёрно-жёлтую форму освещая остальных пехотинцев Мидлии и Хитланда. Новички, ещё не обзавелись маскировочными халатами.

Но они не испугались огня и пошли в бой. Скоро будут здесь.

— Готовимся, — приказал я. — Нужно только…

Грохнул залп, а потом пошли отдельные и хлёсткие выстрелы винтовок. Кто-то палил с холмов, но не по нам, а по южанам. Прицельно, снайперским огнём. Из самозарядных винтовок и винтовок с ручным затвором. Быстро, метко и смертоносно.

Не прошло и минуты, как все лежали, никто даже не успел сбежать.

К нам подъехали лыжники. Поверх чёрных мундиров белые маскхалаты. На плечах — снайперские винтовки с длинными оптическими прицелами.

— Майор Романов, третий батальон гвардии Великого Дома Варга, — отчитался мне молодой офицер. — Прибыли выполнять приказ. Нас преследуют, поэтому прошу как можно скорее покинуть это место.

— Какой у вас приказ? — спросил я.

— Лорд Ян Варга лично велел, — офицер откашлялся и отвёл взгляд. — Он велел, что если с ним что-то случится, чтобы мы охраняли вас и Её Императорское Высочество так же, как его самого, — он вздохнул и добавил: — Лучше, чем его самого.

— Благодарю за работу, — я показал на север. — Точка М! Выходим немедленно!

К гвардейскому батальону, изрядно потрёпанному после боя, прибились мардаградские пехотинцы и клановое ополчение. Мы пошли пешком, я на лыжах ездить не любил.

Пехоте проще пройти через горы. Но рано или поздно сюда придут ригги, местность сложная, но шагоходы пройдут. А у нас нет ни одной боевой машины. Все, что были в армии Огрании — повреждены, уничтожены или сдались.

Долбанный маршал Дерайга. Убью его лично. Как давно он решил предать? Наверное, с тех самых пор, как пала западная линия обороны. А может и раньше.

— Контакт с противником! — раздалось впереди колонны.

Я залёг в укрытие, пытаясь понять, что происходит. Гвардейцы Яна вступили в бой с отрядом врага. Поскольку рации не было, приходилось рассчитывать на зрение и слух. И отчёты.

Один гвардейский офицер залёг рядом со мной прямо в снег, держа снайперскую винтовку, замотанную белыми тряпками.

— Кто это напал? — спросил я его.

— Отряд дома Чэн, — доложил он. — Их около роты, но у них удачная позиция.

Они засели в конце ущелья. И у них даже был пулемёт, я слышал его недовольный рокот короткими очередями. Надо как-то обходить, но это далеко.

Пока мы идём или замерзнём, или нас перестреляют. Тем более, за нами идут почти по пятам. Ещё немного, и нас окружат.

— Надо прорываться, — сказал я. — Любой ценой, или нам конец.

Я начал обдумывать план, хотя давно уже не занимался планированием боёв на уровне батальонов и рот.

Но прорываться нам самим не пришлось.

Раздался настолько дикий звук, что я прекрасно его слышал, несмотря на небольшую глухоту после сегодняшних взрывов.

Ненавижу этот звук.

— Волынки! — радостно крикнул кто-то из наших.

И чего они радуются? Это же нарландская пехота, они враги… хотя нет, Нарландия же отступила. А это значит…

— Императорская гвардия! — доложил мне офицер, глядя в бинокль. — Элитные штурмовики! Они атакуют их с тыла!

Как нарландские штурмовики ведут бой прямо сейчас я не видел, но знал их тактику прекрасно.

Позиции врага уже скрыты маскировочным дымом. Сейчас штурмовики подбираются вплотную под безумный рёв волынок, на которых играли где-то в укрытии.

Адский музыкальный инструмент надрывался, эхо разносилось в горах. Не могут они атаковать спокойно?

Но уже пора пойти гранатам.

Они не заставили себя долго ждать. Взрывов было так много, что земля затряслась, а сверху, со стен ущелья, посыпался снег, лёд и камни.

Теперь зачистка в ближнем бою.

Маскировочный дым рассеялся. С моей позиции видно, как рослые и здоровые мужики в чёрных нагрудниках поверх шинелях в упор расстреливают врага из штурмовых дробовиков.

У низкорослых бинхайцев нет никаких шансов против гвардии.

А тех, кто отходит, всё равно достают. С одной стороны стреляет гвардия Варга, с другой императорские снайперы. Там и там Нерские стрелки, но у императорских подготовка лучше. Били без промаха.

Стало тихо, не было даже стонов раненых. Потом раздались крики, это гвардейцы Варга приветствовали императорских коллег. Зато замолчали волынки.

Я поднялся и пошёл им навстречу, чтобы поприветствовать подмогу.

— Генерал Загорский, — Игнат Воронов, крепкий офицер, командующий императорской гвардией, отдал мне воинское приветствие. На кончиках его чёрных усов намёрзли маленькие сосульки. — Мы пришли вас встретить по приказу Её Императорского Высочества. Но нужно уходить. Наша разведка засекла три ригги, которые разыскивают вас в горах.

— Благодарю за службу, — сказал я и пожал ему руку. — Продолжаем путь, нам нужно перегруппироваться. Жду отчёты от вас всех. Мне нужно знать, что происходит повсюду.

Мы, теперь уже усиленный отряд, прошли через ущелье мимо десятков трупов разведывательного отряда армии Бинхая. Дядя Ван Чэна трепыхается слишком долго. Похоже, племянник не скоро доберётся до власти.

— Её Императорское Высочество укрыта в старой шахте игниума, — отчитывался мне Воронов по дороге. — Это ненадёжное место, надо его сменить. Господин генерал, позвольте узнать, есть ли у вас в запасе план на этот счёт?

— Есть. Но он пока останется у меня.

— Понимаю. Но мы сделаем всё от нас зависящее, чтобы спасти Её Высочество.

— Мы ещё победим, — пообещал я. — Мы ещё вырвемся отсюда.

Я остановился у края ущелья и посмотрел вверх и по сторонам. Это одно из многих, но здесь самый короткий путь к точке М. А за нами враги, дышат нам в спины.

Но с этим можно справиться.

— Подождите, — сказал я.

Я вытащил амулет. Он едва светился.

— Ну чего ты не показал мне Печать Огня, дух? — спросил я. — Если бы показал, такого бы не случилось.

Огонёк внутри моргнул. Не знаю, что он хочет мне сказать. Может, он сам его не видел, может, ещё что-то. Предки сильны, но не всемогущи.

Но кое-что они могут. И я тоже.

Я взял амулет в одну руку, а другую выставил перед собой, направив вверх. Гвардейцы с интересом следили за мной.

От напряжения кольнуло в ушах, заболело подо лбом, начало щемить зубы, как от ледяной воды.

— Что это значит? — услышал я шёпот. — Что это…

— Как в тот раз! Когда Лорд Ян взорвал…

Сорвавшийся с моих пальцев сгусток огня был такой силы, что ущелье начало трястись. Сверху посыпалась каменная крошка и снег.

— Надо уходить! — крикнул мне Воронов.

Остальные просто уставились на меня. Но пора уже показывать, что умеем мы. Мы не разбиты, у нас ещё есть, чем удивлять врага. А с такими способностями можно быстро восстановить боевой дух. И так слишком долго скрывали, только Ян однажды показал, что может.

Я не спорил с Вороновым. Надо не просто уходить. Надо очень быстро отступать.

Взрыв в ущелье и близко не напоминал тот случай, когда Янек подорвал бомбы и месторождения Игниума в озере.

Сейчас проход засыпало снегом и большими камнями, с грохотом падавшими сверху. Даже это слабое действие выбило меня и предка Громовой из силы. Огонёк почти потух.

Получилось так себе, разберут за пару часов. Но это даст нам время, которое жизненно необходимо.

Ещё час, и мы в сопровождении гвардии спустились в очередное ущелье. Снега тут много, он шапками оседал на растущих тут повсюду елях.

Запах хвои казался блаженством после вони игниума, гари и дерьма, как и пахнет война в наших краях. Даже можно было бы назвать это умиротворяющей картиной, но мне было не до этого.

— Принцесса в шахте недалеко отсюда, — сказал Воронов, показывая вперёд. — Под охраной моих лучших людей.

— Как заберём её, отходим. Получилось связаться с остальными?

Радист гвардейского отряда закивал. Войска не бежали в панике, а перегруппировались. Не все послушали маршала и не сдались. Это хорошо.

Остатки гвардии Варга, регулярная пехота и клановое ополчение. Идут на точку и собираются её держать. Этого мало, чтобы выбить врага из Нерска. Ведь у нас даже нет ригг.

Но нас достаточно, чтобы продолжать сражение. Я ещё не сдался. И не собираюсь сдаваться. Надо выяснить, что с пилотами наших Исполинов. Это сразу, как только перегруппируемся.

— Осторожно! — закричали впереди. — Контакт!

А враги всё ещё пытались нас уничтожить.

И в этот раз у них может получиться.

Там, где должен быть вход в шахту, в нашу сторону шагал покрашенный в белый Паладин с гербом Рэгвардов на броне кабины: жёлтой алебардой. Короткие толстые ноги ломали ели. А рядом с ним шла пехота.

Враги не стали рассусоливать с нами и вести переговоры.

Едва завидев нас, экипаж Паладина открыл огонь.

Загрузка...