Мой первый сводный

Глава 5

Рина

— Ай, как больно, — я трясла обожженной рукой.

— Твою ж… — повторил он, вставая и оглядывая кофейные пятна, некрасиво смотрящиеся на ткани. Еще и морщился, потому что тоже обжегся. Затем вспомнил, кто во всем виноват и повернулся, разве что ноздри не раздувая от ярости. — ТЫ!

— А нечего пугать! — Я отступила на шаг назад, предварительно защищаясь. Прошли бы мимо, всем было бы хорошо. А так пусть разгребает последствия.

Хотела было еще что-то сказать, да этот обиженка схватил меня за руку и довольно грубо потащил к выходу. Сзади заулюлюкали.

— Пусть отрабатывает! — Захохотал один из его дружков.

Вытащил меня под солнце, и повел, что-то выглядывая.

— Отпусти! — Я начала дергать рукой, пытаясь вырваться. На самом деле он не рассчитал хватку и сжимал довольно сильно, запястье ныло. — Мне больно!

Кирилл резко остановился и перехватил меня по-другому, под локоть, не переставая вести меня к машине Артура, которую он заприметил на стоянке.

— Домой ее отвези, — прорычал в окно нашему водителю, открывая пассажирскую дверь.

Я вырвалась и встала напротив оборзевшего.

— Ты офонарел?! Я собиралась прогуляться. — Кивнула на его заляпанные джинсы: — Сам домой езжай, тебе как раз надо.

Он вылупился на меня будто на умалишенную.

— По чьей вине, м?

— По твоей, конечно же, — тряхнула волосами и сложила руки на груди.

Водитель благоразумно поднял окно, чтобы не слушать нашу перепалку.

— И что ты вообще забыла в Престиже? — Снова прикопался Кирилл.

— Учиться приехала…

Что я перед ним оправдываюсь вообще?

Шел бы себе своей дорогой… отстирываться. А то стоит, позорит нас.

— А что других уников в городе не было?! — Чертяка всплеснул руками, сжимая их то и дело в кулаки. Отвернулся от меня, облокотившись на машину и разглядывая университет. — Это отец провернул? Чтобы нас… подружить?

Я смотрела куда-то ему в плечо и не понимала, почему он так бесится. И бесит тоже.

— Ну вообще-то…

— Послушай, — прервал меня, — ты же понимаешь… хотя, ты же блондинка… вряд ли. В общем, если тебя еще спросили, то меня тупо поставили перед фактом. А дружить, а тем более считать сестрой содержанку я не собираюсь, так что не путайся под ногами. И лучше, если ты будешь делать вид, что мы вообще не знакомы.

— ЧТО?! Да как ты… — я со злости топнула. — Я, может, сама не особо хочу с тобой общаться. Зазнавшийся нарцисс! Ты меня вообще бесишь!

— Взаимно!

— Вот и прекрасно!

— Отлично. — Он оторвался от машины и пошел по парковке. Я буравила его лопатки, надеясь прожечь там дыру. Чтобы его бездыханное тело в кофейных джинсах осталось лежать посреди парковки и перестало выводить меня из себя.

Какой ты же гад, Кирилл! Никто еще так сильно не нарушал мое душевное равновесие.

Гулять перехотелось, ему все-таки удалось испортить мне настроение. Я открыла переднюю пассажирскую дверь и озлобленно плюхнулась на сиденье.

— Домой? — Вежливо поинтересовался водитель, поправляя зеркало дальнего вида.

— Да, — буркнула, смотря в окно на дневное солнце. Эх, хорошее было время для прогулки.

Он не торопясь повез меня домой, правда, не прямой дорогой. Мужчина понимающе повернул и поездил по крупным улицам города, чтобы я могла полюбоваться на местные достопримечательности.

Ммм, красота.

Через город текла большая полноводная река. Мост через нее находился высоко, так что парусники и другие лодки спокойно проплывали мимо.

— Остановите, пожалуйста, — с открытым ртом наблюдала, как мы проезжаем по мосту.

Мужчина довольно крякнул и, съехав, завернул к набережной.

— Я буду ждать здесь.

— Я не предупредила Артура, что задержусь, — растерянно полезла в телефон. Ему, наверное, нужен его водитель, а я тут его эксплуатирую вовсю.

— Артур Евгеньевич прикрепил меня к вам на весь вечер, можете пользоваться моими услугами сколько угодно.

— О, спасибо ему, — я была приятно удивлена. — Тогда я пойду все-таки прогуляюсь.

— Машина будет стоять здесь.

Набережная была очень длинной, и с приходом темноты количество народа на ней увеличилось. Появились музыканты, художники, даже мимы. Я переходила от одних к другим и не переставала удивляться многообразию всего. В небольшом павильоне были уличные танцы под большую колонку. Здесь живут такие жизнерадостные люди…

Веселая, я добралась домой где-то к восьми вечера.

Блин, семейный ужин наверно пропустила.

Автоматический забор открылся, и мы въехали во двор. Вечером он выглядит все-таки красиво: на идеально ровном газоне установлены фонарики, разгоняющие полумрак, а в левой части двора вдоль забора распустились ночные цветы.

Зашла в дом и с ходу направилась на кухню, поискать что-нибудь перекусить.

Там никого, как и ожидалось, не было, кроме… чертяки, который медленно пил кофе, облокотившись на обеденный стол. Отсутствие футболки и невозмутимое лицо, о да, в этом, похоже, весь он.

— Ну и? — Таким тоном, будто он — мамочка, а я загулявшийся ребенок.

— Что ну и? — Переспросила и прошла мимо него к холодильнику. О, кусочек вчерашнего пирога. Вечер спасен.

— Где шлялась?

Кусок, который я только что откусила, встрял поперек горла.

— Что? — Я откашлялась, постучав кулачком по груди. — А ты мне кто?

— Братик твой, забыла? — Он издевается надо мной стоит? Но рожа что-то слишком серьезная.

— Ты сегодня перегрелся на солнце? Или у тебя биполярка? — Усмехнулась и принялась заваривать себе чай, — что за резкая смена настроения?

— Ты лучше скажи, где была. — Вопросом на вопрос плохая тактика, мальчик. Еще и таким угрожающим тоном.

— Грибы в лесу собирала.

— Каком лесу? — Он недоуменно выгнул бровь.

— В том, из которого ты уже натаскал мухоморов и теперь стоишь и что-то хочешь, — я взяла в одну руку тарелку с вишневым пирогом, в другую кружку и пошла на выход. Лучше поем в своей комнате.

Чертяка в три шага пересек разделяющее нас пространство и встал передо мной, перекрыв выход.

— Блондиночка, — его горячий шепот опалял лицо, — ты в моем доме, поэтому живи по правилам.

— Это прежде всего дом твоего отца, — вздернула подбородок, встречаясь с его темными глазами.

— Дома появляешься засветло. Мне не перечишь. Тихо сидишь в своей комнате и не высовываешься. — Он прослушал мои слова.

— Совсем офонарел? — Попыталась обойти, но встал же, блин, в самом проходе. — Заведи себе собачку и учи ее своим дурацким правилам.

— Мне ее отец сейчас подогнал, — нагло отбил, слегка наклоняясь ко мне. — Светленькая такая, лает правда много не по делу.

— Пошел ты, — раздраженно дернулась, но крепкая рука легла на талию и прижала к теплой (без футболки, на минуточку!) груди. Сложно отбиваться, когда обе руки заняты. И опять между нами чересчур мало пространства, а жар от его тела буквально переходит в меня.

Чертяка медленно наклонился, к самому уху. Выдохнул, почти касаясь губами мочки. Теплый воздух породил рой мурашек по всему телу.

— Глупая, маленькая девочка… — почему меня пьянит его тягучий шепот? — Я устрою в твоей жизни ад.