Мой сводный препод

Глава 41

Вася

Сердце бешено бьётся в груди. Влад тяжело дышит и нависает надо мной, опираясь на локти. Сперва он не выходит из меня до конца, но, когда, всё же делает это, я чувствую, как вместе с его членом, мою киску покидает густое семя.

— Шумовский! — с трудом переводя дыхание, ударяю его по плечам. — Ты что, кончил в меня?!

Осознание произошедшего пробивается через пелену немного успокоившейся похоти. Словно дракон, который только что съел стадо овец, моя пагубная страсть к этому мужчине ненадолго засыпает. Однако, я прекрасно знаю, что, если Влад будет рядом, обнажённый, горячий и такой чертовски красивый, я снова почувствую этот дикий голод. Голод, которому невозможно противостоять!

— Слезь с меня! — пытаюсь оттолкнуть и выбраться из-под его тяжёлого тела, но Влад не даёт мне сделать этого. Лишь крепче сжимает в объятиях, вытирает капельки пота со лба, ловит протестующие губы своими.

— Тихо, Мышка, тсс! — он смотрит на меня совершенно невменяемым взглядом, и я с трудом могу сконцентрироваться на своей ненависти к нему. Это чувство трансформируется, размывается и превращается в что-то совсем иное. То, что я никак не могу позволить себе чувствовать…

— Ты понимаешь, что бывает, если мужчина кончает в женщину? — цежу сквозь зубы, прищуриваясь и продолжая ёрзать под ним. — Ты что, хочешь от меня детей?

— А ты не хочешь? — внезапно огорошивает меня он.

У меня глаза на лоб лезут! Нет, ну он нормальный вообще?! Совсем уже сдурел на почве страсти! Небось, когда протрезвеет от похоти, первым в аптеку побежит за «волшебной» таблеткой!

— Нет, конечно! — отчего-то задыхаюсь и не могу смотреть в его красивые серые глаза. — Не нужны мне никакие дети! У меня учёба! Потом карьера! Ты забыл?

— Ах, да, — нагло усмехается, глядя на меня как-то снисходительно. — Ты же в прокуроры метишь. Извини, забыл.

От откровенной усмешки и даже издёвки в его голосе, я вдруг снова ощущаю с полной силой, за что я его так сильно ненавижу. Вот же высокомерный засранец! Сексист! Шовинист!

— Пусти! — снова пихаю его, но тут Влад вдруг сам приподнимается и сгребает меня в охапку и берёт на руки.

— Ты что творишь? — приходится обвить рукой его шею, чтобы не упасть.

— В душ тебя несу, — буркает. — Вымывать из тебя детей, которые тебе так сильно не нужны!

Вглядываюсь в его притягательное лицо, которое теперь, кажется, полным досады. Обиделся что ли? Какой же он всё-таки странный!

Влад исполняет своё обещание и заносит меня в свой душ. Ставит на ноги и помогает снять остатки одежды.

— Ну всё, теперь оставь меня в покое! — хмурюсь и отворачиваюсь, чтобы скрыть своё стеснение. Несмотря на слишком близкое знакомство с Шумовским, я всё ещё чувствую неловкость, когда он видит меня обнажённой.

— Ну уж нет! — Влад включает воду в просторной душевой, отгороженной большим прозрачным стеклом. — Я, пожалуй, лучше проконтролирую процесс. А то, вдруг, ты только на словах детей не хочешь, а на самом деле решишь оставить всё как есть и залететь?

— Что?! — в этот момент мне прямо вонзить ногти в его самодовольную рожу хочется. — И зачем же мне это делать, а?!

— Как зачем? — Шумовский становится сзади и берёт в руки душ, снимая его с держателя и направляя тёплые струи между моих ног. Другую руку он опускает на мой треугольничек и протискивает пальцы между бёдер. — Вы же все хотите одного и того же, правда, Мышка? Встретить богатого мужика и женить его на себе!

С этими словами он притягивает меня ближе и вжимает попкой в свой уже снова твёрдый член.

— Ничего такого я не хочу! Пусти! Я сама помоюсь!

— Нет, малышка, — его губы уже скользят по моей шее вверх, прямо к чувствительному месту за ушком… — Я хочу сделать это сам…

Он дотрагивается до скользкой киски и начинает двигать по ней пальцами, одновременно смывая водой остатки своей спермы. Спиной вжимаюсь в его грудь, скольжу по члену полушариями попки, чувствуя, как от его томных ласк мой только было заснувший дракон снова расправляет крылья.

— Влад… не надо… — как-то неубедительно шепчу, пока его нахальные пальцы погружаются в мою киску, а струи воды попадают на чувствительную горошину, даря какие-то новые, невыносимо приятные ощущения.

— Тихо, Леонова. Я лучше знаю, что нужно делать! Просто расслабься и…

Но договорить мой порочный препод не успевает, потому что в этот момент в дверь ванной громко стучат, и я испуганно вздрагиваю, понимая, что это, должно быть, один из наших родителей!

— Влад! — до нашего слуха доносится голос его отца. — Выйди! Разговор есть!

Я взволнованно выдыхаю, а Влад тут же зажимает мне рот ладонью, и шепчет на ухо: «тихо, Мышка!».

— Да, отец, сейчас выйду! — повышает голос, отвечая он на удивление спокойно.

А потом он отпускает меня, и, обмотав полотенцем бёдра, выходит из душа и аккуратно приоткрывает дверь…