Мы сами все разрушили

Глава 10

Следующие несколько недель выходят очень насыщенными. Фрэнк все так же каждый день задаривает меня цветами. Только теперь периодически присылает вместе с букетами пригласительные на какой-нибудь спектакль, балет или оперу, которые мы раньше любили вместе посещать. Каждый раз он не сидит рядом со мной, но всегда находится где-то рядом. Если я не вижу его, то обязательно чувствую на себе его взгляд. С каждым разом мне все сложнее контролировать себя. Мне ужасно не хватает его. Я тоскую по нам. И в то же время я все еще не могу забыть о том, что он сделал. Сейчас я напоминаю себе один большой клубок противоречий.

Два дня назад курьер принес вместе с букетом очередной конверт и когда я открыла его, была шокирована тем, что увидела. Фрэнк каким-то невероятным образом достал пригласительный на закрытую выставку одного знаменитого европейского художника-абстракциониста, работами которого я всегда очень восхищалась. Я давно говорила Фрэнку, как мечтаю попасть на его выставку, но знала, что в большинстве случаев они проходят в закрытом формате.

И вот сегодняшним субботним вечером моя маленькая мечта осуществится, и я смогу насладиться просмотром шедевров современного искусства.

Кидаю последний взгляд на свое отражение в большом зеркале гардеробной и улыбаюсь сама себе. Сегодня я решила надеть шелковое струящееся темно-синее платье на переплетающихся бретельках, красиво контрастирующее с моей смуглой кожей. Его свободный фасон чем-то напоминает длинную комбинацию и носится без бюстгальтера. На ногах черные босоножки с тонкими ремешками, застегивающимися на лодыжке. Волосы я оставила распущенными и выпрямила их, отчего длина теперь достает почти до ягодиц. Неяркий макияж и нежно-розовый блеск отлично завершают весь образ.

Приезжаю к зданию галерее, в которой будет проходить выставка и через большие панорамные окна, вижу освещенный просторный, светлый зал в котором уже собралась часть приглашенных гостей.

Выхожу из такси и по привычке начинаю осматриваться по сторонам, желая увидеть Фрэнка. Я не видела его уже три дня, после последнего похода в оперу я все эти дни думала о нем.

Иногда, сидя дома, я начинаю представлять, как он живет без меня. Чем питается. Не болеет ли. Как проводит свои вечера. С кем общается. Думает ли обо мне, когда засыпает.

Дженна говорила, что Брайан пару раз бывал у него на старой квартире, где мы раньше жили. Он не стал ее продавать, после того как мы купили эту. Брайан сказал, что там настоящая холостяцкая берлога. Кажется, он там только ночует. Потому что почти все свое свободное время он либо проводит в тех местах где я или до ночи пропадает на работе.

Сколько раз за эти дни я чуть не срывалась, чтобы позвонить ему и просто поговорить, услышав низкий бархатистый голос. Я даже порывалась поехать к нему, но быстро осекала себя.

На входе показываю администратору пригласительный, и меня пропускают внутрь. В помещении приятно пахнет чем-то терпким с пряными нотками. Через колонки играет негромкая фоновая музыка. У одной из стен поставили кафедру с микрофоном и установили стенд с изображением мужчины рядом с самой выдающейся работой художника. Только сейчас до меня доходит, что это и есть создатель этой картины и всех, что я сегодня увижу. А значит, сегодня он присутствует здесь.

Сердцебиение начинает ускоряться и от предвкушения даже потеют руки.

Не проходит и пары минут, как высокий привлекательный мужчина лет сорока, с темной копной немного вьющихся волос и светло-голубыми глазами, подходит к кафедре, нажимая кнопку на микрофоне. Музыка затихает, и воцаряется тишина.

— Добрый вечер, друзья, — хрипловатый голос с немецким акцентом звучит из колонок. — Кто не знает, меня зовут Адриан Миллер, — произносит и в зале раздается смех. — Я рад сегодня приветствовать всех вас на моей юбилейной выставке. Если вы сегодня здесь, значит, вам представится возможность увидеть работы, которые я еще нигде не выставлял. Именно поэтому я решил сделать эту выставку тоже закрытой. Только для настоящих ценителей моего творчества. Я надеюсь, сегодня вы получите настоящее удовольствие от просмотра. Хорошего вечера, дамы и господа!

По залу разносится волна аплодисментов, и все гости расходятся по отдельным помещениям галереи, разделенным между собой реечными деревянными перегородками.

Я тоже не медлю ни секунды и вхожу в небольшой зал с коллекцией картин начального периода творчества художника. Тогда в своих работах он делал акцент на крупные объемные мазки масляной краской и основной цветовой палитрой были пастельные тона. Однажды я видела некоторые из его работ в загородном особняке одного богатого клиента, которому я делала дизайн-проект городской квартиры. Они украшали стены его кабинета, где мы встречались для обсуждения рабочих моментов.

В другом зале демонстрируется уже более поздний период творчества. В стиле нанесения мазков уже прослеживаются перемены. Они становятся более невесомые. Цветовая палитра сменяется на смелую с вкраплением ярких оттенков и необычным сочетанием. Когда я, наконец, перехожу в зал с последними работами, меня переполняет восторг. Я вижу что-то невероятно красивое и завораживающе прекрасное. В этих картинах явно прослеживается весь талант мастера, и он поражает. Как истинный ценитель искусства и всего, что с этим связано я чувствую прилив эмоций. Улыбка не сходит с моего лица, пока я разглядываю висящие не стенах шедевры. Фрэнк точно знал, как в очередной раз поразить меня. Потому что я даже не могу передать насколько я сейчас переполнена восторгом.

Задерживаюсь у одной картины дольше всего не в силах оторвать от нее глаз. Хочется рассматривать каждый сделанный мазок по отдельности. Я даже подхожу как можно ближе, не упуская ни одного сантиметра на холсте. Художник использовал здесь разные стили нанесения мазков. Я вижу лессировочный и фактурный. А также стиль абстрактной живописи дриппинг, который характеризуется тем, что художник брызгает краской на полотно, получая тем самым что-то неповторимое.

— Хотите расскажу, как эта картина появилась на свет? — внезапно раздается хрипловатый голос почти рядом с моим ухом и от неожиданности дергаюсь, впечатываясь в твердую мужскую грудь.

— Ох… простите, — спешу извиниться и, повернув голову, встречаюсь с изучающим взглядом светло-голубых глаз.

— Я вас прощаю, — губ касается легкая улыбка.

— Я бы очень хотела узнать историю ее появления.

— Для начала назовите свое имя.

— Луиза.

— Хм… Луиза… — зачем-то повторяет мое имя, будто пробует его на вкус. — Славная воительница, — произносит древнее значение моего имени.

— Откуда вы знаете? — растерянно смотрю на него.

— Когда-то помогал сестре выбрать имя для своей племянницы, и это был один из вариантов.

— И как же вы ее все-таки назвали?

— Ванесса.

— Красивое имя.

— Согласен. Но мы немного отвлеклись.

— Да. Вы правы.

— Я написал эту картину сразу после того, как чуть не погиб.

— Как это?

— Я попал в сильный шторм на своей парусной яхте, и меня вынесло в открытый океан. Компас и навигация вышли из строя. Мачта сломалась. Рулевое управление было повреждено. Почти две недели я дрейфовал и не знал, где нахожусь, и что меня ждет. Запасов еды и воды с собой у меня было только на три дня.

— И как же вы спаслись?

— В один прекрасный день на горизонте я увидел сушу. Я сошел на берег, но это оказался необитаемый остров. Я пробыл на нем еще неделю кое-как выживая за счет ловли рыбы и поедания неспелых бананов.

— Хотите сказать, что вы были как Робинзон Крузо?

— Именно это я и хочу сказать, прекрасная Луиза.

— И что же было дальше?

— К счастью, меня нашла поисковая группа, когда я уже сильно страдал от обезвоживания и весь покрылся язвами.

— Вам очень повезло.

— Я считаю этот день своим вторым днем рождения. И как только немного пришел в себя по возвращении домой я и написал эту картину.

— Наверно, поэтому я почувствовала в ней столько эмоций.

— Вы правы. В эту картину я вложил все свои переживания.

— Вы очень талантливы. Я никогда не видела ничего подобного. Ваши работы всегда восхищали меня.

— Благодарю. Приятно знать, что у меня есть такие прекрасные поклонницы. А чем вы занимаетесь, Луиза?

— По профессии я архитектор, но последние несколько лет занимаюсь разработкой дизайн-проектов.

— Значит, вы знаете толк в искусстве?

— Я всегда увлекалась искусством. И моя работа тесно перекликается с ним.

— Обязательно продолжайте это делать.

— Конечно.

— Простите мое любопытство. Вы американка, Луиза?

— По отцу я наполовину мексиканка, но родилась и выросла здесь.

— Вот оно что. Я не сразу смог разобрать. Могу я пригласить вас, поужинать со мной завтра вечером? — звучит неожиданное предложение, и я не знаю, как на это реагировать. — Я спросил что-то не то? — улавливает мое замешательство.

— Нет-нет, — смеюсь. — Я просто не ожидала, — начинаю чувствовать странное покалывание на затылке.

— Так, я могу рассчитывать на ужин с вами?

— К сожалению, я вынуждена отказаться, Адриан.

— Вы несвободны?

— Все сложно.

— Я понимаю. Что ж… жаль. Но я очень был рад знакомству с такой очаровательной леди, — протягивает руку, и я вкладываю в нее свою.

— И мне, Адриан, — вместо пожатия он подносит руку к губам и оставляет поцелуй на тыльной стороне ладони.

— Всего доброго и хорошего вам вечера, — отпускает мою руку и скрывается в другом зале галереи.

Мужчина уходит, и я поворачиваюсь, чтобы продолжить просмотр. Но сделав шаг, сразу останавливаюсь, увидев стоящего в другой части зала Фрэнка. Его взгляд направлен прямо на меня. Сердце подпрыгивает в груди и губы непроизвольно растягиваются в улыбке. Но почти сразу улыбка уходит с моего лица, увидев в его взгляде что-то странное.

Как правило, такой взгляд показывает, что он чем-то разозлен. И все в нем говорит об этом. Руки засунуты в карманы брюк. Челюсть напряжена. Чувственные губы сжаты в тонкую линию. Он не собирается подходить ко мне. Просто обжигает своими прозрачными глазами.

Не хочется портить себе настроение, поэтому я просто продолжаю просмотр картин.

Когда выставка подходит к концу, вокруг художника собирается толпа, желающая взять автограф и задать вопросы.

Как бы я ни старалась, но мое настроение настолько упало, что захотелось просто поехать домой. Фрэнк так и не подошел ко мне за весь вечер. Я больше вообще его не видела. Похоже, он решил уехать, так и не дождавшись окончания выставки.

Выхожу на улицу и останавливаюсь у бордюра, ожидая, когда проедет такси.

— Может, сегодня ты все-таки разрешишь тебя подвести? — раздается голос Фрэнка за спиной, и я резко разворачиваюсь.

Он стоит мрачнее тучи и держит в руках зажженную сигарету.

Я совсем не понимаю его сегодняшнего настроения и поехать с ним не кажется мне сейчас хорошей идеей. Пусть я и хотела хоть немного побыть сегодня с ним.

— Яя… — от внезапного порыва ветра волосы падают на глаза, закрывая мне обзор. — Ох… — быстро пытаюсь убрать пряди, лезущие в нос и рот.

Фрэнк тушит сигарету и подходит ко мне, помогая убрать волосы. Нежно касается пальцами моих щек. Инстинктивно обхватываю его запястья и поднимаю взгляд на него.

Он блуждает взглядом по моему лицу, и я вижу, как его глаза становятся цвета грозового шторма. Дыхание перехватывает и во рту резко пересыхает.

Внезапно сверкает молния и раздается раскат грома, отчего крепче обхватываю запястья Фрэнка. Поднимаю голову к небу и на мое лицо начинают капать крупные дождевые капли. В считаные секунды на нас обрушивается сильнейший ливень.

— Бежим к машине! — Фрэнк хватает меня за руку, и мы бежим по мгновенно намокшему асфальту.

Оказываемся у машины через минуту, но я успеваю промокнуть до нитки. Фрэнк помогает мне забраться в свой высокий внедорожник и оббежав кузов, садится за руль.

Замечаю, что Фрэнк тоже полностью промок. Он снимает с себя пиджак и кидает на заднее сиденье. Взгляд непроизвольно падает на голубую рубашку, прилипшую к рельефному спортивному телу. Ткань соблазнительно натягивается на мышцах груди и сильных бицепсах.

Я вижу, как несколько светлых прядей упало ему на лоб и по привычке тяну руку, чтобы убрать их, но в последний момент одергиваю себя, что не уходит от взгляда Фрэнка.

Он горько улыбается и расстегивает манжеты, закатывая рукава до локтей. Лучше бы он не делал этого. Не могу оторвать глаз от его длинных аккуратных пальцев. Всегда любила смотреть на его руки. Тыльная сторона ладоней увенчана венами, тянущимися до предплечий. В этом мужчине идеально все.

Прикладываю титанические усилия и отворачиваюсь к окну. Весь путь до дома проходит в молчании. Иногда я кидаю взгляд в сторону мужа и вижу, как он напряжен. Его руки крепко сжимают руль. На челюсти ходят желваки. Такое настроение передается мне, как это всегда происходило раньше.

Мне хочется спросить у него, что произошло, но я не решаюсь. Между нами давно все не как прежде. Все изменилось. Тех Луизы и Фрэнка больше нет. И осознание этого отдается болью внутри.

Спустя пятнадцать минут Фрэнк въезжает на подземную парковку и останавливается рядом с моей машиной, на свое место, которое уже давно пустеет.

Продолжая молчать, он выходит из машины и обходит ее, чтобы открыть мне дверь и помочь выйти. Протягивает мне руку, и я берусь за нее, спрыгивая со ступеньки. От этого движения шлейка платья спадает с плеча и немного оголяет левую грудь.

Фрэнк звучно вдыхает и захлопнув дверь, внезапно подталкивает меня к машине. Упираюсь спиной о холодную поверхность и оказываюсь прижата его крупным телом.

Дыхание сбивается, и я вижу, как Фрэнк опустил взгляд на мое декольте и торчащий розовый ореол затвердевшего соска. От того, как часто вздымается моя грудная клетка, платье опускается ниже и уже оголяет грудь полностью.

Фрэнк издает какой-то странный горловой звук и подносит руку к розовой вершине, коснувшись подушечкой большого пальца чувствительного соска.

— Фрээнк… — выдыхаю, почувствовав дрожь в коленях.

Фрэнк тяжело дышит, и я вижу, как расширились его зрачки, почти закрыв светлую радужку. Он поднимает глаза к моему лицу и подносит другую руку к губам. Проводит пальцами по ним и инстинктивно облизываю губы, задев пальцы языком.

Фрэнк глухо стонет и в следующую секунду хватает меня за подбородок, впиваясь в губы в неистовом и жадном поцелуе. Меня словно пронзает ударом тока. Ноги подкашиваются, и если бы не тело Фрэнка, прижавшее меня к кузову, я бы завалилась на пол.

Его язык проникает в мой рот. Находит мой и сплетается с ним в бешеном ритме. Голова идет кругом от ощущений любимого вкуса и запаха, смешанного с табаком. Его поцелуй как всегда настолько сладкий и жаркий, что внизу живота мгновенно разливается знакомое тепло. Отвечаю на поцелуй, зарываясь пальцами в мягкие волосы на затылке. Сжимаю их и тяну в порыве овладевшей страсти. Фрэнк хрипло рычит и углубляет поцелуй. Прижимается ко мне сильнее, и я ощущаю низом живота упирающуюся каменную эрекцию. Из груди вырывается стон. Тело начинает дрожать.

Его руки сжимают мою грудь, обнажив уже и вторую. Массируют. Сминают. Пальцы играют с сосками, делая их еще тверже.

Он отрывается от моих губ и переключается на грудь.

— Аахх… — протяжно стону, когда он начинает выводить круги горячим языком по набухшему соску. Выгибаюсь и сама подталкиваюсь грудью к его губам.

Фрэнк всасывает. Облизывает. Прикусывает и сразу ласкает.

— Моя… — хрипло шепчет, перемещаясь на другую грудь, и делает с ней то же самое, доводя меня до предела.

Он будто хочет съесть меня. Заглотить полностью.

С трудом оторвавшись от розовых вершин, Фрэнк снова завладевает моим ртом, нагло проталкивая язык.

Пропадаю в ощущениях. Теряюсь в пространстве. Сгораю в его руках.

Но в какой-то момент волшебство начинает растворяться в воздухе, когда в голову врываются картинки Фрэнка, целующего другую женщину. До сих пор отчетливо помню, как его язык проникал в ее рот и сплетался с ее. И громкие стоны от проникновения его члена в нее, я слышу в ушах по сей день.

— Нет! — резко отталкиваю Фрэнка от себя, и он отшатывается, посмотрев на меня затуманенным взглядом.

Поднимаю шлейки платья назад и прикрываю грудь, обхватив себя руками.

Смотрю на него, тяжело дыша и не могу произнести и слова. Меня трясет с такой силой, что я едва стою на ногах. Слезы обиды подступают, но я стараюсь удержать их, чтобы снова не разреветься при нем. Но одна все равно скатывается с уголка глаза.

Вижу понимание в его взгляде и то, как он сразу мрачнеет. Его будто отрезвляет, и плечи напрягаются.

— Возвращайся домой, Луиза. Спокойной ночи, — обходит машину и сев за руль, уезжает с парковки.