Наш секрет

Глава 45

В теле присутствует такая легкость, что кажется, будто я не управляю им. Оно само двигается в такт музыке. Плавно, уверенно. Неоновые прожекторы подсвечивают танцплощадку и заставляют меня щуриться.

Маринка танцует рядом и не отходит ни на шаг. Мы нашли друг друга. Правда! Такое случается, когда с первой минуты общения чувствуешь, что это твой человек. От и до. Подобное у меня уже было со Светкой, несмотря на то что по характеру мы кардинально разные. И вот теперь с сестрой Ивана. Становится искренне жаль, что после этого яркого и запоминающегося отдыха наше общение прервется. Но расстраивать Марину я не спешу. Она уверена, что у нас с ее братом всё более чем серьезно. Иногда мне самой начинает именно так казаться. Но потом одергиваю себя. Не разрешаю думать и обманываться на этот счет.

Подняв взгляд на второй этаж, замечаю Ивана. Он стоит, облокотившись о перила, и неотрывно за мной наблюдает. Охраняет, оберегает. Внешне спокойный и расслабленный, но я точно знаю, что в случае опасности Северов будет готов показать все свои самые темные стороны.

Я улыбаюсь ему, танцуя. Откровеннее двигаю бедрами, обнимаю себя руками за плечи. Не знаю, что со мной. Это алкоголь творит чудеса, раскрепощая до невозможности, или сам Иван? Его внимание льстит, отрицать это сейчас не имеет смысла. Да и покажите девушку, которой будет неприятно, когда на нее

так

смотрят? В зале полно красоток, но все внимание Ивана достается мне. Целиком.

Северов моментально реагирует. Усмехается, приблизив сигарету к губам. Затягивается и выпускает дым в сторону. Раздевает меня глазами, ласкает и трогает. Есть в наших гляделках что-то такое — заставляющее кровь буквально вскипать в венах.

На секунду в голове проносится шальная мысль. Рассказать Ивану обо всем. О том, что мой муж умер и я одна. Вот уже два года. Что обманула. Интересно, что бы он подумал? Разозлился бы или обрадовался? Предпринял бы попытку… построить со мной отношения? Рискнуть? Спасти?

Сердце колотится, когда я думаю об этом. Представляю, прокручиваю в голове слова, которые сказала бы. Все не так просто. Дать нам шанс — это пойти против семьи. Против всех. Поставить на кон слишком многое и при неудачной попытке остаться ни с чем. Кардинально изменить свою жизнь, перевернув ее вверх дном.

— Потанцуем? — звучит приятный мужской голос.

Вскинув взгляд, рассматриваю парня примерно моего возраста. Он спрашивает, как меня зовут, представляется Егором. Со мной никогда раньше не знакомились. Вот так запросто. Во-первых, в нашем городе люди не такие раскованные. Во-вторых, я проводила все время на кухне, не общаясь ни с кем, кроме Тани и хозяйки. Ну а в-третьих, мой внешний вид и одежда наверняка отталкивали.

— Извините, я не знакомлюсь, — качаю головой.

— Ты пипец какая соблазнительная, — продолжает Егор. — Фигурка отпад. Увидел тебя сзади и понял, что не смогу пройти мимо. Когда посмотрел на личико, я в этом…

Парень не успевает договорить, потому что его толкают в плечо. Резко, сильно. Егор отшатывается, падает на пятую точку. Пытается ухватиться руками за воздух, но тщетно. Танцующие возле нас люди расступаются. Кажется, что музыка становится тише, а время замедляет ход. Или это только мерещится.

Обернувшись, я вижу за своей спиной Ивана. Голубые глаза стали почти синими, оттенка приближающейся грозы. Темные, непроглядные. Будто вот-вот случится буря, а то и апокалипсис. Вспоминаю все, что рассказывала о Северове Марина. Мастер спорта, боец ММА. Егор щуплый и высокий, Иван просто сломает парня! Убьет!

Я бросаюсь ему на шею, успокаиваю. Чувствую, как глубоко Иван дышит. Как бьется его сердце. Часто-часто, почти как мое. Мышцы словно камень, тело напряжено. Он вот-вот бросится в схватку.

Егор испаряется в один момент, будто его никогда и не было. И поступает правильно. Мне было так страшно, мамочки! Драки вызывают нехорошие ассоциации, заставляют погрузиться в ужасающие воспоминания из прошлого. Я не хочу, чтобы у Северова были проблемы. Только не из-за меня.

— Ваня, Вань… — Целую его в шею. — Тише, ты чего? Я умею говорить «нет». И сама бы с ним справилась!

— Не хочу, чтобы к тебе приставали, — отвечает он. — Смотрят на тебя как голодные волки. Сожрать хотят.

— Ты тоже так смотришь, — улыбаюсь я в ответ и глажу жесткие волосы у него на затылке. — Или тебе можно?

— Можно. Ты моя, Сашка.

Сердце сжимается, а потом ускоренно бьется. Все слова разом теряются. Такое ощущение, что на танцполе только мы вдвоем. Я и Иван. Он прижимает меня к себе до хруста в ребрах, вдыхает запах моих волос. Неуправляемый мужчина. Загорается так резко, что его с трудом можно потушить. Лаской, вниманием. Собственник, одним словом.

— Пусти, мне трудно дышать, — прошу его.

Иван опаляет горячим дыханием висок. Целует. Легко, невесомо. Не хочет и боится меня отпускать. Это выбивает из колеи, обескураживает.

Северов нехотя дает мне свободу. Я отстраняюсь, шепчу ему, что пойду в уборную. Прошу не нервничать, потому что я уже давно самостоятельная девочка и не нуждаюсь в няньке. Ему бы с братом пообщаться, а не меня охранять. Видно, что соскучились и тем для разговоров полно.

Кажется, Северов понимает без лишних слов. Отпускает окончательно.

Я иду в сторону уборной. Глупо улыбаюсь. Состояние странное, новое. Странное, потому что я пахну Северовым. Его телом, парфюмом. И мне это нравится. Иван нравится.

Я прохожу в уборную, открываю воду. Умываю лицо и осторожно, чтобы не задеть накрашенные глаза и губы, вытираю его салфеткой. Выпьем с Маринкой по коктейлю и поедем домой. Два дня. У нас с Иваном осталось два дня. Черт, как же мало!

Дверь с грохотом открывается, и внутрь заходит Алина. Она смотрит на меня так, будто заранее знала, что я здесь.

— Привет поближе, — кивает мне и, пошатываясь, тоже направляется к раковиней.

— Привет.

Разговаривать с ней я не хочу. Достаточно того, что сказал Иван. Отношения у них были короткие, не стоящие внимания. В далеком-далеком прошлом. Понятно, что девушка его никак не может отпустить. А он? Отпустил? Забыл? Я напрягаюсь, вспоминая, как дернулась его рука при виде Алины.

— Видела, как Иван чуть не убил на танцполе несчастного мальчишку, — произносит она.

— Да, Ваня… резкий и вспыльчивый.

Я выключаю воду, сушу руки.

— Кому, как не мне, об этом знать! — усмехается Алина. — Думаешь, он только с тобой такой? Ты не представляешь, каким он был, когда мы встречались. Первая любовь, первые чувства. В нем бурлил адреналин, стоило кому-то только посмотреть в мою сторону!

— Для чего ты рассказываешь об этом? — Я складываю руки на груди и выразительно смотрю на Алину. — Прекрасно понимаю, что ты не можешь забыть его уже столько лет. Провоцируешь на эмоции и… будто за нами следишь!

Алина вскидывает брови от удивления, а затем начинает смеяться. Закрыв кран, подходит ко мне. Она на полголовы выше. Вблизи еще красивее. Заостренные черты лица. Правильные, словно нарисованные искусным художником.

— Что ты вообще знаешь о нем? О нас? Это он тебе сказал, что я забыть его не могу?

— Нет, — мотаю я головой.

— Ты полная дурочка, если считаешь, что для него особенная! Иван таких, как ты, имеет пачками. Сначала располагает к себе, влюбляет. Делает такие предложения, от которых просто невозможно отказаться! Я похерила учебу в престижном американском вузе. Поступила, прошла по баллам. А тут он… Невозможно было устоять перед его обаянием и настойчивостью. Я отказалась лететь. Разосралась со всей семьей, стала изгоем. Упустила прекрасный шанс!

Я слушаю Алину, затаив дыхание. Возможно, я и правда дура? Позволила себе обмануться на его счет. Алкоголь подействовал на меня расслабляюще. Боже, я зачем-то действительно решила, что особенная для Ивана. Что могу ему раскрыться. Что для него это имеет значение. Я знаю Северова меньше двух недель! С чего вообще взяла, что могу ему доверять? Он ни словом не дал понять, что у нас что-то большее, чем просто интрижка. Иван по натуре своей завоеватель. Сейчас ему интересно со мной, потому что я замужем и неприступна. Но что будет, когда крепость падет? Я влюблюсь в него, а Иван наиграется?

— Мы с Северовым собирались пожениться, — заявляет Алина, гордо вскинув подбородок. — Я его невеста. Несостоявшаяся правда, но не суть. Не представляешь, какой я слепой была. Как верила ему. Всегда и во всем. Прощала, терпела. Иван вспыхнул мгновенно, горел мной, как одержимый, а потом так же быстро перегорел. Это в его характере, знаешь ли.

Опустив взгляд в пол, я хочу заткнуть уши. Слишком личным делится Алина, слишком похожим. Будто о нас. Иван и мной горит, точно одержимый.

— Он меня бросил, потому что переключился на другую. Накануне свадьбы. Я носила под сердцем нашего ребенка и была вынуждена сделать аборт. По его прихоти. Хотя сейчас не жалею об этом. А тогда… тогда сломалась. Он меня сломал.

Алина зачем-то показывает свои запястья. Шрамы светлые, почти незаметные. Но они есть. Внутри всё холодеет.

«

Встречались недолго. Забудь

«

.

Я пулей вылетаю из уборной, почти бегу. Костя бы не узнал меня. Такую, какая я сейчас. Я — это не я вовсе. В этом чертовом платье. Танцующая как шлюха, отдающаяся с проклятым удовольствием чужому мужчине. Клянусь, когда вернусь домой, постараюсь стереть воспоминания об этом отпуске как нереальный сон. Стану прежней. Муж будет смотреть на меня с небес и вновь гордиться.