Наш секрет

Глава 46

Иван

— Я никогда не забуду, как ты использовал мои волосы для мытья полов! — возмущается Марина, когда мы с Павлом ведем ее под руки к автомобилю. — Перевернул меня вверх ногами, и вперед — наводить чистоту…

Когда сестра успела надраться в хлам — непонятно. Нормально сидели, общались. Вчетвером. Марина встала из-за стола, отправилась в уборную. Прошло полчаса, но она так и не вернулась. Пашка не выдержал, спустился вниз и нашел сестру в невменяемом состоянии.

Какой-то тип криминальной наружности угощал Марину коктейлями, намереваясь увезти с собой. Увидев Пашку, начал форсить. Отпускать девчонку не хотел. Мы его быстро усмирили и вывели сестру на улицу. Теперь она злится и припоминает нам прошлые грехи из детства. Дурочка.

— …бабуля тогда в магазин ушла, а вы с Павлушей… вы издевались надо мной, как могли! — продолжает злиться Марина. — Никогда не забуду вам этого. Никогда! Я тогда еле волосы в порядок привела.

— Извини. — Улыбаясь, я открываю дверь Пашкиного внедорожника. — Дебилы малолетние. Что с нас взять?

— А я вам тогда отомстила, — никак не может угомониться Марина. — Подсыпала в чай слабительное.

— Умница какая. Садись уже.

Сестра упирается руками, не желая забираться в салон. Можно, конечно, затолкать ее, но не хочется усердствовать. Как-никак близкая родственница, хоть и немного не в себе. Я терпеть не могу пьяных баб. Просто корежит, когда напиваются до невменяемости и начинают творить дичь. К счастью, Марина по большей степени ворчит и сильного раздражения не вызывает.

Она вдруг оборачивается и начинает искать глазами Сашку. Та сразу же за моей спиной стоит. Растерянная, удивленная. Замерзла, поэтому кутается в куртку.

— Зайка моя! — восклицает Марина, обращаясь к Саше. — Если Ванька будет тебя обижать, сразу же звони мне! Я быстро найду на него управу.

— Да блядь! — Я закатываю глаза. — Мариш, ты усядешься на место или нет? Сто раз уже попрощались.

— Угу. А мне ее домой еще везти, — жалуется Пашка. — И всю дорогу выслушивать этот бред.

— Если сильно буянить будет, высади на трассе, пусть прогуляется пешком. Заодно и освежится.

С горем пополам сестра, в слезах и соплях, будто мы прощаемся на долгие годы, забирается на заднее сиденье автомобиля. Несколько минут болтает сама с собой и возмущается, а затем снимает сапоги, пристраивает куртку вместо подушки и тут же отключается. Брат с облегчением выдыхает. Одной проблемой меньше. Осталось занести Марину в дом и не разбудить при этом родителей.

Мы прощаемся с Пашей и идем к моему автомобилю, который припаркован чуть дальше. Меня на части раздирает от нетерпения. Эта поездка в клуб получилась спонтанной и совершенно незапланированной. Я другого хотел: трахаться, трахаться и еще раз трахаться. Пока силы не закончатся. Правда, Златовласка решила по-своему, и я уступил. Не брать же ее насильно?

До гостиницы добираемся быстро. Я вдавливаю ногу в педаль газа, тороплюсь, но стараюсь не перегибать, потому что вижу, как сильно напрягается Саша на опасных поворотах.

Мы поднимаемся на второй этаж, заходим в прихожую. Я закрываю дверь на замок и, не включая свет, вжимаю Сашку в стену. Она учащенно дышит, не двигается. Позволяет снять куртку и пробраться ладонями под платье.

— Не холодный? — спрашиваю я ее.

— Как всегда горячий.

Поглаживаю ее бедра, живот. Грудь сжимаю и задеваю подушечками пальцев соски. В ушах шумит, я изголодался за этот день. По Саше. Сильно.

— Вань, дай сапожки хотя бы сниму, — просит она жалобно и, развернувшись ко мне лицом, в грудь упирается.

Я нехотя отстраняюсь, тоже снимаю обувь. Едва Саша справляется со своими сапожками, подхватываю ее на руки. В ней хочу быть. С ней. Всю ночь и не только.

Саша обхватывает длиннющими ногами мои бедра, крепко обнимает руками за шею. Окутывает легким цветочным ароматом. Соблазнительная девочка, сладкая. Под кожу въелась так глубоко, что ни о ком другом и думать не могу.

Она не шевелится и не дышит до тех пор, пока я не опускаю ее на кровать в своей комнате. Сегодня Сашка со мной будет спать, хочет она того или нет. Черт знает, куда завтра нас занесет по ее же прихоти. На лыжах кататься или на санях. И не откажешь ведь только потому, что мне ее мало. Просто пиздец как мало.

Задираю платье ее короткое до самой талии. Внутри все вибрирует от похоти и желания. Саша руки вверх поднимает и позволяет себя раздеть. Остается в скромном комплекте нижнего белья — черном лифе и хлопковых трусиках. Нежная, красивая. Я сцепляю челюсти от злости. Когда от мужа уйдет — куплю Сашке что только пожелает. Шмотки, цацки. Я же вижу, что одежда у нее простенькая, не новая. Саша заслуживает гораздо больше, чем имеет.

Я судорожно расстегиваю пуговицы на рубашке. Златовласка заводит руки за спину и оголяет упругую, налитую грудь с аккуратными розовыми сосками. Мой личный фетиш. Сутками любоваться могу — не надоест.

Затем Саша ближе подсаживается и делает то, что заставляет меня, оторопев, застыть на месте. Тянется руками к пряжке ремня. Расстегивает. Опускает вниз молнию. И все это с серьезным выражением лица.

— Ты что делаешь? — спрашиваю охрипшим голосом.

Златовласка вскидывает на меня свои глазища. Взгляд дерзкий, упрямый. Она долго смотрит снизу-вверх и облизывает приоткрытые губы.

— Таким было твое желание, — отвечает на вопрос. — Ты же этого хотел?

— Хотел.

Саша кивает и уверенным движением рук высвобождает нетерпеливо дергающийся член. Обхватывает его ладонью, медленно водит по всей длине. Меня трясти начинает. Конкретно. Будто это мой, а не ее первый в жизни минет.

— Ну вот и замолчи, — повторяет Саша мои же слова. — Ты исполняешь мои желания, а я — твои. Ты же для этого меня сюда привез?