Глава 18. «Северянка», новые люди и слово Болтонов

– Уезжаешь? – с деланным безразличием спросила Арья Старк. Она нашла Домерика в богороще Риверрана. Место мало походило на суровые святилища в северных замках, но и здесь можно обращаться к Старым Богам.

– Да, принцесса.

– Не называй меня так. Называй по имени.

– Хорошо, Арья. – Ему нравилось иной раз подразнить девочку. Она всегда реагировала очень бурно и яростно, как маленькая и свирепая куница.

– Возьми меня с собой! – неожиданно выпалила та. – Я могу пригодиться!

– Мы же воюем, а не сидим на месте, – с улыбкой сказал парень. Предложение ему польстило. – Наверняка мой отец придумает для Клинков какое-нибудь задание и мы отправимся сражаться.

– Сражаться я умею, ты знаешь! – заявила девочка с самым серьезным видом. – Да и к невзгодам привычна. А у тебя в отряде много разных людей. Я не помешаю. Возьми меня!

– Если позволит твой брат-король и леди-мать, то я с радостью выполню эту просьбу, – дипломатично ответил Рик. Он знал, что подобного никогда не случится. Никто не позволит младшей сестре короля Севера находиться в его отряде и разделять все тяготы походов и битв. Пусть отряд известен и туда многие мечтают попасть, пусть о его пока еще скромной славе уже говорят среди северян, он не место для девочки. Хотя, присутствие Арьи выглядело бы забавным, стоило признать.

– Они не отпустят, я знаю, – грустно сказала Арья и замолчала, принявшись ковырять мягкую землю носком туфли.

– Прости, что не могу ничем помочь, – после паузы ответил Болтон и дотронулся до ее локтя.

– Мы же увидимся?

– И весьма скоро. Король Робб говорит, что через некоторое время выступит на Близнецы. И мы там будем. Значит, увидимся.

– Хорошо. – Арья грустно улыбнулась, не зная, что говорить и немного смущаясь. – Ненавижу такую неловкость! В общем, спасибо за все!

– Тебе спасибо. К нашей следующей встрече я сочиню о тебе песню. Она будет называться «Северянка». – Эта идея – написать об Арье героическую балладу, пришла ему в голову недавно. Сначала он отмахнулся от нее, а потом призадумался. История девчонки и то, что ей пришлось пережить, требовали хороших стихов и запоминающихся рифм. А она сама заслужила его уважения – мало кто смог бы пройти через такое и остаться в живых. Удивительно, как все может измениться, ведь в Винтерфелле она казалась грубой, неотесанной дикаркой.

– Да ладно тебе… – протянула Арья, и в ее голосе послышалось отчетливое неверие. – Песню? Серьезно?

– Ага! О том, что ты видела в Королевской Гавани и как сумела улизнуть из логова львов, – он не стал упоминать о казни лорда Старка, зная, что воспоминания расстроят ее. Не стоит бередить чужие раны. Но строки об этом обязательно будут.

– Ты слишком-то сильно там не заливай. Я ничего героического не совершила, – она покраснела. – И про себя не забудь упомянуть. Людям обязательно понравится Красный Клинок… Кто знает, чтобы было, если б ты меня не узнал в Харренхолле? Вдруг, вся жизнь пошла бы иначе? Ведь я вас побаивалась, и не собиралась открываться.

– Тут ты права, – признался Болтон, невольно поражаясь, как ей удалось догадаться или почувствовать новую вероятность. – Я рад, что Боги послали встречу с тобой. Мы хорошо поладили и расстаёмся с добрыми сердцами.

– И я рада! – она подняла на него серые глаза. – Всего хорошего, Домерик.

– И тебе, Арья! – он пожал ее тоненькую и сильную ладошку, как мужчина пожимает руку мужчине, зная, что жест понравится Старк. – Увидимся в Близнецах!


Обратная дорога до Харренхолла не запомнилась ничем, кроме дождей. Раньше, по дороге на Риверран, они думали, что это и есть настоящий сезон дождей. Они ошибались – он только начинался.

Казалось, неведомый великан распорол у небес брюхо и оттуда хлынули целые потоки. Ливень шел днем и ночью, то затихая на короткое время, то вновь возобновляясь. Он безостановочно стучал по листьям, одежде и лицу. В лужах надувались и лопались пузыри. Пахло влажной землей. Многие северяне простудились и кашляли. Они умели прекрасно переносить холод, но нескончаемый дождь угнетал сильнее стужи и морозов.

Дороги, поля, еда, одежда – все раскисло. Весь мир стал серым, сырым и неприветливым. Всадники уныло горбились в седлах и мечтали поскорее добраться до цели.

Лайтфут временами вздыхал так красноречиво, что мог бы разжалобить и гранитный валун. Еще бы ему не скорбеть, коли при такой сырости ржавчина плотно ляжет на кольчуги, на оружие и на различные металлические детали упряжи. А чистить и приводить их в идеальный вид придется оруженосцу.

И когда мрачный Харренхол показался впереди, все невольно обрадовались.

– Наконец-то, – буркнул сир Вилис. Вода стекала по его лысине, лицу и мощному носу, превратив длинные усы в две обвисшие тряпки.

– Десять лет жизни отдам за теплую ванну! – раздался голос Русе. – Боги, как я хочу забраться в кипяток!

– А я сначала выпью горячего, с корицей и гвоздикой, вина, – хмыкнул Тор. – По такой погоде разве может что-то быть лучше?

– Ежели только две девицы с двух сторон и просторная кровать, – отозвался Бенфред Фрей.

На воротах их встречали.

– Рады видеть вас, сир! – Орвик Лайтфут, командующий стражей, вышел вперед и подошел к коню Болтона. – Как добрались?

– Так себе, – буркнул парень. К отцу своего оруженосца он относился хорошо, просто говорить и задерживаться не хотелось.

– Ничего, сейчас обсохнете и подкрепитесь, – понимающе усмехнулся мужчина, переводя взгляд на сына. – Мы вас заждались.

Вечером в Зале Тысячи Очагов состоялся общий ужин. Но прежде, в течение целого часа, Домерик докладывал отцу о поездке и положении дел в Риверране.

Лорда Болтона интересовало многое – как изменился король Робб, как он общается с другими лордами и как они к нему относятся? Каковы потери в войсках и каково общее настроение? Что говорят Фреи и что они намерены делать дальше? Как он нашел леди Кейтилин и вообще, как прошел разговор?

Сам он каким-то невероятным образом сумел убедить всех тех Фреев, что находились в его войске, не покидать Харренхолла после того, как король нарушил свою клятву. Если бы Робб Старк умел так общаться с людьми, то он мог бы избежать немало проблем.

– Большой Джон, лорд Гловер, леди Мормонт и старший Карстарк выступали против того, чтобы ты женился на леди Хорнвуд, отец, – рассказывал Домерик. – Они всеми силами мешали королю принять благоприятное для нас решение.

– Подобного стоило ожидать, – хозяин Дредфорта откинулся на спинку кресла, обитого черной кожей, и перевел взгляд на ревущий в очаге огонь. От него шло приятное тепло, и Домерик со скрипом пододвинул свой стул поближе. Как же приятно находиться в сухой и чистой одежде под надежной крышей! – А что Мандерли?

– После разрешения на строительство Монетного двора они полностью довольны жизнью!

– Верно, у них появились основания для подобной радости. Белая Гавань и так является торговым окном для всего Севера на восточном побережье, но теперь деньги потекут рекой.

– Удачно получилось с моей помолвкой, да? – спросил Домерик.

– Да, пожалуй, что и удачно, – негромко согласился лорд Болтон.

Дни шли за днями. В Харренхолле, как оказалось, делать было нечего. Война протекала вяло и ничем особенным пока не поражала.

Красные Клинки совершили небольшой трехдневный рейд, пройдясь по окрестностям, и благополучно вернулись обратно.

К возмущению и негодованию Рика, им «посчастливилось» наткнуться на деревни, где успели побывать Кровавые Скоморохи. После них живых практически не оставалось, а некогда цветущие места напоминали Седьмое Пекло. Трупы с распоротыми животами и глотками валялись на земле или висели, подвешенные в самых разнообразных позах. Было видно, что большую часть из них перед смертью пытали. Дома, как правило, сжигались. От них оставались лишь жалкие остатки с печами и каменными вытяжками очагов. Различных собак и кошек и тех, кого не принято засовывать в котел, когда есть другая еда, Скоморохи так же не щадили. Хотя зачем убивать беззащитных и неопасных тварей, Болтон не понимал.

Большая часть простых дредфортцев относилась к таким картинам вполне спокойно. Тор и Русе ворчали, что надо знать меру. Бенфред Фрей открыто возмущался и считал, что так действовать нельзя. Возможно, он говорил так не случайно и не по велению сердца. Ходили слухи, что король Робб собирается передать Харренхолл и его земли одному из Фреев.

Сам Домерик твердо знал, что такая бессмысленная жестокость приносит мало пользы. В самом начале войны – возможно. Но затем от нее одни беды.

Если не хочешь, чтобы тебя убили как бешеного пса, не веди себя как он, – как-то раз сказал отец. И Рик запомнил. В его глазах Кровавые Скоморохи весьма сильно напоминали бешеных собак, а с такими разговор короткий.

Когда Красные Клинки вернулись в Харренхолл, Рик заскучал окончательно. И даже друзья, их компания и шутки не сильно помогали. Он все сильнее хотел обратно, на родной Север. Да и предстоящая свадьба с Винафрид Мандерли часто вставала перед его мысленным взором.

У нас, слава Богам, все хорошо. Я читаю книги, подпеваю сестре и вышиваю тебе новый плащ, – писала ему девушка в очередном письме. – Время тянется так медленно! Когда же мы, наконец, увидимся? Я так по тебе скучаю, Рик! Я мечтаю о свадьбе, и не только о ней…

От этих строк на сердце становилось теплее. Он не сомневался, что не просто нравится Вине. Нет, в такой долгой разлуке девушка успела его полюбить! Не зря же она так откровенна!

Она признавалась, что он ей снится и обещала, что покажет весь замок и всю Белую Гавань. А потом мы отправимся в твой Дредфорт, – мечтала девушка.

Такие сладкие весточки помогали ему побороть скуку, и он с улыбкой писал ответное письмо. Болтон уже давно не помнил, какое оно по счету.

Прилетел ворон от Микеля Редфорта. Его отцу, лорду Хортону, надоели любовные подвиги сына, и он решил женить его на Изилле Ройс. Свадьбу назначили через две недели. Домерик огорчился, что не сможет на нее попасть.

Наконец-то из Цитадели прислали мейстера. Им оказался невысокий и щуплый мужчина двадцати пяти лет по имени Бенджен. Он коротко стриг волосы и, как и все прочие мейстеры, носил длинное и широкое одеяние с просторными рукавами.

– Расскажи про себя, – велел ему Домерик, разворачивая рекомендательное письмо из Цитадели. Там стояло несколько печатей, а сам текст подтверждал, что конклав Архимейстеров, изучив прошение сира Домерика Болтона, направляет к нему соответствующего человека. Разговор происходил в одной из комнат башни Страха, где рыцарь жил последнее время.

– Я из Королевских земель, сир. Из Камнепляса, если вы знаете, где это.

– Знаю, не сомневайся, – ответил Болтон, откладывая письмо в сторону. – Замок принадлежит дому Масси.

– Так и есть. Но я не из этого дома, и не их бастард. Просто там, на побережье, живет наша семья. Мы – рыбаки. А я пятый ребенок. Когда я малость подрос, отец сказал, что всех нас прокормить не так-то и просто, и велел отправляться в Цитадель.

– Понятно, – протянул Болтон, еще раз осматривая молодого мейстера. Конечно, не совсем хорошо, что он из Королевских земель, с которыми Север как раз сейчас воюет. С другой стороны, все мейстеры служат не своей родине, а тому замку или месту, куда их направят. И повода усомниться в их верности пока еще ни у кого не появлялось. А то, что он из простолюдинов, его и вовсе не волновало. Среди мейстеров такое положение дел в порядке вещей. – Расскажи про свою цепь.

– Месяц назад я принял все обеты и отстоял ночное бдение в склепе. И когда пришло письмо, что на Север требуется новый мейстер, меня отправили к вам. Ведь я правильно понимаю, что со временем вы намерены вернуться в Дредфорт?

– Так и есть. Но я спрашивал про цепь, – напомнил Рик.

– Я как раз хотел о ней сказать… – Бен поддел пальцем внушительное украшение на шее и оттянул его в сторону. – Вот серебряное звено, которое доказывает, что я преуспел в медицине и лечении ран. Это – чугун. Он обозначает, что я умею обращаться с воронами. Еще есть медь, отвечающая за познание в истории, свинец, олово, платина и бронза.

– А золото? – Болтон знал, что символизирует данный металл.

– Нет, сир Домерик. К сожалению, деньги и расчеты мне пока не покорились.

– И валирийской стали нет.

– Магии я не обучен.

– Жаль, – признался Болтон. Если бы они поладили с новым мейстером и если бы тот сумел завоевать его доверие, с ним можно было бы обсудить интересные вещи, касающиеся его видений. Рик не был уверен, что когда-нибудь начнет об этом рассказывать, но почему и нет?

Из дальнейших расспросов Болтон выяснил все необходимое. Бен не входил в число лучших школяров и выпускников Цитадели. Он был, что называется, «крепкий середняк».

В целом, такой подход мог считаться даже справедливым. Люди знали, что лорды и рыцари в случае нужды отправляли в Цитадель письмо с просьбой прислать нового мейстера. Многие думали, что то, куда попадет тот или иной выпускник, отдавалось на волю случая. Конечно, дело обстояло иначе. В Цитадели существовали и родственные связи, и протекция. Наиболее одаренных мейстеров разбирали самые влиятельные лорды и дома. Так что ему не следовало расстраиваться на судьбу и спокойно принимать то, что она давала.

– Присаживайся, Бен. Ты будешь служить не Дредфорту, а мне и моему личному отряду. Он носит название Красные Клинки. Слышал о нем?

– Нет. Пока не добрался до Речных земель.

– И что говорят в Речных землях?

– Что с Клинками лучше не связываться.

– Людям не откажешь в прозорливости, – услышанное ему понравилось и он рассмеялся. – Кстати, как прошла дорога?

– Все хорошо, – Бен улыбнулся и отхлебнул из кубка предложенного вина. – Я двигался пешим, выбрав обходной путь через Королевскую Гавань. Чем дальше к северу, тем тревожней на дорогах, но кто станет чинить препятствие мейстеру?

– Возможно, ты и прав. А возможно, и нет, – Рик усмехнулся, вспоминая о Кровавых Скоморохах. Эти-то при случае могут и мейстера подвесить на осину. Предварительно вспоров брюхо.

– Не понял вас.

– Не важно, – парень махнул рукой. – В Харренхолле растут чардрева. Я приму твою клятву верности под их кроной.

– Как скажете, – новый мейстер с достоинством наклонил голову.

– Не надо так официально, – Болтон рассмеялся. Мейстер начинал ему нравиться, а так как им предстояло прожить рядом многие годы, то добрые отношения следовало заводить с самого начала. – Ты познакомишься с моими друзьями и людьми, и увидишь, как мы общаемся между собой.


В один из дней во внутреннем дворе Харренхолла северяне встречали Кровавых Скоморохов. Квохорский Козел разбил свой отряд на несколько частей и сейчас в замок возвращалась одна из них, во главе с самим Варго Хоутом.

– Ну и жалкое же зрелище, – сквозь зубы процедил сир Вилис. Он стоял рядом с Домериком, заложив руки за широкий ремень. Колет на его животе натянулся и угрожающе трещал, словно собираясь порваться в любой момент. Позади будущего родича находились чуть ли не все рыцари и воины Белой Гавани. Судя по тому, о чем они переговаривались, возвращение наемников особой радости у них не вызвало.

Белая Гавань всегда могла похвастаться славными традициями рыцарства, лучшими на всем Севере. Может, они и не дотягивали до блеска и величия Простора и Утеса, но Мандерли, придя в Белую Гавань, не забыли о своем прошлом. Тем более, у них существовал овеянный легендами Орден Зеленой Руки.

Младший Болтон задумчиво покрутил на пальце покрытое эмалью кольцо. Ему его подарила Винафрид Мандерли. Тогда он не догадался спросить об Ордене, его традициях и ее предках, что в нем состояли. Сейчас почему-то казалось, что с ним не всё так просто.

За самим Домериком отпускали громкие шуточки Клинки – делать-то все равно в Харренхолле больше нечего, а прибытие Скоморохов, какое-никакое, а развлечение.

Помимо них множество северян высыпало на внутренний двор. Как и обычно, все находились при оружии. Его тяжесть воспринималась как нечто естественное и близкое, как то, без чего истинный воин себя не мыслит.

– Они пьянее вина, – первым заметил Русе. – Глянете-ка, некоторые с трудом в седлах сидят!

И правда, Скоморохи основательно упились. Слышалась ругань, тупые шуточки, кто-то гудел в трубу и бил в барабан. Между ними находилось свыше сотни пленников – все избитые, худые, закованные в колодки или со связанными руками. На женщинах практически не оставалось одежды. Даже сейчас кто-то из Скоморохов не ленился нагибаться с седла и лапал их с громким смехом. Два или три наемника держали длинные бичи. Они гоготали, отвешивая ленивые удары тем, кто, по их мнению, шагал недостаточно быстро.

Глядя на наемников, Домерик почувствовал пробуждающуюся ярость. Они просто скоты, тупые и жестокие палачи, убийцы! Такой сброд на службе у отца больно бил по репутации всех северян! Парень с силой сжал челюсти и втянул воздух. В голове появилась идея, и он передвинул перевязь с мечом в более удобное положение.

– Лорд Болтон, мои ребята вернулишь ш победой и добычей, – Варго Хоут осторожно спустился с коня и подошел к ним. Он не оказался особо пьяным и вел себя самым естественным и спокойным образом.

– Где остальные ваши люди? – холодно спросил Русе Болтон, оглядывая разношерстную толпу.

– Продолжают шобирать фураж, – Козел по привычке осклабился. – Шоглашно вашему же указанию.

– Насколько я помню, лорд Болтон не приказывал так относиться к пленным, – сир Вилис возмущенно ткнул пальцем в грудь наемника. Люди из Белой Гавани поддержали его громкими криками. – К чему все это?

– Это война, шир Мандерли, – улыбнулся Варго Хоут. – На ней вше шредства хороши.

– Согласен! – Домерик решительно шагнул вперед. Он оглянулся и осмотрел своих Клинков, Карстарка и Русе. На их лицах не было радости, и он успел подать им знак приготовиться. – На войне, как на войне! Бей их!

Рыцарь выхватил меч из ножен и резко, продолжая движение, ударил снизу вверх. Надо отдать должное, Варго Хоут обладал отменной реакцией. Он отшатнулся, хватаясь за оружие, и даже успел наполовину выхватить меч из ножен. Прекрасно заточенный клинок Домерика перерубил ему руку в локте.

– Наши клинки остры! – следующим движением парень поразил его в бедро и сбил на землю. Кровь в жилах пела и играла, как молодое вино. Он отчетливо понимал, что все, что сейчас происходит – правильно и верно.

За Козлом стояли его офицеры. Он ринулся на них, отсекая от отца и сира Вилиса, чтобы с ними, не дай Боги, ничего не случилось.

– Кархолд! – заорал Торрхен, выхватывая меч и бросаясь на наемников.

– Вперед! – Русе Рисвелл принялся орудовать сталью.

Его отряд моментально вступил в схватку. Они были прекрасно вышколены и привыкли доверять своему лидеру. И если он что-то начинал, то остальные с радостью подхватывали.

– Клинки! – их боевой клич вспугнул птиц с окружающих двор башен. Спустя несколько мгновений к ним на помощь с воодушевлением пришли люди Белой Гавани и Родников.

Пьяные и не ожидающие ничего такого Бравые Ребята вначале растерялись и позволили сбить себя в кучу. Лишь затем, окруженные со всех сторон, они несколько опомнились и постарались оказать сопротивление.

– Козла оставить в живых! – крикнул Рик через плечо и с удовлетворением заметил, как Желтый Снег ударил поднимающегося Варго Хоута древком копья по голове, вновь сбил на землю и принялся связывать.

Бой, как это обычно и случалось, полностью захватил его. Он отдался ему, позволил увлечь, не утрачивая хладнокровия и замечая, что творилось вокруг.

Отец и сир Вилис дружно отпрянули назад. Перед ними непонятно откуда появился Железные Икры. Он кричал, подзывая к себе остальных гвардейцев. Наемники визжали от страха, матерились и пытались что-то сделать. Двор наполнился болью, проклятиями и мольбой о пощаде.

Рик отбил выпад и пронзил чей-то раззявленный в крике рот, подсек под колено еще одного врага и сошелся с третьим. Тот вскинул аракх, и меч перехватил его в воздухе, высекая искры. Начался тот танец стали и смерти, который он просто обожал!

На Болтоне был камзол до колен, колет и штаны, заправленные в сапоги из прекрасно выделанной кожи бежевого цвета. Все это, в отличие от тяжелых рыцарских доспехов, давало возможность двигаться легко и изящно, словно танцуя. И он применил один из пируэтов водного плясуна, которому его научила Арья Старк.

Болтон развернулся через плечо, смещаясь и уходя в сторону. Ноги уверенно выполнили все положенные движения. Они не споткнулись, не сбились с ритма и несли тело послушно и легко. Он пригнулся, пропуская аракх над собой, и локтем толкнул наемника в спину. Здоровенный черный мужик лишь начал разворачиваться, а Рик уже погрузил меч ему подмышку. Он испытал восторг от того, каким вышел заключительный выпад – невесомым, почти нежным.

Рыцарь успел увидеть краем глаза надвигающуюся опасность и отступил, разрывая дистанцию. Недостаточно быстро! Он почувствовал, как ребра протестующе хрустнули. Боль пронзила тело, но азарт помог ее игнорировать. Он сжал челюсти и мгновенно развернулся, успевая основанием клинка отбить в сторону еще один удар.

– Северная сука! – толстый и приземистый наемник дохнул сивушным перегаром прямо в лицо. Он густо порос черным волосом и напоминал обезьяну. А еще у него отсутствовал нос и по этой примете Рик сразу его припомнил. Перед ним оказался Рорж, один из тех подонков, кто помог захватить Харренхолл, а потом влился в славные ряды Кровавых Скоморохов.

Рорж вновь махнул палицей. Но теперь Болтон был наготове и ушел в сторону, полоснув безносого по руке. Плоть разошлась, показывая бледно розовое мясо. Наемник заорал, но оружия не выпустил. Они закружились, обмениваясь ударами. Домерик уже представил, как следует сражаться против такого сильного и выносливого, но не слишком подвижного врага.

Правда, насладиться схваткой ему не дали.

– Сдохни уже! – тяжелый клинок Карстарка глубоко вошел Роржу в шею, перерубая мышцу, ключицу и связки. Кровь ударила, как со свиньи на бойне.

– Тор! – закричал Домерик, не скрывая разочарование. – Нахрена ты влез?

– Да брось. Это же не рыцарский поединок по всем правилам, а обычная резня, – друг пожал широкими плечами и осмотрелся по сторонам. Схватка закончилась. Лишь в нескольких местах продолжали добивать одиноких наемников. Слышались смачные и сочные удары. Пленники отпрянули к одной из стен и сейчас в ужасе таращили глаза. Кое-кто молился, опустившись на колени и вздымая связанные руки к небесам. Некоторым из них не повезло, и они разделили участь Скоморохов.

Домерик глубоко вздохнул, осторожно потрогал бок и понял, что досталось ему серьезно. Он бросил еще один взгляд на оружие, которое продолжал сжимать мертвый наемник. Приди удар Роржа не по касательной, и все могло бы закончиться куда хуже. Да и ранили его не мечом, а палицей. В этом имелись свои достоинства и недостатки.

Крови оказалось много. Она пузырилась, вытекая из ран, и медленно заполняла небольшие углубления и ямки среди брусчатки. К счастью, северян среди убитых практически не оказалось. Лишь несколько человек зажимали раны, да трое не торопилась подниматься с земли. Нападение на Скоморохов оказалось таким неожиданным, что застало последних врасплох. Множество наемников попрощалось с жизнью невероятно быстро.

– И что это было? – раздался тихий голос лорда Болтона. Он оказал на всех действие, сходное с ледяным душем. Только что все возбужденно кричали, что-то говорили, двигались, и вдруг, почти моментально, весь огромный двор Харренхолла погрузился в тишину. Лишь несколько лошадей продолжали всхрапывать, да стонали раненые.

– Разве ты не видишь, что эти ублюдки позорили всех нас? – еще не остывший от боя Домерик повернулся к отцу и, не обращая внимания на боль, твердо встретил взгляд его холодных глаз. И он не отвернулся – ведь у него самого точно такие же глаза. Пусть он моложе, но в нем течет кровь предков и он ничем им не уступает! Сейчас они гордятся им! Вдобавок, рыцарь чувствовал не только свою силу, но и правоту. А с таким набором можно и горы свернуть. – Они – скоты! Даже воздух рядом с ними пахнет падалью и предательством. Предавший раз предаст снова.

– Верно! Отлично сказано! Сир Домерик прав! – раздалось со всех сторон. Северяне принялись потрясать мечами и свистеть. Стража на стенах начала стучать оружием в щиты. Домерик отчетливо понял, что сделал еще один шаг к завоеванию чужих сердец. Таких деяний Север не забывает.

– Прошу вас, не гневайтесь, лорд Болтон, – к ним подошел сир Вилис, старательно переступая через красные лужи. – Каждый отец мечтает о таком сыне. Я счастлив, что он породнится со мной!

– Пусть так! – по лицу старшего Болтона было невозможно определить, гневается ли он или наоборот, поддерживает такой исход событий. – Но я дал слово Варго Хоуту, что он станет лордом Харренхолла.

– Поэтому я и не убил его, – Рик широко улыбнулся и быстро стер чужую кровь с лица. – Он остался в живых. Никто не посмеет сказать, что Болтоны не держат слова. Он получит Харренхолл! Весь, без остатка!

– Мне по сердцу такие слова, – первым засмеялся Мандерли. Его смех звучал гулко и раскатисто, как из пустой бочки. К нему по одному, по двое начали присоединяться все остальные. Дальние воины и солдаты, конечно, не слышали разговора, но и они не остались в стороне. Через минуту смех заразил весь Харренхолл.

– Пожалуй, это наилучший выход, – даже на лице старшего Болтона промелькнуло подобие улыбки. – Мейстер Медрик, окажите всю возможную помощь лорду Харренхолла Варго Хоуту. Он должен выжить!

– Не сомневайтесь, милорд, я приложу все силы, – немедленно отозвался мейстер и сразу же склонился над раненым. Связанный и окровавленный Козел лишь скрежетал зубами.

И все же Домерик знал, что своевольства отец просто так не спустит.

– Никто не ожидал ничего подобного. Ты застал Скоморохов врасплох, – отец принял его в горнице. Сам он сидел, но сына оставил стоять, таким образом выражая свое отношение к случившемуся. Кроме них, здесь больше никого не было. – Расскажи-ка, как тебе пришла в голову такая идея?

– Козел никогда мне не нравился. После того, как я увидел, что он вытворяет в деревнях вокруг Харренхолла, стало ясно, что его надо кончать. Ну и то, как они вернулись в замок, как вели себя, как горланили песни и бахвалились на виду у наших солдат… Мне показалось, что так будет правильно!

– Что именно?

– Сделать красивый жест, перерезав их всех. Северяне оценят. У нас уважают силу. Да и не лишним будет напомнить, что у Дредфорта тяжелая рука.

– Вышло хорошо, этого не отнять, – согласился Русе Болтон. И добавил совершенно спокойно и бесстрастно. – Если ты еще раз выкинешь что-то подобное без моего разрешения, то будешь наказан. Серьезно наказан. Тебе ясно?

– Да… отец.

– Тогда можешь идти. Думаю, тебе следует отмыться от крови. И бок… Что с ним?

– Так, пустяк. Легкий ушиб, – сейчас, когда горячка боя окончательно схлынула, Домерик уже не считал, что рана такая уж пустячная. Вот только он не собирался показывать слабость. Этим он даст отцу лишний повод сказать, что он слишком тороплив и не продумывает всех последствий.

– Покажись мейстерам, – приказал лорд Дредфорта. – Для начала тебя осмотрит Бен, а потом я пришлю Медрика.

– Милорды, состоялась битва в Оленьих Рогах, – сказал Русе Болтон, обводя взглядом собравшихся.

Рик сидел по правую руку от отца, прямо напротив сира Вилиса. Его друзья, а так же часть оставшихся в Харренхолле северян слушали лорда Болтона напряженно и молча.

Все уже знали, что после победы на Черноводной Тайвин Ланнистер приказал Ринделлу Тарли действовать более активно.

Под командованием Гловера собрался внушительный отряд в несколько тысяч человек. Туда, кроме его собственных людей и солдат Толхарта, вошли воины Родников во главе с Роджером Рисвеллом, все Сервины, Флинты, Кондоны и пехота Кархолда.

Сам Домерик с радостью отправился бы к Гловеру, не помешай рана. Вернее, не рана, а ушиб. Ублюдочный Рорж хорошо приложил ему палицей. Бен сказал, что у него сломаны два ребра. Мейстер отца подтвердил эти слова. Пришлось остаться в Харренхолле, залечивая рану. Боль порядком таки ему надоела. С ней было невозможно сидеть на коне, наклоняться, а уж поход в отхожее место и вовсе превращался в истиную муку. Сейчас ребра подживали, хотя все еще напоминали о себе.

– Лорд Гловер пишет, что сражение вышло кровопролитным. Он потерял примерно тысячу воинов. Лорд Тарли вдвое больше. Но они опасались сира Григора Клигана, который шел со всей возможной скоростью на помощь врагам. На следующее утро лорд Гловер отступил. Следовательно, можно считать, что битву выиграл лорд Тарли, – отец с безразличным видом пожал плечами. Казалось, ему нет дела до того, как закончилось сражение.

– Что сейчас происходит с войском лордов Гловера и Толхарта? – с тревогой поинтересовался Джаред Фрей.

– Я приказал им добраться до Рубинового брода и охранять его, – ответил Русе Болтон. – Ситуация ухудшается. Будет плохо, если нас отрежут от Севера. Хватит и того, что Ров Кейлин захвачен железнорожденными.

– А лорд Тарли? Что-нибудь известно о его планах? – спросил Домерик. Про этого человека в их войсках ходило немало разговоров. Он считался одним из лучших полководцев Вестероса. Шутка ли, но в свое время тот умудрился нанести поражение королю Роберту Баратеону. Правда, тогда он еще не примерил короны, а считался обычным мятежником.

– Разведчики следят за его передвижением. Кажется, он намеревается захватить Девичий Пруд. Во всяком случае, он направился туда.

– Разумно, – кивнул сир Вилис. – Город стоит на побережье и морем легко подвозить провизию.

– Как бы нас не зажали в Харренхолле, – обеспокоился Хостин Фрей, с тревогой оглядывая собравшихся. – Ланнистеры набирают силу и обходят нас со всех сторон. Мы можем попасть как кур в ощип!

– Я не намерен подвергаться осаде, и уже отправил соответствующее письмо королю Роббу, – ответил Русе Болтон. – Следует дождаться его приказа.

Робб Старк ответил на тревогу лорда Болтона о надвигающейся опасности. В своем письме он упомянул, что умер его дед – лорд Хостер Талли. После похоронного обряда он с войском покинет Риверран и двинется на Близнецы, где пройдет свадьба Эдмара Талли. Король приказывал Русе Болтону оставить Харренхолл, пересечь Рубиновый брод и соединить две армии в замке старого лорда Фрея.

Солдаты приняли известие с радостью. Нескончаемые дожди всех доконали, а отступление никто не считал поражением. Они просто отходят на перегруппировку сил.

Красным Клинкам вновь поручалось охранять Русе Болтона. Они должны были двигаться в авангарде и выступать в числе первых. Но прежде чем это произошло, Домерик повстречал старого знакомого. Он уже успел забыть о его существовании.

– К вам просится какой-то лучник, – сказал Озрик, заглядывая в его комнату. – Пустить или гнать в шею?

– Лучник? Как его зовут? – Домерик сидел за столом напротив окна. Перед ним лежала бумага и перья. Около правой руки стояла чернильница. За то время, пока заживали рёбра, и он был ограничен в перемещениях, рыцарь почти закончил песню про Арью. Сейчас ему не давался последний куплет.

– Говорит, что Энгай!

– Энгай? – имя всколыхнуло память. – Зови его сюда. Только обыщите прежде.

Худой, рыжеволосый и веснушчатый юноша с поклоном вступил в комнату. Его одежда выглядела потертой и грязной – темно-зеленый плащ, куртка из грубой кожи, широкий ремень, штаны и заляпаные грязью сапоги. Голенище одного из них оказалось распоротым на треть. На поясе висели ножны от кинжала, но самого оружия не наблюдалось. Надо полагать, его, а также лук с колчаном, у него отобрали.

– Рад видеть вас, милорд, – лучник кашлянул и снял с головы небольшую шапочку из некогда коричневого сукна. За тульей торчало перо. Так как сам Домерик не торопился начинать разговор и продолжал внимательно осматривать гостя, тот продолжил. – Ежели помните, то я Энгай. Вы предлагали свой кров и хлеб.

– Как же, помню, – внешне Домерик остался совершенно спокоен. Но лучнику он обрадовался. Его появление могло означать лишь одно – тот, скорее всего, хочет поступить к нему на службу. И сейчас тот выглядел не так уверенно и вальяжно, как в борделе Королевской Гавани. Жизнь успела поставить всё на свои места. Да и деньги, тот невероятный выигрыш, что он заполучил на турнире десницы, надо полагать, уже благополучно пропиты и проедены. – Откуда ты пришел и где находился все это время?

– В Братстве-без-знамен! – помявшись, ответил человек.

– Серьезно? – для Домерика эти слова прозвучали откровением. – Ты служил лорду Дондарриону и убивал северян?

– Верно, сир, я служил лорду-молнии. Но мой лук и стрелы не убили ни одного северянина. Лишь Ланнистеров!

– И что же заставило тебя прийти ко мне? – Домерик говорит спокойно, с позиции силы, и давал почувствовать это собеседнику. Они были равны, почти равны, тогда, когда встретились в борделе, но ныне те времена остались в прошлом.

– Война сидит у меня в печенках, сир. Ночевки под открытым небом, вонь, голод, сырость, прелая одежда… Нас гоняют по лесам и полям, как лисиц. Не этого я ожидал после победы на турнире. Я бы многое отдал за более спокойную жизнь!

– Значит, ты предал тех, с кем сражался и делил кусок хлеба? – в голосе Болтона проскользнуло невольное презрение. Дезертиров он не жаловал.

– Вовсе нет, сир! – парень прижал руки к груди. – Лорд Дондаррион позволил мне отправиться к вам. Более того, у меня для вас послание.

– Послание? – Домерик неожиданно понял, что разговор становится всё более занятным.

– Да. От Красного жреца, Тороса из Мира. Он сказал, что вы должны его помнить.

– Как же, помню, – перед его мысленным взором прошла последняя общая схватка и Красный жрец. Его горящий клинок при каждом ударе разбрызгивал огненные искры. Схватка «трех красных», так ее назвали, ведь там еще находился и Красный Бык. Он одолел того в самом конце. Парень невольно улыбнулся, вспоминая славное прошлое.

– До нас дошли слухи о вас и о том, как Красный Клинок держит слово, – лучник помял шапку. – К тому же мы знаем, что вы нашли Арью Старк и доставили ее в Риверран к матери и брату. А потом покончили с Кровавыми Скоморохами. Вы совершили благое дело! Лорд-молния так и сказал!

– К этому мы еще вернемся, – Домерик постарался сохранить невозмутимый вид. – Так что велел передать Торос?

– Он видел вас в пламени. Жрец сказал, что вы еще скажете свое слово, и что от вас многое зависит в грядущей Битве.

– Какой битве?

– В последней Битве между живыми и мертвыми! Он надеятся, что вы и дальше будете следовать дорогой чести!

Домерик вздрогнул и со всем возможным вниманием заглянул в глаза лучника. Тот не казался фанатиком. А вот Красного жреца еще в столице многие называли настоящим безумцем. Интересно, Торос полностью поехал головой или сохранил остатки разума?

И все же, в глубине сердца он понимал, что эти слова не просто так прозвучали. Они многое значат. Что-то, важное и решающее, ждало его в будущем.

К сожалению, яркие и отчетливые видения о самом главном его не посещали. Или он просто не мог заглянуть так далеко. Но намеков-то хватало! Он всерьез рассчитывал, что рано или поздно найдет ответы, что за чертовщина с ним происходит, кто за этим стоит и к чему, собственно говоря, все идет. Хотя, и так ясно, что их ждут мрачные времена.

– Торос уверен, что я вам пригожусь. Поэтому я ушел из Братства, не таясь и открыто.

– А ты? Ты, уверен, что пригодишься мне?

– Уверен, милорд, – лучник отбросил шапку в сторону и встал на колени. – Перед ликом Старых и Новых Богов я, Энгай из Дорнийских Марок, клянусь служить вам верно и честно. И да не будет у меня другого господина, кроме вас!


Северяне покидали Харренхолл. Длинная змея пеших и всадников проходила сквозь подбашенный туннель и выходила на дорогу.

Домерик и его Клинки уже давно выбрались за стены. Сейчас парень молча и задумчиво смотрел на величественые башни Харренхолла. Ему хотелось кинуть на них последний взгляд и запечетлеть их в своем сердце. Он не знал, сможет ли когда-нибудь вновь увидеть это место. Могло выйти и так, и эдак.

Друзья и товарищи окружали его со всех сторон. Озрик Лайтфут простыл и изредка чихал. Иногда ржали кони, да позвякивало железо.

Болтоны сдержали слово. Русе собрал всех северян и торжественно провозгласил Варго Хоута лордом и хозяином Харренхолла. И теперь командир наемников с тоской и ненавистью смотрел, как его замок пустеет.

Мейстер Медрик сумел сохранить ему жизнь. Правда, он стал одноруким и одноногим. Козла приковали к цепи на вершине надвратной башни, оставив ему достаточно еды и питья. Он остался жив, и, как было обещано, получил замок и все его земли.

– Странно, почему Козел не радуется? – молчание прервал Русе Рисвелл, бросая взгляд на башню. Варго Хоут высунул голову между оплавленных зубцов и смотрел прямо на них. В его глазах застыли ненависть, тоска и ужас. – Ведь он получил все, что ему обещали. Болтоны умеют держать слово!

– Вероятно, он как-то иначе себе такое представлял, – пробасил Тор. – Золото там, уважение…

– Вперед! – Домерику не хотелось говорить. Он сжал ноги и ударил лошадь пятками, заставляя ее развернуться. За спиной остался Харренхолл. Рыцарь еще долго чувствовал спиной взгляд Квохорского Козла.


– Всегда сохраняй трезвую голову и не принимай необдуманных решений, – еще раз напомнил отец.

Они стояли на северном берегу Трезубца. Переправа на Рубиновом броде прошла спокойно, хотя войска Ланнистеров во главе с лордом Тарли и Григором Клиганом основательно потрепали их арьергард.

И все же северянам удалось без серьезных потерь убраться из Харренхолла и перебраться на другой берег реки. Такое положение обеспечило им хорошее прикрытие и некоторую уверенность в завтрашнем дне.

Уже здесь Русе Болтон приказал Флинту и Кондону охранять брод, а всем остальным двигаться прямо на Близнецы. После этого он передал командование войском сиру Вилису Мандерли, намереваясь отправиться к Солеварням, сесть на приплывшую «Стерву» и отплыть в Дредфорт.

– Думаю, будет разумно как можно раньше жениться на леди Хорнвуд. Когда король Робб прорвется на Север, то все лорды вновь начнут протестовать против такого решения, – накануне сказал отец, объясняя свое решение. – Следует побыстрее закончить с этим делом, провести обряд и развязать себе руки.

– А армия? – поинтересовался Домерик. – Вдруг что-то пойдет не так?

– До Близнецов близко. Войско сможет довести и сир Вилис. Тем более, он будет благодарен мне за оказанную честь, – как и обычно, отец был кругом прав.

– Я понял.

– Войском теперь командует сир Мандерли, но ты в ответе за наших верных дредфортцев. Береги их! Не забывай прислушиваться к советам Локка! – напоследок сказал лорд Болтон. – Думаю, мы скоро увидимся. Вероятно, в Белой Гавани!

Отец обнял его. За последний год всего во второй раз.

И сейчас Домерик задумчиво наблюдал, как лорд Дредфорта и его отряд направляется на восток, к Солеварням. Обмокнув под дождем, знамя с ободранным человеком почти не шевелилось на ветру.

Там насчитывалось триста человек, возглавляемых Уолтоном Железные Икры. Рядом шагали почти две с половиной сотни мастеровых и слуг из Харренхолла.

В Дредфорте всегда хватало земли. Теперь её стало еще больше, и со временем им предстоит кем-то заселить будущую крепость.

Болтоны «выгребли» из Харренхола всех здоровых прачек, кухарок, кузнецов, конюхов, охотников и рыболовов, что там нашлись. Большая часть из них не имела ничего против отправиться на холодный, но зато спокойный Север. Среди них находился и Джендри, бастард короля Роберта, и поваренок по имени Пирожок. Правда, попадались и упертые, не желающие никуда уходить. Таким принять правильное решение помог удар под ребра.

В Харренхолле остались лишь ни на что не годные старики и старухи. Они не дадут скучать лорду Хоуту до тех самых пор, пока туда не придут Ланнистеры.

Само собой, приплывшая из Дредфорта «Стерва» не могла взять на борт стольких людей. Выручили Мандерли. Именно они прислали в Солеварни лишние суда и баржи. Теперь места хватало не только воинам и слугам, но и для добычи, что им удалось взять в Харренхолле.

– Что ж, пора и нам отправляться, – негромко заметил Карстарк.

– Ты прав, Тор, – согласился младший Болтон. – Нас ждут в Близнецах.

– Ох, чую славную пирушку, – хохотнул Рисвелл. – Пора нам как следует повеселиться!

Загрузка...