Глава 9. Турнир десницы

Королевская Гавань встретила их ароматом пряностей, специй, благовоний, а также вонью помоев и отбросов. Никогда прежде Домерик не видел такого огромного порта и города, столько народу и кораблей в одном месте. Казалось, на турнир приехал весь Вестерос.

Сотни судов под разноцветными флагами заняли вдоль причалов все свободные места.

– Не, ну вы гляньте – прям что-то невероятное, – присвистнул Русе Рисвелл.

– Где бросим якорь? – спросил Домерик, поворачиваясь к капитану. Зорни лишь пожал плечами.

И все же они представляли несколько знатных домов, а не простых торговцев. Один из таможенников нашел-таки для них местечко. Матросы со «Стервы» принялись ловко и деловито выгружать вещи. По закрепленным сходням на берег свели Гордеца и Титана, второго боевого коня, купленого для Рисвелла в Чаячьем городе.

Русе Рисвелл поначалу отказался участвовать, а может и не мог из-за отсутствия денег. Лорд Болтон, как требовал закон гостеприимства, предложил ему помощь в приобретении доспехов и коня. Да и Домерик не остался в стороне.

Это решило дело. Сейчас Русе ходил радостный и счастливый, насвистывая, словно целое дерево птичьих гнезд.

Рядом пришвартовалась галея Редфортов. Именно на ней они раньше добирались до Дредфорта. Лорд Хортон поблагодарил Русе Болтона за возможность отправиться в столицу на «Стерве», но, сославшись на нехватку места, вывел в море собственный корабль.

Люди работали основательно, и вместе с тем быстро. Таможенник предупредил, что через два часа место следует освободить. В открытом море своей очереди ждала очередная галея. Судя по зеленой черепахе на парусе, она приплыла с острова Эстермонт.

– Как тебе столица, Оз? – спросил Домерик. Оруженосец восторженно крутил головой по сторонам, осматривая окружающих, корабли, дома, людей, портовые постройки и нависающую над всем громаду Красного замка. Он стоял на холме Эйгона и его башни смотрелись легко и горделиво.

– Красиво, хотя запах не очень, – ответил мальчик.

– Не очень? Скажи, что здесь пахнет как в нужнике, и ты не ошибешься, – хохотнул Рисвелл.

– Распоряжайся, – приказал Домерику отец, а сам в сопровождении Локка и лорда Редфорта, отошел в сторону. Они стояли, негромко переговаривались и осматривались, давая сыновьям возможность проявить инициативу.

– Вот что, Озрик, пройдись и найди повозку. А лучше две. Нам нужно перевезти все вещи, – скомандовал юный Болтон.

– Будет сделано, сир, – Лайтфут побежал вверх по улице, туда, где находились несколько лошадей и на зданиях виднелись какие-то вывески.

Думать о том, чтобы найти в столице свободное место или комнату в гостинице, было бы бесполезным занятием. В эти дни все дома оказались переполненными. Те, кто имел такую возможность, находили приют у родичей или знакомых. Другим приходилось выворачиваться как-то иначе.

Возможно, лорд Старк сумел бы пристроить их в Красном замке – если бы захотел и если бы Русе Болтон попросил.

Отец просить не собирался. Им пришлось отправляться на берег Черноводной выше по течению и ставить шатры там же, где их разбила большая часть прибывших рыцарей.

Кажется, еще несколько дней назад весь этот луг был совершенно пуст. Сейчас на нем буквально выросли улицы, где домами выступали различные палатки, шатры и павильоны. Некоторые выглядели настолько красивыми, что так и притягивали взор. На них хотелось любоваться.

На ветру лениво развевались флаги и знамена с многочисленными гербами. Со всех сторон слышался смех, шутки, разговоры и приказы. Ржали лошади, доносился стук кузнечного молота, а оруженосцы и простые слуги носились туда и сюда. Пахло походными кострами и готовящейся едой. Один из рыцарей сидел на походном стуле около коновязи и перебирал струны арфы. Он кивнул им, хотя они его и не знали.

Свободное местечко нашлось в самом конце этого палаточного городка. Оно оказалось в ярдах восьмидесяти от воды, под тенью внушительных буков. Полянка оказалась свободной, но едва они ее заняли, как выше по течению какой-то рыцарь из Дорнийских Марок приказал ставить свою палатку.

Лорды Редфорт и Болтон заняли один шатер на двоих, а Домерик, Русе, Микель и Джон – другой. Для Хокка, Дореста и прочих предназначалось третье жилье, не такое большое и удобное. Слуги расставили все за два часа.

Справа, за отцовским, стоял шатер кого-то из Стонтонов из Королевских Земель. За ним расположилось временное жилье сира Мертинса с вышитыми белыми клиньями.

Для участвующих в турнире рыцарей оруженосцы выставляли щит с гербом владельца у входа. Так же поступил и Лайтфут. Рядом с бордовым шатром Домерика мальчик последовательно укрепил щиты с кровавым человеком Болтонов, конскую голову Рисвеллов и красный замок на белом фоне – герб Редфортов.

У многих палаток стояло по два, три и даже больше щитов.

Они успели вовремя. Уже завтра начинался турнир. Домерик отослал Озрика, чтобы сообщить распорядителю турнира их имена и внести в список. Весь тот вечер они провели в огромной бурлящей толпе, которая гуляла на еще одном лугу, находившемся с другой стороны ристалища.

Тут и там горели костры, пели менестрели и барды. Запах готовящейся пищи доносился со всех сторон. Звонко и счастливо смеялись женщины.

Утром турнир начался. Рыцарь за рыцарем выезжали на ристалище. Каждого встречал рев трибун и крики многотысячной толпы.

Первыми, на великолепных скакунах, двигались королевские гвардейцы в чешуйчатой броне молочного цвета. Их белоснежные плащи полностью покрывали конские спины.

За ними двигались богатые и влиятельные лорды. Сотни ясеневых копий с вымпелами, бахромой, цветами, привязанными женскими платками или шарфами поднимались к небу.

Ренли Баратеон и Лорас Тирелл находились в первом ряду, бок о бок. Их доспехи и облачение казалось невероятным и настолько богатым, что многие зрители изумленно притихли и лишь провожали рыцарей восхищенным взглядом.

Следом гарцевали Редвины, Престер, Пайпер, отец и сын Маллистеры, два брата Ройса, Дондаррион, Фреи, Сантагар, огромный Григор Клиган по прозвищу Скачущая Гора из Западных Земель и бесчисленное множество других рыцарей, простых всадников, сквайров, сыновей знатных лордов и наследников малых домов.

Кажется, их здесь собралось сотни четыре, а может и больше. Домерик с друзьями находились примерно в середине строя. Род Болтонов был древнее многих, но вот самого юношу никто толком не знал. Он не успел завоевать славы, не зарекомендовал себя опытным турнирным бойцом или умелым воином. Будь иначе и он бы имел полное право претендовать на место среди тех, кто двигался во главе колонны.

Король Роберт – Домерик увидел его впервые – сидел в центре огромного павильона на внушительном кресле с резными подлокотниками, больше напоминающим маленький трон. Колет из черной кожи натянулся на его могучих плечах и не менее внушительном брюхе, готовый лопнуть, как переспелый плод. Около него находилась королева Серсея и их дети. Все свободное пространство вокруг заняли самые знатные лорды и прославленные рыцари, из тех, кто по каким-то причинам не принимал участия в турнире. Немного в стороне Домерик заметил отца и лорда Редфорта.

Гулкий хохот короля временами перекрывал все прочие звуки. От разнообразия лиц и богатых одежд глаза буквально разбегались.

К королевскому павильону с двух сторон примыкали более простые трибуны, заполненные не такими знатными и уважаемыми лордами.

Еще дальше расположились совсем мелкие лорды и обычные рыцари. Все остальное пространство занимала многотысячная толпа горожан, ремесленников и крестьян, пришедших в столицу со всех сторон.

Мест явно не хватало. Простолюдины толкались, многие залезли на деревья или стоящие вдалеке телеги, чтобы хоть что-то видеть.

Гордец поначалу немного нервничал, но когда Домерик похлопал его по шее, почесал и наговорил в уши ласковых слов, успокоился. Сейчас он шел медленно, следом за каким-то рыцарем в прекрасных золотистых доспехах и богатой попоне желтого цвета, расшитой черными соловьями.

Болтон впервые попал на такое внушительное мероприятие. На первых порах это выбило его из колеи. Всех участников осматривали сотни внимательных взглядов, а их хозяева умели замечать любую мелочь – посадку в седле, аллюр коня, качество амуниции, уверенность или отсутствие оной и десятки других деталей.

Зрители, не стесняясь, обсуждали всех чемпионов. Кажется, несколько слов досталось и самому Домерику. Он, несмотря на то, что толком не расслышал, что там про него говорят, почувствовал, как краснеют уши. Благо, под шлемом их никто не видел.

Скользя взглядом по трибунам, Домерик неожиданно замедлился, обнаружив Сансу Старк. Девушка была одета в великолепное зеленое платье. Осеннее золото ее волос буквально лучилось, отражая солнечный свет. Рядом с ней сидел золотоволосый, еще более богато одетый парень, смотревший по сторонам с пренебрежительной и высокомерной улыбкой. Кажется, это был принц Джоффри, и об их помолвке ходило немало разговоров.

Санса Старк, наверняка опознав Болтона по гербу на щите, посмотрела слегка удивленно, а потом неуверенно кивнула.

Домерик наклонил голову, когда миновал золотоволосую красавицу – принцессу Мирцеллу. Девушка перехватила его взгляд и улыбнулась открытой, лучезарной улыбкой и даже помахала рукой. От ее красоты, еще девичьей и нераспустившейся, у него перехватило дыхание. Домерик почувствовал, как жар прилил к лицу, а кровь застучала в висках. Удивительно! Таких юных, а вместе с тем женственных, располагающих к себе с первого взгляда и утонченных леди он еще не встречал. Вся она, от дорогого платья, до светящейся кожи, от ухоженных рук, воздушного ободка короны, изящных украшений до мысков маленьких, вышитых жемчугом туфелек, поражала какой-то невероятной красотой и легкостью. Вот уж поистине, принцесса из сказки! Он даже оглянулся назад, стремясь еще раз полюбоваться на ее милое личико. А она – да благословят ее Боги – вновь помахала ему рукой и засмеялась серебряными колокольчиками.

Домерик никогда раньше не чувствовал такого… Он не знал, любовь это или нет так неожиданно пронзило его сердце, но находился словно в розовом тумане. Звуки ристалища пропали и отдалились.

Он пришел в себя, когда началась жеребьевка. Рыцари принялись вытаскивать из бочонка плашки с одинаковыми номерами. Те, у кого цифры сходились, узнавали своего противника, да заодно видели, под каким номером им выходить на арену.

– Не толпитесь, лорды и сиры. Получив номер, отходите в сторону, дабы и другие имели возможность вытянуть свою плашку, – призывал суровый и внушительный мастер над ристалищем. Ему помогала добрая дюжина мужчин.

Русе потянул его за руку, и они отъехали в сторону, встав так, чтобы все видеть. Кто-то, кому сражаться было еще не скоро, подзывал оруженосцев, спешивался, давая возможность отдохнуть коню. Чуть позже к ним присоединились братья Редфорты. Взор Домерика постоянно стремился к королевскому павильону, пытаясь найти принцессу Мирцеллу.

– Да что с тобой, Рик? – Микель хлопнул его по плечу. – Соберись!

Юный Болтон понял, что сейчас стоит думать о другом. Он, как мог, очнулся, глубоко вздохнул и, воспользовавшись советом друга, рассмотрел номер на плашке. Там стояла цифра «сорок семь». Значит, придется ждать, когда сразятся сорок шесть пар других бойцов. Через некоторое время он узнал, что получил в соперники никому не известного рыцаря по имени Хол Ронт.

– Помоги-ка снять панцирь, – приказал Домерик, спешиваясь.

– Конечно, милорд, – Лайтфут быстро справился с ремнями. Домерик все больше ценил оруженосца. Парень оказался незаменимым. Он выполнял всякие мелкие просьбы – чистил сапоги или коня, мог что-то узнать, сбегать с поручением, найти нужного человека, передать деньги, подогреть вино, разжечь костер, помочь надеть доспехи и приготовиться к бою.

Сам Домерик занимался тем же самым в доме у своей тетки леди Барби, а потом и у Редфортов.

Восьмым – и первым из них – пришлось сражаться Джону Редфорту. Ему крупно не повезло, так как в соперники достался сам сир Джейме Ланнистер, прославленный рыцарь Королевской Гвардии.

– Давай, ты устоишь, – они наперебой пытались подбодрить своего друга.

– Если выбьешь сира Джейме, то сможешь рассчитывать на многое, – сказал лорд Редфорт своему сыну. – А если нет, то никто тебя не осудит. Так что просто иди и сражайся!

Джон хорошо сидел на лошади и умел замечательно работать с копьем. Вот только для победы над таким рыцарем этого оказалось мало. Он проиграл. Да еще, как оказалось, сломал руку. Сир Джейме бил безжалостно и умело. Редфорту помогли встать на ноги, и повели к мейстеру.

Зрители встречали начало каждой схватки оглушительными криками. Такие же крики сопровождали удачный удар или прием, победу или поражение.

Схватки шли одна за другой. Выбитых из седла рыцарей поднимали оруженосцы или слуги, или кто-то из людей мастера над ристалищем, если рыцарь оказывался бедным, и у него не имелось ни тех, ни других.

Русе Рисвелл, расщепив пять копий, за столько же заходов сумел победить сира Патрика Маллистера, сына лорда Ясона.

Первая схватка для Домерика оказалась совсем легкой. Противник его сидел в седле не очень-то уверенно, и это он понял за те мгновения, что их жеребцы сближались.

Кони скакали по разным сторонам недавно поставленного барьера, выкрашенного в серовато-белый цвет. Даже сквозь шлем Рик чувствовал свежий запах известки.

Домерик попал копьем куда надо, ощутил, как турнирный наконечник ударил в доспех и проскакал дальше. Оглушительный шум толпы подтвердил, что противник оказался на земле.

Микель сражался одним из последних в первом круге. Ему достался серьезный соперник – сир Брайс Карон из Марки. Редфорт победил.

Перед вторым этапом они вновь тащили плашки с номерами, выбирая пару. Теперь рыцарей осталось вдвое меньше.

Вторым выбывшим в их компании оказался Русе. Правда, проиграть такому сопернику, несмотря на возраст, было бы не зазорно кому угодно. Рисвелла выбил из седла прославленный Барристан Селми, лорд-командующий Королевской Гвардии. Рыцарю было около шестидесяти лет, но даже если силы и стали покидать его, то он умело компенсировал это с помощью опыта и техники.

Самому Домерику достался Ренли Баратеон, младший брат короля.

Его доспехи выглядели великолепно – сплошное золото и эмаль, солнце так и играло на панцире, поножах и наручах. Шлем с золотыми рогами поражал воображение. Попона, покрывающая спину коня, опускалась чуть ли не до земли, и на ней гордо вскидывали голову вышитые олени. Драгоценные камни – на уздечке, панцире, на гребне шлема, на налокотниках, сияли и отражали свет, как тысячи звезд.

Браавосский доспех Домерика был хорош, но уступал в роскоши защите Ренли Баратеона. Розовая попона на Гордеце была вышита фигурками распятого человека и достигала бабок коня. Червленые стремена давали прекрасный упор для ног. Переднюю луку на седле украшали серебряные нити. На шанфроне[11] строго вперед торчала небольшая пика, напоминающая копье и выкрашенная в алый цвет.

На другом, более скромном турнире, Болтон бы блистал. Сейчас же все меркло перед Баратеоном и его облачением.

Домерик верил в надежность и прочность своего снаряжения. Да и сидело на нем все просто изумительно. Нигде ничего не жало, не натирало, не сбилось и не мешало. А красота… Как сказал лорд Редфорт, лучше победить в скромных доспехах, чем проиграть в великолепных.

И все же, глядя на брата короля, Домерик на миг почувствовал себя бедным и никому не известным рыцарем. Наверно от этого он ощутил неожиданную злость. А она помогла успокоиться и понять, что все в его собственных руках.

Домерик невольно хмыкнул – лорд Ренли словно и не на турнир приехал, а на свадьбу. Сам Болтон не очень-то любил выставлять напоказ такой достаток и такую красоту. Ему куда больше нравилось хорошее соотношение качества и красоты, надежности и цены. Именно то, что присутствовало в его доспехах. А эта показушность могла удивить лишь простолюдинов. Да и не мог Дредфорт похвастаться таким богатством, как Штормовой Предел.

– Лорд Ренли Баратеон, младший брат его величества короля Роберта Баратеона, хозяин Штормового Предела! – громогласно объявил герольд. Трибуны откликнулись радостными криками. Кажется, в столице Ренли не только знали, но и любили.

– Сир Домерик Болтон, Красный Клинок, наследник Дредфорта! – теперь объявили и его. Но радости на трибунах второе имя вызвало куда меньше. – Покажите всю свою доблесть, милорды!

«Ничего, – пообещал неизвестно кому парень. – Скоро меня будут узнавать!». А еще он успел мысленно поблагодарить Лайтфута. Похоже, именно оруженосец указал при записи «красный клинок». Все его мечты о собственном прозвище, которое неизменно будет ему сопутствовать, кажется, воплотились в жизнь.

Ренли оказался великолепным рыцарем лишь с виду. Сражался он куда хуже, да и на коне сидел не сказать что идеально. Домерик выбил его из седла с первого удара и блистательный лорд, владетель Штормового Предела, упал на задницу, загремев великолепными доспехами.

К удивлению Домерика, Баратеон ничуть не обиделся. Он уже стоял на ногах, снял шлем и белозубо улыбаясь, махал зрителям рукой. Зато имя самого Домерика и его прозвище на трибунах запомнили – в этом он был готов поручиться. Теперь на него обратили внимание.

Произошел первый несчастный случай – рука Григора Клигана дрогнула, и его копье пронзило горло молодого сира Хью из Долины.

Рыцарь упал, и кровь толчками била из огромной раны. В толпе закричали. На поле выбежали люди. Все оказалось бесполезно. Парень дернул несколько раз ногами и умер. Парочка особо впечатлительных дам на трибунах чуть не потеряли сознание, а кое-кто расплакался.

Слугам понадобилось некоторое время, чтобы убрать погибшего рыцаря и присыпать огромную лужу крови песком.

Сразу после несчастного случая Редфорт выбил из турнира Джори Касселя, капитана гвардии лорда Эддарда Старка.

Перед третьим кругом чемпионов снова стало вдвое меньше. Солнце давно перевалило полдень и палило вовсю. Участвующие рыцари начинали чувствовать эту жару. Она донимала и словно вытягивала силы. Домерик с тоской думал о родном, прохладном Севере.

Выбывшие друзья поддерживали Домерика и Микеля и, как простые оруженосцы, проверяли надежность доспехов и оружия.

Микель сразился с Первином Фреем, и победил. Домерик получил Лотора Брюна, вольного всадника в простой броне. Он не мог похвастаться таким доспехом, как Ренли Баратеон, зато обладал внушительным мастерством и умением.

Юному Болтону пришлось попотеть. Шесть раз они съезжались, расщепив шесть копий, прежде чем парень вырвал победу. Никто из них не оказался сбитым на землю, но судьи посчитали, да и сам король признал, что Болтон лучше сидит на коне и точнее наносил удары.

В следующем туре Домерик невольно похолодел, когда узнал, что судьба вывела его на сира Барристана Селми.

– Ты сможешь его победить, Рик! – подбодрил Джон. Он морщился от боли, но мейстер уже успел заключить его руку в лубок. Редфорт не пожелал пропустить такое зрелище и вернулся на арену. – Мы в тебя верим!

Они сошлись дважды. В первый раз Домерик чудом не вылетел из седла, а во второй ударил так, что уже сир Барристан завалился на спину.

Друзья потом рассказали, что лошадь продолжала скакать, а лорд-командующий застыл в шатком равновесии, пытаясь выпрямиться. Возможно, ему бы это и удалось, но подвела лопнувшая подпруга.

Сир Барристан грохнулся на землю, а Домерик победил. И все же он понимал, что победа досталась ему не сколько благодаря мастерству, а скорее удаче. Имелся и третий момент – несмотря на весь свой опыт, сир Барристан к тому времени устал куда сильнее, чем более молодые рыцари.

Отец приказал ему пойти и выразить признательность прославленному рыцарю за прошедший поединок – самому Домерику эта мысль в голову не пришла.

А вот Микелю не повезло. Противники с каждым туром были все сильнее и опытнее, и другу достался сир Лорас Тирелл, рыцарь Цветов. Парню не так давно исполнилось семнадцать лет, но он по праву считался одним из сильнейших турнирных бойцов Вестероса. Он в очередной раз подтвердил свою репутацию, победив Редфорта. Солнце начало склоняться к западу. Медленно, но верно день приближался к закату. Скоро должно было стемнеть, но схватки пока еще продолжались.

От невидимой Черноводной потянуло ощутимой прохладой. Некоторые дамы, такие как королева Серсея, уже утомились и покинули павильон. К огромному несчастью Домерика, она забрала с собой принцессу Мирцеллу. Король Роберт продолжал опустошать чашу за чашей. Он громко хохотал, отмечая самые забавные моменты. Казалось, в его огромном чреве способно поместиться все вино Королевской Гавани.

Домерик с трудом победил шестого противника – сира Андара, старшего сына Бронзового Джона из Долины. Они с ним знали друг друга.

После этого на ристалище осталось всего восемь рыцарей. Мастер над ристалищем приказал зажечь факелы. Домерику достался сам Джейме Ланнистер. Парень не боялся, но внутри крепко засело убеждение, что этого соперника ему не одолеть. Пока, во всяком случае.

Он не показал этого ни единым движением или взглядом. В узкую щель забрала он видел, как сир Джемйе «летит» навстречу на своем великолепном жеребце. У него все было великолепное – конь, доспехи, плащ, сбруя и оружие. Да и сам он смотрелся величественно. Вот только в отличие от Ренли Баратеона, все это было не напускное, а настоящее. Под золотом скрывалась истинная сталь, звонкая и победоносная. И главное, сир Джейме мог гордиться совершенной техникой, мастерством и выносливостью. А еще за его плечами чувствовался колоссальный опыт. Домерик не мог всем этим похвастаться.

– Помогите мне, Старые Боги, – прошептал он, когда Гербер Кабан схватил Гордеца за уздечку и пробежал вперед, помогая коню быстрее взять разбег.

Блистательный, сияющий золотом сир Джейме стремительно приближался. Развевающийся белоснежный плащ за его спиной, казалось, заслонил пол арены. Конь слегка отклонил голову вправо от барьера, а копье сира Джейме наоборот, было направленно влево, через холку, к барьеру. Наконечник практически не дрожал.

Они сшиблись. Несмотря на собственные сомнения, Домерик сумел удивить противника. Он ударил так точно, что брат королевы покачнулся в седле. И все же он удержался. На второй заход Ланнистер собрался и теперь Домерик устоял с огромным трудом.

На третьем заходе они одновременно сломали копья. С четвертого раза сир Джейме выбил Домерика из седла. Удар оказался таким безукоризненно выверенным и умелым, что Болтону оставалось лишь позавидовать.

Хорошо хоть, после падения парень не сильно пострадал. Да, шумело в голове, да и ноги подкашивались – особенно в первые минуты.

– Чертов Цареубийца вновь победил, – разочарованно буркнул король Роберт. Болтон его прекрасно слышал, так как друзья и Лайтфут поднимали его с земли прямо напротив его величества.

Домерик проиграл, когда победа казалась так близка!

Осталось четыре рыцаря – сир Джейме Ланнистер, сир Лорас Тирелл, сир Григор Клиган и сир Робар Ройс, второй сын Джона Ройса. Этот в последней схватке с трудом одолел Сандора Клигана. В небе начали зажигаться первые звезды, а зрители притомились. Три финальных поединка король приказал перенести на завтра.

Уже в шатре, когда Озрик снимал с него доспехи, Домерик понял, как сильно устал. Это было что-то невероятное. Так он не выматывался никогда прежде. Ни в Долине во время стычек с горцами, ни на турнире в Дредфорте, ни во время схватки на Скагосе.

Все тело ныло и болело. На ребрах слева набухал внушительный синяк – молодой рыцарь толком не помнил, кто из противников ему его поставил. Натруженные руки тряслись мелкой дрожью. Хотелось просто лечь и спать.

Он жадно выпил поднесенный Лайтфутом бокал с вином, а потом еще один. На голодный желудок в голове сразу зашумело.

– Да, старик, ты держался молодцом, – сказал ему Микель Редфорт и уважительно похлопал по плечу.

– Да мы все держались достойно, – выразил общую мысль Русе. – Ведь так?

– Так-то оно так, – согласился Джон. – Да какой с этого прок? Вся слава достается победителю и первой тройке. Их запомнят, а нас, да и всех остальных забудут через десять дней.

Друзья окружали его со всех сторон. Одетые в богатые одежды, уже отдохнувшие, веселые и слегка пьяные. Домерик смотрел на их лица и находил в себе силы лишь криво улыбаться.

– Ты хорошо выступил, – отметил пришедший в шатер отец. – Думаю, тебе банально не хватило опыта.

– Так и есть, Русе, – поддержал его старший Редфорт. – Парню еще нет восемнадцати, а ты посмотри на него! Следующий турнир будет твоим, Домерик!

– Спасибо, лорд Хортон.

Немного передохнув, они отправились на берег Черноводной. Там веселый король Роберт устраивал пир.

На огне жарились шесть огромных зубров. Каждый мог подойти и попросить повара отрезать себе кусок. Еды хватало, а вино текло буквально рекой. Бочки и бочонки стояли во множестве. Люди пили, сколько влезет. Поставили несколько павильонов, и возле них, прямо на траве, установили столы, заваленные жареной дичью, рыбой, яблоками, клубникой, душистым хлебом, медом и десятком других яств.

В середине поляны установили длинный королевский стол, за который пригласили самых знатных лордов Вестероса. Среди них находились отец и лорд Редфорт, но непосредственно короля окружали другие люди. Там, кроме королевы Серсеи и её детей, беззаботно смеялся Ренли Баратеон, улыбался дамам Лорас Тирелл, что-то говорил мастер над монетой Петир Бейлиш, кивал головой великий мейстер Пицель, ели и пили другие лорды.

Зато Домерик заметил принца Джоффри, который с галантной улыбкой ухаживал за Сансой Старк, наполняя ее кубок и приказывая слугам подать самые лакомые кусочки. За его спиной стоял личный телохранитель Сандор Клиган, по прозвищу Пёс. Прошедший турнир и поражение от Ройса не оставили на нем никакого отпечатка. Он казался выкованным из железа.

– Не хотел бы я, чтобы меня называли псом, – негромко заметил Микель. – И даже то, что тебе доверили охранять будущего короля, дела не меняет.

– Ты прав, братец, чести в этом мало, – согласился Джон.

Они переходили от одного костра к другому, смеялись и слушали песни. Друзья опустошали одну чашу за другой, но Домерик держал себя в руках.

Несмотря на сегодняшнее поражение, он хотел попробовать силы в завтрашней общей схватке.

У одного из проходящих торговцев, шнырявших в толпе и предлагавших всевозможные услуги, Домерик купил большую распустившуюся розу. Он собирался подарить ее принцессе Мирцелле.

Королевский стол охраняло несколько человек. Парень назвал себя и лишь после этого, по знаку Барристана Селми, ему разрешили подойти к принцессе.

– Этот цветок вам, ваше высочество, – Домерик опустился на одно колено. – Эта всего лишь роза, и она и близко не может сравниться с вашей красотой, но все же примите ее. Прошу вас!

– Спасибо вам, – девушка замешкалась и Барристан, нагнувшись к ее уху, подсказал «сир Домерик Болтон». – Сир Болтон, – покраснев, добавила принцесса.

– Прими подарок, дорогая, – посоветовала королева Серсея.

Принцесса так и поступила. Она поднесла цветок к носу и глубоко вздохнула.

– Цветок вам к лицу, – успел заметить Домерик, прежде чем его прервали.

– Кто там лезет к моей дочери? – заревел король. – Кто это? – теперь Барристан Селми подошел уже к Баратеону и тоже что-то сказал. – А, юный Болтон! Ну ка, иди сюда!

Домерик еще раз улыбнулся принцессе и подошел к ее отцу. Вблизи король смотрелся еще более пузатым. Черная вьющаяся борода напоминала проволоку, из которой кузнецы делают звенья для кольчуги. Глаза смотрели пьяно и весело. Лицо было красное, а плечи по-прежнему широки. Наверное, в прошлом он считался сильным воином.

– Так, так, – король оглядел его с ног до головы. – Ты, кажется, с Севера?

– Так и есть, ваше величество, – Домерик поклонился. – Мы знаменосцы лорда Эддарда Старка.

Королева Серсея отвернулась к дочери, а принц Джоффри бросил на него заинтересованный взгляд. Что-то было в его глазах, что-то такое, чего Болтон не разобрал. Одобрение? Интерес? Вопрос?

Санса Старк, сидевшая рядом с принцем, отвлеклась от сбитых сливок с земляникой.

– Жаль Эдда здесь нет, – король громко рыгнул, вытерев усы и бороду рукой. Королева при этом поморщилась. – Ну и по какому такому сраному случаю ты не смог одолеть Цареубийцу? А?

– Роберт! – попыталась что-то сказать королева.

– Помолчи, женщина, – король отмахнулся от нее, как от мухи. – Ну, что молчишь?

– Сир Джейме прекрасно сражался. Его победа заслуженна, – Домерик смешался, не зная толком, что ответить.

Сам Джейме и его сестра королева слышали каждое слово. Говорить следовало очень осторожно. Ему вовсе не хотелось попасть между двух огней.

– Эх, жаль я не увидел, как ты выбил его из седла. Чтобы ты на это сказал, сир Джейме, а? Чтобы ты сделал, окажись твои сверкающие доспехи испачканы в земле?

– Истинное золото сверкает и в грязи, – отозвался Цареубийца.

– Неужели? Вот как? – король нахмурился и сразу же потерял к парню интерес. Домерик понял, что можно уходить. Еще раз поклонившись, он отправился к друзьям.

– Ну что, Рик, я так чую, ты скоро женишься на прекрасной принцессе? – конечно, Рисвелл не смог удержаться.

– Там видно будет!

– А-ха-ха, – засмеялся Микель. – И как ты все успеваешь?

Они послушали, как король Роберт спорит с женой, доказывая, что завтра он примет участие в общей схватке. Со стороны за этим было забавно наблюдать.

Вокруг ругающихся стояло несколько человек, но никто из них так и не вмешался. Домерик прекрасно видел, как королева в гневе ушла, забрав с собой Мирцеллу. Роберт продолжал что-то орать и под конец толкнул пытавшегося успокоить его Джейме Ланнистера так сильно, что тот упал.

В шатер парни вернулись поздно. Вернее рано – восток уже начал светлеть. Домерик уснул под кваканье лягушек.

– Сир Болтон, – он почувствовал, как кто-то осторожно трясет его за плечо и открыл глаза.

Перед ним стоял Озрик Лайтфут с виноватым лицом.

– Извините, но вы сами сказали разбудить вас.

– Правильно сказал, – Домерик пересилил себя и прогнал сон.

Полежав немного и придя в себя, парень отправился умываться. Озрик из кувшина лил ему воду на руки, лицо и голову. По пояс голый Болтон с удовольствием отфыркивался и отплевывался.

Вода помогла прийти в себя. Да и выспался он неплохо, несмотря на недостаток времени. Хотя, солнце стояло относительно высоко. Друзья уже сидели около костра, посмеиваясь и переговариваясь. Кто-то из слуг Редфортов жарил им яичницу на беконе со свиными сосисками и хлебом.

Джон держал в здоровой руке рог с элем.

– Давай к нам, Рик, – позвал его Микель. – Подкрепись. Кажется, скоро все начнется.

И действительно, лагерь у реки просыпался. Загорались костры, слуги готовили завтрак. Со всех сторон доносились соблазнительные запахи. Забегали оруженосцы и пажи. Визжал поросенок, которого потащили на убой. Мимо их шатра прошел мужик, держащий за горло двух ощипанных уток. Следом прошли четыре крестьянки. Они предлагали всем желающим купить груши, яблоки и сливы.

Рыцари выходили из шатров, зевая и почесываясь. Многие мучились похмельем.

Ласковое солнце поднялось еще немного, и теперь светило прямо в лицо. Домерик сидел на табурете, с удовольствием шевелил босыми ногами, чувствуя мягкую траву и жмурился. От земли шло приятное тепло.

– Вот держи, сосиски что надо, с перцем и чесноком, – Русе протянул ему тарелку.

Через некоторое время, подкрепившись, все вновь отправились на ристалище. Правда теперь они находились среди зрителей и стояли за спинами своих отцов.

Русе Болтон кинул внимательный взгляд на сына, еле заметно кивнул и вновь повернулся к лорду Редфорту. Король – опухший, но веселый – уже занял свое место и держал в руках неизменный кубок с вином. Сегодня рядом с ним разместился лорд Эддард Старк и две его дочери, Санса и Арья. Как и вчера, рядом с Сансой находился принц Джоффри с неизменным Псом за спиной. Справа от короля находилась королева Серсея, принцесса Мирцелла и Ренли Баратеон.

Пропели трубы. Вышедший к королевскому павильону мастер над ристалищем объявил начало финальных поединков.

Джейме Ланнистеру не понадобилось много времени, чтобы выбить из седла Робара Ройса. Трибуны ответили одобрительными криками. Король недовольно сплюнул в сторону, а королева лучезарно улыбалась.

Сир Лорас во втором поединке против Григора Клигана использовал не жеребца, а кобылу. Кажется, она была в поре. Огромный черный конь Клигана почувствовал ее, начал ржать и волноваться. Седоку пришлось нелегко. Во время сшибки жеребец слушался плохо, обращая все внимание на кобылу.

За это он и поплатился. Взбешенный поражением, сир Клиган одним мощным ударом отрубил жеребцу голову. Меч ему поднес подскочивший оруженосец. После этого он зарычал и зашагал в сторону рыцаря Цветов.

Судя по походке, Гора был взбешен подлым приемом и шел убивать.

– Остановите его! – привстав, приказал лорд Старк, но рев толпы заглушил голос десницы.

Отбросив в сторону, как тряпку, молодого оруженосца рыцаря Цветов, Клиган схватил его лошадь за узду. Почти не напрягаясь, он пригнул ее голову к земле – этот человек обладал невероятной силой.

А потом Гора ударил Лораса в грудь, и серебряные с золотом узоры из роз разлетелись во все стороны, как брызги воды. Массивный турнирный доспех сдержал удар, но Тирелл оказался на земле.

В этот момент между разъярённым рыцарем и его жертвой появился Пес. Он перехватил меч брата, и они принялись сражаться, похожие на две ожившие башни.

– Остановите это безумие! Именем короля! – загремел Роберт Баратеон, оказавшись на ногах. От его мощного крика несколько коней присели на ноги, испуганно заржав.

Сражающиеся моментально подчинились. Пес застыл, опустившись на одно колено, а его брат откинул меч в сторону и ушел, сбив по пути какого-то сквайра.

Пришедший в себя рыцарь Цветов признал победителем Сандора Клигана. Сир Джейме это оспорил.

– Пусть Пес спас вас, сир Лорас, и вы отдали ему свою победу над Горой. Это ваше право. Но меня-то никто не побеждал! – сказал он. Голос его звучал насмешливо и гордо.

Король, десница и Барристан Селми совещались недолго. Если рыцарь Цветов согласился признать себя побежденным, то вместо него должен выйти его победитель. Назначили еще одну схватку, последнюю, в которой должны сойтись сир Джейме Ланнистер и Сандор Клиган. Зрители с воодушевлением восприняли возможность продолжить веселье.

Пес безразлично хмыкнул, когда услышал королевский вердикт и отправился переодеваться.

Через некоторое время бойцы заняли свои места. Сандор Клиган сидел на мощном коне, но в лишенных украшений, поцарапанных и помятых доспехах, выглядел откровенно бледно на фоне Ланнистера.

Они сшиблись раз, другой, третий, четвертый и лишь на пятый Пес тяжело рухнул на землю, выругавшись, как портовый грузчик.

Сир Джейме если и устал, то по его виду, когда он снял шлем, никто ничего не заметил.

Мастер над ристалищем вручил ему букет цветов и он, проехав вдоль павильона, положил его на колени своей сестре Серсее.

– Все правильно, – кивнул Микель. – А кого еще провозглашать королевой турнира, если гвардейцы приносят обед безбрачия? Понятное дело, что сестра подходит для этого как нельзя лучше.

Домерик согласился с другом. В этот момент он почувствовал себя удовлетворенным. Одно дело – проиграть никому не известному участнику, но совсем другое, когда тебе одолеет будущий победитель всего турнира и такой прославленный рыцарь. В таком поражении нет ничего зазорного.

Загрузка...