Глава 2

Я спряталась от Ирис на нашей новой кухне, которая была отделена от гостиной барной стойкой, и наблюдала, как Джейкоб с двумя помощниками занесли первый из наших двух новых диванов. Их голоса эхом отражались от голых стен и высоких потолков. Еще одна пара помощников пришла после них и развернула новый ковер на наших новых паркетных полах. Все было новым. Та мебель, которую мы с Адриан делили в коттедже, идеально подходила для него, но не годилась для нового дома. Новый запах заставил меня разволноваться так, что я сбежала.

С открытой веранды я наблюдала за непрерывным шествием людей с коробками. В одной из коробок ехал Сабер, выглядя при этом, как король, коим он себя и считал. За ним, любопытно оглядываясь, ехали два его выводка потомков. Адриан руководила всем этим, сидя на диване. Ирис командовала распаковкой коробок. Я повернулась и посмотрела на воду; для меня она была главной изюминкой нашего дома. Мы так спроектировали заднюю часть дома, что она почти вся состояла из окон, так что из каждой комнаты мы могли видеть океан. Его вид успокаивал мою беспокойную голову.

„Теперь-то ты счастлива?“

Я с улыбкой повернулась на знакомый голос, когда Коул присоединился ко мне. Муж Ирис был полицейским на острове. Его черная, как уголь кожа, резко выделялась на фоне белой рубашки на пуговицах, напоминая мне, почему мать назвала его так.

„Я должна чувствовать радость от переселения в новый дом, но я не могу, — призналась я. — Знаю, что это звучит глупо, но я буду скучать по нашему домику“.

„Конечно же, жизнь не будет такой, какой она была, когда здесь появится ребенок“.

„Она уже сейчас не та же самая“, — я снова отвернулась и прищурила глаза от ярких солнечных бликов на воде.

„Нет, но с тобой все будет в порядке, Хайден. Подожди, и ты увидишь это“.

„Ты не можешь быть уверен за нас обеих, — я сложила руки на груди. — Я ничего не знаю о воспитании детей. Я — ходячая катастрофа. Наш ребенок, наверное, будет уже подростком, когда мне доверят подержать его“.

„У тебя все хорошо получается с Тедди. Ты его любимая тетя“.

Я улыбнулась, вспоминая моего шестилетнего приятеля, которого усыновили Ирис и Коул.

„Я его приятель по играм, а не родитель“.

„На то мы и друзья, чтобы помогать и защищать. Этот ребенок благословлен двумя матерями, которые будут отличными родителями, а также большим количеством родственников, чтобы при необходимости помочь, — Коул улыбнулся, когда я посмотрела на него. — И мы с Ирис всегда здесь и всегда поможем, если потребуется“.

Как будто по команде на террасу выбежал Тедди и подергал меня за шорты.

„Тетя Хайден, поиграй со мной в пушистого кролика“.

Перед тем, как уйти, Коул пожал мне плечо.

Я встала на колени и взяла пакетик зефира, который принес Тедди.

„Как мы играем в пушистого кролика? Мы должны построить его из зефира?“

От покачал головой.

„Открой пакет, пожалуйста“, — я сделала, как он попросил. Тедди протянул руку и взял одну штучку.

«Надо положить одну в рот и сказать: „Пушистый кролик“, потом надо продолжать засовывать зефир и говорить так, пока зефир не растает или не выпрыгнет изо рта, но тогда ты проиграешь».

Я прищурила глаза, глядя на него. Он так мило выглядел с ирокезом, должно быть он увидел эту игру по телевизору.

„Ну, Спайк, отвечай! Это будет также, как в тот раз, когда ты убедил меня бросить Ментос в Кока-Колу? Мне тогда потребовалось много времени, чтобы отмыть волосы от сладости“.

Он захихикал и отрицательно покачал головой.

«Мне нравится, когда ты называешь меня — Спайк, — он достал из пакета зефир, я открыла рот, и Тедди засунул его туда. — Теперь говори — „Пушистый кролик“.

„Не глотай! — сказал он перед тем, как засунуть зефир себе в рот. — Пушистый кролик!“

Зефиринка в моем рту прилипла к щеке. Это было удивительно — на сколько слизкими они стали, когда покрылись слюной. Я предполагала, что вообще не смогу их прожевать. Тедди снова сунул мне в рот зефир. „Ушишый оик!“

Тедди прижал руку ко рту, чтобы не рассмеяться, затем сунул себе еще одну зефиринку.

„Ушиший…“ — слизняк пулей выскочил у него изо рта и приземлился ко мне на ногу. Тедди завизжал от смеха, и остальные слизняки последовали за первым.

„Смотри, как много там места“, — Тедди сунул мне в рот еще одну штуку.

„Шиши ик“, — я старалась не засмеяться, но щеки мои уже скоро порвутся. Я едва удерживала зефир во рту, когда Тедди засунул мне еще один.

„Ши…“ — они все разом выстрелили из моего рта и приземлились на его рубашке с супергероем.

„Фуу, тетя Хайден!“ — мы оба смеялись, когда на террасу вышли Ирис и Адриан.

„Хочешь поцеловать нас, тетя Адриан, — спросила я, — мы такие сладкие!“

„Вы слишком сладкие для меня, — Адриан потрепала ирокез Тедди. — Я на низкокалорийной диете“, — она наклонилась и поцеловала нас в голову.

„Ты весь липкий“, — сказала Ирис, которая была явно подготовлена и вооружена мокрым полотенцем. Она протерла Тедди и подошла ко мне. Я попятилась назад.

„Я пойду сама умоюсь, — и указала на полотенце, — оно покрыто пушистым кроликом“.



* * *

Ветер принес запах жаренного мяса, но я не могла отвлекаться на его вкусный аромат. Я была на задании и на животе ползла по песку, сжимая в руке пистолет. Враг был рядом… Я могла чувствовать запах зефира… из его рта. Мой поступок был отчаянным. Я покинула свою крепость, построенную из картонной коробки, чтобы вторгнуться в его крепость. Находясь в невидимом режиме и используя элемент внезапности, я скользнула вдоль одной из сторон его крепости. Он был занят натягиванием резинки. Я должна успеть, пока он…

„Вот, черт!“ — резинка поразила мое ухо, как укус пчелы. Я услышала, как Тедди смеется над окриком Ирис, прозвучавшим на мое ругательство. Упав на землю, я видела, как Тедди перезарядил свое оружие и снова ударил меня — теперь по ногам.

„Ладно, ладно. Перемирие! Ты выиграл!“ — я выронила свое оружие, сдаваясь.

Тедди остался играть в крепости, которую мы сделали из коробок, а я хромая отправилась в бар. Адриан взглянула на меня и покачала головой.

„Ты опять проиграла, не так ли?“

Я заправила свои волосы за ухо.

„Мое ухо все еще там?“

Адриан сочувствующе посмотрела на меня.

„Оно красное, но по-прежнему целое“.

Поцеловав мое ухо, она прижалась ко мне, несмотря на мое грязное тело.

„Я люблю того ребенка, который живет в тебе, — она прижалась своим лбом к моему, — и надеюсь, что наш ребенок будет, как ты“.

„Будь осторожна в своих пожеланиях, любовь моя. Если он получит тупой ген Тейтов, нам придется держать его в резиновой комнате до тех пор, пока ему не исполнится сорок“.

Адриан погладила меня по щеке.

„Не жалеешь, что мы не узнали пол ребенка?“

„Нет, а ты?“ — я смотрела, как она погладила руками свой живот.

„Иногда. Но я хочу удивиться, — она взяла мои руки и положила на живот. — Кто-то пытается сообщить нам о своем присутствии“.

Я улыбнулась, почувствовав под ладонями пинки и движение.

„Я думаю, что он пытается сказать нам что-то. Подожди… ножки пытаются воспользоваться азбукой Морзе. Вот слушай… заберите… меня… отсюда… тут… очень… темно“.

Адриан усмехнулась.

„Что-нибудь еще?“

„Отправь… сюда… шашлыка… и……………приставку Wii“.

„Да, — сказала Адриан, кивнув головой, — он будет таким же, как ты“.

„Мама говорила, что я была хорошим ребенком. Беды начались, когда я научилась ходить и говорить. Ее самым счастливым и одновременно самым грустным днем был день, когда я уехала от них. Она говорила, что после этого таинственным образом все перестало ломаться“.

Адриан тихонько рассмеялась. Казалось, что ребенок отреагировал на этот смех и стал более активным в моих руках.

„Я хочу, чтобы этот ребенок выглядел так же, как ты, — сказала она, глядя мне в глаза. — Я хочу, чтобы у него были те же сине-зеленые глаза и кудрявые каштановые волосы. Я хочу смотреть на нашего ребенка и видеть в нем тебя“.

„Давай просто надеяться, что донор спермы твердо стоял на своих ногах, — я подвела Адриан к стулу, чтобы она могла сесть. — Посмотри вокруг. Это рай для игр нашего ребенка“.

Наш дом был построен на сваях, за ним росли пышные заросли, которые спускались по наклонному холму прямо к воде. Это давало прекрасную возможность для построения домиков и игры в прятки. С другой стороны нашего нового дома было достаточно места на поляне для размещения патио, песочницы и качелей.

„Не начинай обустраивать внутренний дворик, пока не родится ребенок, — Адриан посмотрела на меня. — Я бы хотела немного отдохнуть от строительства, и мне очень хочется помочь тебе“.

„Снова переживаешь за меня?“

Она кивнула.

„Качели — это замечательная идея“.

„Ты счастлива, любовь моя?“ — я заправила прядь волос за ее ухо и погладила по щеке.

„Очень, — она взяла мою руку и поцеловала ладонь. — Он очень скоро почувствует себя здесь, как дома“.



* * *

Незадолго до заката Ирис и я согласились пойти с Тедди к его новому домику. Мы засмеялись, когда он убежал от нас вперед, чтобы убедиться в том, что все в нем на должном уровне.

„Могу поспорить, что нам с тобой придется пробираться через заросли кустов“.

„Естественно“, — усмехаясь сказала Ирис.

Дети Коула и Ирис от предыдущих браков выросли и жили отдельно от родителей, когда Тедди вошел в их жизнь. Они ожидали, что скоро станут бабушкой и дедушкой, а стали родителями, когда усыновили Тедди, которого я считала своим племянником. Череда обстоятельств поставила Тедди перед ними, и они с большой любовью радостно приняли его в свою семью.

„Трудно ли в вашем возрасте нести ответственность за маленького ребенка?“ — спросила я.

Ирис бросила на меня строгий взгляд.

„Ты намекаешь, что я старая?“

„Я не намекаю. Ты стара, как грязь“.

Ирис засмеялась и хлопнула меня по попе.

„Я, конечно же, не собиралась сама пополнять свой выводок, но он — наше благословение, это точно, — она взяла меня под руку. — Стать родителем — значит снова почувствовать себя молодым“.

„А я думала, что как раз наоборот“.

Ирис кивнула.

„Я тоже так думала. Мне только что исполнилось семнадцать, когда родился первый ребенок. Я думала, что раз на мне была такая большая ответственность, моя жизнь теперь закончена. Жизнь действительно изменилась, но это было далеко от завершения, — Ирис пожала мою руку. — Дети заставляют нас вспомнить то, что мы уже переросли — Рождество, Пасха, Зубная фея. Теперь вы переживаете это через них“.

Зубная фея! Я и забыла про ее задницу. За каждый выпавший зуб я получала четвертак, но с нынешней инфляцией когда-нибудь мне придется подкладывать под подушку золотые кирпичи.

Тедди выскочил из кустов и схватил меня за руку.

„Это здесь, тетя Хайден, пойдем, посмотрим“.

Когда он потянул меня в чащу, я улыбнулась Ирис. Мама Ирис послушно следовала за нами. Свой новый домик Тедди сделал под ветвями деревьев и кустов. Стены и пол были из картонных коробок, которые он успел стащить до того, как мы сожгли все остальные. Он взял маркеры и украсил стены рисунками. Тедди показал на кучку игрушек, лежащих в углу домика.

„Это моя добыча“.

Я схватила его за руки и закружила вокруг себя.

„А это моя добыча“, — он захихикал, когда я ущипнула его за попу.

„Я — пират, и это моя награбленная добыча“, — он снова указал на свои игрушки.

„О, у тебя есть свой тайник! Круто, очень круто! А где же твой попугай? У всех пиратов есть попугай, который ездит у них на плечах“.

Тедди посмотрел на Ирис.

„Мама, я могу получить попугая? Я буду пропалывать сорняки“.

Ирис улыбнулась ему с любовью. „Посмотрим“.

Она взглянула на меня и сказала себе под нос. „Спасибо, девчушка“.

„Посмотри на это, — Тедди схватил меня за руку и заставил ползти туда, где в одной из коробок он сделал дыру. — Я могу видеть тех, кто проходит снаружи“.

Посмотрев через отверстие, я думала о том, что сказала Ирис. Я давно забыла о домиках и о возбуждении при их строительстве. Я тоже забывала об ужине, боясь оставить на ночь свое творение и беспокоясь всю ночь о том, что Джефри найдет мой домик до того, как я выйду утром на улицу. Мышцы моего маленького тела сжимались, когда я думала о том, что мне придется с ним драться, чтобы вернуть себе мою крепость. Вскоре я обнаружила, что возбуждена так же, как и Тедди.

„Мы должны построить смотровую башню, чтобы видеть приближение кораблей, подходящих к нам с целью совершить нападение. Спорим, что у Джейкоба остались стройматериалы, которые мы сможем использовать при строительстве башни“.

„Ты мне поможешь?“ — взволнованно спросил Тедди.

„Конечно, никто не лазит по деревьям лучше, чем я“.

„Ваше строительство подождет до утра“, — прервала нас Ирис.

Мы с Тедди повозмущались немного, но в конце концов договорились встретиться на следующее утро и начать работы по возведению смотровой башни.



* * *

Я взяла руку Адриан и прижала ее к своей груди, слушая ее ровное дыхание и плеск волн на берегу. Скрипы и шорохи нового дома тревожили мои уши. Все вокруг пахло по-новому, и наша кровать была более упругой, чем в коттедже. Я не могла уснуть.

Словно призрак, я бродила по коридорам. Адриан снова обосновалась в своем гнезде, а я включила ночник в детской комнате. Комната залилась мягким светом. Я прислонилась к дверному косяку и разглядывала детские вещи, накопившиеся здесь для ребенка, которого еще даже не было на белом свете.

Мой мозг начал обдумывать изменения, которые произойдут с этой комнатой, когда наш ребенок подрастет, а потом превратится в подростка. Будут ли на стенах приклеены плакаты? Будут ли это музыкальные идолы или спортивные герои? Будут ли здесь жить хомячки или рыбки? Дорогой Бог! Я надеюсь, что здесь не будут жить змеи! От этой мысли у меня по коже поползли мурашки.

„Может быть, птички?“

Я повернулась и увидела Адриан, подкравшуюся ко мне. Она улыбнулась и провела рукой по моим волосам.

„Мы можем наложить вето на любые запросы о змеях“.

„У нас есть право вето?“

«О да! — сказала она. — Мы можем сказать — „Нет“, и я думаю, что нам придется делать это часто».

Адриан взяла меня за руку и повела на кухню.

„Я сделаю тебе чай, он поможет уснуть“.

„Можем ли мы добавить туда ром или виски?“ — спросила я, думая о том, что едва ли чай справится с такой задачей.

„Давай сначала попробуем чай, — Адриан наполнила чайник и включила печь, а я заняла место в баре. — Кровать слишком жесткая?“

„Да, но я привыкну к этому. Я думаю, что у меня возникла проблема от того, что они разные“.

Адриан прислонилась к стойке и взяла мою руку.

„Сожалеешь?“

„Немного, — сказала я, зная, что не могу солгать, — я скучаю по уюту нашего коттеджа. У меня много приятных воспоминаний о делах, сделанных там“.

„Здесь мы создадим новые воспоминания“.

„Обещаешь?“

„Обещаю“, — она улыбнулась и легонько пожала мою руку.

Я пила чай, который Адриан сделала для нас, и удивительно, но он расслабил меня. Мы вернулись обратно в постель, и я, взяв руку Адриан, поднесла ее к своей груди.

„А теперь представь себе, — тихонько сказала она, — ты идешь по колено в снегу. Темно, только лунный свет отражается от земли, и впереди ты видишь маленькую точку света от окна хижины. Ты уже чувствуешь запах дыма, идущий из трубы. В хижине горит огонь в камине, и теплый плед ждет тебя“.

Я так никогда и не узнала, дошла ли я до хижины.


Загрузка...