Наследник для босса

Глава 22 Дело о близких во всех отношениях людях

Я уже была у дверей вокзала, когда меня нагнал Ярослав.

— Маша! Маша, ты телефон забыла.

Он протягивал мне мой мобильник, и я уставилась на него с удивлением. Хлопнула себя по карманам и поняла, что действительно второпях убежала без трубки.

— Выпал из кармана, когда вылезала, наверное.

Честно, я так волновалась, что с братом что-то случится пока мы едем. Особенно, что он во что-нибудь влезет, что была сама не своя.

— Спасибо! — я протянула руку, чтобы взять телефон. — Вот же я… Маша растеряша.

Мы вместе рассмеялись.

— Машка?! — вдруг окликнули меня.

Со стороны улицы с перекинутой через плечо лямкой рюкзака к нам приближался Колька. По его вороватому виду, я сразу поняла — курить бегал, не иначе!

— Коля! Я тебе что велела? — спросила сердитым голосом.

Данилов удивленно вылупил глаза, разглядывая моего брата, а затем и меня. Они были почти одного роста, разве что в Кольке веса поменьше, да лицо все-таки еще детское. А так да. Здоровый он бугай — в батю.

— Ждать тебя внутри, да-да, — отмахнулся брат и сам перешел в наступление: — Маш, а эт чо за мужик?

Выпятив грудь и развернув плечи, брат подошел и встал рядом, с подозрением разглядывая Данилова.

— А… — замешкалась я, не зная как Ярослава представить.

Да и вообще растерялась, если честно.

— Таксист. Пассажирка телефон у меня в машине выронила. Еле догнал, — нашелся намного быстрее меня Данилов.

И рожа у него при этом у него такая хитрая-хитрая сделалась! Я даже не ожидала, что он такое может выдать. Ух! Как я ему сейчас была благодарна. Не готова пока с Колькой обсуждать наши отношения. Я сама еще их не осознала, да и боязно как-то…

— Спасибо, таксист, — Колька мгновенно врубил режим отваживания моих кавалеров.

Обычно меня это забавляло, но не сейчас. Да и позориться перед Ярославом не хотелось, а брат вел себя вызывающе на пустом месте.

— Коля, не груби! Видишь, человек хороший попался. Телефон забытый принес. А я меж прочим казенное добро едва не потеряла. Деньги отдавать пришлось бы.

— Ну, бывайте, Мария. Звоните, если машинка понадобится, — подлил масла в огонь Данилов и, подмигнув, мне и направился прочь.

— Слышь, таксист! — окликнул его брат, делая несколько шагов следом.

Ярослав обернулся. Уверенно, расслабленно. Чуть склонил голову набок и как-то широко — по-волчьи обернулся. Я тут же вспомнила, как он ловко завалил кавказскую овчарку и предупреждающе ухватила брата за рукав куртки.

Коля осадил, но все равно нагло спроси чуть более миролюбивым тоном:

— Сиги есть?

— Не курю. И тебе, парень, не советую, — ответил Данилов.

Я предупреждающе мотнула головой, без слов умоляя Яра, не обращать внимания на брата и за рукав потащила Кольку в здание вокзала. Когда мы оказались внутри, высказала:

— Вот поэтому я тебе и сказала ждать меня тут! Ясно?

— Мань, ты чего? Ты в этого хмыря что, влюбилась?

— Да того! Ума нет, считай калека.

— В смысле?

Иногда Колька был умен не по годам, а порой включал непрошибаемого дурака.

— В прямом! — прошипела я и едва ногой не топнула.

Ну как ему еще объяснить?

— Коля, с такими замашками проще простого нарваться на кого-то, кто даже тебе окажется не по зубам. Понял?

— А чо этот хмырь на тебя смотрел так, словно уже женился?

— А чо ме-ме-ме! — передразнила, я изображая его тупой бас. — Коля, это не хмырь. Это незнакомый мужчина, о котором ты ничего ровным счетом не знаешь. Можно как-то повежливее? Да и тут тебе не Лесищи. Это — Москва, Коля. Потактичнее как-то с людьми надо. А про «сиги» я отцу отдельно скажу.

— Маш, ты как будто мне даже не рада…

Я вдруг отметила, что брат как-то сник и выглядит растерянным, и поняла, что он еще мальчишка, хоть и строит из себя крутого и взрослого.

— Прости. Рада, Коль! Конечно же рада.

Я заключила его в объятия, и ощутила неожиданный ком в горле. Братишка, Родная душа. Как же я соскучилась по нему! По всем ним и по папе. Постояли так немного.

— Я тебе приветы и гостинцы привез. Сашка скучает очень…

— Спасибо! Просто… Я тут что-то совсем замоталась, вот немного и не в себе. Ритм бешеный, голова кругом идет…

— Систер, ты как будто и не уборщицей работаешь, а замгендиректора минимум.

— Шутишь! — я расхохоталась и… снова едва не выронила злополучный телефон поскользнувшись на мокром полу.

Брат ловко подхватил трубку в воздухе.

— Держу!

Он повертел мобильник в руках.

— Фигасе! Это же огрызок? Маш, а ты где убираешься? Не в яблочном саду случайно? — намекнул он на всем известную фирму.

— Коля, вот в этом весь ты. Нет бы сестру спасать, а он аппаратуру, — подколола я его и забрала свой телефон. — Лучше скажи, ты чего сюда заявился-то? Да еще и без предупреждения. Отец знает?

— Вообще-то, я тебе несколько раз звонил, хотел сделать сюрприз, а ты не брала трубку. Отец в курсе и денег немного дал. Хочу узнать про курсы программирования в Бауманке, ну и так… По другим местам смотаться. По учебе необходимое выяснить. Не все можно на сайте прочесть.

— Все же поступать планируешь?

— Конечно. До лета уже не так много осталось и еще год, чтобы денег заработать и накопить, если на бюджет не попаду.

А ведь брат прав. Чтобы составить достойную конкуренцию городским ребятам, нужно из кожи вон лезть. Тут курсы точно не помешают. Только одно Николай не учел. Все они курсы — платные. Ладно, придумаю что-нибудь. В крайнем случае кредит попытаюсь взять. Ох…

— Машка, ты только не думай, что я тебе на шею сяду! Сам заработаю и все оплачу, не мужик что ли? — он словно прочитал мои мысли.

— Ой Коля, только не вздумай с историю какую ввязаться!

— Да что ты вечно-то, а? Я будто только и делаю, что в истории ввязываюсь, — обиделся Колька. — Сайты я делать учусь на бесплатной платформе. Простенькие уже получаются. Вот накидал уже Журикову, он мне заплатил и своим знакомым порекомендовал. Уже два заказа есть.

Журиков — наш местный бизнесмен, держит три ларька и магазинчик.

— Журикову? Он что там, пивас онлайн продавать собирается или колбасу, — прыснула я, с трудом представляя для чего ему сайт.

— Выше бери. Планирует товары из Китая с доставкой у нас реализовывать. Местный «Вайлдбериз».

Мы по-доброму посмеялись, и я мысленно пожелала успехов Журикову. Пускай человек развивается, всем на пользу.

— Ясно.

Новостями брат меня совсем развеселил. Настроение поднялось, да и цель приезда оказалась вполне благородной.

— Хорошо, Коль. Только есть один момент. Я не могу тебя на ночь приютить, но знаю приличный хостел, где переночевать сможешь.

Остаток дня мы потратили на прогулку по центру и посиделки в полюбившемся мне кафетерии напротив работы, заодно показала брату, где обитаю. За ужином распланировали маршрут и уточнили детали. Завтра Кольке предстояло самому все объехать. Я все еще опасалась отпускать его одного, но он психанул и обозвал меня наседкой. А заодно признался, что еще с четырнадцати с товарищем не раз гоняли сюда на электричке зайцами. Прыгали через турникеты и все такое. Оставалось только качать головой.

Расстались мы поздно. Я проводила брата до хостела и стребовала обещание, чтобы он был с людьми вежливым, а потом еле отбилась, чтобы он не пошел провожать меня обратно. Все-таки отличные у меня братья.

Утром я первым делом позвонила Кольке, поинтересоваться как он там.

— Машка, ты что сдурела? Чего в такую рань звонишь, я еще не выспался.

— Давай-давай! Поднимайся, ноги в руки и бегом по делам, чтобы вечером уже в сторону дома. Как договорились, помнишь.

— Угу, — сонно прохрипел брат.

Я собиралась на работу и постепенно возвращалась мыслями к делам. Вчера мы так и не договорили с Ярославом про Братухина. А ведь мне как-то придется ему смотреть в глаза, а уборку никто не отменял. Именно это послужило причиной раннего подъема. Я спешила закончить с кабинетом зама пораньше, чтобы с ним не встретиться ненароком. Не хочу его видеть.

Когда вкатила тележку в кабинет Данилова, тот уже был на рабочем месте — тоже пришел пораньше и, похоже, немного обиделся, что я не к нему первому зашла. О чем и сообщил в шутливой форме.

— Я у Батрухина пораньше прибралась, чтобы только его не видеть, — огрызнулась я.

Даже в виде шутки такой укор меня задел.

— И не увидишь, Маш. Я его в отпуск отправил.

— Бессрочный? Даже на совещаниях не появится?

— Больничный.

— Чего?!

Нет, я помню кровь на руках Яра, но как-то не подумала, что там что-то серьезное. Ну нос там расквасил.

— Я ему челюсть свернул. Так что ему сейчас не до совещаний. Он едва разговаривает.

— Ой!.. — я так и села на подлокотник дивана. — А он в полицию не заявит?

— Может попробовать, конечно, — нехорошо усмехнулся Данилов. — Но я не думаю, что рискнет. Не в этом случае. А вот прощения просить станет. Отец заставит, и это самое плохое. По мне бы лучше просто уволился.

Данилов подошел ко мне и встал рядом, обняв за плечи. Притиснул к себе.

— Так что? Надумала, Маш?

— Ты о чем?

— Ответ. Я все еще жду ответы на свои вопросы.

— Конечно, ответы… — я немного растерянно уставилась на фикус в дальнем углу.

Не уверена, что у меня они есть. Нет! Не то чтобы я корчила из себя дурочку, но хотелось убедиться для начала, что он от своего не отступился. Знать точно, что это был не сиюминутный порыв после качественного, я надеюсь, соития. Сама я до сих пор ощущала последствия. Не покидало ощущение, словно внутри меня что-то… поприсутствовало. Словно… словно вчера меня сделали женщиной. Наверное, это нормально, надо бы почитать в интернете.

— Ответ, Маша. Ответ, — торопил Данилов, гладя мои плечи и спину.

— Мне нужно больше времени, Яр. Доказательства твоей серьезности, — прозвучало как-то пафосно, и я поморщилась.

А что делать? Вот хоть убей, почувствую себя наивной дурочкой, бросаясь ему на шею с криком: «Согласная я!»

Так не бывает в реальности. Может, в фильмах по «России 1» такие как он по великой любви женятся на уборщицах, но не на самом же деле? Все это только больше запутывало. А как хотелось плюнуть на все и поверить в «большую и чистую»…

— Маш, я тебе неприятен? — спросил Яр, принявшись массировать мне шею и плечи.

— С чего ты это взял?!

Я даже вскочила, но Данилов так и не выпустил меня, только развернул к себе лицом и серьезно так посмотрел с высоты своего роста.

— Тогда, что не так? Почему ты не можешь решить? Какие доказательства тебе еще нужны? Расписка?

— Я, Данилов Ярослав Алексеевич в трезвом уме и твердой памяти подтверждаю, что сделал предложение Боец Марии Александровне по доброй воле… — начал с нарочито серьезным видом он.

— Да просто я… Просто не могу поверить.

— Я думал, что мне вчера удалось тебя убедить. Но, кажется, придется постараться еще?

Я улыбнулась и пожала плечами.

— То есть, ты серьезен и не отступишься?

— Неа, — мотнул он головой с решительным видом и так улыбнулся, что я едва в мороженое на пляже в июле едва не превратилась.

— И чем же я умудрилась тебя зацепить до такой степени? — вопреки всему в моем голосе прорезались какие-то странные кокетливые нотки.

— Во-первых, коса у тебя красивая. Толстая! Я таких раньше не видел.

Издевается! Я склонила голову набок.

— Значит, коса? Угу. Так и быть, подарю тебе косу, чтобы без лишних растрат. Где тут у тебя ножницы?

— Даже не думай! Она мне нужна со всем прилагающимся, — грозно свел брови Данилов, но в глазах играли смешинки.

Он обхватил мою косу у основания, чуть сжал — так, что от этого ощущения разбежались приятные мурашки. Потянул слегка назад и нежно-нежно меня поцеловал. Так, что внутри все ухнуло словно я на скоростном лифте вниз опускаюсь.

— Ну так как? — перемежая слова поцелуями спрашивал он.

Я чуть отстранилась.

— А что? Мужчина ты видный, неглупый. Был бы ты из нашего поселка, я бы уже давно согласилась, — подхватила я игру.

— Тогда представь, что я соседский парень Ярик Данилов. Ты в меня втюрилась еще в детском садике в старшей группе. Я тогда уже в школе учился, но уже был огого! Прошли годы, и вот я весь такой прихожу свататься с баяном. Нет, приезжаю на новенькой «Приоре». Встаю на одно колено, — Данилов и правда отступил на шаг и опустился на одно колено, вторя своим словам и продолжая держать меня за руку.

— Маша, ты выйдешь за меня замуж?

Я пихнула его в плечо, мстительно сощурилась и отрезала:

— Мне надо подумать. Да и вообще, я тут недавно с таким таксистом познакомилась! — с придыханием закатила глаза.

Яр рассмеялся, а я потянула его за руку, помогая подняться.

— Ну ничем тебя не проймёшь! — возмутился он.

— Яр, просто у меня и свиданий настоящих ни разу не было, а ты мне тут сразу замуж. Как-то даже страшно…

— Поверь, ничего не теряешь.

— Ну не скажи. Все же нужно узнать человека получше, прежде чем выходить за него замуж…

Я не стала добавлять «понять, что твое», я и так уже поняла для себя. А вот понял ли он? Действительно ли любит, ведь не сказал ни разу. Да и какая уж тут любовь. Скорее я поверю, что он видит во мне лишь средство для достижения своей цели? Но уже за то, что он честно рассказал мне о своей проблеме, не стал юлить и скрывать, достойно уважения.

— Значит, свидания? — нарушил ход моих мыслей Данилов. — Кто сказал, что после бракосочетания их отменили?

Я снова пожала плечами.

— Тогда готовься. Вечером, будет тебе свидание номер раз, — не отступал Яр.

— Официальное? — я подозрительно прищурилась.

А на краю сознания крутилась одна мысль — Маша-Маша, чего ты добиваешься? А если это будет ресторан, куда тебе даже надеть нечего?

— Официальнее некуда! — подтвердил Данилов и быстрым движением сгреб меня в охапку. Шепнул: — Давно я так не дурачился.

И поцеловал. Да так, что я снова забыла обо всем.

Когда дверь в приемной хлопнула, и раздался голос Катеньки, я отпрянула и схватилась за швабру. Помощница спорила с кем-то из замов. Я не могла разобрать с Дроздовым или Алексеевым. И спохватилась, что совершенно позабыла про время. Ярослав перехватил мой рабочий инструмент, гася панику в зародыше.

— Маш? Может, хватит дурью маяться? Уборщица — это не для тебя работа. Тебе учебу заканчивать надо. Бросай все и перебирайся ко мне.

Ох, как же соблазнительно! Просто до слез. Даже нутро скрутило. Но… На какие шиши я тогда буду жить? Все время рассчитывать на чужие деньги. Теребить мужика — дай на это, дай на то? Ждать, что он даст мне на жизнь и на все мои потребности? На Сашку? Думать, не перешла ли грань? Ни слишком ли много прошу?

Нет. Не по Сеньке шапка. Я так не хочу. И так полжизни у отца на шее… Не могу. Не мое это… Не говоря уже о том, что обо мне люди подумают. Братья? Отец!

Покачала головой.

— Не могу, Яр. Это — моя работа, и она не хуже любой другой.

Мы мерялись взглядами почти минуту, но Ярослав все понял и ничего не стал больше говорить. Просто кивнул, соглашаясь с моей жизненной позицией, и я была ему за это благодарна.

В приемной действительно обнаружился один из замов. Недовольный Дроздов, который требовал от Катеньки какие-то бумаги. Звучала фамилия Батрухина в комплекте с нелестными эпитетами. Завидев меня, мужчина перестал ругаться и поинтересовался у себя ли «сам», после чего скрылся в кабинете Данилова.

Мы остались с Катенькой вдвоем. Повисла неловкая тишина. Помощница нарушила его первой:

— Маш, признаюсь, Арсений дал мне то платье. Просил уговорить тебя его принять. Сказал, что видел тебя в нем и решил сделать приятное, но сообразил, что от него ты не примешь подарков. А мы с тобой дружим, и меня ты скорее послушаешь. Ну я и согласилась. Ты же сама говорила, что оно тебе понравилось, в нем ты так элегантно выглядела…

Зазвонил мобильный, Катенька, не глядя, скинула звонок и продолжила:

— В этом ведь ничего такого, просто ты не привыкла к подаркам… Я просто хотела сделать тебе приятное.

Она говорила искренне, смотрела на меня с надеждой своими огромными широко распахнутыми глазищами и в каждое слово буквально душу вкладывала. Это видно по человеку, когда он говорит так.

Я глубоко вздохнула. Да что уж там? Она у меня здесь единственная подруга, и я переживала из-за размолвки.

— Я не обижаюсь на тебя, Кать. Но давай обойдемся без сомнительной благотворительности впредь. Ладно?

Катя просто шагнула ко мне и обняла. Это было неожиданно, и я даже слегка опешила, но хоть и с запозданием, но обняла ее в ответ. Идиллию нарушил появившийся из кабинета Дроздов.

— Девочки? — он удивленно приподнял брови, а мы, хихикая, вернулись к работе.

Катя села за комп, я принялась протирать стеллаж с папками.

— Я и не думала ни о чем таком. Батрухин приставал? Ты из-за него сбежала?

— Угу…

Хотя, вот нет. Не только. Мое душевное состояние зависело в тот день не только от Батрухина. Была тут и Катеньки вина. Была…

— Кто был тот мужчина, которого ты обнимала, Катюш? — лучше спросить прямо и раз и навсегда растоптать червяка сомнений, что поселился в душе и исподволь продолжал глодать.

— Мой двоюродный брат, а что?

— Брат? — удивилась я? — А что он в ресторане делал?

— Мы с детства дружны, но последние два года Миша стал важной птицей и все время в командировках. Практически живет за границей. В пятницу проездом в Москве был и спешил на самолет, вот и заглянул хоть так повидаться. Духи мне мои любимые привез из «Дьюти Фри». А что?

Глаза Катеньки сияли, когда она говорила про брата, и ее можно было понять.

— Ты поэтому сбежала так неожиданно?

— Ага. Он когда позвонил, я не поверила сначала даже.

Брат. Елочки! Я перепутала ее брата с Даниловым и обиделась!

Вот все и выяснилось, и неожиданный звонок. И задержка подруги. И представительный мужик, которого я ненароком спутала с Даниловым издалека. И даже коробочка в ее руках — подарок. А я-то приревновала… Да! Приревновала, а как еще это называется? Если бы не это все, я бы так не психанула. А в тот момент мне почудилось, что меня все предали. И пофиг, что нелогично. Что ни Катенька, ни Данилов мне ничего и не обещали.