Наследник для босса

Глава 29 Дело о пламенных чувствах

Сеня Батрухин места себе не находил после звонка Катеньки. Эта девчонка уже почти год сводила его с ума, водила за нос, держала под острым каблучком, невероятно раздражала и одновременно притягивала. Сколько раз он уже хотел послать ее куда подальше? Мало ли на свете красивых баб? И пофигуристее, и посексуальнее. Девяносто процентов согласны на все, только намекни, да вот беда. И все же…

Что-то раз за разом тянуло его к этой пигалице как на аркане. В стремлении забыться Сеня обнаруживал себя в чужих постелях и вдруг понимал, что вместо того, чтобы заняться привычным и горячо любимым делом, размышляет — зачем он здесь?

Не помогли даже три длинноногие красотки с умелыми ртами, что уже совсем ни в какие ворота! Девушки искренне старались поднять ему настроение и не только, и остались сииильно разочарованы, когда он извинился в шутливой форме, оделся и ушел. Ну что поделать, если не вставляет?

Холодную, спокойную и чуть насмешливую Катю, он сумел вывести из равновесия только дважды. Первый раз, когда неудачно пошутил на тему размера груди. И второй, когда поцеловал ее в кабинете начальства. Сам не понял, когда девчонка вдруг перестала плавиться в его руках и отвесила звонкую пощечину. На том бы и остановиться. Ну бывает, не ко двору пришелся, чего уж. А в следующий миг в руках Сени снова оказывался телефон. Батрухин обреченно писал идиотские строки, вроде банального: «Привет! Как дела?»

Стирал. Писал заново, меняя тысячу формулировок и вариантов. Иногда даже отправлял, а иногда даже получал ответ. Пусть и не сразу. Пусть даже насмешливый. Пусть был разбит об стену уже не один дорогой смартфон…

А потом вдруг счастье! Нежданно-негаданно Катя соглашалась пойти с ним на свидание. Позволяла прикасаться к себе, держать за руку. Шутила и улыбалась. Даже дозволяла целовать. Сводила с ума. Кружила голову. Заставляла сердце выпрыгивать из груди, а достоинство, коим Сеня гордился, выпирать из штанов. Такого бардака Сеня никогда и ни с одной телкой не испытывал. И порой думал, может, это и называется любовь?

Если любовь действительно похожа на болезнь, то чувствовал Сеня себя больным на всю голову. Поэтому после звонка Катеньки метался по своей элитной квартире точно зверь в клетке, решая, забить, или сорваться и ехать?

На Катеньку было непохоже. Она почти никогда не звонила первой. Она никогда не делилась проблемами и обидами, но сейчас. Узнав об аварии, он готов был найти того гада, что подрезал девушку и перегрызть горло. Ну или хотя бы морду набить.

Где жил Данилов Сеня знал и ему очень хотелось убедиться, добрались ли девушки. К Марии Боец, ныне Даниловой, он особо теплых чувств не питал, отчего-то ощущая себя преданным. Это ведь именно он устроил ее в фирму, хорошую зарплату положил, могла бы и дать разок-другой из благодарности, но нет, миловидная колхозница оказалась с зубками. И нацелилась на более крупную дичь. И как только Яр этого не понял?

Пожалуй, только натянутые отношения с бывшими коллегами остановили его от того, чтобы не сорваться в сей же момент. Но размышлял Сеня недолго, и теперь маялся в пятничной пробке, тихо матерясь себе под нос. Раздумывая, не написать ли сообщение? Но каждый раз брал в руки и тут же откладывал смартфон. Мало ли что напоет Кате Машка. А так… Он просто подъедет, посмотрит на машину, оценит степень повреждений. А тогда уже и напишет. Или даже позвонит. В дом то его вряд ли пригласят, а вот выманить Катеньку на улицу труда не составит. Перепуганные бабы они всегда податливее, приголубить, обнять… Пусть почувствует защиту, а там и до постели недалеко.

Сеня искренне полагал, что вся эта любовная горячка у него пройдет, стоит заполучить желаемое. Просто Катенька — его личный киндер-сюрприз. Пока он его не откроет, не съест сладкую оболочку и не доберется до игрушки внутри, не успокоится. Это же психологическое. Запретный плод сладок. Нереализованная мечта. Синдром заслуженного отличника секса и все такое. Все реальные и мнимые диагнозы, которые Сеня себе ставил, сводились к одному — как только он оприходует Катьку, так его и попустит. Разом исцелится.

Все когда-нибудь кончается, в том числе и пробки. Машина Батрухина вырвалась на свободу, свернула на шоссе к поселку Лесной, когда солнце уже клонилось к горизонту, слепя на прощание глаза водителю. Вот-вот сядет. Ведущая сквозь сосновый перелесок дорога напоминал туннель или портал — эдакая арка, а в конце плещется золотое марево. Красиво! У Сени даже настроение от вида таких красот поднялось.

Он бросил авто у супермаркета на парковке, чтобы не раздражать Машку раньше времени. Коварная колхозница до последнего не должна знать, что он здесь. Настропалит против него подругу, с нее станется, и нарушит все его планы. Сеня был уверен, что это именно из-за Машки Катенька держит его так долго на расстоянии. Вот ведь коза драная!

Катю Сеня решил выманить из дома и умыкнуть, аки кочевник пленницу, а там будь что будет. Минут через пять-семь пешей прогулки Батрухин остановился, осматривая нужный дом с безопасного расстояния. Коттеджи в Лесном не стояли впритык. Между соседними домами оставалось засаженное деревьями пространство, создавая иллюзию уединения. Дом Даниловых был крайним, никаких соседей слева, а позади прозрачной кованой ограды начинался всамделишный лес.

Взгляд тут же вцепился белую «Мазду», единственную машину, припаркованную во дворе. Батрухин подошел ближе. Отметив умеренно помятые капот и бампер, выдохнул. Как бы там он не относился к жене Данилова, а все ж баба беременная, да и срок уже немалый. Хорошо, что обошлось и девчонки не пострадали.

Батрухин обошел дом по дуге, углубляясь в лес позади него, выбирая место для встречи. Выбрать что-то приметное, чтобы Катя сообразила сразу, куда идти, или наоборот не давать четких ориентиров и поймать ее как волк Красную Шапочку? А что? Атмосферно и довольно романтично. Должно произвести впечатление, особенно в сумерках.

Сеня достал смартфон, сунул в зубы сигарету, затянулся и принялся писать сообщение, тщательно подбирая слова. Наконец, дело было сделано, послание улетело. Осталось дождаться жертву. Но ни через десять минут, ни через пятнадцать Катя так и не появилась. Ответного сообщения он тоже не получил.

Сеня никогда терпением не отличался, да и уже успел себя накрутить, представляя, как первым делом сомкнет ладони на тоненькой талии, как притянет девушку к себе и поцелует прямо в губы. До стона, до потери дыхания, и пусть себе потом сколько угодно по морде бьет.

Но время шло, солнце уже окончательно село, и лес погрузился в темноту, а мечты так и оставались мечтами. Непорядок.

Ехать несолоно хлебавши домой не хотелось, и Сеня решил, что просто пойдет и постучится в дверь. Скорее всего Катенька все рассказала Машке, и та ее отговорила. Теперь сидят и посмеиваются над ним. А значит, самое время нагло заявиться в гости. Авось, не выгонят. А Маша? А что Маша? Он включит все свое обаяние, и она тоже растает. Беременные бабы чувствительные. Да и странно будет его выгонять, особенно после того, как Катенька сама позвонила…

Точно! Батрухина аж подбросило от осенившей его идеи. У него же и повод вполне нормальный! Волновался. Приехал убедиться, что все хорошо. Все здоровы и целы. Да ведь так оно и было. Именно поэтому он изначально в Лесное сорвался. Сеня уверенно зашагал к приоткрытой задней калитке, которую заприметил еще когда сюда шел. Когда до забора оставалось каких-то пять метров, одно из окон на первом этаже вдруг открылось, и Батрухин инстинктивно прянул за ствол ближайшей сосны раньше, чем успел сообразить, нафига ему это надо.

В проем выглянул какой-то мужик. Осмотрелся по сторонам. Что за херня? Это явно был не Яр и не его отец. Данилова-старшего Батрухин знал лично. Но тогда кто это и что он здесь делает? В разговоре Катя упоминала, что они будут вдвоем, когда настаивала, что все уже в порядке и приезжать не надо. Может, что-то случилось? Может это доктор? Ну вдруг Машке поплохело от переживаний, и пришлось вызвать скорую?

Да ну, какая скорая? Тут же осек он сам себя. Он бы заметил, уже минут как тридцать тут крутится, не меньше. Но тогда… Несмотря на все имеющиеся недостатки, была у Батрухина чуйка. И сейчас она подсказывала, что в доме творится что-то плохое. Две беззащитные девушки. Ночь. Странная авария ни с того ни с сего. Тут только он осознал, что человек, которого он видел был как будто в кожаной куртке. Да еще и черной. Это-то в такую жару?! Ни один из сценариев, возникших в голове в этот момент, не предвещал ничего доброго.

А если тип еще и не один? Грабители? Какие-нибудь конкуренты Данилова? Наемные убийцы? В этот момент взвизгнула собака, и сердце застучало вдвое быстрее из-за выплеска адреналина. Батрухин рвался действовать, но не мог придумать, с какого браться края. Может, стоит прямо сейчас вызвать полицию? Но вдруг он ошибся, и это просто какая-нибудь Машкина родня из колхоза приехала, надо бы сначала аккуратно проверить. Кстати, и одежду на это списать как раз можно. Надел лучшее, что есть и приехал? Угу. Хорошо еще, что не тулуп напялил. В общем, если он сейчас лоханется, будет выглядеть по-идиотски, а с Даниловым едва-едва отношения стали налаживаться.

Все это мелькало в голове, пока Сеня мялся под деревом, пока проскользнул в калитку, пока стоял и прислушивался под подоконником. Прошло минут десять, не меньше. Ничего он толком не услышал, кроме тихого поскуливания. Пес будто тихонько жаловался на жизнь, нагнетая и без того тревожную атмосферу. Что же происходит в доме? В каждый миг Сеня был готов услышать что-то и похуже. Женский крик, выстрел, но гнал что есть сил от себя эти мысли.

Бездействовать и дальше было нельзя, и Сеня тихонько обошел дом, но на крыльцо к главному входу не пошел. Заглянул в окно. Оно было занавешено, но сбоку осталась малюсенькая щель. Приникнув к ней, насколько позволяло положение, он увидел стянутые скотчем стройные лодыжки, половину заплаканного лица Катеньки и здорового мужика в маске и со стволом, направленным на девушек. Сердце кольнуло.

Именно в этот момент Арсений Батрухин впервые понял, что любит эту девушку. Любит настолько, что готов рисковать ради нее жизнью, отбросив всю ту шелуху, которая скрывала где-то местами неплохого парня. И сейчас этот парень думал только о том, что его ненаглядную и единственную Катеньку обижает какой-то урод!

Неслышно выругавшись, Батрухин внутренне заметался. Первой мыслью было ворваться внутрь и выбить из мудака все дерьмо, но пришлось остыть. Он в хорошей форме, но все же не спецназовец. Идиотизм — идти грудью на ствол, не зная, сколько внутри народу. И сам пострадает, и девчонкам ничем уж точно не поможет.

Нет. Тут надо иначе. По-другому.

Но как же тяжело было видеть Катю такой. Маленькая. Напуганная. Зареванная. А от мысли, что этот хер в маске ее хоть пальцем тронул, сводило скулы. Урррою сссука!

Еще бы понять, с кем он имеет дело, и вызвать полицию, но делать это прямо сейчас он смысла не видел. Пока будут выяснять, кто он такой, что там делает и с чего решил, что происходит что-то непотребное. Пусть даже и приедут с сиренами и люстрами. Да и придется отойти подальше, чтобы совершить звонок. Тогда он может пропустить что-то важное…

Арррр!

Одно ясно, стоя на месте, он точно никому не поможет. Может, просто постучать? Возможно, удастся спугнуть бандитов и те убегут? Не узнаем, кто это? Да хрен с ними. Но что, если те уберут девчонок перед уходом? До сих пор ведь не понятно, кто это такие. Во что ты ввязался, Данилов? Во что их втравил?

Грязно ругаясь без перерыва, Батрухин двинулся в обратном направлении к открытому окну в задней части дома. Он и сам не заметил, как стал двигаться по-кошачьи бесшумно, опускаясь с носка на пятку. Как напряглось тренированное тело, которое он не зря муштровал в спортзале, не отлынивая от пробежек по утрам и тренировок.

Оказавшись на месте, Сеня убедился, что створки окна по-прежнему распахнуты, и немного постоял, прислушиваясь к звукам, доносящимся изнутри. Тихо поскуливал щенок, тарахтели в траве сверчки, звенел одинокий комар, радуясь добыче. И никаких признаков человеческого присутствия поблизости.

Решившись, Арсений осторожно дотянулся до подоконника и уцепился кончиками пальцев. Подтянулся, готовый в любой момент прянуть в сторону, уходя от выстрела или удара. Осторожно заглянул. Но зря опасался, комната оказалась пустой. Точнее это был кабинет Данилова, в котором ему уже довелось побывать однажды.

Из угла раздалось глухое рычание. Пес залаял, поднимаясь на ноги, но не спешил атаковать.

— Свои, Ларс! — шепнул Батрухин, мощным движением втягивая собственное тело в окно.

Перекинув ноги через подоконник, он бесшумно спрыгнул на пол.

— Тише, малыш. Тише.

Сеня шептал ласково и улыбался, протягивая хаски руку. Пес снова заскулили, замел хвостом, подходя ближе и обнюхивая. Он выглядел растерянным и слегка виноватым. Даже взгляд разноцветных собачьих глаз говорил о том, что в доме не все ладно. Сеня погладил, потрепал его по холке, отмечая, как песик вымахал. Первый и единственный раз он видел его еще совсем малышом, когда завозил Яру документы по работе с полгода назад.

Батрухин подошел к двери. Ну вот я здесь, а что делать дальше?

Он знал одно, чтобы дальше не произошло, следует обезопасить себя по максимуму. Поэтому достал смартфон и запустил одну хитрую программку. Приложение частенько помогало ему на переговорах и в прочих сложных жизненных ситуациях, которые иногда случались. Оно запускало диктофон, а при необходимости передавало запись на заданную электронную почту или прямиком на набранный номер онлайн. Очень удобно — мгновенно формирует доказательства. Не сомневаясь ни мгновения, Сеня использовал номер и почту Яра Данилова, благо все данные давно были в памяти программы. После чего сунул мобильник обратно в карман и сосредоточился на происходящем в холле.

Едва он это сделал, как из-за двери раздался душераздирающий вопль:

— Нееет!

И понеслось…

Батрухина так проняло, что он вмиг позабыл и про то, что не знает, сколько снаружи бандитов. И про то, что они вооружены. Ударом ноги он распахнул дверь, да так удачно, что долбанул того, кто за ней стоял, прямо в лоб. Это оказался тот самый мужик в маске, которого он видел в окне.

Одновременно с его криком грянул выстрел. Бандит, снова взревев раненым бегемотом уронил пистолет. Перемежая вопли боли с невнятными матами, он зашатался по комнате, и Сеня добавил ему от души локтем в лицо, окончательно выводя из строя. Затем инстинктивно отбросил ногой в сторону. Участвовать в заварушках ему было не впервой, и он четко знал, что огнестрел надо держать подальше от греха.

Оружие улетело куда-то в угол. Мужик грузно рухнул на пол, потеряв сознание. И в этот миг раздался второй выстрел. Пуля выбила щепки из двери кабинета и застряла в толстой древесине. Зашелся в пронзительном лае пес. Сеня замер и медленно поднял руки, проклиная неизвестного стрелка и одновременно моля бога, чтобы тот не пальнул снова.

А что еще оставалось делать?

— Повернись. Медленно! — потребовал прокуренный женский голос.

Батрухин выполнил команду, с удивлением увидев женщину, давно перешагнувшую интересный, по его мнению, возраст. Смутно знакомую. На память Сеня не жаловался, а память на баб у него и вовсе была феноменальная. Так что уже через мгновение он вспомнил, когда, где и при каких обстоятельствах ему довелось видеть эту особу.

С удивлением Батрухин признал одну бизнес-леди, которая пыталась клеится к Данилову на каком-то корпоративе. Он тогда еще искренне посочувствовал начальнику. Женщина была совершенно не во вкусе Яра. Сам Сеня предпочитал порочно-невинных в разных комбинациях и позах, но никогда откровенно вульгарных. Да к тому же возраст. Чуть за сорок или даже больше, это по его меркам перебор, как бы прекрасно дама не выглядела. Как бы за собой не ухаживала. И в этом их с Яром вкусы совпадали.

— Дана Зубаткина. «Мосстройпромлес» — без ошибок назвал он имя и компанию.

И сделал это нарочито громко, чтобы гарантированно на запись попало.