Не буди во мне ведьму, эльф!

Глава 13

Тиллариэль

Он не помнил себя. Не помнил имени и прошлого. Все, что его интересовало сейчас, это пролетающие мимо насекомые — сочные, аппетитные, которых так и хотелось сожрать. А еще то странное создание, что было рядом с тех пор, как он стал жабой.

Это единственное, что осталось в его памяти — что когда-то он был другим. И что таким его сделала она.

Она? Кто она? Он не помнил, но точно знал, что всему виной эта самка. И когда она взяла его в руки, он злобно заквакал, пытаясь выразить свое отношение к ней.

А потом… Он ощутил обжигающее прикосновение к коже, и мир вокруг вдруг стремительно начал расти в размерах. Воспоминания о том, кто он такой на самом деле наложились на ощущения от трансформации тела, и его скрутило от боли. Спустя мгновение она стихла, и эльф открыл глаза, с содроганием вспоминая о том, как мерзко было в теле жабы.

Размяв суставы и хрустнув шеей, Тиллариэль поднялся на ноги, не обращая внимания на то, что на нем нет ни клочка одежды, и мрачно уставился вглубь леса. Туда, где скрылась его ведьма. Та стерва, что посмела превратить его в жабу. И сейчас она очень сильно об этом пожалеет!

— Быстрей! — прокричала я, мчась сквозь лес сломя голову.

Неровности и рытвины сами бросались под ноги, и я ругалась сквозь зубы, посылая в адрес муженька проклятия. Жаль только, обычные, не магические — я чувствовала это, как и то, что мои силы, как ведьмы, на исходе.

— Нет, ты видела⁈ — ошеломленно воскликнула Саманта, несясь за мной, почти не разбирая дороги. — Твой эльф совсем ошалел!

Мы с Мадлен были уверены, что у нас куча времени и мы успеем добраться до экипажа. Но никак не думали, что этот ушастый придет в себя так быстро. И теперь нас преследовал абсолютно голый после превращения и жутко злой на меня эльф.

Он почти догнал нас, и я успела рассмотреть его во всей красе, отчего сейчас лицо горели огнем от смущения и еще какого-то странного чувства. Черт, хорош, мерзавец!

А уж его угрозы и слова о том, что он с нами обеими сделает, когда поймает, заставили покраснеть не только меня, но и сестру.

А потом Саманта запустила в него каким-то заклинанием, сбившим эльфа с ног, и у нас появилась фора. Впрочем, я была уверена, что это ненадолго, и буквально мягким местом чувствовала надвигающуюся беду в лице одного ушастого недоразумения.

Заметив просвет между деревьями, говорящий о том, что опушка близко, я хотела крикнуть об этом Саманте, но вместо этого лишь сдавленно прохрипела, потому что от долгого бега по пересеченной местности я уже едва дышала.

Зеленое платье Саманты промелькнуло впереди — сестра вырвалась вперед — и я тоже ускорилась, спеша к спасительной карете. Вот только под ноги забыла посмотреть и как итог споткнулась о дурацкий корень и кубарем полетела на землю.

Зажмурившись в ожидании удара, я охнула, когда какая-то невидимая сила подхватила меня, не дав упасть. А после меня вздернуло вверх, распяв прямо в воздухе, и я, открыв глаза, в ужасе увидела спешащего ко мне Тиллариэля. Голого, перепачканного землей, с растрепавшимися волосами, с горящими злобой изумрудными глазами.

Стало так страшно, что я даже про сопротивление забыла, с дрожью во всем теле наблюдая за приближением муженька.

Ой, мамочки… Он же меня сейчас прибьет!

А эльф, будто издеваясь, остановился напротив, разглядывая меня с ног до головы раздевающим взглядом, ничуть при этом не стесняясь собственной наготы.

— Ты же понимаешь, женушка, что я сейчас с тобой сделаю? — вкрадчивым, тягучим голосом поинтересовался он, зловеще усмехнувшись. — Не будь ты моей супругой, казнил бы. Но обойдемся другим наказанием, да дорогая?

До меня дошел смысл сказанного, и я испуганно икнула. Он что, решил супружеский долг с меня стребовать⁈ Нет, не хочу!

— Пусти меня, сволочь! — с яростью выкрикнула я, мигом вернув себе дар речи. — Прокляну!

Дернулась, но безуспешно — магия эльфа надежно удерживала меня в воздухе, а пользоваться своим даром я так толком и не научилась, о чем сейчас горько жалела.

— Ну уж нет, милая, сейчас у тебя это не выйдет. Лес — моя родная стихия, да и сил у тебя почти не осталось, так ведь?

Я промолчала, не собираясь выдавать собственные слабости, потому что он был прав — проклятие, которое я наложила на него, истощило мою магию. Вот только, откуда он то об этом знает⁈

— Так что у меня на тебя большие планы, — довольно ухмыльнулся мужчина, обходя меня кругом. — Должен же я отплатить тебе за унижение? Впрочем, какое ж это наказание, если я хочу тебе подарить свою любовь? Обещаю, тебе понравится…

Тиллариэль тихо рассмеялся, и на его лице проступило удовлетворение при виде ужаса в моих глазах. А потом он рванул шнуровку на моем платье.

Вскрикнув, я забилась в невидимых путах, испытав такую жуткую ненависть, что магия мигом отозвалась на мой зов. Кажется, эльф сильно ошибался — мои силы никуда не делись. И в этот раз я прокляну его так, что он и думать обо мне забудет!

Сгусток чернильной тьмы прилетел из-за деревьев прямо в эльфа, и он рефлекторно вскинул руки, защищаясь. Тьма рассыпалась осколками, а путы, удерживающие меня, тут же исчезли, и я неловко упала на колени. Следом полетел второй, третий магический снаряд, и Тиллариэлю стало не до меня, так что я, не став медлить, тут же бросилась прочь, не дожидаясь, пока он опомнится.

— Спасибо, — всхлипнув, бросила я Саманте, которая вместо того, чтобы сбежать, пришла мне на помощь.

Стоящая возле экипажа с перепуганным возницей женщина напоминала сейчас боевую валькирию: разметавшиеся волосы, сверкающий праведным гневом взгляд… Молча кивнув мне, она сделала неуловимый пасс рукой, и земля перед ней вдруг поплыла, словно зыбучий песок.

— Это задержит его ненадолго, — выдохнула она устало, запрыгивая в карету следом за мной. — Извозчик, трогай, да побыстрей, если хочешь жить!