Не буди во мне ведьму, эльф!

Глава 22

— Жалеешь, небось? — разглядывая меня задумчиво, спросил Тил, опершись головой о руку.

Его длинные светлые волосы, всегда идеально прямые, сейчас спутались, а в глазах тлели остатки того огня, который только что полыхал между нами. Дыхание было тяжелым, и взгляд мужчины жадно скользил по моему телу, словно эльф был не против второго раунда нашей постельной схватки.

Наверное, я и сама сейчас выглядела так же: горящий от только что отгремевшей страсти взгляд, взлохмаченная шевелюра, распухшие от поцелуев губы. И, черт возьми, я ни о чем не жалела!

На всякий случай натянув одеяло повыше, я высунула оттуда нос и сердито пробурчала, противореча самой себе:

— Конечно, жалею! Ты ж из меня последние соки выжал! Убить меня хочешь, да?

Я, конечно, преувеличивала, и эльф, как и в прошлый раз оказался на высоте. Даже очень: никогда я еще не испытывала столько удовольствия. Но чувствовала себя сейчас так, будто марафон пробежала.

Эльф в ответ на мое заявление расхохотался.

— Вот только не надо — ты сама этого хотела. Даже кричала, чтобы я не останавливался.

Я покраснела, кажется, от кончиков пальцев на ногах до ушей, и разъяренно запульнула подушкой в мужчину. Одеяло сползло, оголяя плечи и все, что ниже, и эльф, легко поймав перьевой снаряд, довольно ухмыльнулся, нагло пялясь на меня.

— Дурак! — рассерженно зашипела я, снова кутаясь в одеяло. — Вроде и герцог, а воспитание как у бродяги!

— Кто бы говорил, ведьма, — снова развеселился Тиллариэль.

А потом вдруг, разом став серьезным, добавил:

— Знаешь, а ведь она была так похожа на тебя. Не внешне, но… Не знаю, как сказать.

Я удивленно уставилась на него, гадая, о чем он.

— Ты о ком?

— О той бедняжке, портрет которой я увидел там, куда ты меня отправила. Такой странный, будто ее запечатлели там вживую. Она тоже рыжая, и хоть лицо другое, но…

Его взгляд стал странным, и он, усевшись в постели, посмотрел на меня сверху вниз с виноватым видом.

— Ей тоже изменил муж. И мне кажется, от этого она и умерла — не выдержала горя. А этот… идиот, ее муженек, развлекался с другой прямо там, рядом с ее портретом. Она умерла совсем недавно, но и это его не остановило.

Меня будто током прошибло, и я растерянно выдавила:

— Это он тебе рассказал?

— Да. Артур, кажется. Странное имя. И место странное, будто другой мир.

Спина покрылась липким потом, и я закрыла лицо руками, чувствуя дурноту.

Какое жуткое совпадение… Неужели Тиллариэль попал прямо в мой мир? В мою квартиру, прямо в нашу с Артуром спальню? Кошмар!

— Милая, тебе плохо? — услышала я встревоженный голос эльфа, и его теплые руки обняли меня. — Прости дурака, я только сейчас понял, какой сволочью был.

Я всхлипнула, уткнувшись лицом в его грудь, и мужчина заметно напрягся.

— Знаешь, Амелия, за эти дни я понял еще кое-что.

— Что? — сквозь слезы спросила я.

— Что все еще люблю тебя.

Я посмотрел на него круглыми глазами. Даже слезы высохли.

— Ты это сейчас серьезно?

— Серьезней некуда, — краешком рта улыбнулся мужчина.

— Эй, вы там закончили? Можно войти? — услышали мы вдруг недовольный голос моей сестры из-за двери. — У меня тут, между прочим, пленник. И вы про того, второго не забыли?

Лицо эльфа вытянулось, а я тихо охнула, сгорая от стыда, когда вдруг поняла, что все это время за нами наблюдал один из дроу, превращенный мной в слизняка. Боже, кошмар-то какой!