Не буди во мне ведьму, эльф!

Глава 8

Да, я не его жена, и никак прав ревновать к меня не было. Но какого черта! Почему я должна терпеть подобное к себе отношение, что в том мире, что в этом?

Как вообще настоящая Амелия с ним жила? Неужели ей настолько было плевать на собственного мужа? Или она просто терпела?

Злость взметнулась всепоглощающей волной, и я, сжав кулаки, зашла в беседку, наплевав на то, что могу там увидеть.

Голый зад муженька вызвал дежавю, и я едва удержалась, чтобы снова пнуть его. Вместо этого схватила с накрытого столика кувшин с чем-то бордовым и пахнущим ягодами, и с огромным удовольствием вылила на голову ему и той блондинистой стерве, что стонала под ним.

Девка взвыла, пытаясь выбраться из-под Тиллариэля, а он сам подпрыгнул чуть ли не до потолка, тут же развернувшись и на ходу натянув брюки. Я тут же отвернулась, краснея при виде раздетой любовницы мужа, хотя скорей меня смутил его голый торс.

— Что ты творишь, сумасшедшая ведьма⁈ — прорычал эльф, вцепившись мне в плечи и развернув к себе. — Ты совсем ополоумела?

Я ойкнула от боли, так сильно он впился пальцами в кожу, и эльф, выругавшись, отпустил меня.

— Я требую развод! — тут же заявила я, отпрянув от него. — И не вздумай снова говорить про долг и свою репутацию! Ты давно растерял ее, имея всех подряд прямо за спиной у собственной жены!

Тиллариэль накинул рубашку и махнул рукой любовнице, чтобы убиралась. Блондинка сморщила носик, будто сейчас расплачется, оправила платье и пулей выскочила из беседки. А эльф повернулся ко мне и тихо, но злобно процедил сквозь зубы:

— Никакого развода! И еще раз позволишь себе такое, запру в башне на месяц, ясно!

Это оказалось последней каплей. Он что, себя бессмертным возомнил?

Ах да, так оно почти и есть, но это не означает, что я позволю так с собой обращаться! Ведьма я, в конце концов, или кто? Сомневаюсь, что Амелия бы спокойно выслушивала такое.

— Только попробуй… — прошипела я. — Прокляну так, что мало не покажется!

Тиллариэль криво усмехнулся.

— Из тебя ведьма всегда была никудышная. Поэтому ты замуж за меня выскочила, неужто не помнишь? Тебя ж в твоем Ковене ни во что не ставили. Так что заткнись и слушайся меня, Амелия. Это было последнее предупреждение.

Не дожидаясь моего ответа, он обогнул меня, испепелив напоследок гневным взглядом, и зашагал прочь, как ни в чем не бывало. И тут меня словно подбросило, а внутри все взорвалось злобой. Темной, всепоглощающей, такой, что на глаза словно упала пелена.

— Да чтобы у тебя ни на кого, кроме меня не стояло! — в сердцах крикнула я ему вслед.

И ощутила, как нечто невидимое, концентрация той самой тьмы, вырвалось из меня, устремившись мужчине вслед. Но он будто ничего не почувствовал, продолжив идти. А я, пошатнувшись, медленно побрела в обратном направлении, не понимая, что вообще сейчас произошло, и почему вдруг на меня напала жуткая слабость.

Нет уж, пусть говорит, что хочет, но ноги моей больше не будет в этом месте! Да я лучше побираться пойду, чем терпеть рядом этого мерзавца и покорно сносить все его унижения. Осталось только решить, куда отправиться. И как это сделать так, чтобы эльф не смог меня остановить.

— Куда ты собралась? — сурово прищурился Тиллариэль, глядя на меня снизу вверх.

После того, как я застукала его с очередной любовницей, он стал холоден со мной и весь день разговаривал через губу. А еще следил за мной, боясь, видимо, что я снова что-то вытворю.

Поправив поводья, я поерзала в седле и недовольно поджала губы.

— Мне теперь что, за каждый шаг отчитываться? Я просто задыхаюсь в этих стенах рядом с тобой, Тил. Хочу прогуляться, развеяться. Или теперь мне и этого нельзя?

Хмыкнув задумчиво, эльф осмотрел меня и лошадь с ног до головы, заострив внимание на седельной сумке. Я затаила дыхание, радуясь, что не стала брать много. Как чувствовала, что он просто так не отпустит, и если увидит, что я с багажом, обязательно что-нибудь заподозрит.

— Что ж, езжай, раз так, Амелия… Надеюсь, к ужину вернешься? Не забудь, скоро приедут мои родители, и я надеюсь, что ты будешь паинькой.

— Как скажешь, — покладисто отозвалась я, лишь бы он поскорей ушел.

А когда мужчина скрылся вдали, между деревьями, пришпорила лошадь, надеясь, что не свалюсь в первую же минуту. Но тело Амелии помнило, как сидеть в седле, и я помчалась вперед быстрее ветра. Прочь от того, кто хотел удержать меня рядом, хотя даже не любил. Подальше от того, кто решил, будто ведьма позволит управлять собственной жизнью. И хоть я не ведьма, вот только такой муж мне даром не нужен! Пусть подавится своим разводом!