Вчера наш классный руководитель Дильба́р Сама́довна задержала нас после уроков. Она сказала, что хочет поговорить об отстающих учениках. Мы все притихли, особенно двоечники.
— Большинство из вас учится хорошо, — говорила учительница. — Почему же другие отстают? Разве они не такие же люди, как и отличники? Посмотрите сами. И голова у них есть на плечах, и два глаза, и по два уха, и ноги, и руки есть… И ничто не мешает им учиться хорошо. Всё дело в том, что они ленятся. И с этим надо бороться!
Тут поднялась с парты Рано и сказала:
— А бороться нужно вот как: пусть отличники возьмут на буксир отстающих.
Предложение Рано, видно, понравилось, потому что все закричали:
— Правильно!.. На буксир!.. На буксир!..
Я забеспокоился: а вдруг ребята захотят, чтобы меня на буксир взяла Зульфия́! Она отличница и живёт по соседству со мной. Мне только этого не хватает — тащиться на буксире у девчонки!.. Да ещё у такой вредной и длинной на язык…
Но беда миновала меня. Решили, что со мной будет заниматься Баходу́р.
После собрания он подошёл ко мне и спросил:
— Ну, с чего начнём, Шоди?
— Не знаю… Ты — буксир, ты и решай… — пожал я плечами.
— Да тут и решать-то нечего, — сказал Баходур. — По-моему, нужно не гонять футбол весь день, а сесть и заниматься. Вот и всё. А я бы…
— Ну, хватит, — перебил я его. — Пошли!
— Куда?
— А туда, где всё можно будет спокойно и подробно обсудить.
— Ну хорошо… — немного растерянно ответил Баходур.
Мы вышли со школьного двора. Проходя мимо павильона «Соки — воды», я спросил:
— Деньги у тебя есть?
— Зачем?
— Газировки купим… Пить охота.
— Я не люблю сладкого.
— Ну тогда ты пей без сиропа, а мне возьми лимонаду.
— Разве я должен?
— Конечно! Ты же буксир!
Баходур взял себе минеральной, а мне дали лимонаду. Мы сели за свободный столик.
— Ну, говори же! — обратился я к Баходуру.
— Что… говорить? О чём?
— Ох бестолковый! Говори, как ты собираешься со мной работать?
— Я уже сказал, — нахмурился Баходур. — Интересно, что ты сам-то думаешь…
— А я вот что думаю… Только слушай внимательно. Завтра — выходной. Успеем ещё позаниматься. А сегодня предлагаю заглянуть на стадион. Там сегодня такая встреча!..
На стадионе мы смотрели футбольный матч, соревнования по теннису и таджикскую национальную игру.
Баходур оказался таки-им болельщиком — ого-го-го!
После стадиона мы отправились в зоопарк. Там было ещё интереснее, чем на стадионе. Мы возвращались усталые, но очень довольные.
На прощанье условились встретиться у меня завтра в одиннадцать часов утра и сразу же сесть заниматься.
Вечером я долго читал интересную книгу о подвигах наших солдат и лёг поздно.
Утром, ровно в одиннадцать, явился Баходур. Я, конечно, был ещё в постели.
— Вставай, лежебока, — принялся он тормошить меня, — уже поздно!
— Как поздно?! — испугался я и открыл глаза. — Разве уже двенадцать?
— Нет, только начало двенадцатого… Ну, вставай же, пора приниматься за дело…
— Какое может быть дело? Мне папа принёс два билета в цирк, на двенадцать часов. Вот позавтракаю, и побежим!
Баходур задумался.
— А когда же всё-таки будем заниматься? — спросил он.
— После цирка…
После цирка мы поспешили на футбольный матч между седьмыми классами нашей школы — между «А» и «Б». Отличные обе команды! Я болел за «Б».
После такого напряжённого дня просто не лезли в голову никакие занятия.
Мы с Баходуром решили не тратить времени зря. Придём завтра в школу пораньше — ну, прямо в семь часов утра! — и позанимаемся. На свежую голову знаете как всё хорошо выучивается!..
Мы договорились, но я проспал и влетел в школу перед самым звонком. Баходур уже сидел за своей партой. Лицо у него было заспанное.
— Ну как? — спросил я его.
— Плохо, — отвечал он уныло. — Ничего не успел повторить…
В класс вошёл Агза́м Саи́дович. Урок начался. Учитель очень удивился, выслушав путаный ответ Баходура.
— Я не узнаю тебя, Баходур, — проговорил Агзам Саидович. — Сегодня ты даже на тройку не тянешь… В чём дело? А ещё взял на буксир отстающего. — Агзам Саидович взглянул на меня.
Я, конечно, ничего не сказал вслух, а про себя подумал: «Это мы ещё посмотрим, кто кого взял на буксир!»