Не смейте обижать моих сестёр (СИ)

Глава 3. Путеводное зелье или шашлыки с императором

Новое утро началось с приветственной речи ректора, который расписывал прекрасные перспективы после окончания академии. Было сказано множество слов о факультетах практической и боевой магии, темной материи и всех разделах некромагии, артефакторики и зельеварения, но ни слова о юридической магии не прозвучало. Накатила, так называемая, тоска зелёная неразбавленная. А помимо этого в душе поселилось какое-то странное предчувствие, причину появления которого я разобрать не смогла.

Нехотя посетила столовую (вчерашний вечер напрочь отбил у меня аппетит). Теперь, когда большинство знало моё имя, а тем, кто не знал, сообщили, все поглядывали на меня с настороженностью, словно я приехала сюда разоблачать всех в их самых страшных грехах и бежать с донесением к императору. Такое внимание сильно нервировало, и поговорить было не с кем.

Днём я, как приличная студентка, забрала необходимые учебники в библиотеке, где могла столкнуться с Нитой... если бы она не обходила меня за километр. Наверное, так даже лучше. И умом я это понимала. А на душе почему-то было крайне неприятно.

Вечером, поднимаясь к себе, я слышала, что на одном из этажей устроили разборки века. Крики, визги, вопли. Да, так только девушки могут между собой выяснять отношения. Я на мгновение завернула на этот этаж, увидела, как парни растаскивают брыкающихся девчонок в разные стороны, и ушла. Пусть делают, что хотят.

Попав в свои новые апартаменты, я открыла окно в гостиной, запустила поисковой маячок, который поможет мне привлечь ворона-посланника (мой любимый вид почты), потом разобрала свои чемоданы (подаренные императором даже открывать не стала), достала любимое вязание (никак не могла дома оставить, всё-таки для меня это самый надёжный способ успокоения) и решительно заработала спицами. На моём этаже тоже кто-то шумел.

Когда я собралась спать и переоделась в сиреневую пижаму, которая состояла из открытой маечки на тонких бретельках и коротких шортов, в двери постучали. Я пошла открывать, не заботясь о правилах приличия.

– Девочки, а вы... – за дверью стоял красивый молодой человек в темно-синих брюках и такого же цвета футболке, который при взгляде на меня едва не потерял дар речи. – Вау, какая красавица...

– Что тебе надо? – я не была столь доброжелательна и накричала на него.

– А где твои подружки?

– Ушли к своим друзьям! – прокричала, что было сил.

Я громко хлопнула дверью и направилась к постели. Но не успела я укрыться одеялом, как в дверь снова постучали. И снова постучали. И опять постучали. Всё, завтра лично возьмусь за всеобщее воспитание и объясню каждому, что такое тихий час! Я подошла к двери и, открывая её, наткнулась:

– Чего ещё?!

А тут...

– Своих соседок мы воспитали! – отрапортовала Деметра.

– Они нас теперь боятся, – добавила Ирма.

– Парней на этаже мы воспитали!

– Они нас теперь уважают.

– Общежитие в целом мы воспитали! – опять доложила Деметра.

– Они нас теперь ненавидят, – весело сообщила Ирма.

– Комната нам досталась нормальная.

– Но жить мы будем у тебя! – подытожила Ирма.

Ничего не понимая, я посторонилась, чтобы пропустить двойняшек.

– Девочки, что вы тут делаете? – я никак не могла этого понять.

Деметра прошла в гостиную, с разбега плюхнулась на диван и объяснила:

– Мы не можем бросить тебя в одиночестве. Как ты тут одна будешь жить в этой далёкой и неизвестной столице?

– А у нас, – скромно добавила Ирма, – как раз нет никаких важных дел. Сама знаешь, только на первый курс поступили. Ну а раз в Черноведьминском поступить смогли, то и поступление в эту академию нас не испугало.

– Правда, – сглотнула Деметра, – пришлось немного потратить мамины сбережения, так как набор был уже закрыт, да и само обучение тут платное...

Хорошо, про деньги поверю. Эту и ежу понятно, что без денег тут никак. Я сложила руки на груди, и нахмурилась:

– Девочки, давайте честно! Трудно поверить, чтобы вас в первую очередь интересовало мое одиночество. Кому-нибудь другому будете эти сказки рассказывать, а я вас знаю.

– Честно? Хочешь честно? – Деметра даже с места подскочила. – Сестрёнка, да ты только представь, какие перед нами перспективы тут открываются! Во-первых, нас никто не знает, а значит, Лауре не донесёт. Во-вторых, платников из этой академии не отчисляют, а значит...

– А значит, у нас столько шансов повеселиться! – продолжила Ирма.

Что? Они надо мной издеваются?! Мне нельзя портить репутацию и отношения с императором. Я бы повеселилась, ох я бы так повеселилась, но... Нет, я, конечно, собиралась повеселиться ща счёт академии, но явно не до такой степени, что предпочитают двойняшки. Даже не успела понять, в какую минуту комнату наполнил мой громкий страдальческий стон.

– А ещё, – заговорчески прошептала Деметра, – мы обзавелись поддельными документами с ненастоящими фамилиями. Просто не говори никому, что мы с тобой родственники, и проблем не будет.

Кстати, Лаура ведь говорила мне, что мама не внесла имена Ирмы и Деметры в список основного семейного дерева. Только в тайный, о котором императору не известно.

– Дем, горжусь тобой. Ты вышла на новый уровень, – похвалила я сестру.

– Марта подсказала, – не стала скрывать она.

Тогда всё ясно. Но я не придала этому значения:

– И как же вас теперь зовут?

– Ирма и Деметра Лоудж, – гордо представилась Ирма.

– Послушай, Аманда, – прошептала Деметра, – тебе не кажется, что мама с Лаурой что-то от нас тут скрывали? Они нам вечно указывали то одним не интересоваться и принимать как должное, то другим. Я уверена, что у мамы в столице была какая-то тайна, иначе бы она не стала скрывать, от императора что родила ещё двоих дочерей.

– Дем, – я, кажется, поняла её направление мыслей, но хотела услышать подтверждение. – На что ты намекаешь?

– Мама всегда говорила, что отец погиб до нашего с Ирмой рождения, во время её беременности. Ты сама его совсем не помнишь, маленькой ведь была. А если... если у нас с тобой разные отцы, ты не думала? Вдруг мама... была с кем-то другим, и этот человек не знает о моём существовании? А твой отец, узнав... про маму мог просто уйти из семьи? Конечно, мама у нас была самой лучшей, и я говорю сейчас ужасные вещи. Но просто задумайся хотя бы на минуту, почему мама скрыла наше рождение. И ведь Лаура явно знает ответ на этот вопрос, я столько раз пыталась спросить, но ничего не говорит...

Я осторожно приобняла сестру за плечи и вместе с ней присела на диван. С другого бока подсела Ирма, которую я обняла одной рукой за талию.

– Родные мои, я как никто другой понимаю вашу мечту иметь отца, и даже нахожу твою, Деметра, теорию логичной. Но как и кого вы собрались искать?

Ирма осторожно протянула мне тоненькую старую потрепанную тетрадь с запыленной обложкой. Я осторожно перевернула первую страницу. И... Не может быть! Это же мамин дневник...

– Но как? – я не могла поверить в чудо. Я ведь помню, что все мои попытки отыскать это сокровище оказались тщетными. – Где он был?

– В комнате Лауры, – Ирма легко пожала плечами, – читай последние записи.

Я нашла необходимые страницы, но в этот момент в комнату через приоткрытое окно влетел черный ворон. Замечательно, теперь можно написать Лауре, чтобы она не волновалась. Хотя у нее ведь сейчас медовый месяц и есть дела явно поинтереснее.

– Только о нас не упоминай, – попросила Ирма, когда увидела, что я взяла в руки ручку и чистый лист.

– Лаура не знает? – можно было не спрашивать, ведь это и так уже очевидно.

– Нет.

– И как вы собираетесь это скрывать?

– Первое время нас будет Марта прикрывать, а потом... по ситуации, – пояснила Деметра.

Я взвыла и села за письмо, в результате чего получилось, что я белая и пушистая девочка, а этот мир жесток, опасен и угрюм. Довольная собой, я взяла величайшую находку из всех находок – мамин дневник. Читать стала с того места, на которое мне указали сестры.

«Иногда мне кажется, что жизнь – это череда белых и черных полос, соревнование боли и удовольствия, счастья и бесконечных проблем. Когда ты счастлив, время бежит мгновенно, кажется бесконечным, и ты его совсем не замечаешь, особенно, если в какой-то из моментов тебя переполняют эмоции. А в беду время растягивается и кажется бесконечным. По-другому бесконечным. В этом случае бесконечность времени только угнетает и наталкивает на безумные мысли. Хочется быстрее перешагнуть через невзгоды, но зачастую обстоятельства этого не позволяют.

Мне кажется, сейчас у меня именно такой период. Я основательно поругалась с собственным мужем. Он хочет, чтобы я бросила Черные территории и переехала с ним в столицу Таэрской империи. Ни за что! Ни за какие деньги! Это мои земли, на которых живёт мой народ, о котором я обязана заботиться. И чтобы ни случилось, я всегда буду со своим народом. И мои дети всегда будут со мной!

Дети... Аманде на прошлой неделе исполнилось два годика. Лауре скоро будет двенадцать. А ещё... вчера я поняла, что беременна. Благо, что срок небольшой и до развода живот не успеет вырасти.

Развод... Он согласен со мной развестись, даже не смотря на мое требование не приближаться после развода к детям. Ему совершенно плевать на моих маленьких красавиц! И ладно Аманда, маленькая совсем, быстро его забудет. Но как я объясню его уход Лауре, которая боготворит своего отца? Как я расскажу своей дочери, что папа предал её и променял по неизвестным причинам на столицу? Променять детей на какую-то столицу... Ненавижу его! Пусть катится своей дорогой и навсегда забудет тропу в мой дом. Предателям тут не место.

А что, если... Леон знает, о моей беременности?..»

Страницы дальше были беспощадно вырваны, буквы расплывались перед глазами, и я никак не могла привести мысли в порядок.

– Леон – это же мой отец.

– Именно, Аманда, – подтвердила Деметра. – Ты можешь его найти в столице и узнать об их отношениях с мамой. Тогда мы сможем понять, кто наш с Ирмой отец. Леон или кто-то другой.

– Дем, – я тяжело вздохнула, – твоя фантазия не знает границ. Леон нас бросил! И ты хочешь, чтобы я его нашла? Даже если и так, что я ему скажу?

– Что ты хочешь правды.

– Девочки, я вас очень люблю, но это настоящее безумие, тем более что я не хочу его знать. Он мне никто. Предатель, который бросил не только меня, но и мою маму.

На меня жалобно посмотрели две пары невероятно грустных глаз...

– Ты ведь поможешь нам, Аманда? Как старшую сестру просим, – взмолились они.

Я тяжело вздохнула.

– Конечно. Куда я от вас денусь?

***

Первую пару я проспала. Сестры, естественно, тоже. Пока встала, привела себя в порядок, разбудила девчонок, ещё одна пара пролетела мимо. В итоге я с гордым видом, словно все в этом мире мне должны и обязаны, пришла только на третью пару, где познакомилась с небольшой кучкой отъявленных неудачников, которых угораздило поступить на юридическую магию. Ой, я хотела сказать не «неудачников», а «одногруппников». Ошиблась, с кем не бывает. А ещё я едва не лопнула от зависти, когда обе мои сестры сообщили мне, что будут учится на факультете зельеварения. О... Цены б мне не было, если бы я пошла с ними. С другой стороны, о зельеварении мне и так очень многое известно, всё-таки три курса ведьмы общего профиля – это серьезный багаж знаний.

Четвертой парой оказалась история империи, которая читалась у всех первокурсников одновременно, поэтому я заранее заняла места рядом с собой для двойняшек. Однако прожить эту пару спокойно мне помешали посторонние факторы.

– Привет, – скромно улыбнулась мне стерва из столовой (теперь только так и буду её называть), – я Кейли. Ты извини, что вчера я так грубо с тобой разговаривала. Сама не знаю, что на меня нашло. Так хотелось выпендриться перед новыми друзьями, и, увы, я не сразу поняла, какие они гадкие. Но благодаря тебе я все же смогла рассмотреть их истинные лица.

Ну да, конечно, так я и поверила. Думает, я сейчас от её ложных признаний растаю и протяну руки в распростёртых объятиях? Нет, не на ту она напала.

– Кейли, детка, какая встреча! – фальшь чувствовалась в голосе Деметры за километр. – Так рада тебя видеть. Какими судьбами?

Я молча наблюдала за тем, как со спины стервы из столовой (ей очень идет такое прозвище) подошла Деметра, положила руку ей на плечо и обворожительно улыбнулась. Обернувшись, девушка резко скинула руку, отступила на пару шагов назад, развернулась и без оглядки бросилась в конец аудитории к своим «гадким» друзьям. Замечательно, там ей и место. В аудиторию зашла наша преподавательница, представившаяся как профессор Жентье и начала лекцию.

– Леди, – обратилась ко мне профессор Жентье, – почему вы не конспектируете материал?

Я дерзко ответила ей, что с этим успешно справляется моя свита, которая любезно предоставит мне свои конспекты в любой момент. А сама тем временем продолжила разминать под партой уголь, который необходим для моих новых амулетов (защитных амулетов от некромантов у меня нет, поэтому приходится спешно делать сейчас, причем не только для себя, но и для двойняшек). Профессор моей наглости не оценила и приказала представиться.

– Леди Аманда Бенхельм, – сказала, не поднимаясь с места.

Все вопросы, к моему удивлению, тут же отпали. Впрочем, если вспомнить, что адепты называли меня протеже самого императора… Может, они и правы. Ох, кто бы знал, как мне вся эта ситуация не нравится! Профессор Жентье успешно сделала вид, что ничего не произошло и спокойно продолжила лекцию. Очередное подтверждение тому, кем меня здесь считают. И хоть такое поведение окружающих только настораживает, ничего изменить я не могу, а значит, надо просто жить дальше.

После пар меня вызвали в деканат, где предоставили личное расписание с указанием занятий с индивидуальным преподавателем от императора, ради которых мне необходимо будет появляться в императорском дворце. Для меня сделали специальный допуск к стационарному порталу, которым, по словам декана, я могу пользоваться в любое время дня и ночи. Но с помощью этого допуска перемещаться я могу только в императорский дворец. Двоякая ситуация – вроде и обёртку дали красивую, а вот наполнение желает лучшего. Иё более того, к моему огромному разочарованию, почти все мои свободные вечера будут заняты этими странными занятиями. Я взвыла. У меня разве своих дел нет? Я бы и до этого от скуки не умерла, а уж теперь и вовсе.

Вечером я получила письмо от Марты, в котором она как самая настоящая мамочка спрашивала, как мы питаемся, чем заняты, нравится ли обстановка, занятия, окружение. Я невольно пустила слезу. На душе было так тепло и радостно. Я мгновенно села писать ответ, в котором разоткровенничалась даже больше, чем с Лаурой. Рассказала, как прошел день, что в нем было хорошего и не очень, и поделилась своими переживаниями об... этом несносном Раните Гроте. Правда, о том, что он некромант, решила умолчать. Не стоит лишний раз волновать… Марту. Никак не могу привыкнуть к её существованию и определиться с тем, кем же она мне приходится.

На следующий день я поняла, что нет ничего скучнее, чем обучение на кафедре юридической магии. Ни тебе интересных занятий по зельеварению, где можно до бесконечности экспериментировать и получать от этого удовольствие, ни тебе лекций по созданию артефактов (я считаю этот предмет важным), ни тебе предметов по проклятологии (один из моих любимых, между прочим). И почему именно мне так «повезло»?

А вот к занятиям с индивидуальным преподавателем я подготовилась тщательно: зачернила волосы, как могла и закрепила цвет, чтобы хоть сутки продержался, использовала большое количество белил. Касательно одежды, решила остановить свой выбор на черных брюках и темной шифоновой блузке с длинными рукавами. Конечно же, взяла плащ, без него никуда.

Пока шла к порталу, немного волновалась, хотя никак не могла понять почему. Ничего криминального ведь сейчас не происходит? Нет, вроде бы. В деканате к моему приходу никого не было, поэтому я в точности повторила все действия для перемещения, которые мне показывали, и оказалась в уже известном мне зале дворца, где меня, как выяснилось, ждал слуга. Я не придала этому значения и молча проследовала за ним. Слуга водил меня по длинным и коротким коридорам, переходам, у меня даже начала кружиться голова. А ещё я, кажется, не запомнила дорогу, и это очень сильно нервировало. Наконец мы остановились перед каким-то помещением, слуга молча распахнул двери, и я вошла. Возле окна стоял мужчина, которого я видела только со спины. Но когда он повернулся...

– Добрый вечер, ваше величество, – я присела в неглубоком реверансе. И опять мне неудобно это делать. Только теперь из-за брюк. Впрочем, не имеет значения. Я же не придворная леди, чтобы переживать из-за подобных мелочей.

– Рад видеть вас, леди Бенхельм. Присаживайтесь за этот стол. Сегодня он послужит нам ученической партой.

Я была столь шокирована, что не могла проронить ни слова. Где мой личный преподаватель? Почему я вижу тут императора, который стоит передо мной в обыкновенной рубашке и черных брюках, дёргая край занавески? Я села на указанное место. Император взял свободный стул, развернул его спинкой ко мне и сел, повернувшись ко мне лицом.

– Сегодня поговорим с тобой об интересах населения. Надеюсь, ты понимаешь, что любой руководитель должен учитывать интересы всех слоев населения, чтобы избежать конфликтов. Также в решении спорных ситуаций особое внимание нужно обратить на мнение большинства...

– Простите за дерзость, ваше величество, но... вы будете моим преподавателем?

– Не похож? – усмехнулся император.

Я скромно промолчала.

– Поверьте, Аманда, лучше меня вас этому никто не научит.

– Разве у вас нет других дел?

На этот вопрос император не ответил, только плавно перевел тему и заговорил о своем. Что ж, стоит отметить, иногда действия красноречивее любых слов. И сейчас я имела возможность в этом убедиться. Видимо, именно так император использует свое искусство дипломатии. К моему удивлению, рассказывал император довольно интересно. Осмелев, я кое-где задавала уточняющие вопросы и получала подробные ответы. Однако все это оказалось не самым поразительным! После нашего занятия император лично проводил меня к порталу.

По пути к общежитию я усердно думала. Кажется, сестры были правы. Нужно срочно выяснить, кем является наш отец. Почему-то мысли, что за столько лет он мог спокойно умереть, я не допускала. А вдруг мой отец каким-то образом приближен к императору, и тот что-то ему должен, а теперь своим отношением ко мне выплачивает долг? Или, может, он всю жизнь был лучшим другом императора, а вся Таэрская империя обеспокоена тем, что детей у императора нет, то... Пакости всемогущие, я уже как Деметра начинаю строить безумные теории своего происхождения. Нет, с тайнами определено нужно завязывать. Не люблю портить себе нервы неудовлетворенным любопытством.

– Как все прошло? – поинтересовалась Ирма, когда я с грохотом открыла дверь и переступила порог наших комнат.

Я не ответила (такое со мной бывает крайне редко), раздражённо взяла лист бумаги и принялась писать письмо старшей сестре. Она должна знать больше, чем мама написала в своем дневнике. И пусть только попробует мне не ответить! Приеду на каникулы – уши ей надеру.

***

Новость о том, что у меня есть свита, распространилась по академии довольно быстро. К счастью, девочки не обиделись и ходили по коридорам с гордо поднятыми носами, изображая из себя самую важную свиту всех времён. Благодаря такому неожиданному поведению никто не обратил внимания, что свита моя учится на другой кафедре (этот факт также компенсировался тем, что Ирма и Деметра проживают со мной. Цитирую местных сплетниц: «Эти две подлизы соизволили бросить своих приличных, между прочим, соседок и переехать к ней! Эх, жаль, что я не успела оказаться на их месте») и состоит всего из двух человек. Но если взять в расчет то, что это были те два человека, которые сумели построить все общежитие – а это не много не мало, а вся академия – то цены им не было.

А потом одним свободным вечером мне пришёл ответ от Лауры:

«Твоё последнее письмо поставило меня в тупик. Что именно ты хочешь узнать? Каким был отец? Но почему ты задаешься этим вопросом именно сейчас? Раньше ты никогда не интересовалась, в отличие от Деметры. У тебя что-то случилось?

Прости, я успела задать так много вопросов. Наверное, я уже должна давать хоть какие-то ответы. Но, ты знаешь, говорить об этом мне невероятно тяжело. И я даже в какой-то степени благодарна тебе, что пишу, а не говорю эти строки, хотя все равно текст расплывается у меня перед глазами.

Ты знаешь, я очень сильно его любила. Я любила его больше всех на свете. Ведь он всегда слушал меня внимательно и рассказывал мне на ночь сказки. Он брал меня с собой на рыбалку и учил правильно расставлять ловушки и завязывать узлы. Сейчас, когда ты об этом спросила, я начинаю понимать, что именно он многому меня научил, даже мама не всегда была в курсе наших разговоров и порой ненавязчивых, но важных уроков. Я даже хотела быть на него похожей. Характером, не подумай лишнего.

Первое время после его ухода я разрывалась от горя. Я плакала из-за того, что он не взял меня с собой. Мама не знала, что со мной делать и сказала, что он умер. Но я-то знала, что это не так. Я слышала, как громко они ругались.

Потом я привыкла и постепенно стала приходить в себя. Я много раз пыталась узнать у мамы, где он живёт и почему ушёл, но она так и не сказала. Прости. Я правда не знаю. Но, скажу тебе по секрету, я нашла мамин дневник, в котором она писала, что отец хотел переехать в столицу. Это все, что мне известно.

Только прошу тебя, Аманда, не делай глупостей!»

Одним словом, никакой информации. Жаль. Искренне жаль. Я наивно надеялась на лёгкий путь.

А потом меня словно озарило. Часы! У меня с собой есть папины карманные часы. Единственное, что от него осталось спустя столько лет. Я однажды забрала их из маминого ящика. И, кстати, не сразу узнала, чьи они. Можно же сварить путеводное зелье, настроить его на эти часы и благодаря таким незамысловатым действиям найти хозяина предмета. Не в силах держать такую информацию внутри себя, я тут же поделилась ею с девочками. Деметра прыгала от радости.

Однако для приготовления зелья нам понадобились некоторые ингредиенты, которых у меня не нашлось. А также потребовалось свободное место. Конечно, в крайнем случае можно воспользоваться нашей гостиной, но портить пол не хотелось, ведь там нам ещё жить предстоит. И мы решили временно позаимствовать одну из лабораторий академии. А что тут такого? Конечно, не думаю, что это разрешено, но я всегда могу сказать, что мы обладаем неутолимой жаждой знаний. Да профессора потом гордиться нами должны будут!

Какая я всё-таки классная. А кто бы ещё кроме меня мог до такого додуматься?

День для эксперимента мы выбрали тот, когда у меня в расписании не было никаких дополнительных занятий... с императором. Чует моя интуиция, что подобные мероприятия пропускать не стоит. А вот пропускать пары, как выяснилось, я очень даже люблю. Просто, когда я в Черноведьминском училась, то ходила практически на все лекции и практикумы. Между прочим, действительно интересно было. А тут... Ну какой вообще существует толк в этой юридической магии? Не знаю почему, но у меня сложилось четкое ощущение, что на этой кафедре готовят следователей-криминалистов по делам с магической составляющей. Этот вывод я сделала на основе преподаваемых дисциплин. И от этого ещё сильней захотелось прогуливать пары. А в идеале каждый день.

Ближе к ночи я, Ирма и Деметра переоделись в черные спортивные костюмы, кроссовки, набили карманы необходимым для вылазки. На самом деле, брать с собой Ирму мы с Деметрой не хотели.

– Да вы же не хотите брать меня с собой, потому что я толстая! – начала возмущаться Ирма.

Да, так и есть. Я не отрицаю этого факта. Нет, ну а кто виноват в том, что она у нас такая... откормленная пышечка? Но в итоге победила Ирма.

– А как мы мимо коменданта пройдём? – спросила Ирма.

Я с сомнением покосилась на сестру, понимая, что втроём мы не сможем остаться незамеченными. Что же делать?

– Через окно на метлах? – предложила я.

– А если нас кто-то с нижних этажей заметит? – здравая мысль от Ирмы.

– Так комендант вообще-то поселил нас в комнатах на втором этаже. Можем воспользоваться, а с соседками... договоримся, – возразила Деметра.

Мы спустились на второй этаж, Ирма открыла дверь своим ключом. Из гостиной комнаты, пьяно пошатываясь, вышли две девушки в коротких юбках и красных бюстгальтерах. Какое поразительное единодушие. А главное, какие «приличные» соседки.

– Пижамная вечеринка? – невинно поинтересовалась Ирма. – Вы не отвлекайтесь, мешать не будем.

Одна из девушек нервно икнула и решительно подперла стену, дабы та не шаталась. Я тут же воспользовалась появившимся проходом и проскользнула в гостиную, где имела возможность насладиться видом беспорядка и увидеть дюжину разбросанных по полу бутылок мартини, виски, и коньяка, опустевших... пусть будет, из-за засухи.

– Так, – протянула я, – распитие алкогольных напитков на территории академии, в том числе в общежитии, карается отработкой на кухне вне зависимости от титула и размера кошелька.

– Вы нас не видели и не слышали, – перевела для непонятливых Деметра.

Я открыла окно, перекинула ногу через черенок метлы и аккуратно вылетела. Но в темноте ночи, несмотря ни на что, отчётливо различались чьи-то голоса. Я огляделась, никого не было видно, но лучше не рисковать. Я ещё раз окинула все строения взглядом и поняла, что можно незаметно перелететь с крыши на крышу. Под недоуменные взгляды сестер я влетела в комнату.

– Не судьба, уходим, девочки, – сказала двойняшкам.

Они без возражений приняли мои слова. Я гордо прошагала к выходу из комнаты, но в конце концов не смогла удержаться и обернулась к обитательницам гостиной, которые смотрели на нас огромными, ничего не понимающими глазами. Хотя их можно понять. Если бы ко мне в самый разгар ночи ввалились трое странно одетых по меркам местной красоты сумасшедших и нарушили спокойное распитие чудесных алкогольных напитков, я бы тоже удивилась. А если эти сумасшедшие ещё и с метлами... А если учесть, что ведьм в этих местах не водится...

– Будете много пить, каждый день являться буду, а там и до белочки недалеко, – пригрозила я начинающим алкоголикам.

Одна из девушек медленно переместила последнюю полную бутылку себе за спину и судорожно сглотнула ком в горле.

– Ай-яй-яй, – строго пригрозила я пальчиком, – я все вижу.

Недолго думая, она отдала бутылку мне. Я оценила широкий жест и не стала отказываться от высококачественного и явно дорогого коньяка. Я вышла в коридор, поделилась с Ирмой и Деметрой новым планом, и мы отправились на крышу, предварительно оставив коньяк в своих комнатах. Попасть на крышу, к счастью, оказалось несложно, и там я резко запрыгнула на метлу и взлетела в объятия ночи. Пакости, как же я люблю полёты! Переполненная счастьем, я резко и со свистом перекувыркнулась в небе пару раз, подставив одну ладонь под дуновение лёгкого ночного ветерка. Самые непередаваемые на свете эмоции.

Долетели до места назначения мы спокойно. Там, правда, пришлось повозиться, чтобы с крыши попасть в здание, но оно того стоило, к тому же в конечном итоге с задачей мы справились благодаря Ирме, которая предусмотрено взяла с собой разъедающее любой металл снадобье. А также благодаря мне – я сняла магические ловушки и пару простых, но очень действенных маячков. Гораздо сложнее оказалось попасть в саму лабораторию. Вот тут-то профессора на охране не стали экономить, поставили качественные щиты и защитные заклинания обновили. Однако это меня не остановило. Поразмыслив, я осторожно испробовала пару троек заклинаний для взлома магических полей. Ничего не подошло. Я плюнула на это дело, достала универсальную отмычку и взломала замок. И дверь открылась! Потрясающе, магия здесь только для отвода глаз. И ведь какой гениальный ход: ну какой нормальный студент, обучаясь в магической академии, будет думать, что двери в лабораторные аудитории запираются простым ключом?

Обстановка в лаборатории мне понравилась: все ингредиенты распределены по алфавиту, подписаны, хранятся в приемлемых условиях. Мне бы дома такую... Ох, чтобы я тогда могла делать... Так, не отвлекаться!

В платяном шкафу я нашла котёл подходящего размера, поставила его на огонь. Ирма тем временем нарезала стебли ромашки, а Деметра превращала угольный камень в порошок. Пока закипала вода, я отыскала алмазную стружку, добавила сразу же в котёл, чтобы она хорошо проварилась. Потом кончиком ножа уколола указательный палец левой руки и сцедила семь капель крови в котёл. Меньше нельзя. Больше можно, но я в этом плане жадная и предпочитаю свою кровь носить в себе. Девочки добавили свои ингредиенты. Мы стояли в полной темноте и поочередно помешивали варево. Наконец, зелье загустело до нужной консистенции, я отключила его и сразу перелила в заранее приготовленные стеклянные бутылочки. Теперь дело осталось за малым – красиво замести следы, чтобы никто не узнал о наших экспериментах, и мы могли беспрепятственно пользоваться этим местом.

Убравшись за собой, я сложила основное количество зелий в сумку к Деметре, пару бутылочек отдала Ирме и одну оставила себе. На самом деле так много зелья нам не понадобится, но сварить меньше мы не могли, ведь я слегка переборщила с алмазной стружкой, а все остальное добавлялось пропорционально.

И вот, когда, казалось бы, волноваться не о чем, наш план начал трещать по швам на моменте тактического отступления, поскольку в коридоре послышались шаги, и в наполненной гробовой тишиной аудитории раздался звук попадающего в замочную скважину ключа. За время чертыханий за дверью Ирма с Деметрой успели сориентироваться, схватили метла и все свои вещи и мгновенно скрылись под партами в задних рядах аудитории. Я же отчего-то замешкалась и в последний момент, крепко держа собственную метлу, заскочила в шкаф с котелками, рядом с которыми висели преподавательские мантии, благодаря чему я смогла относительно комфортно устроиться.

Интересно, а кому вообще может понадобиться лаборатория в два часа ночи? Нет, ну ладно нам надо, а другим-то зачем?

Судя по тому, что свет в помещении не включили (это я могла бы заметить сквозь щель в двери), я решила, что зашёл не преподаватель. Да, безумно интересно, что там происходит...

– Поставь на место! – хриплый приглушённый шёпот, и у меня возникло странное ощущение, что этот голос я уже слышала. Кто-то из одногруппников? Подозрительно.

Вау, какая тут, однако, мантия. Можно и примерить пока никто не видит...

– Но разве... – это определенно девушка. Да, я ещё и слушать все успеваю.

А сколько их там всего пришло?!

– Нет, возьми другую. И не больше пятнадцати грамм, – тот же хриплый шёпот.

О, пакости, что там происходит? Я просто сгораю от жгучего любопытства. А это чувство в моем случае страшнее смерти. Но при этом не могу позволить себе высунуть нос из укрытия.

И тут раздалось едва слышное «апчхи». Хоть бы это оказался кто-то из пришедшей парочки!

– Будь здоров, – прошептала девушка.

У меня словно камень с плеч упал. Но в свете следующей фразы, мои коленки предательски задрожали.

– Я не чихал, – тут же все понял нарушитель комендантского часа. – Кто здесь?

Нужно срочно что-то делать! Нужно спасать девчонок. Так, отставить панику. Если это студенты, то ничего они мне не сделают. На мне же защитные амулеты. Даже от некромантов теперь ношу.

– Я! – громко крикнула, собственно, я, не выходя из убежища.

Я не успела даже зажмуриться, как скрывающая меня дверь резко распахнулась. Ну вот, вспомнишь гов... то есть, некроманта, он и появится. И зачем я только о нем подумала? Пусть даже вскользь. Передо мной во всей красе стоял Ранит Грот, за спиной которого маячила его сестра, и держал в руках небольшой световой шарик, выполняющий функции настоящего ночника. Молчать в моей ситуации было бы глупо, и я, распахнув руки для широких объятий, словно встретила старого друга, с которым не виделась сотню лет и зим, весело произнесла:

– Только сегодня и только для вас действует уникальное предложение – купите один котелок по цене двух!

– Как-то не выгодно, не находишь? – проворчал некромант, складывая руки на груди.

– Я согласна! – еще более радостно объявила я и кинулась обниматься.

У Раниты (кто вообще в здравом уме называет своих детей одним и тем именем?) в буквальном смысле челюсть отвисла. Сам Ранит нахмурился и выдал незабываемое:

– Срок действия гарантии истек. Извини, предложение больше не актуально.

Я притворно возмутилась:

– Не перебивай!.. Я согласна… продать один котелок по цене трёх.

– Вот это наглость, – восхитился некромант.

– А ничего, что эти котелки не твои? – подала голос Нита.

– А меня это не смущает, – гордо добавила я.

– Женщина, что ты тут делаешь?! – прошипел Ранит, прекращая этот фарс.

Я не на шутку оскорбилась.

– У меня вообще-то имя есть.

– Извини, – без доли иронии ответил он, – но память настойчиво подсказывает мне, что у стражей леса имён не бывает.

Вот же ж... мстительный некромант.

– Между прочим, – вернулась я за старое, – я продаю лучшие котелки этой лаборатории.

Он усмехнулся и ничего не сказал. Потрясающе.

– Ребята, а что тут делаете вы?

Я хотела слегка пристыдить этих родственников, но у меня ничего не вышло. Некромантов вообще сложно смутить или что-нибудь в этом роде. Они в любой ситуации чувствуют себя невероятно уверенно. У меня такого не бывает, но мне и не надо, ведь я обычно успешно компенсирую недостаток уверенности щепоткой наглости.

Ранит смотрел на меня задумчивым взглядом. И если бы только взглядом он и ограничился. Но нет, ему пришло в голову побыть великим искателем истины, и он стал озвучивать свои мысли в отношении меня:

– Я бы мог сказать, что ты следишь за нами. Но решение прийти сюда у меня вышло спонтанным, никто не об этом не знал. На мою безумную поклонницу ты также не похожа. Так что же ты здесь делаешь?

– А я сторонний наблюдатель. Сначала за всеми слежу, а потом рассказываю ректору, – насупилась я.

– Брось, Аманда, давай на чистоту.

– Ничего себе, великий Грот удосужился запомнить моё имя, – едко прокомментировала.

– Я не отпущу тебя пока не добьюсь правды, – пригрозил Ранит на полном серьёзе.

– Ах, так, – громко возмутилась я. – Значит, сам можешь вламываться в любые аудитории в любое время. А я должна перед тобой отчитываться? С какой стати?!

– С такой, что я сильный некромант, а ты обыкновенная ведьмочка, которая учится в академии как магиня. Кто-нибудь знает об истинной природе твоей магии?

– «Обыкновенная ведьмочка»? – на удивление, эта формулировка меня чем-то задела.

– Именно.

Ну всё, так больше не может продолжаться.

– Уходи, – решительно сказала я и указала ему на дверь.

– Сегодня ты работаешь стражем лаборатории? Тебе хоть деньги за это платят? – каков нахал однако.

Я молча прошла мимо Ранита и села на лабораторный стол, вяло покачивая ножками в удобных кроссовках.

– Ран, – Нита потянула своего брата за рукав, – пошли отсюда.

Ранит окинул меня злым взглядом и на прощание поугрожал:

– Только попробуй кому-нибудь сказать, ведьма, и сильно пожалеешь.

Да, оригинальность на высоте.

– Сладких снов, мой хороший. Беги за сестрёнкой, пока не потерялся.

Некромант, не оборачиваясь, показал мне кулак и ушел. Я спокойно выдохнула, позвала девочек, и мы покинули лабораторию тем же путем, которым пришли. И уже только в своей комнате, переодеваясь в пижаму, я поняла, что так и не сняла преподавательскую мантию, которую решила померять только от скуки. Меня расстреляют. А хотя... буду ссылаться на защиту императора, если понадобится. Должны же быть какие-то преимущества от моего положения. И вообще, может, ещё успею вернуть эту мантию незаметно.

***

Утро – это самое странное, на мой взгляд, время суток. В выходные дни хочется радоваться жизни и просыпаться ни свет ни заря, прихорашиваться перед зеркалом и спокойно прогуливаться по улице. А в будни, особенно, когда знаешь, что нужно торопиться на нелюбимую учебу, расставание с мягкой теплой постелью выглядит совершенно иначе, и ты готов отдать все деньги мира (кроме своих, конечно же) за возможность с головой накрыться одеялом и лежать так до конца всех пар. Или работы. Кому куда надо, в общем.

И именно сегодня в моей жизни наступило утро второго типа – серое, невзрачное и до ужаса холодное. Я проснулась от ледяных мурашек на коже, поняла, что ночью сбросила одеяло и встала, чтобы закрыть распахнутое в гостиной окно. Разбудила Ирму и Деметру, подкрасила ресницы, нарисовала одинаковые стрелки и нашла очень короткое облегающее жёлтое платье с красным поясом и открытым верхом. Отлично. Пока я надевала осенние полуботинки и доставала длинное персиковое пальто, в двери постучали. Я пошла открывать.

Открыла. За дверью стоял Ранит, который при взгляде на меня беззвучно хватал ртом воздух от изумления. Типичный мужчина. От вида красивой женской фигуры и выставленных в правильном свете прелестей растерял дар речи и последние остатки ума. Что он тут делает?

– И долго вы ещё друг на друга молча смотреть будете? – спросила Ирма, приводя нас в чувство.

Я тряхнула головой, понимая, что все это время не двигалась и ничего не говорила. Странное ощущение. Но главная странность заключается в том, что я не заметила, как дошла до такого состояния. Ранит, опомнившись, потёр кулаками глаза.

– Заходи, раз пришёл, – из спальни выглянула Деметра в хорошем настроении.

– Благодарю, – сухо сказал Ранит, отодвигая меня в сторону и заходя в небольшую прихожую.

Что?

– Ух ты, – Ранит обернулся к Ирме, поцеловал её ручку, – какая девушка! Я сражён в самое сердце. Леди, ваша красота восхитительна и так естественна мила. Редко встретишь в наше время такой крупный, но при этом очаровательный бриллиант. Впрочем, хорошего человека всегда должно быть много, согласитесь.

ЧТО?! Он сейчас флиртовал с моей нечёсаной сестрой и даже сделал завуалированный комплимент её полноте?

– Убирайся отсюда! – прошипела разгневанная я и попыталась вытолкнуть его в незакрытую дверь, но, как оказалось, тяжёлые скалы не перемещаются никуда от воздействия внешних сил.

Ранит проигнорировал мои усилия и с воодушевлением повернулся к Деметре.

– Простите, мы не знакомы. Позвольте исправить это недоразумение. Ранит, – он также аккуратно поцеловал ручку Деметре. – Мне безумно приятно видеть вашу неземную красоту.

И если Ирма растаяла от комплиментов и словно выскользнула из этого мира, то Деметра только подозрительно прищурилась. Отлично, если Деметра контролирует ситуацию, значит, с Ирмой ничего не случится. Я молча прошла мимо этой компании в спальню, намеренно зацепив некроманта плечом. Но не успела я подойти к сложенному на кровати пальто, как дверь в комнату закрылась изнутри, отрезая меня и Ранита от посторонних взглядов. Хотя я бы не назвала своих сестёр посторонними. Но ведь никто не знает, что мы родственники. Замкнутый круг.

– Чего тебе? – дружелюбием я сегодня не блистала.

– Давай поговорим.

– Уже наговорился. Уходи, – я однозначно хотела выставить его из комнаты. И почему-то было желание перед этим устроить Раниту хорошую взбучку.

– Ревнуешь?

– Нет, – я раздражённо дернула плечом.

– Я думал, ты живёшь одна, – протянул он.

– К чему этот странный разговор? Говори быстрее, что хотел, и уходи!

– Я хотел тебя поцеловать.

Что? Да что ж такое-то, сегодня я постоянно повторяю этот вопрос. У меня задергался правый глаз. И, глядя на нервный тик моего лица, некромант поднял руки вверх и рассмеялся:

– Пошутил.

И, странное дело, я только сильней обиделась. Кто бы мне сказал почему.

– Аманда, давай договоримся по-хорошему.

«По-хорошему». Очень верное замечание, потому что чаще всего некроманты договариваются по-плохому. И заканчиваются подобные договоры обычно плохо для всех, кроме самих некромантов, естественно.

– Давай, – никто бы в здравом уме не сказал ему что-то другое.

– Ты никому не скажешь, что видела нас с сестрой в лаборатории и в одном из лесов Черных территорий, а заплачу тебе за твоё молчание.

Неожиданно.

– Пятьсот золотых.

– Сколько? – он аж подпрыгнул. – Деточка, ты сдурела? Сто.

– Четыреста, – не сдавалась я.

– Двести. Максимум.

– Триста, – я недовольно покачала головой.

– Двести пятьдесят, – он уверенно сложил мускулистые руки на груди.

– Договорились, – я протянула ладонь для рукопожатия...

И он пожал мне руку! Что? Значит, как моим сестрам, так ручку можно и поцеловать, а как мне, так простого рукопожатия хватит? С другой стороны, двести пятьдесят золотых – это очень приличные деньги. Интересно почему он вообще решил мне заплатить, вместо того чтобы поступить как истинный некромант и запугать меня?

– И прекрати за мной следить.

Довольный некромант быстро покинул мою комнату и ушел в неизвестном направлении. Не стала ему говорить, что отсутствие слежки в стоимость моего пока не оплаченного молчания не входит. Будет ему небольшой сюрприз.

Я схватила пальто, поторопила девчонок, и мы втроём пошли в столовую, где едва пробились сквозь толпу оголодавших студентов, которые разбирали все до последней крошки. А потом я медленно пошла к своей группе, с завистью смотря в сторону, куда ушли Ирма и Деметра. И почему я должна учиться на этом факультете. Может, перевестись? Из-за огромного нежелания посещать уголовную магию и её последствия я поменяла направление пути и отправилась к декану. Надо бы узнать о возможностях перевода. Вдруг, мне всё-таки повезёт?

Однако надежда на везение не оправдалась. В деканате меня с просьбой о переводе послали и на три буквы, и на четыре стороны. Я долго пыталась что-то кому-то доказать, но в итоге только сорвала голос, пока кричала, и пропустила первую лекцию (этому факту я только порадовалась). День прошел скучно. Подруг среди одногруппниц я так и не завела, а идти в другое крыло к сестрам было далековато, поэтому я все время на небольших переменах маялась от скуки. Хотя на парах как информация, так и атмосфера не вызывали никакого интереса.

Вечером ко мне в комнату пришел Ранит с деньгами.

– Двести пятьдесят золотых? – наигранно удивилась я.

– Да, как договаривались, – он нахмурился, чувствуя в моих словах подвох.

– Дорогой, – нежно пропела я, – ты задолжал мне моральную компенсацию.

– О, нет, – взвыл студент, – дорогая из нас двоих только ты.

К утру некромант принес мне ещё пятьдесят золотых. Я удивилась. Не думала, что так будет. К тому же сумму моральной компенсации мы не обговаривали. Впрочем, я не расстроилась и взяла любезно предоставленные деньги. Зачем от такого добра отказываться?

Как и обещала, ни Ранита, ни Раниту я не трогала. У меня были свои дела. Поздно вечером мы с сестрами выбрались на крышу общежития. Я взяла протянутые Ирмой папины часы и сбрызнула на них несколько капель путеводного зелья. Первые три минуты ничего не происходило, но потом часы завибрировали в моих руках, засияли зелёным светом, принимая магию ведьм. А потом, на наше счастье, от этого небольшого предмета появилась тонкая зелёная нить, ведущая нас за пределы академии. Получилось! У нас получилось! Я перекинула ногу через метлу и взлетела, выписывая в воздухе пируэты радости. Перелететь через забор, ограждающий территорию академии, оказалось невозможно, так как по периметру поднимался невидимый, но ощущаемый защитный барьер. Поэтому я, недолго думая, заплатила деньги охраннику на воротах академии, и он нас выпустил без вопросов. Около часа мы летели за тонкой едва различимой зелёной нитью, а потом след прервался.

– Леший заблудившийся!

– Кикимора накрашенная!

– Некромант потрясающий! – по очереди выругались мы.

На моих словах о некроманте ко мне обернулись две пары шокировано-недоверчивых глаз. Я моментально осознала, насколько сглупила, но вдаваться в подробности не решилась.

Несколько раз я пыталась наладить наш «путеводитель», обильно поливая его зельем. Пыталась Ирма. Пыталась Деметра. Зелье работало отменно – настраивалось на нужный путь, сияло. Но этой работы хватало менее, чем на минуту, из чего можно сделать только один вывод: связь обрывают намеренно. И оборвать ее может только тот, кого мы ищем.

– У меня есть две новости, – пробормотала я. – Первая: отец жив. Вторая: видеть он нас не хочет.

Пришлось вернуться в академию. И заплатить за вход! До чего же и жадный охранник нам попался...

Следующие три недели я намеренно пропускала большую часть пар и исправно ходила на все занятия с императором, которые, на удивление, мне понравились. Лорд Амартен оказался бесконечно внимательным и всегда чувствовал, когда я уставала или желала перейти на другую тему. С одной стороны, было приятно, что между нами наладились хорошие отношения и рядом с ним я даже могла немного пошутить. Но, с другой стороны, эти же обстоятельства, вызывали столько противоречий в душе. Что именно император хочет от меня? Вот в чём вопрос. Вряд ли люди такого уровня могут делать что-то бескорыстно. И моё подозрение только усилилось, когда в новом месяце я получила приглашение от императора на встречу в неформальной обстановке с выездом за столицу на шашлыки. А когда он предложил мне взять с собой мою студенческую свиту, с которой я, по словам адептам ТАЗа, редко расстаюсь, моё подозрение возросло в сотню раз (я догадывалась, что в академии за мной следят, но так явно это демонстрировать тоже не очень красиво вообще-то). И, к сожалению, боюсь, это был один из тех случаев, когда невозможно отказать. Зато девочкам новость понравилась.

– Как здорово, что мы всё-таки уехали! – радовалась Деметра.

Но я эту радость разделить не могла.

Вычурная, богато украшенная карета прибыла за нами вовремя. И любому на моем месте было бы стыдно запрыгивать в такое транспортное средство в зеленых кроссовках, ярко-желтой футболке и короткой юбке-трапеции. А вот мне ни капли не было стыдно. Я чувствовала себя уверенно.

К нашему прибытию на просторной поляне было уже довольно много людей в определенно удобной одежде свободного покроя. К моему неудовольствию, среди толпы немолодых мужчин и их непохожих друг на друга спутниц ни возрастом, ни одеждой, ни чем-либо другим, я заметила Ранита и Раниту Грот, что не принесло мне особого счастья.

– Дорогая моя, – ко мне подошла императрица. – Как поживаете?

На ее лице отразилась кислая улыбка, от которой хотелось тут же отвернуться и найти себе более приятную компанию.

– Прекрасно, в отличие от некоторых, – ответила за меня Деметра. – Аманда молода, красива, и у нее есть прекрасное будущее, которое не испортить фальшивой радостью и гнилыми улыбками.

И почему именно сейчас наступила гробовая тишина, и эти слова услышал каждый здесь присутствующий?!

Я больно ткнула Деметру локтем, чтобы она замолчала, и попыталась исправить ситуацию:

– Благодарю за внимание, ваше величество. У меня все хорошо. Прошу вас простить непозволительную грубость этой дуры.

Императрица окатила нас холодным презрительным взглядом и, гордо подняв голову и выпрямив плечи, удалилась. Увы, но все это время за нами пристально наблюдал император. Я приготовилась к худшему. Но император ничего не сказал и вернулся к готовке шашлыка. В другой день я бы обязательно удивилась тому, что такой человек самостоятельно жарит шашлык, вспомнила бы рассказы Лауры о том, как весело было ей ходить на шашлыки с отцом, который всегда отдавал ей самые лучшие кусочки мяса. Но сегодня меня поглотила только одна мысль: почему он ничего не ответил? Почему не осадил Деметру за оскорбление своей супруги?

Я повертела головой в разные стороны, пытаясь осознать ситуацию, и встретилась с не менее шокированным, чем у меня взглядом Ранита Грота. Кивком головы он указал на Деметру и повертел у виска. И в этот раз я была с ним полностью согласна.

Так как я не имела понятия о том, чем можно было бы себя занять, то решила подойти к некромантам. Странно, но последнее время я их совершенно не боюсь.

– Плохо ты воспитывала свою свиту, императрицу обижать нехорошо, – едко прокомментировал Ранит, когда мы с сестрами приблизилась к ним.

– Тебя спросить забыли, – огрызнулась Деметра.

– Что ты тут делаешь? – не могла не спросить я.

– Мне не повезло родиться в приближенной к императору семье, – тяжело вздохнул Ранит.

Я не нашлась с ответом.

– Молодёжь! – прокричал лорд Амартен и позвал к себе.

Мы нехотя обернулись и подошли к мангалу, где нас ждало прожаренное и аппетитно пахнущее мясо. Получив свою порцию, мы с сестрами заняли место в тени. Нита с Ранитом к нам присоединились. И пока я увлеченно обсуждала с Нитой новый вид плащей, Ранит спокойно и незаметно занял место рядом со мной. Когда темы для разговора иссякли, мы замолчали. Но эта тишина, на удивление, казалась мне приятной и расслабляющей. Хотя это сложно назвать тишиной, поскольку за нашими спинами что-то весело и громко обсуждало старшее поколение. Неожиданно я почувствовала себя маленькой девочкой, которую заботливый папа привел на сказочный праздник. На глаза навернулись слёзы... Нет, я не сентиментальная! Просто... соринка в глаз попала, вот!

– Ты плачешь? – удивленно прошептал мне на ухо Ранит и обнял меня за плечи.

– Нет, просто соринка в глаз попала, – выдала заранее придуманную отговорку и украдкой смахнула предательскую слезу.

– Манди, ты...

– Как ты меня назвал? – прошипела я и резко сбросила с себя его руку. Нет, ну каков нахал! Меня так ещё ни разу не называли.

– О, да ты влип. Аманда не любит, когда изменяют её имя, – вставила Ирма.

Некромант предпринял очередную попытку меня обнять, а я не стала сопротивляться, приятно всё-таки.

– Держись, брат, я с тобой, – Нита подняла в воздух кулачок в знак поддержки.

Я фыркнула и хотела отодвинуться, но тут заметила, что к нам идёт император. Лорд Амартен, держа в руках тарелку с кусочками шашлыка, приземлился слева от меня, где как раз было свободное место.

– Великолепная погода, – заметил император.

– Потрясающая, – нужно же поддержать разговор.

– Как замечательно, что все здесь! – услышала я чей-то сладкий голос.

Я обернулась и едва не застонала: за моей спиной стояла та грубая девчонка, с которой я пыталась познакомиться в столовой в первый день. Только её мне сейчас для полного счастья не хватало. Император привстал, Кейли (надеюсь, я не успела забыть имя) присела в неглубоком реверансе. Лорд Вейден поцеловал кончики протянутых пальцев и улыбнулся.

– Позвольте представить – леди Кейли Отон. Прошу любить и жаловать.

Я вежливо кивнула, не желая с ней разговаривать, и заметила кислые улыбки как у Ранита и Ниты. Вероятнее всего, они тоже не в восторге от встречи с Кейли. Кажется, эти ребята начинают мне нравиться, несмотря на некромантскую сущность. Нет, что я делаю? Как избавиться от этого чувства. Я ещё раз посмотрела на Ранита, чтобы сбросить наваждение, но в ореоле вечерних солнечных лучей его лицо показалось мне невероятно красивым.

Несмотря на присутствие Кейли, время пролетело быстро и незаметно. Император во всю травил анекдоты – у нас разрывались животы от смеха. Ну, за всех отвечать не могу, но лично у меня именно так и было. О том, почему лорд Амартен предпочел высшему обществу компанию взбалмошных студентов, я старалась не думать. Возвращались в академию мы тем же способом, которым добрались к этому месту. Возвращаться, естественно, не хотелось, и ничего поделать с этим я не могла.

А потом меня как осенило (это произошло ближе к полуночи)! А если перевестись на зельеварение, но не первый курс, а на свой четвертый?

Я тут же села за письмо для Лауры, в котором просила ее отправить мне справку о моём прохождении трёх курсов факультета зельеварения, радостно потёрла руки от предвкушения, нашла подходящего ворона и отправила исписанную мелким почерком бумагу. А ближе к полуночи в окно спальни настойчиво постучали. Я подскочила, резко открыла окно и, увидев темного ворона, выхватила из его лап два письма. Нет, получить ответы от Лауры так быстро я не могла в любом случае, но моё неуёмное любопытство не могло позволить мне усидеть на месте. Первое оказалось от сестры.

«Аманда!!! – ой, чувствую гневную информацию в первом слове. В чем же я успела провиниться. – Скажи мне, дорогая сестра, где Ирма с Деметрой?! Как давно ты знаешь, что они сбежали из дома в столицу, а Марта их покрывала? И если ты, паразитка мелкая, попробуешь соврать мне, что ничего не знала, я не поверю тебе. Аманда, как старшую и более ответственную прошу тебя: собери их чемоданы и отправь девчонок домой! Немедленно».

– Девочки, нам не жить, – обрадовала я двойняшек.

Ирма взяла протянутое письмо, прочла его и, невинно пожав плечами, сказала, что никуда не поедет. Я вздохнула, поскольку знала, какой последует ответ. Ладно, успокою Лауру в очередном письме. Но собирать ни чьи вещи я не буду! И выгонять тоже. Мне они самой тут нужны. Не вещи. Сёстры, разумеется.

Второе полученное мной письмо оказалось от Марты. Она извинялась перед нами, что не смогла продержаться дольше, и Лаура все узнала. Впрочем, я не держала на нее зла.

Ближе к вечеру следующего дня я получила необходимые документы, высланные Лаурой. Спасибо тебе, сестрёнка! Утром я побежала в деканат.

– Ваша просьба безумна, адептка Бенхельм, – воскликнул мой декан, когда я описала ситуацию.

Доказывать, что я права, пришлось долго. Пригласили декана факультета зельеварения, всех профессоров кафедры и устроили мне своеобразный экзамен. Я успешно справилась со всеми предложенными заданиями. И в итоге меня взяли на... третий курс, аргументировав тем, что программы сильно отличаются. Конечно, не совсем так, как я хотела (я хотела попасть сразу на четвёртый), но тоже замечательно.

После обеденного перерыва я зашла в библиотеку, чтобы поменять учебники, и положила принесенные книги на стол библиотекаря, который в этот момент помогал кому-то в читательском зале. Спустя несколько мгновений ожидания моё внимание привлек какой-то странный шорох. Я, не задумываясь о последствиях, впрочем, как и в большинстве случаев, прошла несколько тихих шагов в сторону шороха. Не успела я ничего понять, как взгляд зацепился за мелькнувший среди стеллажей плащ. Я тут последовала за ним. Но плащ словно растворился в воздухе. Как интересно. Я осторожно зашла за стеллаж... Странно, почему на всех книгах и полках пыль, словно никто не заходил сюда месяцами, а два верхних печатных изделия пыли избежали? Я потянула на себя тонкую книжицу, которая гипнотизировала меня своей опрятностью, и стеллаж слегка отодвинулся в бок. Ничего себе! Я помогла стеллажу отодвинуться в сторону настолько, чтобы протиснуться в образовавшуюся щель. И, как только я пролезла, стеллаж мгновенно встал на место, и я оказалась в длинном темном коридоре, отрезанной от библиотеки.

Вот это приключения! Вот это я понимаю.

Я подсветила себе путь небольшим зелёным магическим шариком и пошла вперёд. Надо же узнать, куда я попала.