Глава 14 — Проникновение

Подъёмная платформа слегка подрагивает под весом десяти человек. Каждый раз, когда это происходит, я с осторожностью поглядываю вниз, через высокие перила.

Боги, ну и высота!

Подо мной — прекрасный залив с лазурными водами, белоснежной полоской пляжа и городом, раскинувшемся на берегу этой невообразимо огромной лагуны. Чуть поодаль от берега в воду будто «воткнуты» несколько острых скал, но если приглядеться, становится понятно, что это остатки древнего памятника. Точнее, его небольшой части — пальцев, торчащих из воды, будто огромный каменный утопленник в последнем движении пытается выбраться из вод залива…

Снизу эти «пальцы» заросли кораллами и водорослями, сверху облеплены цепкими зелёными кустарниками, в которых селятся прибрежные птицы.

Прямо сейчас я вижу, как два корабля с огромными механическими винтами по бортам (такие устройства использовали здесь вместо парусов) обходят «персты».

Город, в порт которого заходят эти суда, называется Корай, и он целиком и полностью принадлежит Хайсаме.

Да-да, той самой Велар, которую я намереваюсь обмануть…

Именно обмануть — а не убить, как изначально предлагал мне Зеллер. Точнее, убить колдунью однозначно придётся, но не в её логове, защищённом смертоубийственной магией, полной подконтрольных Сейнорай и солдат, и оборудованного лучше всякого бастиона.

Честно говоря, когда я ознакомился со всей информацией, которую накопали шпионы Зеллера, подумал, что нет никаких шансов одолеть эту Владеющую.

Летающая крепость, полная опытных воинов, вооружённых самым современным оружием. Пятьдесят Сейнорай и Таскалоров в подчинении. Магическая защита, способная испепелить любого, кому запрещён доступ в Эллар. Высокие крепостные стены, орудия, башни, ловушки… И это не говоря о том, что путь в обитель Хайсамы, так или иначе, пролегал через город, принадлежащий этой Владеющей и его окрестные земли, в которых её боготворили.

Собственно, именно из порта этого города в Эллар и отправляли летающие платформы — и это была единственная транспортная ниточка, соединяющая парящий остров с землёй.

Так что нечего было и думать одолеть Хайсаму в её доме.

Впрочем, сейчас я и не собираюсь этого делать — и именно потому выбрал время, чтобы прибыть сюда, зная, что её в Элларе нет.

План, который мы придумали с Сейраном и Зеллером, строился именно на этом факте. На словах — всё было просто.

Я выдаю себя за одного из людей Зеллера и вместе с несколькими солдатами колдуна привожу Сейрана в крепость Хайсамы — якобы, выкупленного с Арены и доставленного на обмен, как и полагается.

Мне пришлось какое-то время убеждать друга-степняка сыграть нужную роль, но в итоге он не стал артачиться и согласился.

Оказавшись внутри, меня наверняка попросят задержаться до прибытия Хайсамы — без неё Литана, сына Зеллера, мне никто не отдаст. А если и попросят свалить — это ничего не поменяет — я знаю примерное расположение внутренних помещений и построек, представляю силы противников и догадываюсь, где держат Айрилен.

Надо сказать, шпионы Зеллера потрудились на совесть, собирая информацию об Элларе Хайсамы, да и сам колдун знал довольно много. Как он говорил сам — он бывал там дважды, и кое-что запомнил, так что это личное знание было мне на руку.

С другой стороны — сам Зеллер мне не нравился… При всём благоговении и уважении ко мне, которое он испытывал на самом деле, я для него был всего лишь инструментом, так удачно подвернувшимся под руку.

Я понимал, что главное для колдуна — убийство Хайсамы. Это его желание сквозило в каждом нашем разговоре, хоть Зеллер и старался держать себя в руках. Однако флуктуации его ауры, окрашенной всплесками желания в то время, когда он об этом говорил, подтверждали мои мысли.

Это его желание было даже сильнее, чем спасение сына! А уж на меня и моих Зеллеру было и вовсе плевать, пусть он и боялся мощи перчатки.

Всё это я понимал и держал в голове несколько планов возможных вариантов развития событий, которые не подразумевали наш с Зеллером дальнейший контакт…

Однако он был полезен — информация, подготовка, оснащение, знания. И, самое главное — магия, которую я развивал, пока «гостил» на его Элларе.

Разглядывая прекрасный залив, чувствуя приятные прикосновения тёплого ветра к коже, я то и дело бросаю взгляды на приближающийся парящий остров и продолжаю абстрактные размышления — просто чтобы не прогонять в уме план в тысячный раз и не нервничать.

Конечно, хорошо было бы подготовиться получше. Развить магию хотя бы до уровня Велар, собрать сторонников, заручиться поддержкой других Сейнорай, начать ослаблять влияние Хайсамы и наносить ей аккуратные удары исподтишка, чтобы она не понимала, кто её кусает, и откуда…

Но времени не было — я чувствовал это.

С момента, как Айрилен и мои друзья оказались в руках Владеющей, и так уже прошло больше двух месяцев. Кто знает, что она с ними сделала? Кто знает, что сделает в скором времени? Как долго они будут нужны ей, прежде чем Велар избавится от них?

Судя по рассказам, эта Хайсама была неоднозначной личностью — как и большая часть Владеющих. Она правила землями под своим Элларом справедливой, но жёсткой рукой, и за это её уважали местные жители. А вот те, кто столкнулся с Хайсамой лбами, отзывались о ней не лучшим образом.

Наглая, дерзкая, своевольная, не признающая авторитетов, безбашенная — самые лестные из эпитетов, характеризующие её.

Сейнорай этой части Свободного Анклава, фактически, подчинялись ей. Как и каждому Владеющему, собственно, контролирующему определённую территорию Анклава. Но контроль этот напоминал, скорее, тиранию.

Хайсама забирала редкие книги, ценные артефакты и рабов у тех Сейнорай, которые имели собственные земельные наделы и Эллары, но были слабее Владеющей… Она носилась по востоку континента словно вихрь, останавливаясь то тут, то там, рыская по древним развалинам и постоянно пытаясь добыть новые и новые Осколки у других Владеющих.

По слухам, около десяти лет назад ей удалось присоединить к своему осколку другой, которым владел один из Велар, живущий отшельником в сотнях лиг к северу. Как он отдал такое сокровище ей — никто не знал…

Хайсама редко появлялась в обществе, была жестока в бою, не пила спиртного, не имела любовников. Она занималась исключительно магией и собственным развитием. Половину времени эта странная женщина проводила в своём Элларе, проводя с магией и живыми существами невероятные эксперименты — по слухам, иногда даже используя капли из Астрального моря… Вторую половину времени она странствовала по землям Свободного Анклава и дальше, разыскивая артефакты древних и, по тем же слухам, управляла одним из магических Орденов, о которых в своё время мне рассказала рыжая Эйса.

При воспоминании о девушке у меня на губах появляется улыбка. Странная она всё же. Интересно, как у неё дела, всё ли хорошо?

Хотя… Какое мне дело, если уж быть откровенным до конца с самим собой?

Тряхнув головой, я отгоняю от себя пространные мысли.

Как бы там ни было — по всей видимости, Хайсама и её люди не знают, кто я такой. Никто из них ни разу не видели меня, не считая тех людей в замке, но вряд ли в том нестриженном и грязном оборванце в обносках можно узнать представительного Сейнорай, который сейчас поднимается к крепости Хайсамы.

Проклятье, да я даже решил единственную проблему, которая могла меня выдать — скрыл перчатку и заглушил её эманации!

Оказалось, что Хам, который так ловко «спрятал» перчатку тогда, в замке, заодно укрыл её и от магического взора! Вот почему те колдуны не обнаружили её — хотя сканировали меня!

Установить этот факт удалось совершенно случайно, во время одного из ужинов с Зеллером. В тот вечер Хам спал на моей руке, обвив перчатку, и колдун, едва войдя в трапезную, застыл будто поражённый молнией.

— Х-хэлгар… — заикаясь, произнёс он тогда. — К-куда… К-куда пропала перчатка?!

Страха в его голосе было столько, что я поневоле и сам забеспокоился — но стоило только разбудить Хама, как колдун ощутил резонанс могущественного артефакта. Вскоре мы разобрали произошедшее и сочли весьма удачным тот факт, что у меня имеется такая маскировка.

В тот вечер и родился наш план.

На самом деле зверёк, которого Зеллер приметил в первую нашу встречу и обозвал Рилаем, оказался весьма и весьма непростым.

Я выяснил, что Рилай — чрезвычайно редкий вид, который практически невозможно встретить. Всё дело в том, что пару тысяч лет назад их практически полностью истребили из-за невероятно полезных свойств организма этих зверьков.

Свойств, которые сохранялись в частях тела на сотни лет после убийства несчастных созданий…

Рилай практиковали меж собой телепатическую связь — и местные колдуны наловчились создавать из мозга зверьков средства связи. Эти милые создания могли экранировать магическое поле любой силы — и этим тоже пользовались, чтобы создавать амулеты, а иногда и целые накидки, позволяющие скрыть огромную магическую мощь.

Из крови зверьков варили сильнейшие восстанавливающие зелья, а их зубы из-за дизенфецирующих свойств ценились во стократ дороже изумрудов и золота.

Так что мне, можно сказать, сильно повезло.

Не в последнюю очередь потому, что я встретил не взрослого (которого почти невозможно найти) рилай, а едва-вылупившегося. Как оказалось, зверушки, после появления на свет, навсегда привязываются к первому, чью кровь попробуют на вкус. Обычно это родитель, но в моём случае всё произошло так, как произошло.

И кстати, в этот же самый момент рилай привязывается к своему «родителю» телепатически, и со временем эта связь крепнет. Вот почему я периодически вижу образы, которые этот малыш мне посылает.

Ну и умение прекрасно понимать человеческую речь и даже воспроизводить её — таким не могло похвастаться ни одно животное Западного континента, так что рилай можно было смело записывать в разряд разумных существ наравне с людьми.

К сожалению, это была практически вся доступная о рилай информация — они встречались настолько редко, что об их развитии было мало чего известно.

И теперь, чувствуя перчаткой сердцебиение спящего зверька, я не переставал радоваться тому, что мне так повезло с ним встретиться.

Как бы там ни было, сейчас меня волновало одно — пока Владеющей не было в Элларе, требовалось вытащить оттуда Айрилен и сына Зеллера.

И если (если!) получится это провернуть — Велара обязательно об этом узнает, и мы выманим её в нужное место, оставив за собой следы. Туда, где у колдуньи не будет преимущества, я лишь тогда рискну с ней сразиться. И то — для начала попробую одолеть хитростью.

Ну а если не получится… Что ж, на этот случай у меня был козырь, спрятанный в рукаве. Тот, на который Зеллер и рассчитывал — кристаллическая перчатка, сросшаяся с моей рукой.

Зная, что она может стать последним шансом, перед тем как отправляться в вотчину Хайсамы, я, если можно так выразиться, «договорился» с ней. Слился с шёпотом, звучащим в голове, и он почти сразу откликнулся на мой зов. Я попросил перчатку (или того, кто был в ней заперт) помочь мне в трудную минуту, если понадобится.

И голос с радостью согласился…

Не то, что бы я верил ему безоговорочно — но перчатка уже несколько раз показала, что способна меня защищать. Да, скорее всего, Беренгар предупреждал о том, что я не должен её использовать, но… Я верил, что в самом крайнем случае частица Арканума защитит меня и Айрилен.

Жаль, конечно, что того камушка Твагрита не хватило для возвращения Беренгара… Старик явно мог рассказать мне много интересного, да и помог бы при подготовке столь сложного дела… Но нет — минерал взорвался, не выдержав магического напряжения, отправив меня в очень странное видение, и когда я очнулся…

Сказать, что я был поражён — значит не сказать ничего.

Меня до сих пор прошибает пот от осознания того, что я видел. Отчего-то я сразу понял, что мне привиделся сам Творец и его дети — та самая Аулэ Светлоликая, подарившая людям магию, тот самый Зеал (которого ещё называют без приставки «Тор», означающей «Предатель»), Коана и Эльдар — четверо Вечных, которые помогали Творцу создавать этот мир…

Разумеется, я думал над тем, что это может быть всего лишь бредом, вызванным сотрясением мозга от ударной волны, неслабо припечатавшей меня к дереву. Но после того, как поискал в библиотеке Зеллера книги по истории и почитал описания Вечных, которые вели за собой людей чуть больше всего тысячи лет назад — на какое-то время потерял дар речи…

Всё совпадало. Судя по всему, я действительно видел фрагмент того, что происходило давным-давно, и от осознания этого становилось не по себе. Кажется, это едва ли не прямо подтверждало то, что у меня на руке — перчатка самого Творца…

— Прибываем, — хрипло заявляет управляющий платформой маг, выдёргивая меня из размышлений.

Причальная площадка приближается быстро — высокие и толстые мраморные колонны очерчивают её периметр на самом краю Эллдара, поддерживая черепичную крышу. За ней виднеется твердыня — высокие крепостные стены и всполохи магии над ними, башни, купола, шпили…

Вблизи размер этого парящего острова увеличился до просто невообразимых размеров…

Нас встречает целая делегация — десять Сейнорай, судя по светящимся татуировкам, пятеро Таскалоров и полтора десятка стрельцов с огнеплюями разной конструкции. Вперёд выходит мужчина — в фиолетовых одеждах, со знаком Сейнорай, перечёркнутым тремя штрихами — льдисто-синим, чёрным и ярко-зелёным.

Узкое лицо мужчины перечёркивает длинный шрам, один глаз подёрнут белёсой плёнкой, половина носа отсутствует, а за тонкими губами, когда те открываются, отсутствуют несколько зубов.

Тем разительнее контраст между "потасканной" внешностью этого человека и драгоценностями, украшающими его пальцы и шею, а также дорогой длиннополой одеждой.

Я знаю, кто это — Ракс, один из ближайших помощников Хайсамы. Дождавшись, пока управляющий маг откроет дверцу пришвартовавшейся платформы, выхожу навстречу колдуну.

— Приветствую, Сейнорай Ледяных Листьев, скрытых во Тьме, — я склоняю голову. — Меня зовут Рой Клешня, я Таскалор, посланный Сейнорай Ледяного Ветра, Шен-Зеллером, чтобы…

— Знаю, — перебивает меня Ракс неприятным, надтреснутым голосом, — Нам сообщили, когда вы прибыли в город.

— Да, разумеется, — я изображаю смятение. — Я привёз подарок.

Дёрнув за верёвку, которую держу в руках, заставляю стоящего позади Сейрана сделать несколько шагов вперёд. Глядя на меня, парень шипит, оскалив зубы. Хорошо играет…

— Любопытный экземпляр, — Ракс подходит к юноше и пальцем приподнимает его голову за подбородок.

Сейран дёргается — и тут же получает мощную пощёчину, полную обжигающего льда! Его щека покрывается ледяной коркой, парень шипит от боли, а я едва сдерживаюсь, чтобы не броситься на колдуна!

С-скотина!

Но нет, нет… Ещё не время… Ещё не время, нужно играть свою роль до конца…

Сейран тоже это понимает, а потому, шипя от боли, даже не смотрит на меня. Он сыплет на языке степняков такими ругательствами, что Ракс, пойми он их, немедленно бы оторвал парню руки и ноги…

— Дикий, — скалится помощник Хайсамы. — Это хорошо, люблю работать с теми, кто не подчиняется…

Услышав это, я едва сдерживаю зубовный скрежет. Проклятье! Надеюсь, с Айрилен всё хорошо?.. Судя по рассказам того же Сейрана — она не слишком сдержана на язык…

— Сейнорай Шен-Зеллер выполнил свою часть сделки, — произношу вместо того, чтобы снести этому ублюдку голову! — Мы привели вам проданного на Арену зверёныша. Могу ли я увидеть сына господина Шен-Зеллера и забрать его к отцу?

Ракс, всё ещё пристально разглядывающий Сейрана, поворачивается ко мне.

— Ну разумеется, увидеть его ты можешь. А вот забрать… Сильно в этом сомневаюсь.

На его губах играет мерзкая ухмылка, и я чувствую, как по спине пробегают капли пота.

— Что вы имеете в виду?

Восприятие сигналит об опасности так сильно, что в глазах темнеет! Передо мной мелькают картины того, что сейчас произойдёт — но они перемешиваются в одно целое, так их много! — и я не успеваю правильно среагировать.

Несколько десятков заклинаний, магические сети, верёвки и цепи, купола, вырастающий из-под земли — на меня обрушивается такой шквал заклятий, что отбить их все нет никакого шанса!

Я даже не успеваю обратиться к перчатке — сгусток тьмы, выпущенный Раксом, пронзает мою голову и заставляет все мысли в ней замереть, стать вязкими и неповоротливыми.

Единственное, что успеваю заметить — как Хам соскальзывает с руки и теряется меж возникшего вокруг меня хаоса, обнажая перчатку…

Всё вокруг становится таким же медленным, и несколько этих мучительных мгновений я наблюдаю за увечным колдуном. Он достаёт из кармана часы, смотрит на них, удовлетворённо кивает и произносит, глядя мне в глаза:

— Надо же… И правда, огромный осколок… Удивительно… — В его взгляде читается вожделение… — Добро пожаловать в вотчину Хайсамы, Хэлгар. Она давно ждала встречи с тобой. А вы, увальни, найдите его зверюшку, немедленно!

Меня пронзает страх — но медленно, так, словно кто-то очень медленно втыкает в меня клинок… Мысли становятся всё тяжелее, но я всё же пытаюсь докричаться до перчатки!

«По…мо…»

Ракс делает лёгкое движение пальцами — и я забываю о том, кто я такой…

Загрузка...