Небожитель

Часть 35 Справедливость Видящих

Очередной раз укоротив пленницу, я упаковал, что осталось в ящик и предложил Уне возвратиться в город. Наши враги могли появиться в Песочнице в любой момент, но отыскать нас в большом городе будет не так легко. Я надеялся, что нам удастся вовремя среагировать и уйти от преследования, так как выставил на первую часть ночи Лироя в качестве наблюдателя, а вторую часть до утра слежку будут вести Тим и Шанси, дублируя друг друга, на случай, если один заснет, второй сообщит о вторжении врага. Дежурили они у постамента Небожителей, что напротив храма, где до этого по свидетельствам очевидцев появилась Немезида.

Издевательства над пленницей, вначале подпитывавшиеся чувством собственной правоты и необходимости предпринимаемых мер, постепенно стали приносить мне всё больший душевный дискомфорт. Гнев остыл, твердость и непреклонность в отношении врага начала ослабевать. Я всё больше проникался к ней сочувствием. Когда она стонала от боли, я невольно пропускал эти ощущения через себя и к утру следующего дня совсем измучился.

Удилища против самоубийства разрывали рот, и я принял трудное решение их убрать. Фактически, врагу лазейку для бегства. Единственной защитой от её неожиданной атаки мести становилось лишь то, что она не знала, где находилась. Находясь в футляре она не могла определить, в какую гостиницу мы заселились. Отрастающие в замкнутом пространстве конечности калечили их обладательницу, поэтому я также сделал послабление и держал пленницу вне футляра в номере и даже полностью снял намордник, удерживавший кляп, предварительно закутав Немезиду в ткань и связав таким образом, чтобы она не могла уползти или даже перевернуться со спины на живот.

Опасаясь, что мои поблажки будут использованы против меня, я сам плохо спал и постоянно просыпался, проверяя, на месте ли пленница и прислушиваясь, как она дышит и что делает. Это постоянное внимание к человеку невольно формировало с ним эмоциональную связь. Среди ночи мне пришлось поменять Немезиде «пеленку». Она была беспомощна в поставленных условиях и описалась, но не обратилась ко мне с просьбой сводить её на горшок. Несмотря на унизительную ситуацию, полное бесправие, и признание своего подчиненного положения, она сохраняла некоторые крохи гордости, не желая выглядеть полным ничтожеством.

Когда я закончил с обтиранием и повторным пеленанием, женщина, вдруг робко обратилась ко мне, с мольбой, заглядывая в глаза:

— Я солгала. Я не хочу умирать. Это моя последняя жизнь. Если умру, то исчезну навсегда. Прошу, пощадите меня.

Её голос дрожал, а воспаленные и опухшие от беспрерывно текущих немых слез глаза выражали ужас, доведенного до отчаяния человека.

— Это не мне решать. Завтра утром твою судьбу решат твои жертвы. У них и будешь просить прощения, и умолять сохранить твою жизнь. Если они тебя не простят, на меня не обижайся.

Женщина замолчала и больше не проронила ни слова до утра. Пару раз проснувшись, я слышал, как она тихонько плачет и шмыгает носом. Уже перед рассветом мне удалось поспать несколько часов без перерыва. Встал я совсем невыспавшимся, разбитым и с очень дурным настроением. Надо было кончать эту историю с Немезидой. Я чувствовал, что пытаюсь свалить суд над ней на других, так как сам уже не могу просто взять и убить. Даже готов был отпустить на все четыре стороны, если бы появился шанс как-то лишить её сил, лишь бы не видеть мучений, стонов и слез. Чувство гнева окончательно выгорело, заменившись жалостью, которая всё сильнее внушала мне чувство вины.

Едва проснувшись, я отказался от завтрака, и решил сразу поехать к Западной магической школе. Не стал в этот раз перестраховываться и заморачиваться очередным подрезанием и упаковыванием в коробку, просто замотал пленницу с головой в частично окровавленную ткань, в которой носил её к плотнику вчера. Узнав, для чего я еду к магам, Уна захотела поехать со мной. Лирой отправился дежурить у храма вместо ушедших отдыхать бывших товарищей. Больше суток прошло спокойно, и я начинал думать, что вопрос появления защитников Немезиды теряет актуальность.

Дежуривший у ворот магической школы мужчина сказал, что чужаков на территорию школы не пустит. Начал допытываться, откуда мы и кто. Я назвал имя Адель и Виконты, и он тут же замахал рукой, заявив, что этих девиц уже давно изгнали из школы, их тут нет, и не стоит беспокоить главу и мастеров расспросами. Я попытался выяснить, куда они ушли, но мужчина не пожелал меня слушать и закрыл смотровое окошко, показывая тем самым, что всё, разговор окончен.

Что-то мне подсказывало, что это странное поведение вызвано вчерашним рейдом храмовников. Магессы могли всё ещё прятаться на территории школы, опасаясь расправы Храма, но глава очень рисковал, укрывая их здесь. Я попытался договориться о встрече со старшим наставником Джоем Синим, но и здесь охранник ворот сказал, что он на выезде.

Пришлось пойти на хитрость. Пока Уна с пленницей ждала меня в повозке, я обошел территорию школы и заглянул в алхимическую лавку, соединенную с лабораторией, через которую можно было попасть на внутренний двор школы, не прорываясь через главные ворота.

Заодно решил сравнить цены зелий, которые мне вчера привез Лирой и те, что производил Глава магической школы. Стоявшая за прилавком помощница главы, была ученицей школы, о чем говорила синяя мантия магов воды. Она терпеливо ждала, когда я насмотрюсь на разнообразные пузырьки с красной и голубой и малиновой жидкостью и сделаю заказ.

Лирой вчера купил мне по сотне «малых исцеляющих зелий» и «малых микстур духа» по двадцать одной монете за каждый флакон. Я, конечно, очень удивился, что одноразовые зелья, дающие всего по тридцать единиц к здоровью или магической энергии, стоят так дорого, но цены на зелья в лавке оказались намного выше.

Выглядевшие совершенно одинаково флаконы, девушка продавала по пятьдесят две, девяносто четыре, сто шестьдесят и даже двести семьдесят монет, а баночки покрупнее вообще стоили запредельные триста девяносто, пятьсот пятьдесят и целых семьсот шестьдесят монет. Я очень удивился и попросил растолковать, в чем разница и почему цена так резко отличается.

Девушка обратила моё внимание, что при совершенно одинаковых флаконах их наполнение, эффективность и состав зелий существенно различается. От момента попадания эликсира в желудок до проявления полного положительного эффекта проходит около двух минут.

Совершенно бесполезно пить в бою микстуру духа, если запасы маны полны, в таком случае она временно увеличит количество духа, но никак не повлияет на восполнение маны. А в горячке боя недостаток маны может стоить жизни, как самому магу, так и всей команде, зависящей от того, что каждый её член внесет свою лепту в общее дело в нужный момент. Пока действует одно зелье, организм будет очень слабо реагировать на действия других. Нельзя пить по десять зелий залпом. Они просто не подействуют. Вот и выходило, что более дорогие зелья производили более сильный эффект в те же две минуты, сильнее восстанавливая здоровье и ману в критический момент.

Существовало целых пять градаций зелий по эффективности в порядке возрастания это:

Малое, Среднее, Большое, Сильное и Превосходное зелье.

Дальше шли не зелья, а эликсиры, с сосудами из более качественного стекла, в более дорогих, надежных и крупных флаконах. Их предлагалось три типа:

Малый, Средний, Большой эликсир. Их цена и оказалась запредельной, почти от четырех сотен до восьмиста монет за флакончик.

К третьей категории зелий относились особые, магические миксы двух первоначальных зелий, оказывающие двойной эффект сразу и на здоровье и на ману, но из-за некоторого конфликта ингредиентов в составе, подавляющих друг друга, они были менее эффективны, чем их унифицированные аналоги. Вот их-то можно было пить сколько угодно. Эффект аккумулировался, но цена кусалась. Самый мелкий пузырек, дающий по двадцать здоровья и маны стоил уже двести семьдесят монет. С моими миллиардами, цена не очень большая, но для местных просто неподъемная.

Я сравнил купленное Лироем зелье с аналогом из лавки магической школы. Оно тоже стоило двадцать одну монету. Понятно. Все торговцы держали одну планку цены и неважно в каком квартале и в какую лавку алхимии зайдешь. Везде тебе предложат одно и то же. Это было и плохо и хорошо одновременно. Не нужно было рыскать по городу в поисках более выгодной цены, но без конкуренции цена не опускалась ниже, что било по карману покупателей.

Попросив завернуть мне по сотне самых сильных эликсиров каждого типа, я с удовольствием наблюдал, как шокированная огромным заказом работница унеслась вглубь, желая позвать главу. Осторожно проникнув за прилавок, я пошел вслед за ней и лавируя мимо алхимических столов и чанов с травой, быстро прошел к внутреннему выходу из лаборатории. В такую рань никого кроме помощницы в помещении лавки не оказалось. Довольно беспечно вести так бизнес. Хотя это если смотреть на ситуацию глазами грабителя. Отсутствие многочисленной охраны в магазинах — признак здорового, богатого или наоборот, сильно запуганного жестокими наказаниями за преступления общества.

Проникнув на внутренний двор Магической школы, я увидел, что тут уже начались работы по возведению нового корпуса на месте старого. На каменном фундаменте возводили новый деревянный каркас. Двое плотников тихонько стругали доски, но сами ученики и мастера во дворе отсутствовали. Или спали, или действительно были на выезде. Может, охранник и не соврал, и мне не стоило врываться сюда в поисках Адель и Виконты.

Немного постояв в нерешительности, я аккуратно, чтобы не привлечь сидевшего ко мне спиной охранника, прошел под корпусом лаборатории в столовую и заглянул в зал для тренировок. Там кто-то был. Слышались негромкие удары по дереву. Приоткрыв дверь, я заглянул в щель и увидел метающего в мишень ледяные стрелы Джоя Вильямса Третьего Синего.

— Здравствуйте! Можно вас потревожить? — негромко обратился я к мужчине в спину.

Он не отреагировал, словно не услышал меня, а потом вдруг вздрогнул и резко обернулся, выставив вперед правую руку.

— Кто здесь?

— Извините, это я, Ян, помните меня? — ответил я, протискиваясь в частично приоткрытую дверь.

— Ян? — рассеяно переспросил мужчина, — что ты здесь делаешь?

— Я хотел встретиться с Адель и Виконтой по очень важному делу, но ваш охранник меня не впустил.

— Ты пришел один? — заглядывая мне за спину, спросил мужчина обеспокоенным и слегка грубоватым тоном.

— Да.

— Адель и Виконты здесь нет, я уже говорил посланникам Храма, скажу и тебе. Я изгнал Виконту и её сестру за устроенный здесь пожар. Они здесь больше не учатся.

— Я только вчера вечером виделся с Адель здесь, у ворот и передал ей сестру.

— Они побыли немного и ушли.

— Вы не знаете, где они остановились? Мне очень нужно с ними встретиться.

Мужчина подошел к двери, с опаской выглянул во двор. Потом плотно закрыл дверь, обернулся ко мне и спросил:

— Вы здесь по поручению Верховного жреца?

— Нет, я не выполняю ничьих команд. Что происходит? Почему вы так обеспокоены?

— Обеспокоен? Храмовники и отряд их наемников тут всё верх дном перевернули, выискивая Адель. Мне пришлось попросить её уйти. Я не знаю, чем она прогневила Всеблагую Богиню, но я не хочу, чтобы другие ученики пострадали, и не хочу оказаться посаженным на кол на главной площади города. Я очень сожалею, но я прошу вас забыть о моей просьбе и больше не приходить в наше учебное заведение.

Мужчина трясся, как банный лист. Я понял, что с таким настроем он вряд ли рискнет укрывать здесь кого-либо и, скорее всего, не водит меня за нос. Покинув территорию школы точно так, как в неё проникнул, я столкнулся в лавке с возмущенной продавщицей.

— Посторонним запрещено заходить в лабораторию. Что вы там делали?

— Вы подготовили мой заказ? — желая одернуть продавщицу, напомнил я.

— Нет! — сложив руки на груди, ответила работница, — владелец лавки сказал, что мы не располагаем подобными запасами высококачественных эликсиров на текущий момент. Максимум, что мы можем предложить — это по тридцать больших эликсиров исцеления и духа. Эликсиров изобилия в наличии нет вообще. Заказ в указанных числах уже стоит сорок пять тысяч шестьсот монет. У вас найдется нужная сумма, чтобы расплатиться?

— Да, — быстро посчитав в уме озвученную стоимость и умножив на количество флаконов, сказал я и добавил, — А что, никакой скидки за оптовую покупку не будет?

— Мне надо уточнить у господина Главы.

Девушка опять убежала и вернулась с коротким ответом: «Нет».

— Я даю вашему главе время подумать над скидкой, а до тех пор воздержусь от покупки у вас. Всего доброго.

Девушка проводила меня до двери полным презрения взглядом. Таким, словно я залез рукой к ней в карман.

— Ворюга, — буркнула она мне в спину, когда я уже почти вышел на улицу.

Можно было пропустить её слова мимо ушей, но я развернулся и вернулся в лавку, желая получить объяснения.

— А ну, повтори, что ты сказала, — потребовал я.

— Я?! Я ничего не говорила! — испуганно воскликнула девушка и попятилась назад.

Я последовал за работницей и нагнал уже внутри лаборатории. Быстро подскочив к ней, я перерезал путь к бегству. Испуганная девушка закрыла лицо руками и, прижавшись к стене спиной, скользнула вниз и жалась в комок.

— Говори или хуже будет, — опустившись на одно колено и нависнув над лгуньей, потребовал я.

— Я сказала… ворюга.

— Почему ты так сказала?

— Вы без разрешения пробрались в лабораторию.

— Ты видела, чтобы я взял оттуда хоть что-то?

— Нет, — опасаясь смотреть мне в глаза и продолжая прятать лицо в ладонях, прошептала девушка.

— Тогда оставь свои ошибочные домыслы при себе.

Работница молча кивнула. Я почувствовал легкое удовлетворение, но даже не догадывался, что эта небольшая задержка на территории школы, сделает меня свидетелем бегства магов. Дверь, ведущая со двора школы отворилась, и я увидел делегацию во главе с Джоем Синим. За ним, мимо меня, находящегося в дальнем углу у стены за большим варочным котлом пробежали ещё три особы в плащах. Я легко узнал две из них. Адель узнал по пряди красных волос, а коротышку по рахитичной фигуре. Рванулся к ним, с криком: «Стоять!»

Моё неожиданное появление повергло кравшихся особ в ужас. Но смешнее всего отреагировала Виконта. Она так подпрыгнула от испуга, что потеряла равновесие и растянулась на полу. Джой Синий выскочил вперед и попытался закрыть воспитанниц собой. Поведение всех этих людей было настолько странным и нелепым, что я не мог понять, чего они больше опасаются, Богини или меня. А если меня, то почему?

— Я не позволю вам навредить моим ученикам, — заявил мужчина, выставив вперед правую руку.

— Воу, воу, не надо мне угрожать. И с чего мне им вредить, мы же друзья?

— Друзья? — удивился мужчина и кинул косой взгляд себе за спину.

— Ну, я так думал. Стал бы я рисковать своей жизнью, нападая на Храм и богиню, чтобы спасти Виконту.

— Ты спас меня? — искренне удивилась Виконта.

— А кто бы это еще мог сделать? Не Адель же?

Две фигуры в плащах опустили головы и смотрели куда угодно, но только не на меня.

— Что здесь происходит? Вы еще долго будете от меня бегать?

К моему вопросу присоединилась Виконта, повернувшись к своим спутникам с таким же вопросительным выражением на лице.

— Простите, — с трудом выдавила Адель, сделала шаг вперед и вывалила из КП горку золотых слитков, размером выше моей груди. Пару миллионов в ней было, а может и больше.

— Понятно, и долго ты собиралась убегать?

— Там было так много золота, что я не смогла удержаться. Простите, мне очень жаль, — не поднимая глаз, прошептала магесса.

Третья девушка отчаянно морозилась. Я подошел поближе и стянул с её головы капюшон. Вот тебе раз — а это же воровка, спорившая вчера с дедом в переулке. Я протянул руку, она молча вытащила из своего мелкого КП большой кристалл и положила мне на ладонь. Я резким движением выхватил из её руки мелкий кристалл, глянул внутрь, а там, и пару вещей из снаряжения Немезиды и с десяток больших желтых кристаллов и несколько КТ, среди которых тот, что второго уровня. Я уже молчу о растыканных по всем щелям золотым слиткам. Вытрусив содержимое её КП в свой, я вернул ей пустое хранилище.

— А мой КТ? — тут же возмутилась девушка.

— Я достал один из обычных КТ и с пренебрежением швырнул ей в лицо. Камень упал на пол и закатился под алхимический стол. Девушка рухнула на четвереньки и полезла за ним.

Джой Синий шокировано озирался по сторонам. Я был готов поверить, что он оберегал учениц от притеснений храма, а оказалось, что они жалкие воровки.

— Сестра! — топнув ногой, возмутилась Виконта, ты же не такая!

— Прости, Вики, я сама не понимала, что делаю. Я решила, что это золото того гада, который меня… Только потом осознала, что должна отдать его господину Яну, ведь это он его убил, но мне было так стыдно, что я уже не знала, как это сделать.

— Значит, это он спас меня от Богини?

— Да, — отвернувшись в сторону, призналась девушка.

— У-у-у! — сжав кулаки, воскликнула коротышка, покачала головой и с виноватым видом подошла ко мне и низко поклонилась.

— Господин Ян, простите мою глупую, младшую сестру. Она честная, но огромные богатства помутили её рассудок. Я же говорила, что она дурочка, а вы мне не верили. Я старшая, а она совсем меня не слушается, отбилась от рук. Мне очень за неё стыдно, но это я виновата, плохо за ней присматриваю.

Тут в глазах мелкой проблеснул хитрый огонек и она, по детски поджав плечико, спросила:

— Господин Ян, а вы бы не могли мне опять подарить ещё один слиток. Тот, что вы мне дали потерялся.

***

Я оставил Адель собирать в КП раскиданное ею золото, а вместе с лысой коротышкой, выглядевшей сегодня гораздо лучше, чем вчера, вышел на улицу и направился к повозке, где меня терпеливо поджидала Уна.

— Что вы хотите мне показать? — с нетерпением потирая ладошки, спросила Виконта, опять надвинувшая на голову капюшон, потому что стеснялась своей лысины.

— Думаю, тебе понравится, — неопределенно ответил я, подводя её к повозке и помогая забраться в кузов.

Девушка весело крутила головой, улыбалась и гримасничала, но лишь до того момента, пока из-под слоя ткани не показалась ее изуродованная мучительница. Реакция Виконты была неоднозначной. Он замерла с выпученными глазами, побледнела и… заплакала. Не громко, навзрыд, а молча, одними глазами. Словно снова пережила потрясение.

Она смотрела в глаза Немезиде и хмурила брови. Силилась что-то сказать, но не могла. Потом она резко отвела взгляд в сторону и, полным боли голосом, сказала:

— Я не хочу её видеть.

— Прости, — плачущим голосом отозвалась пленница, — умоляю, прости меня.

— Ты вправе решить — жить ей или нет, — коротко объяснил я Виконте её огромные полномочия, — как скажешь, так и будет.

— Я не имею права решать такое. Пусть её боги покарают. За что она так со мной?

— Прости-и-и-и, — проревела Немезида, понимая, что от этого человека зависит её судьба.

Что-то в надменной женщине за последние сутки надломилось. Она только и делала, что извинялась.

— Боги покарают? — пробормотал я, — И кто же у нас возьмет на себя роль богов?

— Да, пусть они вершат над ней суд, — вытерев с лица слезы рукавом, твердо заявила Виконта. Тут же есть Храм Судьбы, который решает, кому жить, а кому умереть.

— Точно! — воскликнула Уна, — Храм Судьбы у пика Меча Истины, мы можем отдать это решение в руки богов.

Я видел, что никто не хочет брать на себя роль судьи. Не хотел и я. Мы планировали поехать с утра к Пещере испытаний. Я уже культурную программу составил, собирался найти для Уны её тренера-дуэлянта, а вместо этого мы потащились совсем в другом направлении.

***

Однотонные серые блоки и правильные геометрические линии Храма Судьбы навевали тоску. Ключ от крепкой, деревянной, входной двери находился после гибели Святого Тана у кого-то из жрецов в секте. Взбираться на горный пик за ним, мы, конечно, не стали и мне пришлось выбивать её ногами. С десятого удара металлические петли поддались, и дверь рухнула в длинный входной коридор, ведущий к центральному залу с большим черным зеркалом посередине.

Да уж, мрачное, неприятное место, чем-то похожее на эшафот. Если бы я только знал, к чему это приведет, ни за что бы и на сотню метров не подошел к этой штуке в Империи Тан. К храму мы прибыли втроем — я, подсудимая и сердобольная Уна. Женщина перед моментом вынесения приговора и казни богов оделась в свой лучший доспех рыцаря, пристегнула парадный красный плащ и при этом умудрилась, порезаться об зазубрину на одной из пластин наплечника щекой. Стоит, смотрит, как я несу к зеркалу изогнутую и заплаканную Немезиду. Глаза мокрые, а у самой по подбородку струйка крови на шею и грудь капает.

Я думал положить пленницу в трех метрах от зеркала, а дальше пусть сама к нему ползет, но на этом расстоянии, какого-либо воздействия артефакта не почувствовал. Он словно был выключен или не работал на всасывание, а только на выброс. Если подумать, это же Песочница и всех провинившихся выбрасывает сюда. Как оно должно работать. Кто их, эти странные божественные артефакты знает?

Осторожно приблизился с женщиной на руках еще на полметра, я решил отпустить Немезиду на пол и тут почувствовал, что артефакт резко активизировался и тянет мою ношу к себе. Ну и прекрасно, думаю. Скатертью дорога. И тут Немезида запаниковала и вцепилась мне в шею своими культями, да так крепко вцепилась, что я оторвать её от себя не могу, а эта черная тварь резко увеличила силу притяжения и уже нас двоих к себе подтягивает.

И тут я резко осознал, что конкретно попал! Меня самого тоже к этой штуке начало тянуть, уже не только одну Немезиду, и особенно сильно давление ощущалось в районе пояса, где мой мешок с хранилищем находился. Мешочек на поясе вытянулся перпендикулярно к телу. Немезида верещит от страха, за шею меня держит, не отпускает. Я сам в не меньшей панике. Чувствую, так меня затягивает, что уже не могу сопротивляться и силы тают на глазах, словно эта тварь их из меня качает, как пиявка.

— Уна, помоги! — крикнул я, надеясь, что женщина сразу придет мне на помощь.

Превозмогая силу притяжения, кинул на неё полный отчаяния взгляд, а она стоит не шелохнется, ровно там же, где стоял Привратник из Империи Тан — ровно в пяти метрах от зеркала, а у неё слезы двумя ручьми по щекам. Тут я всё и понял. Воспользовавшись идеей Виконты, она меня намеренно сюда под видом казни Немезиды притащила, чтобы самого зеркалу скормить. Внезапная месть за своего любимого Святого Тана. Ну, спасибо, дорогая, я этого навек не забуду. Полные стыда от предательства глаза — это было последнее, что я увидел до того, как меня и Немезиду рывком втянуло в ожившую червоточину артефакта.