Нежданная жена Стального Дракона. книга 2

Глава 10

Оставшиеся до встречи с Советом дни мы провели в работе. И у каждого она была разной. Вчера я не нашла времени, чтобы высадить новые цветы на Камень Трех Сил, но зато в последующие дни мы с Каридой и Мерваном полностью вычистили артефакт. Корни растений прочистили пористую структуру до самой последней драконитовой крошки!

И, что самое главное, мы начали работу по исцелению выживших. Их было мало — драконит тем и страшен, что от него не спастись. Но все эти драконы проходили незавершенного лечение на загрязненном камне и потому им удалось выжить.

А вот их вторые ипостаси пострадали куда сильней. Кто-то лишился зрения, кто-то крыльев. А у кого-то дракон и вовсе погиб, приняв на себя основной удар!

В это же время Магнус и Карлус дорабатывали наш план. Они бесконечно заседали в кабинете, перекладывали с места на место бумажки и даже рассадили по схеме совещательного зала бумажные фигурки глав Пиков.

Эти самые фигурки были подкрашены и абсолютно-зеленым был лишь лорд Дальфари.

Это, если честно, немного пугало. Насколько же сильно драконы соперничают друг с другом, что им приятнее объединиться с человеком? С лькаринцем?

«Как же сильно они подмочат свою репутацию», подумала я, застав Магнуса за разглядыванием схемы совещательного зала.

— Ты уже оказала мне честь и согласилась стать моей женой,— он обернулся и посмотрел мне в глаза. — Но…

Мое сердце замерло. Магнуса ждет политический брак? Мог ли он так поступить с нами?

Нет. Он — не мог.

Поправив косу, я улыбнулась и подошла чуть ближе:

— Но?

— Но помолвка, как правило, длится хотя бы год,— мой дракон неловко улыбнулся,— а наши интересы требуют ускорить нашу свадьбу. Катарина торн Тревис, потрясающая колдунья и спасительница Камня Трех Сил — важна. Но Катарина Эрхард, супруга главы Алмазного Пика важнее. Это даст нам лишние козыри.

— Тогда почему ты так расстроен? — спросила я с некоторым удивлением.

— Думал, ты захочешь большую и торжественную свадьбу,— он пожал плечами. — А мы ничего не успеем подготовить.

Подойдя еще ближе, я прижалась к нему и прошептала:

— Во-первых, я хочу прожить с тобой всю жизнь, а потому мне не важно, какая это будет свадьба. Во-вторых, день бракосочетания он про двоих, а ты не любишь большие приемы, так что это и к лучшему, что будем только мы и новый глава магистрата.

Магнус склонился и коснулся губами моей макушки:

— Нам все равно придется устроить брачную церемонию и прием.

— Тем более,— рассмеялась я. — Дважды отпразднуем нашу любовь.

Конечно, я бы хотела, чтобы мой сын был со мной в такой важный день. И в любое другое время я бы попросила Магнуса подождать, пока малыш станет здоровым.

Но сейчас было не «любое другое время». Сейчас мы выискивали малейшие козыри в борьбе против Льориса-старшего.

Кто бы мог подумать, что против нас будут играть законы? Что старый мерзавец будет столь нагл, что зафрахтует корабль и приплывет на нем за своим внуком!

«И ведь он даже не думает о том, какую участь приготовил ребенку», пронеслось у меня в голове. «И о том, что род Льорисов вот-вот действительно прервется!».

Прямых наследников уже не осталось. Хотя мы все равно считали, что Льорис-младший прячется в чьем-то доме. Потому как труп бы уже нашелся сам — как минимум по запаху!

— Больше всего на свете мне запомнилась наша прогулка среди плавучих роз,— шепнула я. — Мы могли бы взять лодку и обменяться клятвами там.

Магнус шумно выдохнул:

— Ты не поверишь, но в числе прочих вариантов я подготовил и этот. Мы сможем пригласить Лумилис, Карлуса и Вилму.

— А ты… Ты никого не хочешь пригласить? — осторожно спросила я.

Буквально пару дней назад я не хотела затевать этот разговор, но сейчас мне показалось, что ситуация располагает.

— Я еще присматриваюсь,— серьезно ответил Магнус. — Забавно, что самые тесные отношения, которые можно назвать дружескими, у меня сложились с Дальфари, который властвует на другом Пике.

— Значит, он хороший дракон.

— У него свои трудности,— вздохнул Магнус. — Утром мы успеем сочетаться браком, а к вечеру будем уже на пороге совещательного зала.

— Разве нам не нужно будет заполнить документы и отослать их? — нахмурилась я.

И мой дракон легко объяснил:

— Для этого и существует магистрат. А нам будет достаточно нашей брачной связи, которую заметит артефакт подтверждения личности. Кстати, твой наряд доставили.

— Так быстро? — удивилась я. — Там был эскиз?

Магнус кивнул:

— Я подобрал украшения из сокровищницы. Одно тебе точно нужно использовать. Это крупная зачарованная брошь, которую носят над сердцем.

— Защита? — уточнила я.

Но он покачал головой:

— Статус. Такую может носить только жена главы Пика. Внутри центрального камня будет вспыхивать и гаснуть крохотная искорка — это биение моего сердца.

Я была в восторге от артефакторов Алмазного Пика. Создать настолько сложный магомеханизм, который передается от одного хозяина к другому и не требует сложной настройки — немыслимая, просто запредельно серьезная работа!

«Почему-то сейчас такие артефакты не появляются», пронеслось у меня в голове. «Или мы просто не узнаем об их существовании — все оседает в сокровищницах».

Магнус принес несколько шкатулок и показал мне все выбранные им украшения. К сожалению, мы не могли использовать откровенно защитные артефакты. Это было бы расценено как признание в слабости и недоверии к Совету.

А мы, хоть и недоверчивы, но все же сильны. Хотя на самом деле мы просто не хотели привлекать к себе излишнего внимания.

— Я использую только брошь,— решила я. — Этого будет достаточно.

Магнус задумчиво кивнул:

— Согласен. На фоне броши все украшения будут смотреться блекло. Но здесь есть и кое-что еще.

Он открыл плоскую шкатулку, которую до этого постарался отставить в сторону.

И там, на темном бархате, лежало нежнейшее ожерелье. Жемчуг и золото, скромно и красиво.

— Я хотел подарить тебе такую вещь, которую бы ты могла носить постоянно,— мой дракон смущенно улыбнулся,— все жемчужины добыты мной. Но если тебе не…

— Оно потрясающее,— выдохнула я. — Ты поможешь мне его надеть?

Магнус осторожно взял украшение и, зайдя мне за спину, осторожно застегнул замочек.

— Ты прекрасна,— шепнул он. — И я счастлив, что через пару часов ты будешь носить мою фамилию.

Самое забавное, что мне не дали поучаствовать в приготовлениях. Раника накрыла для меня чайный столик, положила рядом свежую газету и заговорщицки прошептала, что у нее все под контролем:

— Милорд хотел к ореховым пирожным фруктовый чай, но я доложила термос с черным. Будет и то, и то. Отдыхайте, леди.

Как ни странно, но мне удалось увлечься газетой. Благо, это была не наша пресса, а с другого Драконьего Пика. Там даже в конце была реклама свежеоткрывшейся «Шоковерны». Правда, понять что это такое мне удалось не сразу.

«Надо будет обязательно сварить шоколад», пообещала я сама себе. «Когда Гели снова станет человеком, мы втроем сядем и насладимся сладким лакомством».

А то, быть может, слетаем и в шоковерну! Ведь должны же мы победить, правда? Мы же даже смогли из Лькарины выбраться. А Льорис сам себя отдал в драконьи лапы.

Пусть он считает, что секрет драконита надежно защищен, пусть. Хотя…

Чашечка в моих руках дрогнула. Что, если Льорис узнает о нападении на свой замок? О том, что это был дракон? Да, никто не опознает в том силуэте именно Магнуса. Но и с канарейкой не спутает!

Настроение перестало быть прекрасным. Почему я сразу об этом не подумала?

Очередной виток скорбных мыслей был прерван Магнусом:

— Мы готовы выдвиг… Катти? Что не так? Ты не хочешь…

— Что, если Льорис узнает о нападении на его замок? И о похищении заготовок?

Я поднялась на ноги и отошла к окну. Магнус, скрывавший за спиной букет пионов, отложил его на столик и мягко улыбнулся:

— Я уверен, что он уже знает. Что он узнал уже в тот момент, когда мы еще не выбрались из Лькарины.

— Но тогда…

Магнус подошел ко мне и встал рядом. Он заложил руки за спину и с тоской произнес:

— Хотел бы я сказать, что все драконы хорошие, а все лькаринцы плохие. Но… Мне доподлинно известно, что королю служат наши сородичи. Они дали сложные клятвы, они носят ошейники, но вместе с тем они остаются с ним по собственной воле. Мои люди выходили с ними на связь.

— Но как это возможно?! — ахнула я.

— Их с детства запугивали. И сейчас уже невозможно доказать, что дракон и человек это единое целое, разделенное на две сущности. Да, мы остаемся жить после потери дракона. Но! Но если умирает человек, на его месте не появляется дракон. За исключением редких случаев и то приходится вмешиваться, ведь такой половинчатый дракон опасен и нападет на всех, кого видит.

Медленно выдохнув, я повернулась к Магнусу:

— Думаешь, Льорис посчитает, что это король послал драконов?

— Уверен,— кивнул он. — За Льорисом удалось установить слежку и если раньше он был расслаблен, то теперь нервничает. Он всеми силами стремится ускорить разбирательство, ну а мы стараемся ему противостоять.

Я прижалась к Магнусу и прикрыла глаза:

— Прости, что даже в день нашей свадьбы не могу отпустить дурные мысли.

Он тут же развернулся и заключил меня в объятия:

— Любовь моя, я и сам не могу от них избавиться. Не могу не думать, что наш сын должен быть рядом и…

Я вскинула голову:

— Наш?

И Магнус твердо сказал:

— Наш. Твой и мой. У драконов это даже законно — забрать и жену, и ребенка по праву сильного.

Я немного развеселилась:

— Страшно представить, как выглядит семейный кодекс!

— Ну,— он немного смутился,— это стародавние традиции, еще до того момента, как драконы научились вытягивать из моря свои Пики. Однако его пока никто не отменил, так что я им определенно воспользуюсь, если потребуется.

Немного успокоившись, я отстранилась от Магнуса и, отойдя к столику, подняла букет:

— Спасибо. Попрошу Ранику…

Именно в этот момент в комнату проскользнула служанка с увесистой вазой. Старательно глядя в пол, она поставила свою ношу на столик и, собрав на поднос чайные принадлежности, вышла.

— Думаю, мне пора переодеваться,— мягко проговорила я. — Свадебного платья нет…

— Свадебного? — с интересом спросил дракон. — В Лькарине они какие-то особенные?

— Красные с золотом,— я пожала плечами,— чем больше золота, тем выше статус супруга. Я едва могла идти — Льорисы не поскупились на украшения.

И я искренне верила, что имею право забрать их после развода. Но нет. Украшения были объявлены достоянием рода и нас с Гели выставили прочь с пустыми руками. Не считая тех мелочей, что я успела спрятать за корсаж, да под юбку.

— А здесь какие традиции? — спросила я глубоко задумавшегося Магнуса.

— Самое нарядное платье,— немного расстроено произнес он. — И старые семейные украшения, которые супруг передает в вечный дар. Считается, что это заставит мужа уважать и ценить жену, ведь иначе женщина может уйти и унести с собой достояние рода.

Магнус отошел на шаг, вытащил из внутреннего кармана маленький бумажный сверток, сорвал с него бечевку и тот тут же увеличился в размере:

— Парюра первой леди Алмазного Пика. Ее артефактные свойства не слишком хороши, но…

От красоты захватывало дух. Сапфиры, грушевидный жемчуг и маленькие кристально-прозрачные бриллианты.

— Но она будет прекрасно смотреться на тебе,— уверенно закончил Магнус.

Ожерелье было многослойным, переплетающимся между собой и… О Крылатая, оно разделялось на несколько украшений.

— В то время украшения делали инженерно-сложными,— пояснил мой дракон. — Трехуровневое ожерелье можно разделить на три ривьеры. А вот этот, центральный камень, может стать украшением корсажа.

Магнус осторожно закрыл крышку:

— Сейчас это не в моде. Считается, что украшение не должно изменять свой вид и…

— И менять их нужно как можно чаще,— я улыбнулась,— думаю, эту идею продвигают ювелирные дома. Парюра великолепна, Магнус. И у меня даже есть подходящее платье. То самое, что сшила госпожа Лоретт.

Простое и лаконичное, которое станет идеальным фоном для драгоценностей. Увы, по другому и быть не может — такое великолепие крайне сложно подчеркнуть нарядом.

«Хотя госпожа Лоррет могла бы справиться», мысленно отметила я. «Если все будет хорошо, закажу у нее подходящее под парюру платье».

Шкатулку мой дракон отнес в нашу спальню. Туда же Раника принесла и платье. Может, глупо надевать его раньше времени, но… Ничто другое не подойдет. А раз у драконов нет претензий к цвету наряда, то я буду выглядеть достаточно хорошо.

«Или даже идеально», отметила я, когда почти все элементы драгоценной парюры оказались на мне. Последнюю брошь прицепить было просто некуда! Вернее, место можно было найти, но общий вид сразу же рушился.

— Вы можете закрепить брошь на одежде жениха,— тихо сказала Раника. — Так делают, чтобы показать, что брак не по сговору родителей, а по любви и согласию. Мне бабушка рассказывала. Сейчас эта традиция ушла, но…

— Но эта брошь хоть и схожа с остальной парюрой, все же больше мужская,— кивнула я.

— Говорят, что мужчины носили такие украшения не снимая. Хвастались тем, что их жену влюблены, а не выбрали богатство и статус,— добавила Раника.

И я, мечтательно улыбнувшись, положила небольшую брошь в карман юбки. Магнус — мое нежданное счастье. Пусть все это знают!

Правда, уже через пару минут я спохватилась и вернула брошь обратно на бархатную подложку. Негоже оставлять драгоценную вещь в кармане.

— Я подготовила ванну с ароматными травами,— проговорила Раника. — Или вы желаете пригласить милорда и показать ему наряд?

— Ни в коем случае,— улыбнулась я. — Помоги мне раздеться.

Утром нас ждет свадьба, а сразу после мы отправимся на Совет. Драгоценности я сниму и передам Луми. Как бы ни была великолепная эта парюра, брошь с искрой скажет о большем.

Раника разложила драгоценности и закрыла шкатулку, затем мы вместе повесили платье на волшебный левитирующий манекен, после чего набросили поверх него чехол.

В купальне я уделила пристальное внимание ногтям, а затем тщательно осмотрела свое тело. Что ж, кажется все не так плохо, как мне показалось в Лькарине.

Просушив волосы и надев чистую одежду, я вернулась в спальню. Магнус уже лежал в постели. И, судя по его мокрым волосам, он тоже успел искупаться.

— В тренировочном зале настроен водопад,— улыбнулся он, поймав мой недоуменный взгляд.

Мой дракон отложил в сторону книгу и отогнул для меня край одеяла:

— Не мерзни.

Устроившись рядом с ним, я прижалась щекой к его руке и тихо спросила:

— А я интересую тебя? Как женщина?

Мой дракон замер на мгновение, а после, погасив колдовские светильники, уверенно сказал:

— Ты единственная, кого я желаю. Мой взгляд всегда был прикован к тебе. Даже в то время, когда между мной и миром было стекло из отравы и боли. Никогда не сомневайся в этом.

Он чуть переместился и крепко обнял меня. Коснулся губам моих волос и прошептал:

— Ты мне даже снилась, но я никогда не расскажу, чем мы с тобой занимались.

— Хорошо,— я прикрыла глаза,— никогда не буду в тебе сомневаться.

— Катти? — шепотом позвал он.

— М-м-м?

— А я… Не важно, спи.

Ускользающим сознанием я отметила, что он коснулся губами моего лба. Эта короткая ласка согрела мое сердце и я, успокоенная, крепко заснула.

Чтобы вспомнить утром о том, как Магнус пытался у меня что-то спросить.

«Он ведь тоже может в себе сомневаться», подумала я, пока Раника собирала мои волосы в прическу.

Брошь от парюры вновь легла в мой карман. Я немного нервничала, когда спускалась вниз, но… Этот устаревший обычай казался мне необычайно милым. И необходимым. Магнус — любовь всей моей жизни и я не стесняюсь этого. Он тот, кого выбрало и мое сердце, и мой разум.

— Ты прекрасна,— выдохнул мой дракон, ожидавший меня в холле.

— И ты,— просто ответила я, окидывая его восхищенным взглядом.

Парадный мундир подчеркивал его широкие плечи и узкую талию. Мой дракон был хищно-красив и теперь, когда флер драконитовой ауры иссяк, это замечали все.

— Позволь мне кое-что добавить,— я вытащила брошь. — Мне сказали, что раньше невесты прикалывали часть своих украшений к одежде жениха…

— Чтобы показать всем, что брак свершается по любви,— хрипло выдохнул мой дракон.

— Ты — мое счастье,— я посмотрела ему в глаза. — Мой единственный любимый и желанный мужчина. Тот, кого я выбрала сердцем и разумом. Тот, с кем я хочу прожить всю свою жизнь.

Я приколола брошь к его мундиру, а он накрыл драгоценность рукой:

— Спасибо, что из всех Пиков выбрала именно мой. Без тебя… Без тебя этот мир сер и неприятен.

На улице нас ждали наши друзья, которые украсили автокатон Луми цветами и лентами.

— Что это? — засмеялась я,— зачем?

— Раньше украшали свадебные кареты,— прокричала моя подруга,— ну а я украсила автокатон и теперь он — свадебный! Лошадиную корону деть было некуда…

Тут Луми ткнула пальцем в свой странный головной убор и добавила:

— И потому я сама ее надела. Не лошадь, но водитель!

— Ты великолепна,— я протянула руки и крепко обняла свою подругу.

Вилма и Карлус стояли чуть в стороне, но тоже улыбались. Я была рада их видеть, но…

— С малышом сидит его целитель,— шепнула Луми,— он не оставлен один.

Я медленно выдохнула и поспешила поприветствовать друзей.

— Твой малыш не остался один,— тут же сказала мне Вилма.

А я, обняв ее, уверенно шепнула:

— Мы вернемся на Пик и вытащим его из жеоды. Потому что привезем опал и, возможно, череп Льориса. Последнее время мне хочется сделать из него кубок.

Здесь я даже почти не лукавила. Хотя вряд ли смогла бы что-то выпить из такой отвратной чашечки…

— Ох, милая,— Карлус нежно меня обнял,— думаю, ты в этой очереди будешь не первой.

— Но и не последней,— подмигнула я ему.

Но в целом аорит был прав. Мой сын жив, хоть и вынужден спать не просыпаясь. А вот дети других драконов…

Нет. Сейчас я об этом думать не буду. Сохраню свой гнев до Драконьего Совета.

Мы все погрузились в автокатон и Луми, громко сигналя, направилась к выезду из города.

— За нами кто-то едет? — нахмурилась я.

— Охрана,— лаконично сказал Магнус. — Во время ритуала мы будем беззащитны.

— А еще вояки те еще сплетники,— добавила Вилма, сидевшая на переднем сиденье, рядом с Луми. — Магистрат еще не успеет зарегистрировать ваши документы, а Пик уже будет знать и обсуждать!

Дорога пролетела почти незаметно. Хотя после нам пришлось немного пройти, а после спуститься по… Свеженькой лестнице?!

— Я понял, что тебе понравилось это место,— пожал плечами Магнус. — Да и нехорошо, если на нашей свадьбе кто-то упадет и переломает себе ноги.

— Так у нас же целитель с собой,— захихикала Луми.

— Я проклятийник,— возмутился Карлус. — Банальные переломы не моя специальность!

Так, перешучиваясь, мы спустились вниз и затем поднялись на зачарованную платформу, где нас уже ждали представители магистрата.

На смутно знакомых лицах застыли приклеенные улыбки. Не то магов укачивало, не то им был не по вкусу выбор Магнуса. И именно в этот момент я вдруг осознала, что действительно больше не трогает чужое отношение.

«Я выхожу замуж за любимого человека», пронеслось у меня в голове. «И никто не сможет испортить этот момент».

— Начинайте,— повелительно произнес Магнус, когда пауза затянулась.

— Сегодня мы собрались здесь, чтобы стать свидетелями свершения таинства магического брака, что свяжет воедино две судьбы,— громко проговорил самый высокий из служащих магистрата. — Магнус Вильгельм Эрхард, владетель Алмазного Пика, есть ли между небом и землей женщина, способная заменить Катарину Беллатрис Льорис, урожденную торн Тревис?

— Нет,— коротко ответил мой дракон.

— Катарина Беллатрис Льорис, урожденная торн Тревис, есть ли между небом и землей мужчина, способный заменить Магнуса Вильгельма Эрхарда, владетеля Алмазного Пика?

— Нет.

— Магнус Вильгельм Эрхард, владетель Алмазного Пика, есть ли у тебя невыполненные обещания перед лицом другой женщины?

— Нет.

— Катарина Беллатрис Льорис, урожденная торн Тревис, есть ли у тебя невыполненные обещания перед лицом другого мужчины?

— Нет,— уверенно ответила я.

Служитель замялся, словно ожидал другого ответа. Пауза затягивалась, но никто из нас не проронил ни слова. И через минуту он продолжил:

— Магнус Вильгельм Эрхард, владетель Алмазного Пика, по своей ли воле вы берете эту женщину в магические супруги?

— Да.

— Катарина Беллатрис Льорис, урожденная торн Тревис, по своей ли воле вы берете этого мужчину в магические супруги?

— Да.

Служитель еще раз замялся и Карлус не выдержал:

— Вокруг нас верные люди, если вы кого-то ждете… Что ж, не дождетесь.

Вместо ответа служитель очень укоризненно посмотрел на аорита, а после обратился к нам:

— Возьмитесь за руки и сплетите свою магию.

Я боялась, что моей силы не хватит. Но…

Это было даже красиво — сильная, мощная магия Магнуса и тонкие нити моего колдовства.

— Как удивительно легко проходит слияние,— выдохнула Луми,— я тоже хочу когда-нибудь так полюбить.

Вилма тихонечко вздохнула. Я не видела, что они делают — все мое внимание было приковано к Магнусу. Сейчас, пока наша сила сплеталась воедино, я могла ощутить легкий флер его эмоций. Мой дракон был счастлив. Мое сердце будто укутали в нежнейший пух, именно так ощущалась любовь Магнуса.

«Я надеюсь, что ты чувствуешь меня», подумала я. «Все то, что кипит и переливается сейчас в моей груди».

— Супруг, вы можете поцеловать супругу,— проронил служитель.

Мне никогда не вспомнить, кто из нас пошевелился первым. Но мне никогда не забыть этот поцелуй. Наши эмоции, наши сердца были объединены ритуалом. Наша магия была сплетена воедино! Мы словно дышали друг другом и не могли надышаться.

— Лорд Эрхард, леди Эрхард,— позвал нас служитель. — Пожалуйста, оставьте отпечатки супружеской магии на этих свитках. Благодарю.

— Один упакуйте сразу в тубус,— проронил Магнус,— мы отбываем с Пика, он нам пригодится.

— Да, милорд.

Мы не могли себе позволить праздник, а потому просто обняли своих друзей и попрощались с ними же.

К заброшенному Пику мы собирались добраться своими силами, как и положено драконам. С нами летел отряд Магнуса — они не будут превращаться в людей, а в своих крылатых обличьях расположатся вокруг.

Они будут менять свое местоположение, нырять и выныривать — все ради того, чтобы запутать наблюдателей.

Все ради того, чтобы выкрасть опал. Или убедиться, что он за пазухой Льориса-старшего.

— Ты готова? — спросил меня Магнус.

— Абсолютно,— уверенно ответила я. — Даже прическа не пострадает!

Пусть у меня было не так много времени, но о своей презентабельности я позаботилась. И вот, отдав Луми драгоценности, я приняла от моего дракона иное украшение. Ту самую брошь, в глубине которой мерцала сердечная искорка.

Мой возлюбленный наклонился и, сорвав с моих губ короткий поцелуй, резко отошел назад. Через мгновение передо мной был прекрасный и величественный дракон.

— Здравствуй, я скучала по тебе,— шепнула я и коснулась теплой чешуи рукой.

Он, уркнув, подставил крыло и через полминуты я уже сидела у него на шее.

— Разорвите их! — крикнула Луми и мой дракон взмыл ввысь.

Следом за нами поднялось больше пятнадцати крылатых силуэтов. Зеленые, синие и… Розовый? Дракончик-девочка или просто парню не слишком повезло с цветом? Впрочем, какая разница. На фоне неба все драконы выглядели просто потрясающе.

А еще они все явно сговорились, потому как летели мы сложным клином — впереди Магнус, как острие. Еще двое справа и слева, но чуть позади. И еще двое сверху и снизу нас, тоже немного отставая. Как летели остальные мне, к сожалению, было не видно.

Но я догадывалась, что это одна из тех сложных геометрических фигур, которая сводила с ума армию Лькарины.

«Летим с прямым намеком», развеселилась я. «С другой стороны, дракон дракону не друг, к сожалению».

Хотя тот же лорд Дальфари выступал на нашей стороне. Так что, вероятно, стоило бы перефразировать: «Не каждый дракон дракону друг».

Мы летели чуть больше часа.

И да, у подножия заброшенного Пика пришвартовался корабль.

Что ж, пусть так. Скоро драконам станет очень, очень сильно не по себе. Магнус взял с собой все необходимые бумаги, а так же заготовки драконита.

«Ты проиграешь, Льорис. Ты, твой сынок, если еще жив, и ваш гнусный король», я нашарила взглядом фигуру высокого, худого мужчины. «Это твой последний свободный день».

Мы приземлились на широком замковом дворе. Магнус в мгновение ока превратился в человека и бережно поставил меня на ноги.

Оглядевшись, я отметила царившую вокруг разруху и запустение. Старые камни давно растрескались, пропуская сквозь себя сочную молодую травку. Кое-где пробивались кустарники, а позади нас, у разрушенных ворот, притулилась кривенькая сосенка.

— Это место похоже на тот город среди болот,— шепнула я.

— Они не хотят вкладываться в то, что может достаться другим,— ответил мой дракон. — Видишь, центральная башня все еще не разрушена? Это значит, что у Пика есть хозяин.

— Но он не здесь.

— Боится,— лаконично проговорил Магнус,— и правильно делает. С годами мест становится все меньше и получить в подчинение дракона с собственным Пиком… Редкая удача.

— Ты бы хотел? — заинтересовалась я.

— Нет,— он покачал головой,— Алмазный не переполнен, многие улетели и мало кто вернулся. Сейчас многое может измениться, но я не буду пускать их обратно.

— Почему?

— Все они получили справедливые компенсации за оставленное имущество. В их домах сейчас живут другие семьи.

И я тут же почувствовала себя не очень умной. Все время забываю, что весь Пик принадлежит роду Эрхард, драконы же властны лишь над своими домами. И если они покидают Пик, то могут либо забрать строения, либо продать недвижимое имущество магистрату. То есть Эрхарду.

— Идем, мы дали им достаточно времени,— Магнус подставил мне локоть.

И мы, рука об руку, направились от разрушенных замковых ворот ко входу в замок. Нам оставалось пройти несколько шагов, как навстречу вышел высокий, широкоплечий мужчина.

— Эрхард,— он порывисто шагнул вперед.

— Дальфари,— скупо улыбнулся мой дракон. — Катти, позволь представить тебе владыку Кристаллического Пика Алдиса Дальфари. Друг мой, перед тобой моя магическая супруга Катарина Беллатрис Эрхард.

— Польщен,— дракон низко поклонился. — Что-то нехорошее происходит. Три Пика явно сговорились и поддерживают этого лькаринца, остальные…

— Остальные хотят, чтобы их оставили в покое и потому тоже присоединятся к первым трем,— хмыкнул Магнус. — Пусть так, им же хуже.

— Я поддержу тебя,— уверенно проговорил Дальфари. — Один вопрос, вы…

— По любви,— уверенно ответила я.

А Магнус коснулся броши на своей груди:

— Часть брачного подарка, друг мой. Старые традиции порой возвращаются.

Дальфари кивнул и чуть расслабился:

— Тогда позвольте проводить вас в зал. Со стариком особо никто не общается, но у него есть свидетели. Что именно они будут свидетельствовать мне неизвестно.

— Благонадежность,— проронила я. — Лькаринец претендует на крылатого внука. Он должен доказать, что не является врагом для драконов, что, согласитесь, сложно.

Зал Совета в прошлом был бальным. Даже остатки позолоты еще нет-нет да и поблескивали на стенах. Дальфари проводил нас к нашим местам и сам сел рядом.

— Ты один? — спросил мой дракон.

— У меня тоже не все в порядке,— коротко ответил Дальфари.

— Я к твоим услугам.

— Надеюсь, что не придется,— покачал головой дракон.

— Это бессрочное предложение,— спокойно сказал Магнус.

Слушая их диалог, я думала лишь о том, как странно себя ведут остальные драконы. Все сидят на своих местах и делают вид, что не видят нас. Тихо переговариваются между собой и… И даже не смотрят на нас! Ну, за исключением той драконицы с лорнетом.

— Кто эта женщина? — тихо спросила я.

Оба мужчины синхронно поморщились:

— Представительница самого дальнего, Гранитного Пика. Они бедны, а потому особенно высокомерны.

— Как это связано? — удивилась я.

— Они могут торговать только своими дочерями,— с отвращением произнес Дальфари. — А потому яро исповедуют чистоту крови. Они сбрасывают бескрылых в море и…

— Редко кто выживает,— вздохнул мой дракон. — Но многие мечтают о гранитной невесте. Тихой, покорной, неперечливой. Моя мать оттуда.

Все то, что мне довелось узнать о леди Эрхард сразу обрело смысл. Драконица любила лишь свой статус, а покорность и неперечливость… Ох, как же слепы бывают мужчины!

— То есть перед нами твоя бабушка? — спросила я.

Оба дракона синхронно фыркнули:

— Она вспомнит об этом только если это будет выгодно.

В этот момент камень на браслете Магнуса мигнул и поменял цвет. На наше счастье Дальфари в этот момент смотрел в другую сторону. Не хотелось бы лгать союзнику.

«Итак, наш лазутчик уже на корабле. Если камень станет белым — опал у него. Если красным — пусто», я стиснула кулаки.

Теперь оставалось лишь ждать и играть свою роль.

— Кто-то приземлился на двор,— нахмурился Дальфари.

— Наши свидетели,— лаконично проговорил Магнус. — Им незачем сидеть здесь, если понадобятся — войдут.

Вдох-выдох. Игра начинается.

Очевидно, кто-то из наших противников решил так же — в центре зала появился световой круг, в центр которого вышел невысокий, чуть полноватый мужчина.

— Драконы,— обратился он,— мы собрались здесь ради избавления от угрозы военного вмешательства Лькарины. Я Эльрис Киррин, новый Голос Совета.

По рядам прошел встревоженный шепот. Никто не хотел вновь столкнуться с драконитом. И ради своей безопасности они были готовы пожертвовать кем угодно.

— Катарина Беллатрис Льорис бежала от своего супруга,— тут над нами вспыхнул алый свет,— милорд Эрхард, вы являетесь обвиняемым и потому ваше право говорить будет после…

— Но я имею право поправить вас, если вы ошибаетесь,— громкий, уверенный голос Магнуса с легкостью заглушил блеяние Голоса Совета. — Катарина Беллатрис торн Тревис бежала от своего бывшего супруга. Это, знаете ли, существенная разница, не так ли? Или вы не получили документы, уважаемый Голос?

На щеках Эльриса Киррина на мгновение проступила чешуя:

— Оговорился, прошу прощения.

— Еще один важный документ я хочу передать вам сейчас, дабы более не вмешиваться в процедуру,— Магнус легко поднялся и, пройдя к Киррину, вручил ему тубус с документами.

Голосу Совета не понадобилось много времени, чтобы изучить свиток. И в его взгляде, брошенном на нас, на краткое мгновение отразилась чистая ненависть:

— Совет изумлен этим поступком.

— Совет или Голос? — с интересом спросил Дальфари,— Киррин, не превращай действо в балаган. Предыдущий Голос был куда более толковым. Как жаль, что этот почтенный дракон сложил с себя обязанности.

А я вдруг представила, что сейчас этот Голос потребует отменить наш брак. Поставит под сомнение наши чувства и…

Магнус взял мою мягкую, безвольную ладонь в свою и осторожно сжал. Он не произнес ни слова, но смог успокоить меня одним прикосновением.

— Голос уведомляет Совет о том, что Катарина Беллатрис торн Тревис в замужестве Льорис, вновь сочеталась браком и теперь носит фамилию Эрхард,— скупо произнес Эльрис Киррин. — Отпечаток брачной магии не имеет характерных для подделки вкраплений.

Голос повелительно протянул руку и мелкий служка забрал у него и тубус, и свиток. По рядам пробежал шепоток и я клянусь, что слышала несколько довольно оскорбительных фраз.

А та старуха вновь направила на нас свой лорнет.

— Драконы,— Голос попытался начать все заново. — Мы собрались здесь, чтобы защитить наши дома. Лькарина наш давний неприятель, но сейчас заключен мир. И как выяснилось, этот мир крайне хрупок. Но чья в этом вина?

Он прямо посмотрел на меня, криво усмехнулся:

— Мы все еще скорбим обо всех, кого потеряли. Мы не готовы к новому противостоянию.

Я видела, как многие кивают, соглашаясь с его словами. У меня в груди словно бы свернулась ядовитая змея. Как же сильно будут удивлены все эти «соглашатели», когда правда будет обрушена на Совет!

Вот только где же Льорис? Его нет на корабле, а действо уже началось…

— Каждый из вас ознакомился с текстом, коий прислал нам король Лькарины,— продолжил меж тем Голос. — И теперь мы должны найти решение. Катарина Беллатрис торн Тревис, в первом замужестве Льорис, во втором замужестве Эрхард похитила единственного наследника рода Льорис.

Эльрис Киррин замолчал. Он словно бы ждал, что я брошусь в бой, закричу, призову этот красный свет и начну скандал, но…

Я и правда похитила собственного сына из Лькарины. Выбралась по чужим документам и, если честно, то я собой горжусь. Не все бы смогли это провернуть. Особенно в тех условиях, которые у меня были.

Не дождавшись моих возражений, Голос продолжил:

— Лорд Льорис-старший безустанно разыскивал своего внука. Он посылал письма, но не получил ответа.

И тут я тоже возражать не стала. Это недоказуемо, особенно если у него есть чеки от магической почты.

Магнус начал поглаживать мои пальцы. И эта безмолвная поддержка еще больше меня воодушевила.

Мы пройдем сквозь это испытание с честью.

— Отчаявшись, лорд Льорис обратился одновременно и к своему королю, и к Совету Драконьих Пиков,— Голос развернул плечи,— в результате чего мы получили ультиматум.

— И испугались,— хохотнул Дальфари. — Причем больше всего испугались те, кто сидит дальше от Лькарины!

Владыку Кристаллического Пика демонстративно проигнорировали. Но я заметила, что некоторые из присутствующих были смущены его словами.

— Часть запросов мы отклонили сразу же,— с чувством продолжил Голос. — Нас не волнует, какие именно законы нарушила похитительница.

Он ловко выставлял меня довольно неприятным человеком. И с этим тоже пришлось смириться.

— Сейчас лорд Льорис просит Совет вернуть ему внука и наследника. Он признает, что его сын дал своей бывшей супруге основания для побега. Но леди должна была искать защиты у старшего мужчины в роду, а не похищать наследника, подвергая его жизнь опасности. Есть ли вопросы у Совета?

— Много слов,— лениво протянул Дальфари,— но как-то все слишком неясно. Леди Эрхард, вы человек или дракон?

— Вы должны задать эти вопросы мне,— напомнил Голос.

— Хорошо,— согласился Дальфари. — Супруга владыки Алмазного Пика человек или дракон?

— Нам известно, что похитительницу можно классифицировать как Спящую,— обтекаемо ответил Эльрис Киррин.

— А мальчишка ее? — тут же спросила драконица-с-лорнетом.

— Мой внук — дракон,— внушительно произнес прятавшийся в тени Льорис. — И я осознаю, что со стороны это выглядит не слишком-то хорошо.

Он вышел в центр светового круга, нашел меня взглядом и низко склонился:

— Мне никогда не вымолить у тебя прощения, Катарина. Но я клянусь — мой беспутный сын на веки отречен от рода! Ты вольна вернуться домой. Ни ты, ни твой внук более никогда не будете страдать.

— Как мы можем доверить лькаринцу крылатого ребенка? — это был тихий голос откуда-то из задних рядов.

Но Льорис не разозлился. И меня впервые охватил страх. О Крылатая, если бы мой бывший муж был хотя бы в половину так умен и опасен, как его отец… Мы с Гели никогда бы не смогли сбежать!

— Голос истории невозможно заглушить,— внушительно проговорил старик. — Никто и никогда не сможет переписать тот период нашей общей истории. Как верноподданный, я был обязан подчиняться всем приказам своего короля. Но как человек… Как человек я искал лазейки.

Он на мгновение опустил голову, немного помолчал, а после поднял глаза на кого-то из тех, кто сидел в зале:

— Я не смог поднять бунт. Но зато смог вывести драконов и их дракониц за пределы Лькарины. И сейчас я могу это доказать. В этом зале сейчас сидят те, кто выжил тогда.

Свет, направленный на центр, сместился.

— Меня зовут Клейор, тогда мне было четырнадцать,— глухо проронил взрослый, одноглазый мужчина. — Условия на кораблях были скотскими, но и выбора не было — акваторию вот-вот должны были закрыть. Сидеть пришлось в трюмах, чтобы никто ничего не заметил. Выходили подышать только ночью и не все.

— Самых маленьких вы держали на руках? — спросила я.

— Не помню,— Клейор пожал плечами.

За ним заговорил другой мужчина. Ему было одиннадцать, но он тоже не помнил «совсем маленьких» деток. Что интересно, среди свидетелей нашлась всего одна женщина. А точнее древняя старуха:

— Маленького-то у меня забрали, руки слабые у меня. Не нашелся потом малыш, оплакала я его.

Эти вопросы задавала уже не я, а Дальфари. Неужели он что-то знает? Или просто поддерживает в силу своих возможностей?

— Смертность на кораблях была низкая — плыть было совсем недалеко,— проронил Голос,— взрослые драконы забирали своих с палуб кораблей.

— Кристаллический Пик помнит,— согласился Дальфари.

Льорис немного занервничал и вернул внимание к себе:

— Я не хочу хвалиться старыми подвигами. Да и не подвиг это вовсе! Просто… Катарина, ты была мне как дочь. Мне жаль, что мой сын оказался настолько ничтожен и жалок. Мне жаль, что ваша жизнь не сложилась. Но я никогда не ненавидел драконов. Я знал, что ты — Спящая драконица и это меня не смутило. Как не смущает и крылатый внук. Лькарина изменилась.

Он смотрел на меня неотрывно:

— Род Эрхард не останется без наследника, верно? Вы молоды, здоровы и счастливы. Но Льорис… Мы артефакторы, наука для нас наивысшая страсть, куда там политическим играм и интригам. Вы с супругом можете посетить замок, убедиться, что Геллерту будет комфортно.

Я молчала, а он продолжал:

— В конце концов, Геллерт Льорис принадлежит роду Льорис. Таков твой брачный контракт, все дети рожденные в браке остаются в роду отца. Это закон, Катарина. Не упрямься. Не начинай новую войну.

— Из-за ребенка? — нахмурилась я.

— Из-за неуважения,— поправил меня Льорис. — Мы договорились взаимно уважать законы друг друга. Драконы бесчинствовали на землях Лькарины. Да, не все. Многие пострадали безвинно. Но сейчас… Эта ситуация похожа на ту, из-за которой разгорелась первая война.

По рядам вновь пробежал шепоток. Никто достоверно не знал, из-за чего разгорелся конфликт.

— Фаворитка Его Величества сбежала из Лькарины вместе с сыном и дочерью короля,— шепнул Дальфари. — И никто не знает, где они нашли прибежище.

— Что ж, я могу поклясться, что мой сын был рожден от мужа, а не от короля,— усмехнулась я. — Но этого не потребуется, ведь у рода Льорис есть свой способ отслеживать потомков, верно?

Льорис немного напрягся, а после с натугой рассмеялся:

— И можно ли нас за это осуждать? Нравственность теперь не в моде, милая Катарина.

Я предпочла промолчать, а Магнус же призвал Киррина закончить выступление:

— Ибо у нас тоже есть что показать Совету.

Льорис отошел в сторону, а к Голосу подошел слуга, на подносе которого покоился свиток. Даже на таком расстоянии я распознала печать Лькарины:

— Его Величество Орбуст Второй Рандориа уведомляет Драконьи Пики о готовности начать боевые действия, ежели крылатая раса не вернет похищенного ребенка и его мать. Род Льорис не может прерваться, ибо он относится к Семи Столпам Лькарины. Из этой семьи вышли известнейшие артефакторы и зельевары, кои продвигали науку вперед. Посему они находятся под особой защитой короны.

За время чтения голос Киррина несколько раз срывался. Но я не нашла в себе ни крохи сочувствия. Кто знает, быть может он тоже вовлечен?

— Мой внук вот-вот должен начать обучение,— проговорил старик. — Да, мы лишаем своих потомков детства, но позднее они становятся выдающимися магами. Геллерт Льорис должен стать артефактором, как его отец, дед, прадед и прапрадед!

«Должен стать», повторила я мысленно. «Он не говорит «станет», нет. Ничего не обещает, потому что знает — ребенок в лучшем случае останется магическим инвалидом, а в худшем…» меня пробила дрожь и я отбросила эти мысли в сторону.

Тут камень на браслете Магнуса вновь поменял цвет, и мой дракон решительно поднялся на ноги:

— Если посланец Лькарины закончил, то мы готовы ответить!

Киррин склонил голову и отошел в сторону. Магнус протянул мне ладонь, и мы вместе вышли под прицел чужих, недоброжелательных взглядов.

И, конечно же, драконы загомонили все и разом. Там было что-то о том, что они не собираются рисковать своими семьями из-за глупых решений Эрхарда, затем было что-то о том, что меня следует немедленно передать Лькарине.

Краем глаза я видела удовлетворенное лицо Льориса. Он считал себя победителем.

— Почему вы молчите?! — выкрикнул кто-то.

И только в этот момент Магнус заговорил:

— А разве я должен перекрикивать толпу?

Драконы успокаивались, затихали. Но я понимала — это не надолго.

— Вы не хотите рисковать своими семьями,— проронил задумчиво Эрхард,— в моей семье не утрачен секрет выращивания новых Пиков. Может, мне стоит сменить место жительства? Пусть на пути Лькарины стоит кто-то другой? Что скажешь, Вигер? Почему ты отводишь взгляд, я не глухой, слышал все, что ты сказал. И ты знаешь — мне хватит сил вырвать новую скалу из моря.

Я не знала, лукавит Магнус или нет. Говорили, что сейчас никто из драконов не может создать собственный Пик, но… В голосе моего мужа звучала чистая уверенность и я, отчего-то, верила ему.

— Я приношу свои извинения,— проскрипел невидимый мне Вигер. — Мои слова были излишни.

— Да, они были излишни,— согласился мой дракон. — Лькарина хочет, чтобы мы соблюдали ее законы, а взамен она обязуется соблюдать наши законы. Если все упростить, то именно так звучал наш мирный договор.

Магнус взял паузу, а затем вкрадчиво продолжил:

— Если в семье, где один родитель человек, а второй дракон, рождается крылатый малыш, кому он принадлежит после развода?

Ти-ши-на.

— Голос Совета, ты знаком с нашими законами, теми, что общие для всех Пиков,— Магнус прямо посмотрел на Киррина. — Ты можешь ответить на мой вопрос.

— Лорд Эрхард, ситуация…

— Очень простая, я всего лишь хочу услышать ответ на свой вопрос.

— В обычной ситуации ребенок остается с родителем-драконом, но…

Магнус заткнул его взмахом руки:

— Благодарю, это все, что я хотел узнать. Моя супруга Спящая, а ее сын пробужденный дракон. Дракон воды, редчайший малыш. Сможет ли Лькарина воспитать его достойным драконом? Открытый вопрос и сейчас мы будем говорить не об этом.

Повинуясь жесту моего мужа, к нему подошел смутно знакомый мне дракон.

— Сын лорда Льориса прибыл на мой Пик незваным, а ведь для лькаринцев существует особый порядок портального перехода. Этого достаточно, чтобы я мог в одностороннем порядке разорвать мирный договор,— он говорил спокойно и вальяжно. — Все помнят, как Лькарина согласилась на наши условия?

Ответом вновь была тишина.

— Лорд Эрхард, Совет не понимает, к чему вы ведете,— проговорил Киррин.

— Скоро поймет,— пообещал мой дракон. — Я всего лишь не позволяю вам прятаться за туманом из слов. Здесь и сейчас закон на моей стороне. Моя жена и мой сын принадлежат мне. Это полностью укладывается в наши драконьи обычаи. И король Лькарины обещал соблюдать наши традиции.

Магнус сделал затейливый жест, и тишина в зале стала просто оглушающей:

— Но вы все настолько боитесь Лькарину, что готовы отдать ей драконенка. Он ведь не ваш сын, брат, внук, верно? Но вот мое слово — Геллерт, дракон воды, останется на моем Пике.

Все это время я стояла молча. От моих слов пока что ничего не зависит. Магнус хочет ударить драконов посильнее, разбудить их.

— В таком случае,— гневно произнес Льорис,— я немедленно…

— Мы еще не закончили,— мягко проговорила я,— куда же вы так спешите? Неужели не хотите повидаться с внуком? Мы же не звери, всего лишь драконы. Раз вы так сильно любите Гели, кто же запретит вам общаться?

Я посмотрела ему в глаза:

— Можно было решить все по-родственному, но вы стали угрожать.

В этот момент, от дверей, к нам подошел высокий плечистый дракон, рядом с которым вышагивал не по годам серьезный малыш с шапкой белокурых кудрей.

— Дедушка! — звонко крикнул он,— не лугай маму! Я тебя люблю и обещаю, что стану самым известным аль… Альф… Амулеты буду делать!

Мое сердце кольнуло болью, а Льорис… Льорис рванул вперед, к нам. В его лице читалась искренняя ярость и недоумение.

— Это не мой внук! — взревел он.

А я, выступив вперед и закрыв собой мальчика, сложила руки на груди:

— Чем же вы это собираетесь доказать, уважаемый бывший свекр?

Он резко остановился. Глубоко вдохнул и медленно выдохнул:

— Катарина, у меня нет сил участвовать в ваших глупых играх. Это. Не. Мой. Внук.

Я следила за его руками, за тем, как он сжимает камзол. Думаю, именно там находился мешочек с зачарованным опалом.

— Лорд Льорис, боюсь, что мы друг друга не понимаем.

Мы решили, что я не буду утверждать, что мальчик — мой сын. Луми потратила много времени, чтобы найти малыша, который будет похож на меня как две капли воды.

— Вы хотите сказать,— продолжила я давить,— что не помните, как выглядит ваш внук?

В прошлом меня обижало, что свекр не хочет проводить время с ребенком. Да, в семьях высшей знати Лькарины это было не принято, но даже тот час в неделю, который обычно доставался наследникам… Даже этой малости мой сын был лишен. А ведь в других семьях детей выносили каждый вечер, демонстрируя их домочадцам!

И в то же время меня поощряли проводить время с сыном. Что было только в радость, но… Но сейчас мне во всем этом видится чудовищная подоплека. Они хотели, чтобы в моем сыне гарантировано пробудился дракон и, одновременно, не желали привязываться к обреченному ребенку.

— То, что мальчик точь-в-точь как Геллерт, еще не делает его моим внуком,— отрезал старик.

Он так сильно сжал карман своего камзола, что нитки затрещали.

— Правда в том, что мой сын совсем не похож на меня,— усмехнулась я,— и на этого милого мальчугана. Но вы, лорд Льорис, говорите, что он точь-в-точь как Геллерт.

Мы хотели заставить старика использовать опал, но я вдруг поняла, что он этого не сделает. Будет упираться до последнего, но артефакт не достанет.

Что ж, не думала, что мне это хоть когда-нибудь пригодится…

Мой портал это всего лишь один шаг. Бессмысленное и бесполезное умение, лишающее меня магии на долгие-долгие дни.

Кто бы мог подумать, что однажды оно принесет пользу?!

За секунду я оказалась лицом к лицу с Льорисом и, рванув его карман, выхватила из него бархатный, напитанный магией мешочек.

Льорис вскинул руку, собираясь меня ударить, но Магнус уже встал между нами.

— Пусть этот мешочек откроет тот, кому надоел этот цирк,— громко сказала я. — И тот, кто имеет некоторые познания в артефакторике.

Дальфари легко поднялся на ноги:

— Я не артефактор, но активно пользуюсь их поделками. А еще невероятно сильно хочу домой!

— Отпустите меня немедленно! — заорал Льорис.

Он стремительно терял самообладание. Очевидно, что столь умный мерзавец догадался о происходящем. И о том, что его рискованный план вот-вот потерпит поражение!

— Совет Драконьих Пиков требует…

— Это следящий артефакт,— Дальфари поднял над головой опал,— отслеживает состояние ребенка. Больше ничего сказать не могу.

— Вот именно,— Льорис перестал вырываться. — Именно поэтому я знаю, что этот милый мальчик не мой внук!

Узловатый палец старика указал на пустое место — мальчика уже увели. Но вместо него в зал вошли наши оставшиеся свидетели. Те, кто прибыл после нас. Чтобы никто не обратил на них внимание.

Чтобы никто не смог подготовиться.

— Отчего же вы сразу не предъявили артефакт Совету? — почти дружелюбно спросил Магнус. — Хорошая ведь вещь.

— Не обязан,— старика отпустили и он сделал несколько шагов в сторону от нас. — Прошу вернуть мне единственную связь с внуком!

Но опал был уже в моих руках.

— Я, Катарина Беллатрис Эрхард объявляю этого человека врагом драконов,— жестко проговорила я. — А докажут мои слова наши свидетели. Пусть войдут целители Драконьих Пиков.

Никто из не надеялся, что лорды и леди поверят на слово или окажутся способны оценить собранные нами доказательства.

Но вот их собственные целители…

За спиной Льориса встали двое наших воинов. Старик стал бледнее мела. Он все понял. И испугался. Оч-чень испугался. Но, вероятно, ему было не так страшно, как детям, которых он лишил магии и будущего. А кого-то и жизни, ведь без помощи малыши…

Я прикусила губу. Не время сейчас об этом думать.

Магнус меж тем представил прибывших дракониц и завершил свое выступление:

— Но вы и так всех их прекрасно знаете. Леди Анатри, прошу, оцените этот артефакт.

Я передала опал невысокой, крепко сбитой драконице и та, изучив его, фыркнула:

— Человеческая поделка для контроля над драконами-полукровками. Готова поспорить на свой хвост, что мальчик застрял в крылатом обличье!

— Да, леди, так и есть,— согласилась я. — Сейчас мой сын спит внутри драгоценной жеоды.

— Расколоть его надо,— драконица взвесила в руке опал.

— Он еще нужен,— мягко проговорила я, а затем обратилась к насторожено замершему Совету,— кто-либо хочет усомниться в компетенции ведущих целителей и целительниц Драконьих Пиков?

Краем глаза я видела, какими взглядами женщины и мужчины окинули собравшихся. И никто не рискнул возразить.

— Тогда я прошу вас изучить эти бумаги и вот эти камни,— на стол легли подлинники трудов Фортретти и заготовки для драконита. — А я пока что расскажу, что же на самом деле произошло в Лькарине.

Я говорила о том, как услышала о грозящей моему сыну беде. Как бежала прочь, вскользь коснулась восстановления Камня Трех Сил, рассказала о нападении Льориса. И каждое мое слово подкреплялось уверенными кивками Магнуса.

— Но самое страшное ждало нас позднее. Другая леди бежала с Лькарины, спасая своего малыша. Чтобы купить нашу помощь, ее близкий родственник передал нам недостающие бумаги великого артеф…

— О Крылатая! — болезненный крик леди Анатри и следом прочувствованная ругань остальных целителей прервала меня.

И я замолчала, позволяя драконам увидеть своими глазами, как их целители не могут поверить сами себе. Как они вновь и вновь проверяют бумаги, опал и заготовки, и как…

— Они делают свой яд из наших детей,— выкрикнула Анатри. — Убийцы!

Она бросилась было к Льорису, но тот уже и сам падал. На губах его выступила розоватая пена. Старый мерзавец был готов и к такому повороту тоже — он принял яд и избежал правосудия…

— Вы поддерживали Лькарину в ее притязаниях на крылатых детей,— сухо проговорил Магнус. — Вы хотели любой ценой сохранить слабый мир, в то время как наш враг ищет наших детей, чтобы вновь создать свой яд

— Вот истинная причина перемирия,— я указала на заготовки,— у них кончились наши дети. Но вы, как я посмотрю, готовы передать им новых.

— Мы не могли знать,— выкрикнул Киррин. — Совет не мог знать!

— Мне это более не интересно,— отмахнулся от него Магнус. — Слово мое простое — ни один крылатый ребенок не будет передан Лькарине.

Я забрала со стола опал и прижала его к животу. Начинающиеся дрязги волновали меня меньше всего. Хотя мне понравилось, что Магнус смог выбить из драконов клятву не применять драконит друг против друга и препятствовать разглашению его рецепта.

Но все эти важные вещи едва касались моего сознания. Я хотела увидеть сына. Расколоть опал рядом с ним, чтобы обрыв связи произошел безболезненно.

— Идем,— Магнус потянул меня прочь из зала. — Я оставил им подлинники, под клятву.

— Хорошо,— кивнула я. — Скорее бы домой!

Неужели все закончилось? Неужели мы победили?

Конечно, нас ждет конфликт с Лькариной. Но… Ходят слухи, что старый король бежал из столицы. Хочется верить, что это и правда так. Тогда у моей бывшей родины будет шанс.

Магнус вывел меня наружу и я полной грудью вдохнула соленый морской воздух. И он показался мне просто невероятно вкусным. Прижимая к себе драгоценный опал, я прикрыла глаза и на несколько минут растворилась в тишине.

Которая, впрочем, была нарушена шумом крыльев — часть драконов стремилась покинуть заброшенный Пик.

— Мальчик в порядке? — вспомнила я.

— Он с отцом и матерью,— улыбнулся Магнус,— уже направился к Пику.

— Они же не одни?

— Их охраняют,— кивнул он.

— Льорис ушел от наказания,— я задумчиво сощурилась,— но с другой стороны, нам не пришлось марать руки.

Ветер растрепал мои волосы, но я лишь чуть прижмурилась. Прической займусь дома, сейчас это уже не имеет ни малейшего значения.

— Привел в исполнение собственную смертную казнь,— кивнул Магнус. — Но поверь, нашлись бы те, кто казнил его с удовольствием.

— Это ранило бы их души,— серьезно сказала я.

Спорить мой дракон не стал. Лишь прижал меня к себе и прошептал, что я была великолепна. Мне казалось, что он пристрастен, потому что многие вещи можно было сказать иначе. Громче, емче. По-другому.

— Надеюсь, мы все сделали правильно,— тихо сказала я. — Рецепт драконита…

— То, что было открыто один раз, будет открыто и второй,— уверенно ответил Магнус. — Здесь и сейчас мы сделали все, что могли.

Он привлек меня к себе и потянул к разрушенным воротам. Взлетать оттуда будет удобней, да и другим мешать не будем.

— Все можно было решить иначе.

Мы обернулись и увидели бледного до зелени Киррина.

— Вот как,— протянул Магнус. — Вы устроили судилище, вы хотели откупиться от давнего врага крылатым ребенком, вы полностью предали саму суть драконьего объединения и теперь вы смеете быть чем-то недевольны?

— Играете в глупые игры — выигрываете глупые призы,— добавила я. — Или вы хотели получить пару порций драконита?

Киррин отшатнулся:

— Нет!

— Тогда чем вас так сильно зацепил Льорис? — сощурилась я. — Драконьи Пики не торгуют с Лькариной, насколько мне известно.

Голос Совета отвел взгляд и многое стало чуть более понятным.

— У некоторых драконов напрочь отсутствует совесть,— на замковый двор вышла старуха с лорнетом. — И таких я вижу немало. Ты, молодой Эрхард, напиши мне.

— Мне не нужна невеста, у меня уже есть возлюбленная супруга,— ровно ответил мой дракон.

Старуха раздраженно цокнула:

— И какую же кровь она передаст твоим детям?

— Великолепную,— уверенно проговорил Магнус.

Я же стояла и даже не знала, что сказать. Хотелось грубо и затейливо послать настырную старуху, но нам, благородным леди, такая роскошь по статусу не положена.

— Надеюсь, вам никогда не доведется пользоваться плодами моего труда,— прохладно проронила я. — Иначе получится несколько лицемерно, а такие вещи не красят дракониц, не так ли? Девиз вашего Пика «Честь и Пламя», если я не ошибаюсь.

Она отвела лорнет, о чем-то подумала, после чего надменно сообщила:

— Что ж, в жилах твоей жены течет что-то интересное. Я возьму вашего второго сына консортом своей внучке.

— Наш второй сын, как и первый, жениться будет по любви,— холодно сказала я. — Договорные браки не приводят ни к чему хорошему.

— Если вы хотите занять достойное место…

— Я уже занял достойное место,— оборвал ее Магнус. — Алмазный Пик поддерживает достаточное количество дружественных и торговых связей. К большему мы не стремимся.

Старуха окинула нас долгим взглядом, после чего скривила губы и, не сходя с места, превратилась в драконицу.

Никто из нас не дрогнул и даже не выставил щит — я просто не успела испугаться, а Магнус…

— Это старый трюк. Задеть человека при взлете — позор, за это сковывают крылья, потому шарахнуться от своего перевоплотившегося сородича — еще больший позор.

— Тогда на что она надеялась? — удивилась я, пытаясь усмирить сошедшее с ума сердце.

— На тебя,— просто ответил Магнус. — На то, что ты закричишь.

— Я просто не спела,— честно сказала я.

Мой муж привлек меня к себе и, судя по заблестевшей радужке, собрался было перевоплотиться. Но в этот момент с небес сорвался розовый дракон. Обернувшись человеком, он выдохнул:

— Наш Пик пылает! Пожар начался сразу в трех местах — дом исцеления, фабрика автокатонов и ваш замок, милорд.

— Я могу забрать твою жену на свой Пик.

Мы даже не заметили, как к нам подошел Дальфари.

— Нет,— я покачала головой,— там мой сын!

— Спасибо,— Магнус пожал руку Дальфари,— я оценил.

Они быстро попрощались и мой муж повернулся ко мне:

— Пойдем порталом, но не на площадь, а к маяку.

— У нас есть маяк? — растеряно спросила я.

— Портальный,— кивнул Магнус. — Небольшая одинокая скала, едва-едва выглядывающая из воды. Перемещаться будем на лету, постарайся не испугаться.

Прижав опал к себе, я посмотрела в глаза любимому и тихо сказала:

— Не испугаюсь. Во мне уже не осталось страха, только гнев.

Мы оба понимали, что пожары дело рук оставшегося в живых Льориса. Мерзавец где-то прятался и готовил диверсию.

Из замка начали выходить драконы. Либо они уже узнали о пожарах, либо договорились об ответственности и начали свой путь домой.

Но помощь никто не предложил. Нас старались не замечать, вдруг мы потребуем содействия!

«Не забуду», мысленно прошипела я. «И если будет возможность — верну сторицей!».

— Пока опал теплый — ребенок жив,— бросила проходящая мимо леди Анатри.

— Среди драконов никогда не будет истинного единства, верно? — усмехнулась я, глядя, как она перевоплощается и взлетает.

— Именно поэтому мы и не смогли создать собственное государство,— Магнус привлек меня к себе,— настолько не хотели идти на компромисс, что научились выращивать Пики. Летим!

Он перевоплотился, и я невероятным чудом оказалась сразу у него на спине. Быстро устроилась, прижалась к теплой чешуе и крепче сжала опал. Главное не выронить!

«Все будет хорошо, малыш под присмотром», твердила я сама себе. «В тайный сад так просто не попасть, Вильсанна уже никого не сможет провести, а сам Льорис дорогу найти не сможет!».

Портальный переход запомнился чередой ярких вспышек и лютым, продирающим до костей холодом.

Но я забыла об этом в тот же миг, в который увидела наш Пик.

Черный дым окутал всю огромную многоуровневую скалу. Тысячи драконов летали вокруг, опускались к морю, поднимались назад и заливали яростное пламя водой.

Но ничего не помогало.

Магнус, не перевоплощаясь, рванул сквозь дым. Захватив как можно больше воздуха, я задержала дыхание, но через пару секунд поняла, что глаза не разъедает. Вернее, разъедает не так сильно, как могло бы.

— Часть дыма иллюзорна,— крикнула я, зная, что Магнус услышит.

Я попыталась перейти на колдовское зрение, но тот «портал» на заброшенном Пике выел все крохи моих сил. Мне не удастся увидеть узлы иллюзорной магии, а значит драконам придется справляться самостоятельно.

Под нами показался город. На выезде из него образовался затор из автокатонов и карет. Объятые ужасом драконы бежали прочь, даже не вспомнив о своих крыльях.

«Или они были так испуганы, что не смогли превратиться», подумала я, вспомнив, что сильные эмоции мешают контролю над перевоплощением.

Чешуя под моей ладонью стала теплее, зачем еще и еще, и в момент, когда стало обжигающе горячо, вокруг нас распустился яркий шар драконьего пламени.

Зачем?!

Но уже через секунду мне стало ясно — таким удивительным образом Магнус взял под контроль часть огня. Перебив магическое пламя своим, он тут же приказал ему потухнуть.

Последний взмах крыльев и вот мы стоим на мостовой. В воздухе витает стойкий аромат гари, город охвачен огнем, но большая его часть иллюзорна.

— Фабрика потушена.

Незнакомый голос заставил меня вздрогнуть, но это был всего лишь крохотный вестник, присланный Магнусу. Он создал свой и начитал сообщение:

— Двигайтесь в город, замок пусть горит. В нем нет живых.

Иногда я думаю, что любить сильней невозможно, но затем мой муж делает что-то потрясающее и мое сердце замирает. Вздохнув, я прижала к себе теплый, мягко пульсирующий опал.

Как бы то ни было, а мой малыш жив. Спасибо, Крылатая, за наших друзей. Даже в такой ситуации они не оставили моего малыша.

— Нашего малыша,— поправил меня Магнус.

— Я вслух сказала?

— Да.

Он поднял вокруг нас щит и мы поспешили к дому исцеления. Он, к сожалению, был охвачен самым настоящим, совсем не иллюзорным пламенем.

А ведь там не только тайный сад, но и Камень Трех Сил. И последний сдвинуть с места невозможно!

— Нам нужно спешить,— я сжала кулаки. — Гели…

— Наши друзья не бросят нашего ребенка,— уверенно сказал Магнус.

А затем плавно на одно колено, взял подол моей юбки и с треском надорвал его.

— Ты не уйдешь домой без сына, и я это знаю. Но тебе потребуется свобода движения.

— Ты прав. Но корсет не трогай — мне привычно.

Мой дракон кивнул, а затем вызвал вестника и растворил на его на сотню крошечных искр. Каждую из которых он послал с одной и той же фразой:

— Отчеты передавать Альсари, со мной не связваться.

Мы пересекли пустынную улицу и подошли к дому исцеления. Одно короткое заклятье и половина пламени исчезла, оставив после себя мыльные разводы на стенах и окнах.

— Иллюзия,— мрачно констатировал дракон.

— Ты не пытался связаться с Карлусом? — я с ужасом смотрела на выбитые, почерневшие от проклятий двери.

— Это опасно,— покачал головой мой муж. — Если они прячутся, то вестник выдаст их местонахождение.

Я это и так понимала, но иррационально надеялась, что у драконов есть еще какой-нибудь тайный способ передачи информации. Мы вошли внутрь и сразу стало ясно — здесь был бой. Следы от проклятий на стенах, сколы и трещины в полу — целители ожесточенно защищались, но отступали. Это ясно читалось по следам от передвижных щитов. Они пятились, враг не позволил им выйти и загнал куда-то внутрь. В тайный сад?

Под ноги попалась целительская сумка. Ремешок был оборван, но содержимое… Содержимое осталось целым.

Я вытащила несколько флаконов со стимуляторами, оценила их свежесть и выпила, прежде чем Магнус успел меня остановить.

— Надеюсь, что магия мне не пригодится,— криво улыбнулась я. — Но пусть будет.

В груди потеплело, а виски кольнуло привычной болью. Слабая магия, слабое тело, но разум… Разумом я горжусь по праву. Те крохи силы, что сейчас расцветают внутри будут использованы с умом.

Мы продвигались медленно. Магнус проверял пол и стены на наличие ловушек и сигнальных нитей. Я же присматривала за потолком — сейчас мне хватало сил на полноценное колдовское зрение.

До тайного сада оставался всего один коридор, когда мое внимание привлекло странное свечение над дверью.

— Наверху,— выдохнула я,— что-то стран…

Договорить я уже не успела — свечение ярко полыхнуло и на нас прыгнул враг.

Размытый силуэт, гневный крик и жутковатый звук ломающихся костей — я не успели ничего понять, как невысокий, затянутый в коричневую броню мужчина был сражен. Магнус плавно отпустил бездыханное тело на пол и, не оборачиваясь, проговорил:

— Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть.

— Я не боялась тебя прежде, не планирую бояться и впредь.

Мой муж обернулся и на его бледных губах расцвела нежная улыбка:

— Ты лучшее, что случалось со мной.

Чуть смутившись, я сунула руку в карман юбки и проверила опал. Все еще теплый и пульсирующий. Мой сын жив, мы уже почти рядом, а значит оба Льориса проиграли!

Освободив путь в тайный сад, мы синхронно отшатнулись — внутри полыхал настоящий пожар! Сухой раскаленный воздух обжигал кожу, но дым… Дыма не было. Магия?

Впрочем, меня это крайне мало волновало.

— Гели,— выдохнула я и рванула вперед.

Ловушки? Враги? Ревущее пламя?

Все это было мне глубоко безразлично.

Петляя среди некогда зеленых насаждений, перескочив через русло иссохшего ручья, я неслась к драгоценной жеоде.

— Катти!

Магнус лишь чудом успел выставить передо мной щит. Сияющие синим светом веревки бессильно соскользнули по барьеру и я, отшатнувшись, увидела Льориса.

Мой бывший муж выглядел как последний оборванец. Спутанные волосы, безумный взгляд, пересохшие, воспаленные губы.

— А вот и ты,— выдохнул он. — Долго же пришлось ждать.

— Что ты сделал с моим сыном? — в горле клокотала ненависть.

— Нашим сыном,— поправил меня он. — То, что давно следовало сделать. Ты должна была быть хорошей женой и сначала родить девочку. Обеспечить продолжение своей генетической линии. Все остальное я бы взял на себя.

Магнус встал рядом со мной. Он все так же удерживал перед нами щит.

— Отойди от жеоды,— приказал мой дракон. — И получишь шанс выжить.

— Какой небрезгливый,— выдохнул Льорис. — Подбираешь объедки за лькаринцем?

— Забираю драгоценное чудо, что едва выжило в твоей отвратительной стране,— гневно произнес Магнус.

Это не слишком впечатлило Льориса, но я знала, как причинить ему боль:

— Этот брак по любви, а не из-за пожеланий старших.

Первый год Льорис постоянно требовал от меня слов любви. Он жаждал убедиться, что я пылаю рядом с ним. И я настолько привыкла притворяться, что и сама поверила в это. Поверила в придуманную им сказку и выбралась из паутины лжи слишком поздно!

Мой бывший муж отшатнулся, а затем по его губам скользнула усмешка:

— Ты знаешь, куда бить. Но и я знаю тоже!

Это движение не отследил никто. Один взмах руки и в драгоценной жеоде вспыхнуло яркое, слепяще-белое пламя.

— Нет!

Магнус бросился вперед, развеяв барьер, он сбил Льориса с ног, а я подлетела к жеоде. Пламя, бесновавшееся внутри, не позволяло ничего рассмотреть. И подобраться ближе.

— Отойди,— крикнул Магнус.

Я промедлила лишь секунду, а затем вспомнила, как он перекрывал пламя своим и затем гасил его.

— Ты ничего не добьешься,— захохотал Льорис. — Ничего не добьешься! Ты могла бы получить сына назад. Слабого, болезненного, но живого. А теперь… Хорони его кости, продажная тварь.

Магнус вызвал драконье пламя, перебил им белый огонь, и в ту же секунду заставил его погаснуть.

Но все было зря — внутри жеоды не осталось даже драгоценных камней. Только серый прах, среди которого попалось несколько ярко-алых угольков.

Мимо моего лица просвистело боевое заклятье, но мне было все равно. Откуда-то появился едкий дым, раздиравший горло, но… Какое это имеет значение?

— Он должен умереть,— негромко, почти равнодушно проговорила я.

И, обернувшись, увидела Магнуса, окутанного черным дымом. И я вспомнила про странный, пугающий талант Льориса — он умел мастерски управлять и пламенем, и дымом. Мерзавец перехватывал контроль над воздухом и мог раздуть или погасить любой костер.

А я могу разрушить любое заклятье. Тем более сейчас, когда внутри только боль и желание умереть.

Магнус сражался невзирая на дым, Льорис с трудом блокировал магию моего дракона. Я же, размеренно дыша, скрупулезно просчитывала узлы в заклятье бывшего мужа. Он был слишком занят и не обращал внимания на мою слабую, почти неощутимую магию.

Подцепить петельку, вытянуть нить.

— Ты задохнешься,— хохочет Льорис. — Как же ты жалок и слаб!

Еще петелька и еще нить.

— Даже не можешь говорить,— из левого уголка рта Льориса выкатилась капля крови.

Распустить весь левый край.

— Все равно не достанешь,— прохрипел Льорис, когда заклятье Магнуса вспороло его плечо.

Последняя петля и…

Дым заполонил весь тайный сад. Я потеряла из виду фигуры Магнуса и Льориса.

Опустившись рядом с жеодой, я прикрыла глаза. Надеюсь, мой муж выживет. А я… А что будет со мной мне уже как-то все равно.

Но долго я так не просидела. Тихий треск заставил меня вскинуть голову. Сквозь пелену слез я рассмотрела высокую, крепкую фигуру, что брела ко мне сквозь дым.

— Катти!

— Магнус,— шепнула я.

Он подхватил меня на руки и вынес из тайного сада. Из ниоткуда вынырнули целители, которые закружились вокруг нас. Но мне было все равно.

Я нащупала опал и криво улыбнулась — он по-прежнему был теплым. Но как иначе? Камень грело тепло моего тела, а пульсация…

Под пальцами как будто билось крохотное сердечко. Но как это возможно? Я ведь видела своими глазами, как Льорис… Как моего сына не стало.

— Отойдите, вы мешаете осмотру,— проговорил кто-то.

— Нет,— я вцепилась в Магнуса. — Нет.

— Отойдите! — рявкнул мой муж и крепче прижал меня к себе.

В его объятиях было тепло и тихо. Если он разожмет руки на меня обрушится реальность. А я не хочу. Не могу.

— Гели жив,— шепнул Магнус.

Но я, зажмурившись, покачала головой.

— Родная моя, он жив.

— Не лги,— выдохнула я, чувствуя, как по щекам струятся слезы.

— Жеода была пуста,— мой муж гладил меня по спине,— клянусь. Я это видел. Я просто не понял, в моменте, что и зачем он делает. А после уже не мог отвлечься.

— Почему ты видел, а я нет?

— Я выше,— просто и честно ответил Магнус. — Я боялся, что Гели в его власти. Что сейчас он вытащит его из-за спины и бросит в огонь. Поэтому бросился в бой.

— Опал теплый,— я чуть отстранилась от любимого. — И, кажется, пульсирует. Но я боюсь поверить.

— Там не было людей,— мягко проговорил мой дракон. — Ни живых, ни мертвых. Ты можешь представить, что Луми уходит и оставляет твоего сына сгореть заживо? Жеоду никто бы не унес, но малыша… Малыша бы они вытащили.

— Я… У меня в голове пустота,— я уткнулась лбом в грудь мужа. — Не могу ни о чем думать.

— Целители тебя осмотрят, а затем мы пойдем за нашим ребенком.

— Куда?

— Для начала в дом четы Родди,— спокойно ответил мой муж. — Дом проклятийника — одно из самых безопасных мест на Пике. И туда невозможно послать вестника. Наш особняк тоже был сожжен, Раника успела спастись.

— Откуда ты все это знаешь?

— Твоя служанка здесь, ожоги не серьезные, но требуют лечения,— шепнул он.

Я нашла в себе силы разжать руки. Ни в какую палату меня никто, разумеется, не повел. Да и осмотр был довольно поверхностным — целитель убедился, что нет ожогов, а дым не причинил особого вреда.

— Что будет с тайным садом? — спросила я. — И Камень Трех Сил…

— Карида и Мерван закрылись внизу и держали барьеры, так что с камнем все в порядке,— быстро ответил целитель. — А вот про сад я ничего не знаю. Прошу меня простить, я должен идти.

Магнус был недоволен, но я покачала головой:

— Сейчас есть более важные пациенты. Льорис… Мертв?

— Скован по рукам и ногам,— покачал головой Магнус. — Мы передадим его либо Совету, либо Лькарине. В зависимости от того, кто сменит короля.

Мой муж вновь поднял меня на руки и понес к выходу из дома исцеления. Черный дым, застилавший небо, развеялся. В небе парили сотни драконов, который нет-нет да и спускались вниз, приземляясь на мостовую.

— Дома будут восстановлены за пару недель,— шепнул Магнус. — Готова к перемещению?

— Да.

Сунув руку в карман, я вновь нащупала опал. Теплый и мягко пульсирующий, он подпитывал мою дикую надежду. И, одновременно, напоминал о том, что в критической ситуации я не вспомнила про друзей. Не озаботилась вопросом о том, живы ли они.

«Наверное, я плохой человек», признала я мысленно.

Портал перенес нас к весьма уединенному дому. Можно сказать, что чета Родди жила на отшибе. Их гнездышко было окружено ухоженным садом, который опоясывал кованый забор.

— Подождем, пока откроются ворота,— Магнус придержал осторожно поставил меня на ноги. — Думаю, учитывая ситуацию, Карлус поднял все свои щиты.

А через минуту ворота со скрипом отворились и нам на встречу выбежала Луми:

— Вы принесли артефакт?! Скорей, у малыша жар.

Мы поспешили в дом и подруга принялась на бегу рассказывать:

— Когда начались беспорядки, аорит приказал нам собраться и уходить. Он открыл портал, потому что на автокатоне мы бы не проехали. Жеоду нельзя было вытащить и мы, забрав Гели, ушли. Вилма еще успела запихнуть внутрь одеяло, как будто дракончик укрыт тканью.

— Его я и увидел,— сказал Магнус. — И подумал, что это попытка нас обмануть.

— Я в таком долгу, Луми,— всхлипнула я. — В таком долгу…

— С ума не сходи,— проворчала подруга. — В каком же долгу тогда все наши ветераны? Некоторые успели на крыло встать. Они, к слову, смогли подавить панику и вывести драконов за город. Иначе бы здесь такое творилось, если ли бы Маурис не навел порядок.

— Я его помню,— Магнус придержал для меня дверь,— серьезный дракон. Рад, что он смог вернуться в строй.

Луми проводила меня в гостиную, где в глубоком кресле сидела Вилма, а на ее руках… На ее руках, на широкой подушечке, спал мой малыш. Рядом с ними устроился Карлус и с его рук постоянно слетали тонкие светящиеся нити.

— Принесли? — отрывисто спросил он.

— Да,— я шагнула вперед и, опустившись на ковер, вытащила опал из кармана,— вот он.

Карлус перехватил артефакт, взял его двумя руками и, подняв его над малышом, с хрустом разломил пополам!

Опал оказался полым и на моего малыша медленно опустился золотисто-зеленый туман. Он впитывался и впитывался в тонкое тельце дракончика.

Гели вздрогнул, зевнул, потянулся, а после свернулся в комочек и закутался в крылья. По нежной чешуе пробежали розовато-алые всполохи и на месте дракончика появился спящий малыш, который едва не свалился со слишком маленькой для него подушечки!