Нежданная жена Стального Дракона. книга 2

Глава 9

Голова болела так сильно, что я проснулась от собственных слез.

— Она просила разбудить ее через четыре часа,— прошептал яростно Мерван.

— Она едва живая,— шипела в ответ Луми.

И я, сдавленно застонав, попыталась сесть. Меня тут же поддержали под руку и помогли, подпихнув под спину пару подушек.

— Пей,— Луми сунула под нос флакон с обезболивающим зельем. — И ешь.

Следующие несколько минут выпали из моей памяти. Я помню лишь восхитительную кремовую текстуру супа и хрусткую мягкость булки. И приятно-теплый ягодный компот.

— Спасибо,— выдохнула я. — Мерван, что с Магнусом?

— Отток драконита еще идет, но совсем медленно.

Я дернулась было, чтобы подняться на ноги, но Луми меня перехватила:

— Тебе нужно быть в здравом уме, чтобы помочь ему. Ты хотела съездить за документами? Погуляй, понюхай цветочки. Там вон, за ручейком, клумба в память о Фортретти. Цветы его любимые цветут не переставая. А вон там редчайшая лалиста, она тоже дивно хороша.

— Нет,— я растерла лицо ладонями,— подготовь автокатон, а я спущусь вниз и попробую перебрать трубочки.

— Я ни разу не видела там никаких трубочек,— нахмурилась Луми.

— Это магия,— я грустно улыбнулась,— камень внутри пористый, он создает тонкие полые трубочки, которые прилипают к коже пациента и вытягивают драконит. А потом эти трубочки переливают отраву в специальные очищающие мешочки. Но проблема в том, что яд налип на внутренние стенки.

— Тц-тц-тц, а прочистить?

— Чем? — вздохнула я,— и как. Они перевиваются между собой и уходят вглубь Камня. Мне для этого и нужно еще раз пересмотреть бумаги. Я… Я сильно отвлеклась на шокирующую информацию и не уделила остальным записям должного внимания.

Как же я себя за это корила сейчас! Ведь мне было прекрасно известно, что Магнус отравлен. Что он мучается. Но он терпел, отшучивался и я просто пустила все на самотек.

И вот сейчас мой дракон уже не способен терпеть. Он даже не в сознании!

Добравшись до дамской комнаты, я кое-как привела себя в порядок и спустилась вниз, к Камню. Карлус, так и не ушедший оттуда, встретил меня тусклым взглядом:

— Отток почти завершен, но в его теле слишком много отравы.

— Мы можем остановить для него время?

— Для него — можем, но на драконит это не действует,— криво усмехнулся Карлус.

Потерев кончик носа, я тихо сказала:

— Можно попробовать присоединить к камню очищающие мешки.

— Мы пробовали,— вздохнул целитель,— процент оттока повышается незначительно. Но, с другой стороны, для нас и это будет за счастье.

Я старательно перебирала трубочки, подсоединила мешки и почти бегом бросилась на поиски Луми и ее автокатона.

Время утекало сквозь пальцы и притязания старшего Льориса отошли на задний план. Как и он сам, как и его сын, все еще скрывавшийся где-то на Пике.

Правда, это произошло только со мной. В холле меня перехватил невысокий, кряжистый мужчина. Он, как выяснилось, был в отряде Магнуса:

— Мы будем вас охранять. Пламенный приказал не оставлять вас в одиночестве.

Интересно, что я не могла даже предположить, как маг ко мне относится — он был стоек и спокоен.

— Нам нужно в замок.

— Мы используем портал,— уверенно сказал маг. — Автокатон недостаточно безопасен.

— Переход в замок может открыть только Магнус,— напомнила я. — И то защита пропускает его неохотно, из-за поднятых вокруг Пика щитов. Поэтому даже он использовал автокатон.

Воин сердито цокнул:

— Прошу прощения, забыл.

— Или думал, что вы уже успели сочетаться браком,— хмыкнула едва слышно Луми.

Меня все эти лишние разговоры ужасно утомляли и потому я устало выдохнула:

— Нам нужно добраться до замка, чтобы найти лечение для Магнуса. Давайте все обсудим позже?

Маг собрался и все завертелось. Мы выехали уже минут через десять и Луми, к собственному негодованию, была выселена с водительского места.

Точнее, ее автокатон решили не использовать — слишком приметный и яркий, Льорис может узнать его.

А вот темно-серый, грязноватый и слегка поцарапанный автокатон стражи хоть и узнаваем, но напасть на него никто не рискнет.

Тем более что помимо нас внутрь втиснулось еще четверо боевых магов! И скажу прямо, стало тесновато.

Впрочем, дорогу до замка я почти не запомнила. Когда мы приехали, Луми взялась поить чаем боевых магов, а я рванула наверх, в мансарду.

Сев за стол, я положила перед собой стопку драгоценных бумаг и, закрыв глаза, глубоко вдохнула. Посчитала секунды, медленно выдохнула и вновь вдохнула.

Спокойствие и внимательность. Спешка и паника лишь все испортят.

Мне нужно сосредоточится и прочитать все заново. Рассмотреть каждый уголок странички.

Открыв первую страницу, я заставила себя начать с самой первой строчки.

Было нелегко. Особенно из-за обилия цветочного орнамента. Меня и раньше это удивляло, а сейчас и вовсе раздражало.

Фортретти нашел время, чтобы разрисовать свою работу, но так и не написал, как полностью очистить Камень Трех Сил!

— Что за вопиющая халатность,— прошипела я, перекладывая четвертый лист.

За час я прочла все бумаги. Сейчас, когда они были сложены в правильном порядке и, по большей части изучены, это не занимало много времени.

Вот только мне придется начать сначала, ведь среди листов не нашлось ни единого намека на спасение…

Еще через полчаса я была готова рыдать. Я напитала листы магией, я каждый поднесла к лампе.

Ничего.

Абсолютно ничего!

И, как издевательство, милый рисуночек Камня Трех Сил с букетом. Или не с букетом?

Всмотревшись, я заметила, что цветы на рисунке изображены как будто бы растущими из артефакта. А их тоненькие корешки уходили вглубь и…

И были обведены едва заметными линиями так, словно они врастают в те самые полые трубочки.

— Это ответ?

Я отложила бумаги и встала из-за стола. Фортретти разложил на составляющие драконит и записал все формулы, он перенес на бумаги все этапы очищения и подготовки к работе Камня Трех Сил, но про цветы умолчал. Почему?

Он что-то знал? Подозревал? Или…

Или великий артефактор хотел сделать драконов зависимыми от семьи Фортретти? Чтобы только они могли полностью очистить камень?

— Какая подлость,— я обняла себя за плечи.

Мне предстояло решить, рисковать артефактом или нет. Посоветоваться бы с кем-нибудь, но… Но что если мы упустим драгоценное время? Что если драконы предпочтут забрать камень на другой Пик? Ведь со смертью последнего Эрхарда Алмазный придет в запустение и…

— Я рискну,— выдохнула я. — Намеки очевидны.

Кто знает, быть может эти рисунки оставила дочь аорита? Не смея противостоять отцу, она понадеялась на то, что мы разгадаем ее загадку?

Спустившись вниз, я блекло улыбнулась:

— Нашла. Возвращаемся в госпиталь.

— Ты вытянешь по силе? — нахмурилась Луми. — Может, попробовать найти Спящую среди горожан?

— Там нужна не сила,— уверенно сказала я. — Ты помнишь, как зовутся любимые цветы Фортретти?

— У них столько имен,— хихикнула Луми,— что подраться можно. Стойкий медвяник или солпирис тягучий. Они же корнями своими добираются до чего угодн… Серьезно?!

Я кивнула и драконица потрясенно выдохнула:

— Вот почему они высажены и на могиле, и по всему госпиталю их изображения, но… Но ведь никто об этом не знал.

— Это и меня пугает. Но сейчас не время. Господа боевые маги, кто-нибудь может послать весточку в госпиталь? Нужно выкопать с десяток кустов солпириса тягучего и тщательно промыть корни от земли.

— Сделаем,— коротко проговорил старший маг.

И до меня вдруг дошло, что он не представился. Как, впрочем, и я.

— Господа,— обратилась я к ним,— прошу простить, что не спросила ваших имен. Я Катарина торн Тревис, благодарю вас за заботу.

— Алистер Ройн, Камиран Тейс,— старший маг сначала назвал себя, а после представил своих подчиненных,— Рой Талмер и Толл Соммер.

Признаюсь честно, запомнила я только Алистера. А с другой стороны, парни и не рвались общаться.

Когда мы выехали из замка, я скрестила пальцы на удачу. И это, как будто, помогло. Мы добрались быстро, не завязли на въезде в город. Да еще и место для автокатона нашлось совсем рядом с госпиталем!

— Не расслабляемся,— отрывисто произнес Алистер. — Леди торн Тревис, не задерживайтесь на открытых пространствах.

Внизу, в подвале, меня уже ждал солпирис. Мерван с Каридой выглядели несколько потрепанными, но не сломленными. Хотя оба и были испачканы землей.

— Лорд Эрхард переведен в палату,— отрывисто проговорила моя помощница. — Аорит с ним, но…

— Камень нужен,— с болью проговорил Мерван.

Я только кивнула и приказала запереть двери. Убрав артефактные мешки, я взяла первый кустик. Поднеся его к Камню, я тут же заметила, что корешок начал пульсировать и чуть-чуть шевелиться.

— Он как живой,— выдохнула Карида.

Найдя взглядом самую мощную полую трубочку, я второй рукой ухватила корешок и поднесла его кончик точно к центру. В ту же секунду растение словно бы втянулось в Камень! А его остальные корешки сами собой находили остальные магические трубочки.

За несколько минут я высадила все десять кустов.

— Быть может, принести еще?

Но я покачала головой:

— Нельзя.

А может и можно, но на рисунке было именно десять кустов. Я разместила их по тем углам, где они были изображены и теперь могла только ждать. Как мы поймем, что камень можно использовать, а растения пора убирать?

— Долго они будут его чистить? — шепотом спросил Мерван.

— Этого в бумагах не было,— честно сказала я. — Придется наблюдать.

Четыре часа сна и последующие судорожные поиски спасения не добавили мне ни бодрости, ни здоровья. Глаза слипались, в ушах шумело, а во рту скопился неприятный привкус. Последствия приема стимулятора.

— Посмотрите, соцветие стало малиновым,— выдохнула Карида. — Солпирис же краснеет, затем дает плоды и вянет, а из семечек вырастает новый солпирис.

— Цикл обычно занимает несколько недель,— задумчиво проговорил Мерван. — Думаю, надо собирать плоды и не давать им попасть на Камень.

В сборе плодов от меня не было никакого толка. Пальцы плохо гнулись и не слушались, но зато мое магическое зрение подсказывало — отмирающие цветы оставляли после себя чистые трубочки.

— Можно возвращать Магнуса,— уверенно сказала я.

И Мерван шумно выдохнул:

— Какое счастье, спасибо, леди торн Тревис.

Мне было трудно принять эту благодарность. Ведь мой дракон пострадал из-за нас с Гели.

— Вовсе нет,— тихо сказала Карида. — Драконит все равно был внутри него, подтачивал его магию, истощал внутренние органы.

— Лорд Эрхард был обречен,— горько улыбнулся Мерван. — Нас еще ожидает возмущенное возвращение всех улетевших и продавших свои дома.

— И такие были? — неприятно удивилась я.

Ответить мне никто не успел — в распахнутые двери вошел Карлус, а следом за ним внесли носилки.

Магнус, все так же бессознательный, выглядел куда лучше, чем я запомнила. Правда, я постаралась не слишком его разглядывать — все же на Камень людей укладывали обнаженными, так что… Стоит поберечь его честь и достоинство.

— Камень стал светлее,— выдохнул Карлус.

В этот раз отток драконита пошел в разы быстрей. Но я не могла остаться с Магнусом — мое несчастное тело уже не выдерживало. Перед глазами все потемнело, во рту скопился неприятный железистый привкус.

— Я провожу,— мягко проговорил Мерван,— как в прошлый раз.

Но в итоге все вышло чуть лучше — Луми встретила нас на полпути и сунула мне в руки огромную чашку с густым куриным бульоном. Когда мы дошли до тайного сада, я уже расправилась с питьем и догрызала последний сухарик.

У жеоды с Гели все так же дежурил боевой маг. Подойдя ближе, я полюбовалась на безмятежно спящего сына, а после плавно опустилась на раскладную койку.

— Надеюсь, что это начинается наша удачна полоса,— тихо проговорила я.

— Вы вернулись живыми,— тихо сказала Луми. — Это ли не удача и счастье?

— Но мы не принесли нужный нам камень,— прошептала я.

На что подруга спокойно возразила:

— Но мы знаем, что он здесь. Если потребуется, мы сможем прижать Льориса. Да и я слышала, что вы вывезли из Лькарины драконитные заготовки.

Луми прикрыла меня одеялом и добавила:

— Теперь игра идет на нашем поле. А мы, в общем-то, можем и правила поменять. С такими мерзавцами как Льорис это вполне допустимо. Засыпай, ты справилась и теперь заслуживаешь полноценный отдых.

Это было последним что я услышала. Дальше была темнота и тишина. Иногда до моего слуха долетали обрывки разговоров, чей-то приятный баритон и даже, как будто, голос Магнуса. Но я не просыпалась. И не хотела, и не могла. Все-таки Лькарина дорого мне обошлась.

— Катти, надо попить,— мягко позвал меня Магнус.

И я, все такая же одурманенная, приподнялась и позволила напоить себя.

— Когда она проснется?

— Зелья окончательно выведутся из организма к завтрашнему утру.

Нащупав руку своего дракона, я улыбнулась не открывая глаз. Голос Карлуса было трудно не узнать, так что мне все было понятно — все в порядке, можно продолжать спать.

По меньшей мере до завтрашнего утра…

Которое наступило как-то неожиданно быстро. В какой-то момент я вдруг поняла, что устала лежать. Кто бы мог подумать, что такая проблема когда-нибудь появится в моей жизни?

— Доброе утро.

Тихий, мягкий голос моего дракона заставил меня встрепенуться:

— Магнус?

Протерев глаза, я посмотрела на него и испуганно спросила:

— Отрава не вышла?

Он взъерошил свои светлые волосы и тихо рассмеялся:

— Вся вышла, но некоторые вещи останутся со мной на всю жизнь. Катти, я…

Мое сердце испуганно сжалось и я тут же бросила взгляд на жеоду, рядом с которой был поставлен стул и на нем… На нем дремала Луми.

— С Гели все в порядке,— успокоил меня мой дракон. — У нас есть время и даже есть план.

Растерев лицо руками, я осторожно села и раскладная койка, издав грустный скрип, сложилась. Но Магнус успел поймать меня на руки.

— Какая ненадежная конструкция,— проворчала я, пытаясь побороть смущение.

«Возможно, те булки были все-таки лишними», пронеслось у меня в голове. «Надо купить мерную ленту».

— Боюсь, что это из-за меня,— покачал головой Магнус и осторожно поставил меня на землю. — Погоди, сейчас туфельки подам.

Он опустился на одно колено и, приподняв подол моего платья, помог мне обуться. Я же, оценив количество магии, обдала себя освежающими чарами. Они не заменяют полноценное мытье, но значительно улучшают общий вид.

Подойдя к жеоде, я с нежностью посмотрела на сына. А потом и на сонную Луми, которая отчаянно терла глаза:

— Ахм, рада-а что ты проснула-ась.

Мне стало так стыдно. На месте подруги должна была сидеть я. Это мои пяльцы должны были упасть в траву… Пяльцы?

— Луми,— я подобрала вещицу,— мы чего-то о тебе не знаем?

Она замахала руками:

— Да ты что! Это Вилмино. Где я и где рукоделие? Мы поделили часы и присматриваем за малышом.

Подруга встала и я тут же крепко ее обняла. Не выразить словами все те чувства, что теснились в моей груди. Но Луми поняла. Она погладила меня по спине и прошептала:

— Все в порядке. Иди и разорви Льориса на части, а мы пока посмотрим, как малыш спит и видит свои счастливые сны.

— Знать бы, что они счастливые,— горько вздохнула я.

Луми тут же воздела палец:

— Они очень счастливые! Знаешь, здесь нечем заняться. Вилма-то очередную салфетку с котенком вышивает, а мне что делать? Но и ничего не делать я не могу, с ума схожу. Вот я и попросила дать мне про жеоду прочитать. В общем, в этой жеоде столько всего намешано, что просто ужас. Но да, она погружает в счастливый сон. Даже если дракон был страшно ранен или пережил кошмарное событие — магия наведет комфортные и приятные грезы.

— Хорошо,— вздохнула я.

Больше всего мне хотелось подхватить малыша из жеоды, прижать к сердцу, а после расцеловать. И чтобы на траву спустился уже мой человеческий ребенок, чтобы маленький дракончик оказался в безопасности, на дне души Геллерта. Чтобы они оба были в безопасности.

Неужели я так много прошу?

— Я открыл городской особняк,— шепнул Магнус,— туда доставили наши вещи. Идем.

Бросив на Гели последний взгляд, я еще раз обняла Луми и шепотом поблагодарила за то, что она не оставляет моего сына.

— Я же уже сказала — иди и сожри старого козла,— фыркнула подруга. — Мне ничего не говорят, но Карлус, кажется, уже готов убивать!

И я прекрасно знала почему — он ведь получил доступ ко всей известной нам информации. Целитель высшей категории не мог не разобраться в бумагах, а значит…

— Он немного сердит, что мы не дали ему приложить руку к письмам в дома исцеления,— шепнул Магнус. — Но при этом согласен, что это мало что дало бы.

— Те камни…

— Их изучали лучшие артефакторы,— серьезно сказал Магнус. — Это перерожденные камни связи, как тот, который мы с тобой пытались найти.

Мы прошли сквозь холл и, выйдя на улицу, поспешили отойти за угол, чтобы найти автокатон Магнуса. И только в нем я тихо спросила:

— Ты думаешь, что он хочет провести ритуал прямо здесь?

— Я уверен,— кивнул Магнус. — Мне многое удалось выяснить.

Покачав головой, я с нежностью произнесла:

— Разве ты не должен был отдыхать?

— Как бы я мог, если любовь всей моей жизни лежала без чувств? Истощенная, измученная и виновная лишь в том, что ей достался слабый и болезненный дракон?

В голосе Магнуса слышалась только горечь. Неужели он и правда так о себе думает? Неужели он считает, что… Что кто-то другой мог бы быть лучше него?

— Ты тот, кто мне нужен,— тихо выдохнула я, когда автокатон заехал на территорию большого, окруженного парком особняка.

— И я постараюсь стать достойным,— серьезно ответил он.

Он вышел, обошел автокатон и открыл мне дверь. И я, приняв его руку, вышла, после чего шепнула:

— Не сходи с ума и будь собой.

— Ты искушаешь меня,— выдохнул дракон и как-то странно прижал руку к сердцу,— а я хочу все сделать правильно.

Нахмурившись, я склонила голову к плечу:

— О чем ты? Разве искренность бывает неправильной?

И в ту же секунду мой дракон плавно опустился на одно колено:

— Ты будешь моей женой?

Оказалось, что в нагрудном кармане была коробочка с кольцом и тонким изящным браслетом — он совместил традиции и людей, и драконов.

— О Крылатая,— я прижала пальцы к губам,— Магнус…

Мой дракон так и стоял и я поспешно протянула ему ладонь:

— Да, тысячу раз да!

Теперь-то мне было понятно, отчего он так торопился в особняк. Он хотел дать мне возможность умыться и сменить платье, но…

Это предложение руки и сердца всегда будет греть меня.

— Люблю тебя,— он надел мне кольцо на палец и тут же коснулся его губами,— до последнего не верил, что ты согласишься быть моей.

— Наверное, мы созданы друг для друга,— тихо рассмеялась я, когда он встал и притянул меня в объятия,— ведь и мне тоже не верится, что ты выбрал меня.

— Как бы я мог не выбрать? Ты мой лучик солнца, мой лунный отблеск,— прошептал он, касаясь губами моих волос.

И я тут же вспомнила, что голова моя несколько дней не видела горячую воду.

— Родной, мне все же хочется в мыльню,— виновато прошептала я.

— Идем,— он увлек меня к дому. — Я все тебе покажу. Привыкай, теперь это твои владения.

— Владения,— медленно повторила я. — Мне еще не приходилось ничем владеть.

— Ты справишься,— уверенно сказал Магнус.

— Мы справимся,— поправила я его.

За парком явно никто не следил, кусты драконики страшно разрослись и мешали розам, траву постригали неравномерно и кое-где образовались проплешины.

Спеша к парадному входу я мимолетно отметила, что надо подновить чары на факелах, что окна первого этажа пыльные, а на мраморной лестнице появились щербинки. От последних легко избавиться с помощью алхимии, главное не упустить момент.

«Как быстро я вошла в роль хозяйки», промелькнуло у меня в голове.

— Я открыл особняк, но прислугу не нанимал, так что здесь только Раника,— сказал меж тем Магнус. — Подумал, что тебе стоит заняться этим самой. Чтобы на нас работали приятные тебе драконы, а не те, кто…

Тут он замялся и я понятливо кивнула:

— А не те, кто презирает Спящих.

«И лькаринок», мысленно добавила я.

Дом должен быть крепостью. Нельзя жить и опасаться тех, кто на тебя работает. Опасаться за сына… Тут мое горло перехватило спазмом. Кажется, вся моя жизнь это бесконечный страх за Гели. Я словно застыла посреди кошмарного сна.

И вот мы словно бы движемся куда-то в сторону выхода, но ребенок по-прежнему в жеоде, а Льорис…

— Неужели Льорис не искал нас? — я обеспокоенно посмотрела на Магнуса. — Нас не было… Нас не было почти неделю!

— Пять дней,— поправил он меня. — Приведи себя в порядок, а я накрою на стол. Ты предпочитаешь парадную столовую или небольшую, но очень уютную комнату? Я всегда любил именно ее.

— Конечно же второе,— улыбнулась я.

— Тогда буду ждать тебя в малой чайной комнате. Той, что с плетеными абажурами,— сказал мой дракон.

— Леди торн Тревис!

Из-за выскочила запыхавшаяся Раника. Она судорожно вытирала руки о передник и, одновременно, пыталась сдуть со лба локон.

— Я все приготовила,— выпалила драконица,— большой дом, красивый. Вы простите, я в нем потерялась немножко, испугалась и нашлась! Ванну я наполнила, все зелья размешала до полного растворения. Все, как сказал уважаемый аорит.

Я посмотрела на Магнуса и тот мягко улыбнулся:

— Ты — свет и надежда Алмазного Пика. Конечно же мы хотим о тебе заботиться! Не только я страдал от отравлений драконитом. Просто у других моих воинов это выглядело иначе.

— Бедные наши драконы гниют заживо,— всхлипнула Раника. — А теперь у них есть надежда!

Покачав головой, я мягко улыбнулась:

— Сделаю все, что в моих силах.

Затем я посмотрела на Магнуса:

— Если меня ждет ванна с зельями, то стоит ли накрывать на стол?

— Раника все тебе объяснит,— отозвался мой дракон. — Карлус дал ей очень четкие инструкции.

Служанка тут же закивала и, пока мы шли, обстоятельно все рассказала. Сейчас мне предстоило тщательно отмыться и уже чистой лечь в ванну, что логично. Но вот в самом растворе мне можно оставаться не больше пятнадцати минут, иначе получу легкое отравление.

— Милорд дал мне деньги и я сбегала на рынок, купила минутомер,— поделилась Раника.

— Ты очень хорошо выполняешь свою работу,— серьезно сказала я,— хочешь стать частью постоянного штата?

— Да,— выпалила она. — Я очень боялась, что вы не захотите меня брать. Все-таки… Ну… Мое поведение было не лучшим.

Я кивнула:

— Да, но при этом ты смогла прислушаться ко мне, все обдумать и исправиться. Это много значит, Раника. Многие драконы не способны признавать своих ошибок.

Служанка порозовела от смущения и поспешно распахнула двустворчатые двери:

— Господские покои. Это ваша приемная, затем будет маленький коридор, из него дверь в малый личный кабинет, а напротив в общую спальню. А вот тут гардеробная, там все ваши ващи, которые я нашла в замке. На всякий случай я постелила и в общей спальне, и в вашем личном кабинете — там есть тахта.

Она говорила так быстро, что мне едва удавалось разобрать слова.

— Я буду использовать спальню,— уверенно сказала я. — Надеюсь, Магнус тоже.

Раника пожала плечами:

— По этому поводу не было никаких распоряжений.

С банными процедурами мы покончили быстро. Затем служанка помогла мне разобрать и просушить волосы. А после, уже шнуруя платье, я вдруг ощутила такой дикий голод, что даже желудок отозвался болью.

— Кажется, мне нужно чем-то перекусить,— выдохнула я, поймав обеспокоенный взгляд служанки.

Она закончила шнуровать мое платье и поспешила к выходу из гардеробной. Я заметила, что она достала бумажку, на которой был кривоватый план особняка. Кажется, Раника и правда испугалась, когда потерялась в нем!

— Так, столовая там,— проворчала она себе под нос и я поспешила ее исправить:

— Нам нужна малая чайная комната, та, что с плетеными абажурами.

Она на секунду задумалась, что-то беззвучно проговорила, а затем просияла:

— Поняла! Там еще вазы мне по пояс и из них сушеные сорняки торчат!

— Сухоцветы,— улыбнулась я. — Стильное и красивое решение.

— Да-да,— покивала служанка. — Только очень уж они пыльные. Им не меньше пятнадцати лет, а то и больше!

Любимая комната Магнуса и правда оказалась маленькой. Толстый серый ковер, массивные шкафы с книгами, несколько картин в простенках и два низких кресла между которых был заставленный тарелками стол. Из маленького витражного окна падал дневной свет.

— Как тебе здесь? — неуверенно спросил Магнус. — Наверное, обедать будет неудобно…

— Мне очень нравится,— успокоила я его. — Здесь очень хорошо.

Раника тихо вышла, а Магнус, усадив меня в кресло, негромко поделился:

— Это была любимая комната моего отца. После его смерти леди Эрхард избегала сюда заходить, так что… Так что тут было тихо. Попробуй запеченный рулет.

Не желая смущать его, я попробовала предложенное блюдо, искренне им восхитилась. Разговор так и крутился вокруг еды и трактиров Алмазного Пика. И лишь когда тарелки опустели и вошедшая Раника убрала со стола, мой дракон стал чуть серьезней:

— Ты спрашивала меня о Льорисе-старшем.

Я подобралась и приготовилась внимательно слушать:

— Да. Меня беспокоит тишина.

Магнус негромко рассмеялся:

— Да как раз тишины-то и не было. Льорис развел бурную деятельность, но на других Пиках. Видишь ли, в самом начале войны семья Льорис помогла группе драконов покинуть Лькарину.

— Никогда об этом не слышала,— нахмурилась я.

На что мой дракон кивнул:

— И я не слышал. Но в его поддержку выступили несколько наших крылатых сородичей. Их рассказы совпадают, а живут они на разных Пиках.

— Я не отдам сына, даже если душа Льориса состоит из солнечного света,— прошипела я.

И Магнус согласился:

— Именно так. Но я сильно сомневаюсь, что он так уж хорош. В этой истории сейчас ковыряются мои драконы. Однако, всего происходящего хватило, чтобы нас призвали на Совет.

— Они хотят, чтобы мы покинули Пик,— я поежилась. — Чтобы Гели остался один и…

Мой голос сорвался, и я замолчала.

Но Магнус со мной согласен не был:

— Думаю, они хотят надавить на меня, чтобы я отдал тебя Льорису. Тебя и Гели, разумеется. И, пока мы отсутствуем, младший Льорис попытается покинуть Пик.

— Его так и не нашли? — безнадежно спросила я. — Значит, у него есть сообщник.

— К сожалению, из внучки Фортретти ничего вытянуть не удалось — она сошла с ума раньше, чем менталист смог запустить ей в мозг щупальце.

В комнате повисла тишина. Мне на мгновение показалось, что мы словно бы мнемся у черты. Шаг влево, шаг вправо и лавина событий сметет нас.

Но… Как будто пора? Мы готовы? Или все же нет?

— Ты отдал камни на изучение,— я посмотрела на Магнуса,— что-то есть?

— Мастера назначили встречу на вечер. Мы все соберемся здесь. У тебя есть время отдохнуть и собраться с силами.

— Мне кажется, что я выспалась на несколько недель вперед,— тихо сказала я.

Магнус кивнул. Он немного помялся, после чего встал и сказал, что будет в своем кабинете. Затем, уже в коридоре, он обеспокоенно уточнил, что спальня у нас одна на двоих и что если меня это беспокоит, то…

Но я прервала его:

— Мне тепло и хорошо рядом с тобой. Спокойно. Я чувствую себя защищенной. Если… Если тебя не тяготит мое присутствие, то…

И тут уже он перебил меня:

— Меня никогда не будет тяготить твое присутствие.

Но я все равно видела, что моего дракона гнетет что-то еще. Он словно метался от идеи «сказать» до решения «промолчать». Линия его плеч была напряжена, брови нахмурены, но Магнус периодически брал свою мимику под контроль и начинал принужденно улыбаться.

— Поменяй нас местами,— тихо посоветовала я.

— Что? — удивился мой дракон.

— Ты словно бы что-то хочешь мне сказать. И не решаешься. Поменяй нас местами и ответь — на моем месте ты бы хотел знать?

Он опустил голову:

— Я совсем растерял социальные навыки. Так заметно?

— Не всем,— пожала я плечами. — Ты важен для меня, поэтому твое беспокойство для меня очевидно. Так что?

— Это очень глупо,— он взлохматил волосы,— лишняя информация, но Раника заставила меня задуматься.

Я молчала, позволяя ему самому решить. И в итоге мой дракон признался, что сегодня у него день рождения.

— Он никак не празднуется,— тут же сказал Магнус,— твоя служанка просто застала меня врасплох вопросами.

— Она знает дату?

— Отец устраивал праздники, когда я был ребенком. А потом как-то все сошло на нет. Да и я повзрослел,— мой дракон, казалось, был искренне раздражен тем, что его знаменательный день все-таки наступил и теперь мешает ему спокойно жить.

Подойдя к нему вплотную, я приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его щеке:

— Спасибо, что не промолчал. Для меня это очень важно.

— Только не думай, что ты теперь должна…

— Не буду думать,— пообещала я. — К тому же, самые счастливые семье это те, где люди что-то делают, потому что хотят. Не из-за долга. Я ведь могу делать то, что мне хочется?

Он прижал меня к себе:

— Да. Но, ради Крылатой, если когда-нибудь ты будешь устраивать большой прием, предупреди меня за пару недель.

— Большие приемы мы будем устраивать вместе,— пообещала я.

Мы разошлись в разные стороны. И я точно знала, как именно мне удастся отдохнуть! А точнее, отвлечься.

Составив список, я отправила Ранику на рынок. И за несколько часов создала кривобокий, но приятно пахнущий кулинарный шедевр. Бисквитный торт, чьи обрезки оказались очень и очень неплохи на вкус!

Правда, все три коржа плохо поднялись, но меня это нисколько не смутило — пропитка и крем смягчат слишком плотный бисквит. А красота дело вторичное, если это, конечно, домашняя пища. В кафетерии такой торт бы освистали.

— А еще можно тертым шоколадом сверху присыпать,— задумчиво произнесла моя служанка.

— Надо было коржи на кусочки порезать и горкой выложить,— вздохнула я, чуть подправляя торт, чтобы не заваливался влево.

— М-м-м, островное лакомство,— восхитилась Раника. — Вкусно и удобно. Матушка из горелых корочек его делала. Ой, кажется торт теперь вправо заваливается.

В общем, еще минут пятнадцать я поправляла и стабилизировала торт, а после мы с Раникой поставили его в холодильный шкаф.

Я проверила время и сама себя поздравила с успехом — до встречи с артефакторами оставалось чуть больше часа. Так что мне как раз хватило времени, чтобы ополоснуться и сменить платье.

— Ты так сладко пахнешь,— восхитился Магнус, когда мы пересеклись в холле. — И выглядишь потрясающе.

Синий цвет всегда мне шел, так что я лишь улыбнулась и поцеловала его в уголок губ. А затем отметила, что он тоже очень и очень хорош в своем строгом костюме.

— Прошу,— Магнус открыл для меня дверь. — Встретим их на крыльце.

И через минуту мы увидели, как под подъездной дорожке движется серо-синий автокатон, а следом за ним… Луми? Это же ее агрегат?

— Видимо Карлус решил ввести ее в курс дела,— задумчиво проговорил Магнус.

— Скорее всего она либо сама услышала, либо догадалась,— покачала я головой.

Драконы выгрузились из автокатонов и направились к нам.

И, судя по напряженным лицам и скорбным морщинкам, ничего хорошего они не скажут…

Но первым заговорил Магнус:

— Катарина, позволь представить тебе мастера Альдиса Эссали и двух его старших учеников — Леона и Лауру.

Все трое поклонились и мой дракон продолжил:

— Мастера, перед вами моя невеста Катарина торн Тревис.

Мои щеки чуть потеплели. Простые слова Магнуса прозвучали как-то особенно проникновенно.

— Примите наши поздравления,— проронил мастер Эссали.

Луми, услышавшая все это, радостно пискнула, но тут же постаралась взять себя в руки. Она откашлялась и степенно произнесла:

— Рада за вас, от всей души.

— Присоединюсь,— кивнул Карлус и тепло улыбнулся,— вы двое заслуживаете счастья.

Мы прошли в дом. Раника, увидевшая гостей, заполошно охнула:

— Подать ли чего-нибудь, леди?

— Пока не нужно,— спокойно сказала я. — Подготовь большой кофейник и конфеты, мы подадим сигнал.

— Хорошо,— она поклонилась и быстро скрылась в коридоре.

Магнус провел нас в большой кабинет, где уже был подготовлен большой овальный стол.

— Прошу, рассаживайтесь,— кивнул он. — Катти, не покидай меня.

Так вышло, что по правую руку от Магнуса оказалась я, по левую Карлус. Рядом с аоритом сел старший мастер и затем двое его учеников. А Луми оказалась рядом со мной.

И Лауре это явно не понравилось. Кажется, в ее представлении ни для меня, ни для Луми не было места за этим столом.

— Что вы можете рассказать, мастер Эссали? — обратился к артефактору Магнус.

— Вы предоставили нам три чудовищных образца,— в голосе артефактора звучал потаенный гнев. — Это драгоценные опалы, к которым вначале были привязаны духовные отпечатки новорожденных драконов, а после… А после они стали вместилищем отсеченных крыльев. Леон.

Названный юноша тут же откашлялся и продолжил следом за своим мастером:

— Мы склонны предполагать, что мастер Фортретти знал о том, как создают драконит. Потому что Камень Трех Сил, по своей структуре, схож с этими зачарованными опалами. Внутри они пористые, словно сквозь них прорастают сосуды, перекачивающие отраву.

— Лькарина перешла все границы,— выплюнула Лаура, глядя мне в глаза.

— Да,— согласилась я,— перешла. Несколько десятков лет назад. Мастер, есть ли способ разорвать связь новорожденного дракона и опала, с которым его соединили?

— Только уничтожить камень,— в голосе артефактора послышалось сочувствие.

Однако же своей ученице он замечания не сделал и это не прошло мимо моего внимания.

— Какие-то сроки, в которые можно разорвать дракона надвое? — продолжила я спрашивать. — Мой сын застыл на грани жизни и смерти.

Лаура что-то буркнула себе под нос, но я не расслышала. А вот Магнус услышал и явно разгневался:

— Мастер Эссали, вашей ученице следует покинуть наш дом. Немедленно.

— Юная леди! — а это громыхнул Карлус, почти в голос с моим женихом.

— Я сказала то, что все подумают,— вспылила она.

И, к моему удивлению, ей ответила Луми:

— Правда? Что-то я не припомню, чтобы за лордом Эрхардом носились толпы влюбленных девиц. Но как только он выздоровел, то сразу приобрел брачную ценность. Стыдно, ученица.

— Лаура,— со вздохом произнес мастер. — Извинись.

Она закатила глаза и невнятно, с искренним отвращением пробубнила:

— Прошу прощения, леди торн Тревис.

Ответить я ничего не успела, Магнус заговорил раньше:

— Нет, мастер, этого не достаточно. За время моей слабости вы забыли, что живете на моем Пике. И сейчас, войдя в мой и моей невесты дом, вы позволяете себе слишком многое.

— Точно так же, со своей стороны, я отзываю приглашение на стажировку,— добавил Карлус. — Перед вами, ученица, находится не просто невеста вашего лорда. Перед вами леди, которая вернула жизнь Камню Трех Сил. Отыскала утраченные документы мастера Фортретти и разгадала оставленную им загадку. Наши ветераны теперь будут исцелены полностью. Их драконы смогут вновь подняться в небо.

— Твой дед сможет ходить,— скупо бросил Леон и Лаура ахнула:

— И ты за нее?!

Парень покачал головой:

— Я за честность. Леди очистила Камень…

— Пусть бы удовлетворилась деньгами,— выплюнула Лаура.

Я прикрыла глаза. Наверное, было бы проще «не заметить» ее короткой ремарки. Тогда бы мы уже перешли к более насущным вопросам.

— И если я правильно помню,— Луми прижала пальчик к губами,— вы, Лаура, не местная. Ваши отец и мать покинули Пик, не так ли?

— Хватит,— Магнус хлопнул ладонью по столу. — Эссали, проводи свою ученицу на выход. Затем возвращайся и я жду полный отчет. В конце концов, тебе за работу деньги плачены.

Мастер резко встал из-за стола и практически выволок свою ученицу из кабинета. А я вдруг задумалась о том, на что будет похожа моя жизнь.

«Я никогда не стану для них своей», с горечью подумала я.

— А мы? — Луми заглянула мне в глаза. — Нет, вслух ты не говорила, но я догадываюсь, вокруг чего крутятся твои мысли. Я, Вилма, аорит Родди — неужели мы плохие?

— Или я,— тихо сказал Магнус. — Я десятилетиями не проводил никаких светских мероприятий. И тебя никто не заставит. Мы можем жить спокойно, не утруждая себя балами и приемами.

— Только мы будем на чай заезжать и все,— подмигнул Карлус.

И я улыбнулась.

— Простите мне минутную слабость,— выдохнула я. — И пока все мастер Эссали не вернулся, откройте секрет…

— Как я здесь оказалась? — улыбнулась Луми. — Случайно подслушала, как гневается аорит.

— Случайно? — поперхнулся Карлус. — Твоя подруга, Катти, спряталась в моем кабинете!

Луми вскинула руки:

— Я просто хотела убедиться поговорить, но уважаемый аорит меня всячески избегал. Вот и вышло, что бумаги мы читали вместе.

— И вместе думаем, как сказать об этом Вилме,— Карлус устало откинулся на спинку стула. — Наши дальние родственники сгинули где-то в Лькарине. Мы надеялись, что они спрятались среди людей, но теперь становится ясно, что… Что их кости уже не найти.

— Промолчать не получится,— тихо сказал Магнус,— все это окажется в газетах со дня на день.

— Нужно окружить Вилму целителями,— я потерла переносицу. — И лучше всего сделать это в потайном саду.

Карлус был не совсем согласен:

— Она у меня не дурочка. Сразу начнет подозревать, что произошло нечто ужасное.

И тут Луми щелкнула пальцами:

— Так пусть один целитель с умным видом встанет около жеоды с Гели, а второй будет держать за руку нашу Катти.

— А вот об этом надо подумать,— кивнул Карлус.

И в этот момент в кабинет вернулся мастер Эссали. Что интересно, на щеке у него осталась царапина.

Неужели его ученица осмелилась отвесить своему наставнику пощечину?!

Под нашими взглядами артефактор чуть порозовел, но мужественно превозмог смущение и вернулся за стол как ни в чем не бывало. Затем, чуть помедлив, он поднялся и, посмотрев мне в глаза, низко поклонился:

— Я приношу свои искренние извинения, леди торн Тревис. Мне следовало лучше воспитывать свою ученицу.

— Я принимаю ваши извинения,— прохладно отозвалась я. — Надеюсь, вы не отказались от ученицы.

— Ни в коем случае,— он покачал головой,— она способная девочка и сможет увидеть истину.

За стол артефактор так и не сел. Он попросил разрешения затемнить окна и развернул перед нами иллюзорный экран, на котором подробно расписал весь цикл создания драконита. Начиная от запечатления новорожденного и заканчивая разделением сущностей.

— У детей есть шанс выжить? — спросила Луми.

— Если начать лечение сейчас,— кивнул артефактор. — Правда, лечением это назвать нельзя — мы просто вошьем в их тела артефакты, которые не позволят жизненной силе утекать. Больше здесь сделать ничего нельзя.

— Артефакты — ваша разработка? — Карлус делал пометки в большом пухлом блокноте.

Мастер Эссали покачал головой:

— Нет, эти комплекты используются при заражении «Падочной гнилью» и в качестве поддержки, когда кто-то посмертно проклят.

— Ясно. Ученик Леон может что-то добавить?

— Нет, аорит,— почтительно отозвался юноша.

Он вообще сидел очень тихо. Смотрел на своего мастера, вздыхал и отводил глаза. Кажется, вид оцарапанной щеки приводил юношу в ужас.

— Тогда мы более вас не задерживаем,— спокойно сказал Карлус.

— Благодарю за содействие,— кивнул Магнус и встал из-за стола. — Позвольте проводить вас к выходу.

Я поднялась следом за ним и Луми повторила мои действия. Мы все спустились в холл, затем вышли на крыльцо.

Девушка, Лаура, все это время ждала своего мастера у автокатона.

— Вы были так жестоки, что не позволили ей сесть внутрь? — удивилась я.

— Нет,— вздохнул мастер,— это было ее решение.

— Страдания облагораживают душу,— хмыкнул Карлус.

На что Луми тут же отреагировала:

— Вряд ли имелись ввиду такие страдания. Это больше похоже на: «Всем на зло пораню крылья и голодным лягу спать»!

— Лаура талантлива,— хмыкнул Леон,— истинный самородок. А таким все можно, верно?

В голосе юноши слышалась обида. Вероятно, ему тоже доставалось от избалованной девицы.

— Не дерзи,— бросил ему наставник и Леон криво улыбнулся:

— Так точно, мастер.

А мне вдруг подумалось, что юноша может и уйти от такого безразличного наставника. И тогда мастеру Эссали придется остаться с капризной ученицей один на один.

— Спасибо за консультацию,— проронила я, не желая продолжать тяжелый разговор.

— Мы ждем официальный отчет,— добавил Карлус,— заверенный печатью мастера и тремя независимыми подмастерьями.

Луми ошеломленно посмотрела на аорита и, когда артефакторы ушли, спросила:

— Как подмастерье может быть независимым?!

— Если он служит другому мастеру,— чуть рассеянно отозвался Карлус,— там сложная система клятв. Мастера не будут тратить время на то, чтобы заверять бумаги друг для друга. А вот их ученики подневольны.

— И при этом рискуют своей репутацией, если заверят что-то откровенно глупое,— добавила я. — У целителей та же система. Я изучала и заверяла некоторые исследования.

Но мне это не помогло. Все те, кто обещали «всестороннюю поддержку» тут же отвернулись от разведенной женщины.

«Это ведь так заразно», хмыкнула я про себя.

К нам вышла Раника и громким шепотом спросила, не пора ли подавать кофе с конфетами. И мы коллективно решили, что сейчас самое время. Заняв ближайшую гостиную, дождались пока служанка принесет поднос и взялись за ароматный напиток.

— Что вы пишете? — не утерпела Луми, когда аорит в очередной раз вытащил свой пухлый блокнот и сделал там пару записей.

— Готовлю открытое письмо к лькаринским целителям. Описываю симптомы разделенной сущности, поясняю, где находится разрыв, через который уходят жизненные силы и вот, зарисовал куда вшивать артефакт. Я раньше считал, что они модифицированы, а потому боялся ошибиться в рекомендациях. А это оказались всего лишь «пуговки».

Я с трудом подавила вздох. Работа с этими артефактами никогда не была простой. Они требовали просто колоссального количества магии и мне лишь два раза довелось наблюдать за установкой сдерживающих устройств.

Иными словами, я была прекрасно подкована в теории и совершенно не справлялась с практикой. Грустно быть слабосилком в сфере, где требуется потенциал выше среднего.

«Но я нашла свой путь» утешила я саму себя.

Магнус выбрал из вазочки конфету и это оказалась моя любимая, с ореховым муссом. Отметив ее обертку, я хотела было заняться поиском, но мой дракон протянул ее мне:

— Тебе ведь такие нравятся?

— Как ты все помнишь? — спросила я.

Он пожал плечами:

— Не специально. Просто увидел и вспомнил.

Допив кофе, мы с Магнусом поблагодарили друзей за помощь и поддержку. После чего Луми и Карлус ушли. Моя подруга крепко обняла меня на прощание и тихо прошептала:

— Тучи разойдутся и наш Пик осветит яркое солнце.

— Истинно так,— согласилась я.

Но будто бы день был недостаточно тяжелым — едва лишь мы закрыли двери за друзьями, как прибыл срочный посланник из магистрата.

Завтра утром нам предстояло принять официальное письмо от Совета Драконьих Пиков.

— Не утром,— с ленцой проговорил Магнус. — У каждого главы Пика есть сутки, чтобы принять послание. Мы прибудем в течение дня. Завтрашнего дня.

— Но… — заговорил было мужчина и мой дракон вскинул брови:

— Вы хотите мне приказать? В моем доме? На моем Пике?

И посланник отступил. Бросил на меня раздраженный взгляд и, не говоря больше ни слова, развернулся и ушел.

— Я столь многое упустил,— с горечью произнес Магнус. — Кем они меня считают?

— Тебя называют Стальным Драконом,— напомнила я.

— И при этом полагают, что мое место среди боевых магов,— хмыкнул он. — А никак не среди «умных и влиятельных» драконов. А ведь земли в собственность я никому не передавал…

Прижавшись щекой к его плечу, я шепнула:

— Давай оставим это все за дверью. Буквально на пару часов.

— Ты права,— согласился Магнус. — Наверное, я поработаю в библиотеке, если хочешь…

— Я бы попросила тебя пойти со мной,— лукаво улыбнулась я. — Мне потребуется небольшая помощь.

Торт, дожидавшийся своего часа, нужно было достать с верхней полки холодильного шкафа. С моим ростом это было не очень-то удобно, а Раника уже ушла в свою комнату. Конечно, я могла ее вызвать или придвинуть стул, но… Почему-то мне казалось, что Магнус будет рад поучаствовать в сервировке своего деньрожденного торта.

И так оно и случилось. Мой дракон никак не мог поверить, что этот кривобокий уродец был испечен лично для него.

— Самый красивый торт,— выдохнул он. — Давай съедим его в спальне? Не разрезая?

— Просто ложками,— хихикнула я.

— Это всегда было моей мечтой,— шепнул он. — На самом деле, на приемах в мою честь мне редко удавалось хотя бы поесть, не то, что ухватить целый кусок торта.

В этом я его прекрасно понимала. Мои отец и мать показывали меня как призовую лошадь. Моя слабая магия служила мне своеобразной защитой. И пусть академические успехи принесли мне некоторую славу… Отец желал сбыть некондиционный товар замуж. Сколько же счастья было, когда Льорис разыграл свою внезапную влюбленность.

Магнус зачаровал поднос и мы поставили на него мой кособокий торт. Затем, взяв ложки и свежий морс, направились в спальню.

Сменив тяжелые дневные одежды на легкие пижамы, мы устроились прямо поверх одеяла.

— С днем рожденья, любовь моя,— выдохнула я и, зачерпнув ложкой торт, поднесла его к губам Магнуса.

Мы кормили друг друга сливочно-сладким десертом, смеялись, пили морс и не думали о том, что происходит на пределами спальни.

Пусть это и было эгоистично, но… Короткая передышка необходима даже самым сильным воинам.

Спать мы улеглись в обнимку и в этом жесте не было ничего страстного. На секунду это меня немного испугало — что, если Магнус не видит во мне желанную женщину? Но через мгновение я прикрыла глаза и прижалась покрепче к своему дракону. Всему свое время. Сейчас нам нужна именно такая близость — тихая, теплая и спокойная…

***

Утро выдалось заполошным. Магнус успел встать на несколько часов раньше и назначить несколько встреч. В том числе и с портным, который должен пошить мне наряд для встречи с Советом Драконьих Пиков.

— Я пойду в одежде отца,— уверенно сказал Магнус,— точнее, в его парадном плаще и своем обычном черном костюме.

На мое счастье Луми явно вознамерилась повсюду следовать за мной. Вот и сегодня она прибыла к завтраку и, отведав пышных оладий, поманила меня вниз, к автокатону.

— Разве ты не должна была стать пилотом?

— Должна,— она улыбнулась,— и стану. Сейчас идут предполетные испытания и мы, первая группа испытателей, пока свободны! Так что, куда едем?

Магнус передал нам денежный вексель и прямоугольную карточку, на которой горел золотой оттиск:

— Литтуано Верт,— Луми покачала головой,— я слышала, что он неприятный дракон. Вроде как с Островов. В нем случайно проснулось наследие матери и… Не помню.

— Если он вам не понравится, то в конверте есть другие. Я выкупил сегодняшний день у троих портных,— Магнус протянул мне конверт. — Не стесняйся выбирать, любовь моя.

Я только улыбнулась. На самом деле мне хотело закончить со всем этим как можно скорей. Быть может, во мне что-то сломалось, но… Мне никак не удавалось почувствовать тот азарт, который охватывал меня раньше. Я порой не могла спать, представляя, каким будет мое новое платье. Сейчас же мне больше хотелось чего-то быстрого. Быть может даже готового.

— Ты не выглядишь воодушевленной,— вздохнула Луми. — Может, сразу поедем по другому адресу? Я и правда про этого Литтуано слышала только плохое.

— Магнус выкупил его день,— я потерла кончик носа. — Наверное, я должна дать ему шанс?

— Лорд Эрхард, со всем уважением, просто мужчина,— проворчала Луми. — Вряд ли он разбирается в нюансах.

— Здесь, на Драконьем Пике, и я в нюансах плохо разбираюсь.

Так или иначе, но Луми остановила автокатон и мы вошли в салон Литтуано Верта. Беспощадно-яркое освещение, низкие и неудобные козетки, десятки зеркал и несколько юных дракониц в форменных платьях.

И тишина.

— Сегодня салон закрыт,— пропела одна из дракониц.

Я как-то сразу почувствовала, что Луми была права. Но все равно, из какого-то детского упрямства, решила досмотреть все представление до конца:

— Боюсь, что это по моей вине.

И я положила на низкий стол квадратную карточку с золотым оттиском.

Пусть сами подойдут и возьмут.

Драконицы переглянулись и одна из них неспешно подплыла к нам. Подманила к себе карточку и та тут же взлетела:

— Да. И правда. Мастер вот-вот прибудет.

Нам не предложили разместиться. Про чай и кофе тоже не спросили. И я вдруг с тоской подумала о том, что день будет невероятно неприятным и очень, очень долгим.

Мы с Луми отошли в сторону и подруга принялась убеждать меня уйти.

Примерно в этот момент распахнулась дверь и в зал летящей походкой вошел дракон.

— Не спим, девочки. У нас сегодня вынужденная работа, сами понимаете, спорить с хозяином Пика никому не с руки. Хорошо бы подобрать ей такое платье, чтобы у нашего лорда открылись глаза!

— На мое происхождение? — с искренним интересом спросила я. — Или на то, что это будет мой повторный брак?

Портной медленно повернулся в нашу сторону:

— А, вы уже здесь.

Больше он не сказал ни слова. Просто ушел из зала и одна из девиц небрежно проронила:

— Мастер будет готов через полчаса. Ему нужно время, чтобы настроиться на… Куда вы?

— Туда,— я уверенно кивнула на входную дверь. — Ноги моей в вашей лавке не будет.

— Это салон!

Но возмущенный писк драконицы отсекла входная дверь. Луми, выскочившая следом за мной, что-то неразборчиво пробормотала, после чего утянула меня в сторону автокатона:

— Он со всеми такой. Женщины преклоняются перед его талантом, но я считаю, что шел бы он… далеко.

Я согласно кивнула. Мне были знакомы подобные люди. Они унижали других просто ради самих себя. Им нравилось причинять боль и… И я готова поспорить, что Литтуану Верту плевать и на меня, и на мое происхождение. Ему просто было важно подпитаться моей болью. Раздуть скандал, а после продемонстрировать сияние своего гения. Чтобы очередная дурочка сказала что-то в духе: «Мерзавец, но до чего великолепный!». Подобный экземпляр вел у нас азы артефакторики. И, как ни странно, у него всегда находились поклонницы!

От следующего портного я не ждала ничего хорошего — квадратик-приглашение был так же претенциозен, как и у Литтуана Верта.

— Отвезешь меня потом в дом исцеления? Хочу навестить Гели, да и цветы новые на Камень высадить,— негромко попросила я и подруга, сидевшая за рулем автокатона, согласно угукнула:

— Мерван с Каридой чахнут над каждым растеньицем. Насобирали их по всему Пику и сейчас культивируют в потайном саду.

— Мне кажется, я видела эти цветы в оранжерее в замке. Если это правда, то я буду заботиться о них самолично.

— Надеюсь, что мы положим конец самому существованию драконита,— воинственно отозвалась Лумилис.

И я с сожалением покачала головой:

— Не положим. И люди, и другие драконы уже знают о его существовании.

— Ты думаешь, что кто-то может…

Горло Луми перехватило и она не договорила. Только стиснула пальцы на руле автокатона. И я продолжила за нее:

— Что кто-то из драконов может придержать драконит для себя? Уверена. Особенно, если алхимик-исполнитель будет из Лькарины или с Островов. Я бы хотела верить в сказки, но пока не получается.

Луми только сдавленно ругнулась. А после, остановившись у богатого дома, тихо призналась:

— Я тоже не могу заставить себя поверить в сказку.

Салон госпожи Лоррет находился на первом этаже ее дома. И, на первый взгляд, был чудовищно схож с обиталищем Литтуана Верта — много света, зеркала и две драконицы-помощницы.

Но на этом сходство закончилось. Нас сразу заметили:

— Добрый день, рады приветствовать вас в салоне госпожи Лоретт.

Это они пропели хором, затем заговорила та, что была повыше:

— Меня зовут Ная, если вы позволите, я проведу вас в отдельный кабинет. Сегодня госпожа не сможет вас принять — ее время выкуплено лордом Эрхардом.

— Но вы сможете посмотреть наш каталог и оценить образцы тканей.

Вытащив из кармана прямоугольник, я протянула его девушкам:

— Боюсь, что милорд выкупил время для меня.

— Чудесно,— просияла Ная. — Мы слышали о вас, но никогда не видели. Вы будете чай или кофе?

— Просто воду,— неловко ответила я.

— А вы?

— Воду,— кивнула Луми.

Нас увлекли в отдельный кабинет, где уже были подготовлены каталоги и образцы тканей. Признаться, свой наряд я уже давно успела придумать — темно-синий, почти черный бархат, строгие линии, без вышивки и украшений.

Что удивительно, в каталоге портнихи нашлась подходящая модель.

Да, Магнус хотел, чтобы я сияла. Но перед кем? Перед старшим Льорисом? Вот уж нет.

Госпожа Лоррет появилась несколько минут спустя и, посмотрев на выбранную мной модель, предложила:

— А что если сделать вышивку в тон платью? Она не будет бросаться в глаза, но и не позволит платью смотреться слишком просто.

Немного подумав, я согласилась.

Платье было под самое горло, с воротником стойкой и узкими рукавами, что закрывали руки до самых костяшек пальцев.

— Вместо пуговиц на рукавах мы можем использовать черный жемчуг,— добавила госпожа Лоррет.

И здесь я тоже с ней согласилась.

В салоне госпожи Лоррет мы провели несколько часов и я твердо решила, что в будущем буду заказывать платья именно у нее.

Затем, отказавшись от кофе и пирожных, мы направились в дом исцеления. И в этот раз все встреченные мною целители уважительно здоровались, желали хорошего дня и даже пытались набиться в сопровождающие. Но тут они попадали под огонь Луми и быстро сдувались.

Да-да, моя подруга не забыла, как ко мне относились первые дни и недели работы. Сама я, в общем-то, тоже не забыла. Просто мне не хотелось ворошить прошлое.

— …дунул дракон и рассыпался каменный замок,— голос Вилмы мы услышали издалека.

Она сидела рядом с жеодой и читала моему спящему сыну сказки.

«На ее месте должна быть я», пронеслось у меня в голове.

— Ты опять думаешь глупости,— буркнула Луми.

— Нет.

— Да. У тебя всегда становится виновато-расстроенное лицо, когда ты начинаешь мысленно саму себя уничтожать,— сказала подруга.

Меж тем нас заметила Вилма. Она закрыла книгу и убрала ее в корзину. А затем поднялась на ноги и пошла к нам:

— Моя девочка, бедное мое дитя.

Вилма так крепко меня обняла, что даже ребра немножко заныли. И это позволило мне чуть-чуть расслабиться.

— Как ты, милая? — Вилма отстранилась и заглянула мне в глаза.

— Не очень хорошо, но я борюсь,— честно ответила я. — А вы?

— Сержусь на мужа, он опять завел от меня тайны,— заворчала драконица. — Никак не сознается, зачем ему чары вокруг рабочего стола. И что за документы он каждый вечер достает, а после убирает обратно в сейф.

Тут мне немного подурнело. Вилма ничего не знает и мы не имеем права проговориться…

И она, конечно же, тут же все поняла:

— Ты тоже в этом участвуешь!

— Не совсем,— я виновато опустила взгляд. — Я…

Но Вилма не собиралась на меня давить или выкручивать мне руки, пытаясь добиться раскрытия всех тайн:

— Тш-ш-ш, милая. Скажи мне, эта тайна… Она касается Пика?

— Да.

— Не меня единолично? — пытливо уточнила драконица.

И я тут же вскинула руку:

— Готова поклясться на своей крови.

— Что ж, государственные тайны меня хоть и интересуют, но я вполне способна без них прожить,— Вилма тихо рассмеялась. — Поймите меня правильно, девочки. Карлус вел себя точно так же в то время, когда я медленно умирала. Он нес на себе тяжелое бремя и отчаянно лгал, что я вот-вот встану на ноги.

Охнув, я прижала ладонь ко рту. Луми порывисто подалась вперед и крепко обняла Вилму:

— Я случайно подслушала эту тайну и тоже хочу поклясться, что хоть она и касается всех драконов, но… Это не ваша личная тайна.

— Стало чуть любопытнее,— вздохнула Вилма и Луми, отпустив ее, виновато пожала плечами:

— Я не могу сказать, меня тогда не простят.

— Все в порядке,— отмахнулась Вилма. — Пойдем, пошепчемся. Катти, милая, ты можешь взять мою книгу и прочитать сыну сказку.

— Спасибо,— шепнула я.

Сев на стул и подняв книгу, я бегло просмотрела оглавление. И, найдя любимую сказку, улыбнулась. После чего начала негромко читать.

И на мордочке моего сына на мгновение отразилась улыбка. Скорее всего это совпадение, но на мои глаза навернулись слезы.

— Я так по тебе скучаю, малыш,— шепнула я. — По вам обоим, хоть вы и составляете единое целое!

Я прочитала не одну, а целых три истории. А после, охрипнув, осталась молча сидеть рядом. Я никак не могла заставить себя уйти и в итоге ко мне подошла Вилма:

— Не рви себе душу, милая. У тебя впереди бой, помни об этом.

— Мы будем здесь,— Луми подмигнула мне,— никто чужой сюда больше не войдет!

— Не представляю, чтобы я без вас делала,— я смахнула с ресниц выступившие слезы и поднялась на ноги. — Позвольте вас обнять, дорогие мои.

Обнимать сразу двоих не слишком-то удобно, но зато весело. А еще мне удалось вычислить охранника — он решил, что мы вот-вот упадем и двинулся к нам. Его, невидимого, выдала трава, по которой он ступал.

— Спасибо за ваш труд,— сказала я, когда мы разошлись в разные стороны.

Со стороны невидимого воина раздался потрясенный вздох и тихое:

— Всегда пожалуйста, моя леди.

Луми отвезла меня домой, но от чая отказалась. У подруги были свои дела.

— Важное поручение,— она горделиво приосанилась,— твой жених меня так озадачил, что я даже не знаю, справлюсь ли!

— Может, тебе нужна помощь? — нахмурилась я. — Ты ведь и так со мной целый день провозилась.

Но Луми, нахмурившись, покачала головой:

— О чем ты? Кто вбил тебе в голову такие глупости? Я целый день провела со своей лучшей и единственной подругой, рулила по городу, что я очень люблю, потом пила кофе, ела пирожные и комментировала работу портной!

— Да уж, как тебя только не выгнали,— рассмеялась я.

— Но мне и правда было любопытно,— чуть смутилась подруга. — И страшновато — вокруг тебя летал целый рой игл! Держу пари, наши портные — последний рубеж обороны.

— Или секретное атакующее подразделение,— согласилась я.

Распрощавшись с Луми, я подождала, пока ее автокатон скроется за углом и вошла в дом. На душе немного полегчало.

Оставался только один вопрос — как мы будем обыскивать корабль, на котором нашел свое прибежище старый Льорис?

— Никак,— ошеломил меня Магнус,— корабль уже убыл и бросил якорь у одного из заброшенных Пиков. Этакое нейтральное место, где собирается Драконий Совет.

— А Драконий Совет и Совет Драконьих Пиков это разные организации или…

— Или показатель того, как трудно нам договориться,— хмыкнул Магнус. — Это одна организация, и она, пока что, не на нашей стороне.

Тут я глухо охнула:

— Мы же должны были съездить за письмом! А я весь день с портными провела…

Мой дракон притянул меня к себе и прижался губами к виску:

— Я специально тебе об этом не напомнил. На тот случай, если нам подготовили провокацию. Все-таки магистрат не оценил моего внезапного выздоровления.

— Неужели твой Пик может обратиться против тебя? — с ужасом спросила я.

— Нет,— хмыкнул он,— учитывая, что глава магистрата, вместе с семьей, получил предписание покинуть Алмазный Пик в течение недели. И, разумеется, он получит компенсацию за оставленные постройки. Движимое же имущество ему придется забирать.

Я тихо вздохнула и малодушно порадовалась, что такая буча прошла мимо меня. Если не вспоминать про Литтуана Верта, то день у меня выдался тихим и спокойным. Почти приятным. Если бы только Гели не был заключен в своей жеодовой тюрьме…

— Что мы будем делать, любовь моя? — тихо спросила я.

— Доверимся нашим людям и заставим Льориса задержаться в совещательном зале,— уверенно ответил мой дракон.

Я прижалась щекой к его груди и тихо-тихо сказала:

— Но что если он носит опал при себе?

— Это будет лучшим вариантом для нас,— шепнул Магнус. — Идем, я покажу тебе план совещательного зала и расскажу, как мы будем действовать.

Мы прошли в любимую чайную моего дракона, где он смог поразить меня до глубины души. Разработанный им план внушал трепет, но…

— Многое зависит от случайностей,— шепнула я.

— У нас есть поддержка,— улыбнулся Магнус. — К тому же поначалу мы будем лишь слушать и старательно нервничать, чтобы Льорис поверил в свои силы.

— Он и так в них верит,— я обхватила себя за плечи. — Все равно не могу понять, отчего он так вцепился в моего сына.

Магнус убрал документы и задумчиво проговорил:

— Думаю, в Лькарине просто не осталось крылатых детей. Власть короля ослабла, ему нужно чем-то подпитать народную любовь.

Я криво улыбнулась:

— А уменьшить налоги он не догадался? Или как-нибудь улучшить людскую жизнь? Как правило, любят тех королей, при ком спокойно и сытно живется.

— Умные и дальновидные правители это понимают,— кивнул Магнус. — Но мы же сейчас говорим о лькаринском короле. А к нему эти два слова не имеют ни малейшего отношения.

— Вот уж точно,— фыркнула я, а затем добавила,— зато понятно, зачем ты дал Луми такое странное задание.

— Полагаю, она преисполнена решимости его выполнить,— тихо рассмеялся мой дракон. — У тебя прекрасные друзья.

Я хотела спросить, есть ли у Магнуса кто-то важный и ценный, но вовремя прикрыла рот. Драконы избегали его, но теперь… Теперь все изменится.

Мы все изменим. Обязательно.