Глава 57

Розово-золотые пятна медленно вращались перед глазами, иногда превращаясь в голубо-серебряные. Кристина моргнула. Потом моргнула еще раз.

Она лежала на кровати, надо сказать, довольно удобной, до самого подбородка укрытая одеялом, мягким, теплым, почти невесомым, как облачко… Хотя облачка обычно более холодные. И еще мокрые… Что за глупости лезут в голову?

Тело жутко болело в районе живота и груди, как будто ее долго и увлеченно били ногами. Нет, не ногами… В нее стреляли!

Кристина резко села… попыталась, потому что боль, пробившая ее насквозь, уронила ее обратно, но люди, находившиеся в помещении, все же скромно отвели глаза. Потому что одеяло чуть сползло, а из одежды на ней – девушка взглянула под одеяло – только ленты бинтов.

Так… А что это за люди такие?

Трое.

Невысокий старик, забавно напоминающий карикатурного еврея, с огромным носом, одетый в черную одежду. Огромный толстяк, похожий на моржа, с пенсне на носу. Еще один «типа еврей», такой же носатый, только более молодой, более высокий, и в глазах, в отличие от первого не было заметно беспокойства. Скорее… Скорее, эти глаза заставляли вспомнить глаза Череста: холодные и внимательные.

- Где я? – прошептала Кристина.

- Ожа можудаз.

- Кодимута.

- Тавюку, жюзиовеж жа дазупэикс?

Все это так напоминало ее первое появление в этом замечательном мире – лежишь голая, а вокруг болтают на незнакомом языке – что Кристина дернулась снова, скривилась от боли и осознала, что она все еще в Мэлии. По крайней мере, в этот раз новое тело ей никто не подарил. К тому же окружающие перешли на человеческий язык.

- Кармин, деточка, я так рад, что ты пришла в себя! – заулыбался старик с искренней радостью.

- А уж как я рада… Подайте мне мою сумочку, пожалуйста.

Аналог Череста протянул ей ее имущество, и тут же шагнул назад, когда девушка выдернула из сумочки револьвер и взвела курок:

- А теперь коротко – кто вы такие?

- Кармин, ты меня не узнаешь?

- А должна?

Старик и толстяк переглянулись:

– Пюкузазюжеа? Дежэса?

- Богутагжо…

- И прекратите чирикать на своем птичьем!

- Ты потеряла память?

- И уже давно! Меня постоянно пытаются убить, тут не только память – невинность потеряешь и не заметишь!

- И меня не помнишь? Совсем?

-Так, уважаемый. Давайте кратко: кто вы, где я, и какого черта здесь происходит?

- В тебя стреляли…

- Это я помню!

Старик вздохнул:

- Начнем сначала. Меня зовут Армин Сола, я старый друг твоей семьи и владелец «Старого Эльбефа». В тебя стреляла возле моего магазина, ты была ранена, вернее, пострадала, твой…

Троица быстро переглянулась.

- Твой корсет спас тебе жизнь, остановив пули. Моя охрана перенесла тебя внутрь, доктор Гладье оказал тебе помощь…

Фраза «А ты в нас револьвером тычешь…» не была произнесена, но ощутимо повисла в воздухе. Кристина кашлянула и убрала оружие. Во-первых, действительно как-то невежливо. Во-вторых – хотели бы убить, уже убили бы, пока она лежала без сознания, ее можно было успеть не то, что застрелить или зарезать, забить насмерть чайной ложечкой. В-третьих - когда старик представился, в душе ворохнулось теплое чувство доверия. Очередной привет от мертвой Кармин. Нет, конечно, если ты доверяешь человеку, это не означает, что он не может предать. Скорее, наоборот: только тот, кому доверяешь и предает. Но Кармин, что ни говори, была девушкой умной и не стала бы безоглядно верить кому попало.

- Сола… - Кристина вспомнила, что эта фамилия ей явственно знакома, - Ваша семья входит в Совет Мудрейших.

- Совершенно верно. Кармин, неужели ты в самом деле все забыла?

- Не все. Некоторые вещи.

- А ведь ты так любила в детстве, когда я приходил к тебе в гости… Даже выучила пару слов на лапю.

- На что?!

- Не на что, а на чем, - весело хихикнул старик, - Лапю – тайный язык семьи Сола. Несколько десятков лет назад было модно придумывать новые языки, для того, чтобы все люди мира могли общаться между собой. Правда, как убедить всех людей мира разговаривать именно на твоем вымышленном языке – никто не смог придумать, и эта мода заглохла. Однако я понял, что, если создать язык, известный только тебе и твоим людям – можно смело разговаривать в любой компании и быть уверенным, что тебя никто не поймет. Но для такой милой девочки, как Кармин Эллинэ, я не мог не раскрыть тайну. Может быть, ты помнишь хотя бы «Нэбекуж, дабт вебомугэ»?

Ах ты ж, старый ворон… Старик Сола не поверил в амнезию и, кажется, заподозрил, что перед ним – двойник. В конце концов, хитрые планы могут разрабатываться не только против семьи Эллинэ. Ну, Кармин, давай, вывози…

- Первое слово помню. Это – «привет». Второе и третье не знаю.

Сола неожиданно расцвел. Похоже, именно такого ответа он и ждал: возможно, маленькая Кармин знала только первое слово и, если бы она, Кристина, вдруг опознала остальные… Интересно, ее закопали бы в подвале магазина?

- Череста уже в курсе и твои люди скоро приедут, Кармин…

- Кстати, а где Мю… мой телохранитель?

Троица быстро переглянулась, но ничего ответить не успела: в дверь коротко постучали.

- Господин Сола, Безопасность!

Человек, заглянувший в дверь, тут же был мягко, но решительно оттеснен в сторону и в комнату проник необычный человечек: невысокий, в мятом сером костюме, отчаянно хромающий, так, что он не столько шагал, сколько прыгал, опираясь на трость.

- Безопасность, - ткнул он чуть ли не в лицо Сола золотистый жетон, - Мне нужно поговорить с госпожой Эллинэ по поводу происшествия.

- Но…

- Господин Сола… дядюшка Армин, - вовремя всплыл еще кусочек памяти мертвой Кармин, - Оставьте меня с этим человеком.

Старик, охранник и недовольно пыхтящий доктор вышли за дверь. Сотрудник тайной полиции подпрыгнул к кровати:

- Здравствуйте, госпожа Эллинэ.

- Здравствуй… - и последнее слово почти неслышно, - Гримодан.

Загрузка...