14. Охота на мастера. Том 1

Глава 6

— Включите ваши фонарики, лэны и лэнны, — распорядился лаир Ро-Хатхэ, как только мы вышли. А потом ненадолго развернулся и нажал на большую красную кнопку рядом с выходом. — Выключатель находится в верхней части устройства.

Мы послушно потянулись к каскам, и вскоре вокруг нас стало достаточно светло, чтобы не натыкаться на стены. Тогда же стала видна табличка на самом входе, где был указан номер уровня, номер штрека, дата выработки, а чуть ниже прилагалась миниатюрная карта со всеми необходимыми деталями, на которые я первым же делом и обратил внимание.

Что же касается размеров, то ширина увиденного нами штрека составляла чуть более половины майна[1] и почти столько же коридор был в высоту. То есть штреки на шахте Дальняя делали достаточно просторными. Такими, чтобы прошла тяжелая техника.

Светильники наверху тоже были, но они не горели, хотя провода, насколько я мог судить, были целыми.

Видимо, электричество здесь все же старались экономить.

По поводу толщины стен и пола пока сказать было сложно, а использовать найниит я поостерегся. Но зная, что между штреками… а мы их увидели по пути достаточно… оставляли расстояние не менее (а иногда и существенно более) одного майна, следовало исходить из того, что стены и потолки здесь достаточно прочные.

Их, правда, дополнительно еще укрепили ­— специальными балками из легкого, но невероятно прочного полимера, который, как я уже знал, в Норлаэне был в большом ходу. Так что обвалов при такой перестраховке ожидать не стоило. Да и вообще, как я заметил, шахту строили основательно, поэтому, собственно, она и просуществовала так долго, да и в сводки новостей в связи с какими-то чэпэ за годы работы ни разу не попадала.

Замдир же, как только убедился, что фонарики включены у всех, отвернулся и неспешно двинулся в глубь убегающего вдаль штрека, в котором буквально через пару майнов появилась первая развилка. Там же мы увидели и рельсы, по которым когда-то ходили вагонетки. Но прежде чем прозвучал вопрос, почему лифт доставил нас в одно место, а рельсы уходили куда-то в сторону, лаир Ро-Хатхэ кивнул в сторону развилки, где рельсы сходились под углом, и пояснил:

— Дорога к грузовому лифту. У некоторых штреков по два входа, потому что лифтов не так много и причалить в одном месте они могут далеко не везде.

Я мысленно кивнул.

Что ж, логично.

Лифты же ходят только вверх-вниз, по одной и той же траектории и по одной-единственной шахте, поэтому там, где ходит один, другой по определению не появится. Наш, кстати, лифт так и остался стоять с открытой решеткой и горящим освещением внутри. Но это было даже хорошо — значит, его у нас не «угонят», и долго ждать его по возвращении с экскурсии нам не придется.

— Обратите внимание, лэны и лэнны, — тем временем добавил наш проводник, подойдя к ближайшей стене и указав на проходящую по ней примерно на высоте моего роста тонкую извилистую трещину. — Вот так выглядит место залегания ларнита. Здесь его, разумеется, уже нет, но в новых штреках вы бы увидели вместо трещины коричневато-зеленоватые прожилки, иногда со светло-желтыми вкраплениями.

— А в каком виде вы обычно находите найт? — снова поинтересовалась Райсана.

— Как правило, в виде мелких кристаллов. Нередко их находят прямо внутри ларнитовых жил. Иногда под ними или просто рядом, в небольших скальных карманах. Но поскольку найт — чрезвычайно легкий и сыпучий материал, то добывать его на месте не очень удобно. Слишком большие потери при добыче и особенно при транспортировке. Поэтому штреки мы создаем именно для того, чтобы добывать найтовую руду, которую потом доставляют на поверхность, отвозят на ближайший завод, и уже там… в особых камерах… добывают найт.

— А как же тогда добывают найниит? — не поняла Ания. Да и я, признаться, навострил уши, потому что сведений по этой теме у меня было неприлично мало.

Тан Расхэ, к сожалению, к легальной добыче найниита не был допущен. Найт… как обычный, так и перегоревший… он получал уже в чистом виде, и его не надо было дополнительно обрабатывать. Что же касается шахт… да, нелегальные шахты у него действительно были. Как минимум одну его найниитовые чайки успели найти. Но случилось это уже после смерти тана. Он, к своему огорчению, при жизни так и не узнал, что на территории провинции Архо есть свободная жила. Да и я не стал его просвещать ни насчет того, что шахта уже выработана, ни по поводу того, что мне удалось найти вторую.

В бумагах тана этой информации тоже не было.

С ним самим на эту тему нам как-то не довелось поговорить. Поэтому в вопросах добычи найниита я разбирался слабо. И тоже был бы не прочь узнать, как это делают профессиональные горняки.

— Найниит, как вы знаете, лэнна, встречается в двух состояниях, — тем временем проговорил лаир Ро-Хатхэ, — в твердом и жидком. Причем в природе мы чаще всего видим его именно в жидком состоянии. В этой форме он чрезвычайно подвижен, невероятно пластичен, но, к сожалению, располагается в породе очень малыми порциями, поэтому дробить в его поисках скалы — не самый эффективный способ добычи.

— Есть и еще одна сложность — управляющее поле, — добавил он после небольшой паузы. — Дело все в том, что в природе у разных конгломератов найниита управляющее поле вовсе не идентично.

Я удивленно вскинул голову.

Что, правда?

— Да, — подтвердил замдир. — В различных образованиях… каплях, если хотите… поле каждый раз хоть чуть-чуть, но разнится. Когда-то просто по размеру, когда-то по плотности, иногда по степени активности. И этих отличий достаточно, чтобы при столкновении двух разных полей одно из них или даже оба угасли.

Ого.

Вот этого я точно не знал.

— Как вы понимаете, это существенно усложняет добычу цельного найниита и делает весьма затруднительным и его транспортировку, и хранение, и, что самое важное, использование. Однако в настоящее время у нас имеются технологии создания искусственного найниитового поля, которое позволяет унифицировать разные управляющие поля таким образом, чтобы найниитовые капли соединялись в более крупные конгломераты, которые намного проще и использовать, и транспортировать, и хранить. Есть также технология, которая дает возможность дистанционно перевести твердый найниит в жидкую форму и вывести его из породы, не прибегая к дроблению. Это еще больше упрощает нашу задачу, поэтому в последние годы добыча найниита стала гораздо менее сложной и намного менее затратной, чем, скажем, полвека назад.

— А посмотреть на этот процесс как-то можно? — быстро спросил я, пока меня не опередил вечно любопытный Тэри. — И еще вопрос: вы говорите о технологии создания управляющего поля за авторством Альнбара Расхэ или же здесь используется какой-то другой принцип управления найниитом?

Лаир Ро-Хатхэ снисходительно на меня посмотрел.

— Судя по всему, в группе вы — единственный маготехник, лэн?

— Так точно, лаир.

— И вы, я так полагаю, готовились к посещению нашей шахты? Как минимум информацию собирали, чтобы разобраться?

— Конечно, лаир. Иначе зачем тогда было ехать. И потом, тема найниита — одна из самых закрытых в Норлаэне. И для меня как маготехника чрезвычайно интересно в ней разобраться.

— Что ж, вы правильно догадались — хмыкнул он, когда я выжидательно замолчал и вопросительно на него уставился. — В основе работы используемого нами устройства действительно лежат разработки рода Расхэ. Просто нам удалось их немного усовершенствовать. Если хотите, я покажу, как это происходит. Но, разумеется, посмотрите вы на работу наших специалистов издалека, просто чтобы иметь представление, что это такое и как выглядит. Тогда как детали, разумеется, вам никто не откроет — даже сейчас это закрытая информация, поэтому про сами технологии не спрашивайте.

Я мысленно потер ладони.

Само собой, закрытая. Но мне всего-то и надо, что подобраться к найнииту и к устройствам, которые меняют его поле, на расстояние в десять майнов. А остальное мы с Эммой сделаем сами. Причем быстро, тихо и абсолютно незаметно, так что даже мои друзья не поймут, что на самом деле мне нужно.

В этот момент я неожиданно перехватил внимательный взгляд куратора, который с момента захода в лифт ни слова не произнес, и поспешил приглушить эмоции. Мало будет радости, если он что-то заподозрит. Правда, и выключать их насовсем я тоже не стал, чтобы не выглядеть в такой важный момент бесчувственным болваном.

Убедившись, что возражений нет, лаир Ро-Хатхэ удовлетворенно кивнул, а потом снова обратил взор в сторону штрека.

— Пойдемте, лэны и лэнны. Я все-таки покажу вам, как выглядит типичная найтовая выработка, что такое конвейерный штрек и как вообще происходит процесс добычи. Ну а после, раз уж ваш коллега заинтересовался, мы спустимся на несколько уровней ниже, чтобы вы посмотрели, как именно добывается найниит.

Ребята выразительно переглянулись, но лаиру всех нас удалось заинтересовать, поэтому возражений, естественно, не последовало. После чего мы гуськом потянулись за проводником, который прямо так, по ходу дела продолжал и рассказывать, и показывать все, что, по его мнению, могло быть нам интересно.

С его легкой руки мы достаточно далеко проследовали в глубь пустого штрека, изучая оставшиеся после ларнита трещины, заглядывая в небольшие лакуны внутри стен и пытаясь представить процесс добычи. И почти рэйн слушали на редкость складный, не на шутку увлекательный монолог замдира, который не только прекрасно разбирался во всех тонкостях горного дела, но и рассказывать умел так, что заслушаешься.

Затем, когда мы удалились примерно на половину дийрана от выхода, он показал нам широкое отверстие в полу, откуда торчала макушка старого-престарого конвейера, на котором когда-то поднимали руду с нижнего… прорытого под небольшим углом к этому… уровня, а затем сгружали в подогнанные к самому конвейеру вагонетки и отправляли к грузовому лифту для дальнейшей доставки на поверхность.

Собственно, замдир весь процесс нам детально описал, рассказал и подробно ответил на все вопросы. Я, само собой, в этом плане особенно усердствовал. Мне все было интересно. Ания и Тэри от меня не отставали. Райсана, Кэвин и Нолэн вели себя поскромнее. Тогда как троица Хатхэ… особенно Дорин… посматривали на нас с ноткой превосходства и вели себя так, словно всю эту информацию им уже давно доложили. И вообще, они в этой шахте с самого детства в прятки играли, поэтому удивить их было нечем.

Впрочем, дайн с ними.

Главное, что лаир Ро-Хатхэ оказался замечательным рассказчиком.

Ну а когда рассказывать ему стало нечего, мы наконец-то повернули в обратную сторону и по пути прослушали еще одну достаточно длинную, но отнюдь не нудную лекцию по поводу организации работы шахтеров, режима работы лифтов, действиях сотрудников во время чрезвычайных происшествиях. Попутно узнали, что из шести пассажирских лифтов четыре ходят только до двадцатого этажа и только два способны спускаться на самую глубину. Что в случае ЧП грузовые лифты также превращаются в пассажирские. О том, как вообще по стволу шахты ходят кабины, где расположены, где находятся запасные лестницы, где находятся перемычки между штреками, как узнать и где посмотреть, что они есть, как эвакуироваться, если лифты вдруг перестанут работать…

В общем, много чего он успел нам рассказать, пока мы добирались до ствола шахты, а потом, благо с площадки перед лифтом вид открывался отличный, еще и продемонстрировал.

Наконец, мы зашли в терпеливо дожидавшийся нашего появления лифт, и лаир Ро-Хатхэ нажал на кнопку с номером «двадцать пять», сообщив, что мы спускаемся на рабочий уровень, где, соответственно, может быть шумно, людно, пыльно и где прямо сейчас работает спецтехника.

Нас это, естественно, не испугало, однако по дороге вниз нам детально рассказали о правилах поведения, технике безопасности и прочих полезных, но уже не таких интересных вещах.

Лифт же, как назло, полз вниз до безобразия медленно. Стоять, глядя, как мимо проплывает каменная стена, было скучно. Так что мы волей-неволей прислушивались к лаиру Ро-Хатхэ, на что он, собственно, и рассчитывал.

Фух, хвала тэрнэ, прибыли…

Когда кабина наконец остановилась и замдир во второй раз собственноручно отодвинул решетку, мы выбрались в еще один, на этот раз — ярко освещенный штрек, и закрутили головами.

Табличка, карта, подписи… все было, как и на двенадцатом уровне, поэтому маршрут в принципе был понятен. Вход в штрек, как и наверху, тоже имелся один, что тоже логично. Второй, судя по карте, располагался чуть в стороне, и сходился с нашим под острым углом примерно в двух майнах отсюда, за поворотом.

Остальная обстановка тоже ничем не отличалась от той, что мы увидели выше. Ну разве что штрек был посвежее, грязи на полу нашлось значительно больше. Где-то вдалеке раздавался невнятный шум, похожий на работу гигантской буровой установки. Воздух казался более душным и каким-то спертым, несмотря на принудительную вентиляцию. Плюс, как и обещал замдир, здесь нас встретили люди — одетые в одинаковые спецовки и в таких же касках, как у нас, сурового вида мужчины… неодаренные, насколько я смог увидеть… которые быстрым шагом прошли мимо нас, таща с собой какой-то ящик, и исчезли в том ответвлении, где находился грузовой лифт.

На нас они внимания почти не обратили, а вот лаира Ро-Хатхэ все-таки поприветствовали. После чего замдир пригласил нас следовать за ним. Мэнов через пять привел к такому же отверстию в полу, как на двенадцатом уровне, где вместо конвейера виднелась простая железная лестница.

Так же, по очереди, мы спустились вниз, оказавшись в более узком коридоре с намного более низко расположенным потолком.

Потом прошли вперед еще немного.

Добрались до еще одного ответвления, только обычного бокового. И вот уже там лаир Ро-Хатхэ, пройдя майна три, наконец-то остановился и не без гордости указал на большое, вырубленное прямо в стене и закрытое толстым, ударопрочным стеклом окно, за которым нам открылась невероятная картина.

Не знаю, была ли увиденная нами пещера рукотворной, или же являлась естественной каверной, однако размеры у нее оказались почти четыре майна в ширину и раза в полтора больше в длину. Потолок, правда, довольно низкий — майна полтора, не больше, и на редкость неровный, весь в трещинах, словно рабочие поленились придать ему удобоваримый вид.

Пол в пещере оказался двухуровневым, в том смысле, что в дальнем углу и на достаточно большой площади он был заметно приподнят и, кажется, имел в середине небольшое углубление. А вот ближе к нашему краю, напротив, опущен, если использовать земные меры длины, примерно на полметра, из-за чего пещеру разбивала на две неравные части длинная прямая ступенька, на краю которой расположились пять больших черных ящиков непонятного назначения, но с достаточно ярким магонорическим полем вокруг, позволяющим с уверенностью сказать, что передо мной находятся маготехнические устройства.

Люди здесь тоже были. Три человека рядом с приборами, одетые так же, как мы, плюс в масках и защитных очках. В руках у каждого был планшет. Все трое увлеченно там что-то рассматривали, время от временя подходя к устройствам и явно снимая какие-то показания с экрана, которого я со своего наблюдательного поста не видел.

И еще десять человек в такой же экипировке сновали на нижнем ярусе, таская туда-сюда тяжелые, герметично закрытые ящики.

Ну а самое главное, что меня поразило, это то, что на верхнем ярусе, в том самом углублении, похожем на самый обычный бассейн, тонким слоем плескалась прекрасно знакомая мне серебристая жижа, в которой я безошибочно признал самый настоящий найниит.

Рабочие, кстати, именно его сливали в ящики, подставляя их под специально сделанный желоб. Когда ящик наполнялся, его со всей осторожностью уносили в соседнее помещение. Но процесс шел небыстро — с желоба найниит не лился рекой, а, скорее, тек тоненьким, едва заметным ручейком. Тем не менее его никто не торопил, поэтому мужики больше таскали пустые ящики в пещеру, нежели уносили полные.

Наконец, последнее, что я заметил, это то, что найниита в бассейне, несмотря на постоянный слив, меньше не становилось. И, по моим прикидкам, минерала там было прилично. Навскидку, примерно как у меня. Ну может, на акрион-другой поменьше. Но, что самое интересное, из стен и с потолка потихоньку сочились такие же серебристые капли и падали прямо в бассейн, причем выбирались они из стен совершенно самостоятельно и настолько целеустремленно, что я при виде них тихо присвистнул.

«Эмма, ты это видишь? — мысленно обратился я к подруге, благо ни лаир Ро-Хатхэ, ни лэн Остэн для меня угрозы не представляли, а от Кэвина, Райсаны и Дорина Хатхэ я заблаговременно встал подальше. — Что, по-твоему, здесь происходит?»

— Итак, лэны и лэнны, — подал вместо нее голос замдир. — В данный момент вы имеете возможность наблюдать работу наших приборов, которые меняют характеристики природного управляющего поля у разнородных скоплений найниитовых частиц, приводят его к общему знаменателю, переводят твердую форму найниита в жидкую и одновременно создают условия для того, чтобы весь найниит в пределах радиуса действия устройств самостоятельно… то есть без нашего дополнительного участия стекался в специально подготовленное для этого вместилища.

Ого.

Интересно, что это за технология такая, о которой, ни я, ни Расхэ ни сном ни духом?

«Не знаю, — отозвалась сестренка. — Судя по всему, Хатхэ нашли способ менять характеристики управляющего поля в произвольном порядке. Но как это сделано, мне неизвестно. Надо изучить приборы».

— Суть технологии мы, естественно, не разглашаем, — сообщил в этот момент очевидную вещь лаир, — но, как я уже говорил, это намного эффективнее, быстрее и результативнее простого бурения, ломания скал и прочих грубых методов добычи полезных ископаемых. Благодаря новой технологии нам удается добывать найниит в достаточно больших масштабах. Стоимость его добычи в последние годы существенно снизилась. При этом значительно повысилась эффективность выработки. Уменьшились потери. Да и количество задействованных сотрудников на одну такую точку существенно сократилось.

— Простите, лэн, я не совсем понял… ваша технология каким-то образом видоизменяет природное управляющее поле или же все-таки генерирует искусственное?

Лаир Ро-Хатхэ смерил меня задумчивым взором.

— В данный момент видоизменяет природное. Но при необходимости приборы способны генерировать и искусственное поле достаточной мощности, чтобы сохранить целостность найниита.

— А какой обычно при этом процент потерь среди найниитовых частиц, не подскажете?

Задумчивости во взгляде замдира после этого стало на порядок больше.

— Как правило, не более двадцати. Но мы и этого стараемся не допускать, поэтому генератор искусственного управляющего поля подключается лишь в случаях, когда естественное становится нестабильным.

— Понял, спасибо, — кивнул я. А попутно выпустил наружу найниитовые нити, аккуратно развернул управляющее поле и, отыскав в стене крохотные, но вполне проходимые для меня трещинки, тихо и незаметно отправил найниитовые частицы на разведку. — Можно еще вопрос: какой радиус действия у этих приборов?

— Около семи майнов.

— А что вы делаете, когда весь найниит на одной точке выбран? — неожиданно вмешался Тэри.

— Сколько нужно времени на выработку одной такой точки? — почти одновременно с ним снова поинтересовался я, благополучно пробравшись нитями в пещеру и потянувшись к ближайшему устройству.

«Внимание! — почти сразу сообщила Эмма. — Фиксируется контакт с посторонним управляющим полем. Судя по всему, поле имеет естественный характер, однако у него фиксируются нетипичные свойства».

Я на мгновение задумался.

«Нам это несет угрозу?»

«Пока нет».

«Тогда работаем дальше», — решил я и аккуратно опутал нитями первый прибор, затем так же аккуратно пробрался внутрь, тогда как подруга тут же взялась за анализ поступающей информации.

Поскольку она умела делать это быстрее меня, я ей не мешал. Да и разговор надо было поддерживать, поэтому я лишь краешком глаза подсматривал данные, которые сразу же выводились модулем на внутреннюю вкладку, но глубоко пока не вникал.

Тем временем лаир Ро-Хатхэ при виде нашего с Дэрсом неподдельного интереса к теме найниита лишь понимающе хмыкнул.

— Сроки зависят от количества минерала, лэны, но в среднем мы вычищаем зону диаметром в семь майнов примерно за неделю. Максимум за полторы. А потом просто переносим приборы на другое место, готовим, так сказать, плацдарм для работы, и все начинается сначала. Здесь мы еще только начали, — найниита, как вы видите, пока на донышке. Но по технологии рекомендуется поддерживать определенное количество частиц в емкости для сбора, поэтому до окончания добычи полностью его собирать мы не будем.

«Адрэа, у нас проблема, — вдруг беспокойно сообщила Эмма. — Прибор я отсканировала, данные по его строению получила. Но при контакте с чужим управляющим полем стали отмечаться признаки нестабильности нашего. Пока на периферии, в зоне непосредственного контакта, но процесс ускоряется, поэтому с учетом наличия посторонних приборов я настоятельно рекомендую провести деактивацию».

Я поспешно отдернул найниитовые нити от греха подальше, а заодно свернул почти что в ноль управляющее поле и настороженно замер.

Что еще за нестабильность управляющего поля? От чего? От действия приборов? Так они ж направлены на противоположную стену. Мои нити излучением не должно было зацепить. Я ведь специально сделал так, чтобы мои частицы с ними не пересеклись. И совершенно точно не мог ошибиться.

Но в чем же тогда дело?

Конфликт полей?

Хм. А такое вообще бывает? Раньше в этом плане проблем у нас никогда не было. Даже из нелегальной шахты в провинции Хатхэ найниит (а его там было много, то есть и соответствующее поле присутствовало) я забрал спокойно, без всяких трудностей. Тогда как здесь что-то пошло не так. Впрочем, может, это потому, что у здешнего поля свойства благодаря устройствам несколько видоизменены? Может, именно поэтому оно неправильно отреагировало на наше с Эммой управляющее поле?

Я присмотрелся к найниитовой луже и еще больше насторожился, обнаружив, что она как-то подозрительно заволновалась. Да и второе зрение показало на редкость странную картинку.

Раньше, когда я просил подругу подсветить наше поле, сам я его не видел, поэтому Эмме приходилось помогать, и только тогда я мог увидеть ровную, гладкую полупрозрачную сферу, окружившую меня со всех сторон. Потом, когда мы провели протокол «Слияние» и у меня добавилось несколько новых спектров зрения, управляющее поле я уже мог различить и сам. Но оно по большому счету от первой картинки почти не отличалось. Тот же идеально ровный купол, гладкие стенки, мягкое свечение… ну разве что его размер стал существенно больше, но и только.

А вот поле в пещере оказалось совсем иного вида — вместо ровной и аккуратной сферы я увидел над найниитовой лужей серебристо-белое марево в виде того же купола, вот только стенки у него были не статичными, а подвижными. Они время от времени выбухали вперед, образуя в каком-то месте некрасивую грыжу, а в другом, соответственно, создавали яму. Пока я на них смотрел, прямо у меня на глазах из купола наружу выстрелило несколько десятков острых, похожих на иглы отростков, но почти сразу они пропали и возникли совершенно в другом месте, а потом снова расплылись, и стена купола с той стороны провисла, словно воздушный шар, из которого спустили воздух.

Проще говоря, управляющее поле у этого преобразованного найниита оказалось чрезвычайно подвижным, словно живым. Причем смещалось оно туда-сюда хаотично, без всякой системы. А его фокус располагался не в центре, как у нас, а был достаточно сильно смещен в сторону противоположной стены, словно приборы искусственно его сдвигали и одновременно с этим не давали вплотную приблизиться к экрану.

«Процесс стабилизации нашего управляющего поля запущен, — немного спокойнее отозвалась Эмма, пока я изучал непонятное явление и читал данные с модуля. — Данных по чужому полю у меня больше нет, полный анализ невозможен, однако уже сейчас можно с уверенностью сказать, что отличий от природного поля у него значительно больше, чем можно было предположить…»

Она скинула мне на модуль новый пакет данных, которые я как раз собрался распаковать. Но не успел я толком ими заняться, как меня вдруг толкнул локтем в бок Тэри.

— Гурто, посмотри-ка… ты у нас спец по всяким странностям. Тебе не кажется, что найниит ведет себя ненормально?

Я снова кинул взгляд за экран, и вот тогда мою душу царапнуло нехорошее предчувствие.

Дайн.

Свое-то поле я свернул. Все контакты с чужим оборвал сразу, как только стало ясно, что что-то не так. Однако управляющее поле над найниитовой лужей спокойнее отнюдь не выглядело. Напротив, происходящие в нем изменения стали еще более выраженными, чем поначалу, а структура начала меняться еще быстрее, чем раньше. Из-за этого, соответственно, и найниит вел себя неспокойно. И очень скоро это стало напоминать поведение моря, на котором вот-вот собирался разыграться нешуточный шторм.

Прямо на наших глазах волнение в найниите достигло такого уровня, что стоящие рядом с бассейном приборы издали предупреждающий и на редкость пронзительный писк. Но люди с планшетами и без того уже заметили неладное. Обнаружив, что найниитовая лужа начала гулять волнами, а местами даже перехлестывать через края бассейна, они дружно засуетились, замахали руками, кто-то принялся срочно нащупывать на руке идентификатор…

— Эт-то что еще такое? — пробормотал лаир Ро-Хатхэ, когда один из сотрудников метнулся к ближайшему прибору, что-то там покрутил, постучал по невидимой клавиатуре, а потом, не вставая с колен, вдруг развернулся и отчаянно замахал руками, заодно крикнув, чтобы все присутствующие в срочном порядке покинули помещение.

— Так, лэны и лэнны, живо на выход, — тут же скомандовал замдир, не став дожидаться официальных объяснений. — Похоже, ситуация вышла за рамки стандартной, и в целях безопасности нам необходимо немедленно покинуть объект.

— Бойцы, возвращаемся к лифту, — отдал более конкретное распоряжение не менее обеспокоенный лэн Кайра. — Гурто, выводи воррт!

Я хмуро кивнул, разворачиваясь к лестнице, и в тот же миг у нас над головами ожил невидимый динамик, и незнакомый женский голос сухо произнес:

— Внимание! Желтая тревога! Объявляется частичная эвакуация! Всем сотрудникам с уровня двадцатого и ниже немедленно оставить свои рабочие места и проследовать к ближайшему лифту! Внимание! Желтая тревога…

Мы быстро переглянулись и, конечно же, со всех ног кинулись прочь, не успев забыть, сколько народу работало на шахте Дальняя, в которой, на минуточку, функционировало всего девять… само собой, не безразмерных… лифтов.

Я, правда, перед уходом все-таки рискнул обернуться, чтобы в последний раз взглянуть, что творилось за экраном, и как раз успел увидеть, как из найниитовой лужи выстрелили вверх сразу нескольких острых пиков и с силой ударили в потолок.

— Бу-ум-м! — явственно содрогнулись рядом с нами стены.

— Бегом! — тут же напряженным голосом велел лэн Кайра, и мы, больше не задавая глупых вопросов, наддали так, что только пятки засверкали.

— Я оставил за нами лифт, — напряженно бросил лаир Ро-Хатхэ, по доброй воле ставший замыкающим. — Если поторопимся, то поднимемся первыми.

— Слышали, бойцы? — повысил голос куратор. — Надо поднажать.

— Бу-у-м-м! — донеслось повторное нам в спину.

После чего не только стены, но и пол под нами ощутимо задрожал, и вот тогда даже ежу стало ясно, что дело плохо.

Мы, тяжело дыша, на спринтерской скорости один за другим выскочили в основной коридор, добрались до перемычки, ведущей на верхний уровень, и буквально взлетели вверх по лестнице, торопясь убраться из опасного места как можно скорее.

Мое предчувствие при этом уже даже не пихалось, не царапалось, а просто взвыло дурниной. Что бы там ни случилось, нам надо было очень-очень поспешить, пока потолок на головы не рухнул.

«Эмма, ты, случаем, не могла сбить настройки приборов, пока его сканировала? — выбравшись на верхний уровень, выдохнул я. — Может, из-за этого все случилось?»

«Нет, — ровно отозвалась подруга. — В работу прибора я не вмешивалась, настройки не меняла. Конфигурация управляющего поля начала меняться сама по себе, причем при первом контакте. Сразу. А потом процесс резко ускорился и стал уже самостоятельным».

«То есть это все-таки мы спровоцировали чэпэ?» — ругнулся про себя я.

«Скорее всего, да, хотя причин этого явления я не понимаю».

Да какая, блин, теперь разница?

— Внимание!.. — так и продолжали надрываться динамики над нашими головами. — Красная тревога! Объявлена тотальная эвакуация! Всем сотрудникам немедленно оставить свои рабочие места и в кратчайшие сроки пройти к ближайшему лифту! При отсутствии свободного лифта рекомендуется воспользоваться эвакуационными лестницами! Внимание! Красная тревога…

Ого. Уже красная! Осталось только дождаться черной, после чего всем нам наступит один большой кирдык.

Ну наконец-то последний коридор…

Вихрем промчавшись по нему и увидев никем не занятый, приветливо распахнувший свои железные объятия лифт, мы еще немного поднажали. А потом один за другим влетели в кабину, шумно отдуваясь и искренне радуясь, что успели раньше остальных.

Я, как и полагается командиру, еще на подходе пропустил всех вперед, включая Дорина и его приятелей. Сам, соответственно, чуть поотстал. Ну а взрослые бежали замыкающими. При этом буквально на самых последних майнах нас догнал еще один то ли удар, то ли взрыв. Только на этот раз не в отдалении, а совсем рядом. Буквально у нас под ногами.

Пол от этого во второй раз вздрогнул.

Причем сильно. От жесткого удара по пяткам я аж подпрыгнул, а прямо у меня под ногами невесть откуда прямо из камня вырос довольно приличный «горб». В результате я об него едва не споткнулся, вынужденно замедлился, чтобы успеть его обогнуть и при этом не упасть. Мимо меня, тяжело дыша, проскочил лаир Ро-Хатхэ, бросив по пути:

— Быстрее! Быстрее! Быстрее!

Лэн Кайра, притормозив, напротив, вознамерился придержать меня за руку….

Когда мы с ним уже подбегали к лифту, все остальные были уже внутри и аж приплясывали на месте от нетерпения. Но буквально за миг до того, как мы с куратором влетели в лифт, меня в последний раз обожгло дурное предчувствие. Одновременно с этим краем глаза я заметил какое-то движение под железной кабиной. Поэтому, даже не задумываясь, прямо на бегу толкнул лэна Кайру в бок, на ближайшую стену, в надежде вывести его из-под удара. А в следующий миг из-под лифта, словно вырвавшаяся под давлением лава, между мной и зависшей в шахте кабиной вздыбилась сверкающая серебром плотная, кажущаяся стальной волна. Которая с необычайной силой шарахнула в потолок, обрушив на и без того оглушенного лэна Кайру целую гору здоровенных осколков. А потом, отразившись от толстой балки, с огромной скоростью метнулась вниз, от души ударив меня найниитовым кулаком в грудь и отшвырнув в штрек, словно невесомую пушинку.

«Дайн! — успел подумать я, от души приложившись затылком о каменный пол. — Это что еще за фигня такая⁈»

А в следующий миг меня накрыла тяжелая найниитовая волна, и все вопросы пришлось отложить на более позднее время.

[1] 1 майн равен 5,2 м.