Паутина времени

Глава 4 Побег

Даша слетела с камня и вскрикнула:

— Ай! Что это? — наклонившись, она рассмотрела костяной шип, который впился в ногу. — Острый, — буркнула Даша и пнула его.

Он отлетел к воде, но волна разогналась и толкнула шип обратно, хлестнув девочку по ногам.

— Что ты бьёшь меня, злое море? — всхлипнула Даша. — Хорошо хоть кошки нет: видимо, мне почудилось, — пробормотала она и опять зацепила рыбацкую сеть.

Вдруг со стороны раздался женский голос:

— Осторожно, не порви!

От неожиданности Даша дёрнулась и в третий раз подцепила рыбацкую сеть. Женщина, высокая и гибкая, с волосами цвета первого снега, подскочила и поймала её под локоть.

— Сразу видно — чужеземка, — покачала она головой и спросила: — А ты не видела здесь вязальную иглу? Сын утром выронил, а они нынче дорогие.

Даша мигом представила вязальные спицы и помотала головой: откуда им тут взяться?

— Да ты замёрзла! Одета как легко, — спохватилась женщина. — Пойдём, девочка, я дам тебе тёплые вещи младшего сына, — и она махнула рукой в сторону рыбацкого домика.

И как Даша его не заметила? Наверное, стресс. Видя, что девочка сомневается, женщина добавила:

— Не пугайся, мы простые рыбаки. Меня зовут Ида.

Даша робко кивнула и пошла следом. Рыбацкий дом одним краем держался за берег, а другим уходил в море, опираясь на сваи. В бревенчатый пол то и дело хлестали холодные северные волны.

У входа в дом сидел мальчик и ловко работал костяной иглой, подтягивая пряжу, что висела рядом и трепыхалась на ветру.

— Он вяжет? — гостья обомлела.

Даша сразу узнала иглу: именно такую она и пнула на берегу. Сказать Иде или нет? Нет, лучше промолчать. Морская волна подпрыгнула и лизнула ноги девочки. «Море хочет меня проглотить?» — мелькнула у Даши мысль. А Ида пожала плечами, не замечая водяных брызг:

— У нас все мужчины вяжут. Климат суровый, в море холодно. Надо как-то согреваться.

— Но ведь это женское занятие.

Ида рассмеялась:

— Ну уж нет. Мы занимаемся готовкой, а ловить рыбу и вязать свитера да сети — мужское дело.

У Даши аж лицо вытянулось от удивления:

— Странно. А у нас вяжут только женщины.

— Видимо, что-то сбилось в паутине времени. Тебе ведь она нужна?

Даша кивнула.

— Мы поможем тебе. Но сначала надо научиться вязать, хоть ты и девочка. Вечером вернутся мужчины, они покажут, как надо. А сейчас пошли готовить рыбу.

— Эх, я бы тоже поела, — Даша сглотнула слюну.

— Треска, угорь, лосось?

— Всё!

Ида хмыкнула и поставила на стол съестное. Подкрепившись, Даша принялась помогать хозяйке с нехитрой готовкой, прибираться и сматывать пряжу. А вечером вернулись с уловом муж хозяйки — Агвид и старшие сыновья. Обсохнув и поужинав, они взялись за иглы.

— Но ведь вы устали! — воскликнула Даша.

— Вот мы и отдыхаем, — пожал плечами Агвид, — знаешь, как расслабляет. Учись, — добавил он, кивнув на лежащие рядом иглы и моток шерстяных ниток.

— А как? — Даша с опаской глянула на пряжу.

— Давай покажу, — засмеялся один из сыновей и ловко начал перебирать пальцами: девочка с трудом успевала запоминать мудрёные действия. — А теперь пробуй.

Сначала Даша только запуталась в нитках, но постепенно что-то стало выходить. Мальчик показал самый простой способ вязки, и весь вечер гостья колола пальцы и мучила нити.

— А обязательно вывязывать тщательно? — Даша покосилась на Агвида. — Или как получится?

Она показала свою криво связанную полосу с вытянутыми петлями.

— Ха! — Агвид присвистнул. — А ты станешь носить такой шарф?

Даша в недоумении вскинула брови: а причём тут она? Она считала, что её задача просто научиться связывать нити, но не носить же такое.

— Нам не хочется ходить в неряшливой одежде, — рыбак подмигнул. — Наверное, и тебе тоже. Поэтому надо стараться, чтобы приятно было носить.

Даша вздохнула и принялась исправлять огрехи. И когда связала ровное полотно размером с носовой платок, ощутила себя героем.

— Всё, я связала паутину времени? — обрадовалась Даша.

Агвид даже растерялся:

— Что?

— Мне домой попасть надо. Ида сказала, нужно вязать.

— А, понятно. Вязать надо тёплые вещи: путь-то не близок, а мы тебе поможем. И подскажем, где паутина времени.

В этот момент дверь приоткрылась, и вместе с ветром в проём просунулась седовласая голова мужчины. Он хотел войти, но, глянув на Дашу, замер.

— Вечер добрый, соседи, — пробасил он. — Неужели дела ваши настолько плохи, что вы посадили за вязание юную гостью?

— И тебе добрый вечер, Йон. Проходи, — пригласил мужчину Агвид. — Эта девочка вяжет для себя.

— Проходить не стану, — покачал головой Йон, пристраивая в углу какой-то мешок, — а рыбу оставлю. И юной мастерице скажу: странно видеть девочку за вязанием. Но коли сумеешь понять радость труда — далеко пойдёшь.

Даша вздохнула и показала исколотые руки:

— Какая уж тут радость! Му́ка одна.

— А это как ты смотреть будешь, — сквозь бороду улыбнулся Йон, — что ты будешь видеть в петлях: морские волны или колючую шерсть, тёплый платок или бесполезную тряпицу.

— Что-то я вас не понимаю, — потупилась Даша.

— А вот когда поймёшь, тогда и радость придёт. Тёплого вечера, соседи, — Йон махнул рукой и вышел. А Ида вытряхнула из принесённого мешка рыбу и принялась чистить.

— Он принёс вам рыбу? Зачем? — удивилась Даша.

— Йон меняет её у нас на тёплые вещи, — Ида кивнула на шарф, который довязывал средний сын. — Сам-то он уже плохо видит.

— Но у вас же своя рыба есть.

Агвид закончил свитер, внимательно его оглядел и отложил в сторону.

— Почему бы не сделать доброе дело для соседа? — пожал он плечами. — Труд только для себя портит человека. Важно делать что-то полезное и для других. А сейчас спать.

Утром, когда солнце пробралось в рыбацкую лачугу, Даша увидела, что мужчин нет, только Ида колдовала у огня. Пожелав ей доброго утра, Даша принялась за вязание. Руки болели, спина ныла, глаза щипало. «Адский труд, — подумала Даша. — А ещё говорят, успокаивает».

А что нужно связать? Шарф? Свитер? Так вон они лежат, Агвид с сыновьями только закончили. Может, и не мучиться, просто взять и убежать? Сколько она времени потеряет, пока сама научится. А тут раз — и готово. Ида не увидит, она занята едой.

Даша подошла к обновкам и потрогала руками. — Нравится? — оглушил вопрос Иды за спиной.

Даша вздрогнула.

— А, да, ага, — запинаясь, ответила она.

Ну вот, не вышло. Или нет? Ида подхватила бельё и пошла на море полоскать. Какой момент! Даша дёрнулась, но осела: нет, так нельзя. Морякам вещи нужнее, им в студёном плавании без тёплого никак. Неужели придётся самой?

Поковыряв немного иглой и измяв пальцы, Даша не выдержала: нет, это невыносимо! У неё ничего не получится, только драгоценное время теряет.

Даша кинула вязание на пол и вылетела из лачуги.

Глянула на Иду, полощущую бельё в стылой воде, и буркнула:

— Пойду искать паутину времени. И без тёплых вещей обойдусь.

Она осмотрелась: справа — ледяное море, которое то и дело норовит затянуть в бездну, слева — горы, у их подножия — лес. Море надо обходить стороной, а в лесу страшно. Но разве есть выход?

Наверняка между деревьями распласталась паутина. И Даша торопливо направилась к мрачным зарослям… Чёрная кошка куда-то исчезла.

Чем быстрее Даша приближалась к лесу, тем страшнее становилось. Вдруг из-за кустика выскочил зверёк, похожий на медвежонка: пушистый, но худенький, с длинным хвостом и настороженным взглядом.

— Ты кто? — Даша кинулась навстречу.

Зверь фыркнул и попятился. Даша замерла, а зверь ощерился, показав острые зубы.

— Ты что! Я тебя не обижу. Ты разве не понимаешь меня? Странно, а паук понимал, — растерялась Даша и сделала шаг вперёд.

Ох и зря она это сделала: новый знакомый рыкнул и приготовился к броску.

— Это не медвежонок! — завопила Даша и кинулась прочь.

Она неслась, не разбирая дороги, ломая ветки деревьев и запинаясь о корни. Наконец остановилась и поняла, что заблудилась. Никакой паутины не было и в помине, только ветер свистел, обрывая сучья. Что делать? Даша прислонилась к стволу ели и заплакала.

Но тут в одной из небольших скал она увидела расщелину: нет, это вход в пещеру! А кто не любит пещеры? Даша тут же забыла об опасности и кинулась к каменному своду. Она нырнула внутрь и обомлела: перед глазами открылся мраморный зал. Стены переливались, как воды на солнце. И только Даша коснулась перелива, как вдруг мимо мелькнула чёрная тень, похожая на кошку, а позади посыпались камни и раздались шаги, но тяжёлые. Она тихо ойкнула и бросилась вглубь пещеры. «Только бы не упасть, только бы не упасть», — стучало в голове.

Даша мчала вперёд, а дневной свет безнадёжно отставал. Наконец она выдохлась. Прислонясь к влажному своду, Даша увидела на противоположной стороне тени. Или не тени? Рисунки! Там чернели рисунки, напоминающие птиц, а рядом — закорючка, похожая на букву «Я», только в зеркальном отражении.

— Вот это да, — пролепетала Даша и вытерла рукавом пот со лба. — Что бы это значило?

Девочка подошла ближе, чтобы рассмотреть изображения, но тут снова раздались шаги, и она кинулась прочь. Даша ворвалась в непроглядную темноту: стена, поворот, ещё поворот, резкий свет, обрыв!

Вот и упала! Девочка лежала, уткнувшись носом в мох, ныла нога и мелькали мысли: «Что это было? Что за пещера? Кто в ней живёт? Это художник, который рисует на камне?»

Усилием воли она перевернулась, смахнула с лица зелёный мох и увидела пару больших внимательных глаз: благородная северная лань изучала незнакомку. Девочка нервно сглотнула, приподнялась и огляделась: обрыв оказался небольшим, скала, из которой она выпала, тоже. Кругом лес и красавица лань. Кое-как Даша встала на ноги и протянула руку, чтобы погладить её. Но тут на плечо легла тяжёлая ладонь.

— А-а-а! — что есть мочи завопила Даша и рванула, не оборачиваясь, куда-то в лес.

Лань тоже кинулась следом, мигом догнав и обогнав девочку, мысли которой просто толкали друг друга: «Что происходит? Кто за мной охотится? Почему лань бежит со мной? Почему я не обернулась? Там бандит?»

Даша закрутила головой, запнулась и кубарем покатилась в какую-то яму: ну вот, опять упала. Не успела она опомниться, как тут же кто-то схватил её за шиворот и вытащил наружу.

— Ты зачем убегаешь? — услышала она голос Агвида. — Ноги решила переломать?

— Вы? Фух, а я думала, бандит какой.

— Кто такой бандит? — не понял тот.

— Это, м-м, — Даша задумалась, как объяснить, — это чужой и опасный, плохой человек. А почему вы не окликнули меня?

— В лесу нельзя кричать, хозяин леса не любит шум, — видя непонимание Даши, он отмахнулся: — Я бы всё равно тебя догнал.

— Это да. А лань? Почему она побежала? Почему со мной, а не в другую сторону?

— Она же маленькая, пугливая. Видимо, тут где-то её мама.

— Лань красивая. Не то что эта зубастая зверюга, — Даша сморщилась и изобразила хищника.

— Какая? — напрягся Агвид. — Ты видела росомаху?

— Я не знаю, как зовут эту зверюгу. Поначалу она была такая милая, как медвежонок.

— Этот медвежонок может разорвать в клочья даже волка. Росомаха — одно из самых опасных животных, идём скорее отсюда, — Агвид взял Дашу за руку и повёл прочь — к рыбацкому дому.

Даша вздохнула: побег не удался, паутину не нашла. «Свяжу хотя бы шарф», — подумала она. Но к вечеру был готов ещё один носовой платочек. «И что мне с ним делать? Ничего я не умею!» — Ковалёва разрыдалась.

— Ну тише, тише, научишься, — успокаивала её женщина. — Не всё сразу. Посмотри на эти переплетения, — Ида показала на только что связанный мужем тёплый свитер. — Их придумали в наших краях, ведь они так похожи на верёвки рыбаков, которые сплетаются в удачу. А эти волны и цепочки — дорожки, что вьются по утёсам. Иглой можно связать всю нашу природу.

Ида рассказывала легенды, и они оживали в Дашином воображении. Она представляла на своём платочке горы и реки. Конечно, у бабушки на шарфе волны и цепочки немного иначе выглядели, а косы и подавно, ведь она вязала спицами. Но до чего красиво звучит.

Решено! Она научится вязать во что бы то ни стало. Девочка схватила пряжу и принялась за работу.

Двадцать дней трудилась Даша, двадцать вечеров трудилась рыбацкая семья. На двадцать первый всё было готово: носки, шапка, шарф, который собственноручно связала Даша, и свитер, подаренный Агвидом.

Пока Даша вязала шарф, она поняла, что вещь, связанную иглой, невозможно распустить, как невозможно изменить слово, сказанное однажды. И рабочая нить тут такая короткая, что постоянно приходится её соединять, как разорванную паутину. Она вспомнила бабушку: теперь она уж точно никогда не скажет, что вязание — глупость.

— Теперь можно и к паутине времени идти, — подмигнула Ида. — Дальше тебе нужно найти нечто, что ты страстно захочешь сделать, — это и будет пропуском в следующий мир.

— Какое нечто? — Даша ничего не поняла.

— Никто не знает, что это будет, — ты сама поймёшь. А ещё нужно выполнить чьё-то желание. Иди. На ближнем полуострове есть заброшенный рыбацкий причал, там-то ты и найдёшь паутину времени.

— А море? Оно меня не проглотит? Оно отпустит домой? Мне снился сон, что к морю нельзя. — Даша выжидающе смотрела на Иду. — Я ведь научилась вязать, как мне велел паук.

Ида лишь улыбнулась:

— Море — страж. А паутину времени иглой не вяжут. Тебе предстоит кое-что другое. Всё узнаешь, не торопись.

Даша помялась некоторое время, но не выдержала:

— Та иголка, что вы искали, она на берегу, где мы познакомились — у валуна. Я просто не знала, что она вязальная.

— Возьми себе, значит, так надо, — Ида притянула Дашу.

А Даша чуть не расплакалась: вроде и домой хочется, но она так прикипела к этой заботливой дружной семье. Она на минуту уткнулась в плечо Иды, утёрла носик, махнула рукой и вышла на каменистый берег.

Забрать иглу, а потом? Куда теперь отправит паутина?

Даша глянула на скалу, которая хранит странные знаки, и отвернулась. Величественные волны, одетые в пушистые пенные шапки, поднимали крохотные рыбацкие шлюпки.

— И как рыбаки не боятся? — вслух удивилась Даша. И, стянув шарфик, помахала.

Ей не ответили. Только жёсткий северный ветер толкнул девочку в направлении соседнего причала и, выхватив шарф, понёс его вдоль берега, по которому семенила чёрная кошка.