Перепутали спальни. Отец подруги

Глава 20

Злата

На посиделках у Никиты Громова мы с Борей не рисковали и вели себя как подруга Лизы и ее отец. Ничего более. Спалиться было бы стыдно, еще и мачеха Ника на меня то и дело поглядывала.

Так что день вспоминаю как скучный. У Дениса и Таши какие-то свои дела были. Лизка вдруг решила давать Громову советы по дизайну дома и территории. Он сам просил, конечно. Но она уж слишком яростно взялась. В итоге как будто забыла, что я приехала с ней, как бы.

Я не обижалась, мне даже забавно было. Но кисла одна.

Думала, хоть после поболтаем с ней про Громова. Но Лиза сказала, что он зануда и не стоит того. Чего они тогда полдня вместе делали?!

Впрочем, к чему вспоминать прошлое? Ведь прошло уже недели три. И своих забот, как говорит бабуля, полон рот.

Я ей сообщила, кстати, что у меня появился бойфренд. Надо было объяснить свои отлучки из дома. Так как и Лиза вернулась, мы с Борей много времени проводим у него в загородном отеле. В том, где прошел наш первый раз.

Раньше он там мало появлялся, и сотрудники не в курсе про его привычки и личную жизнь. Не знают его дочь. Поэтому бываем там, а не в его любимом отеле, где познакомились.

А сама Лиза как же? В старые времена она бы махом вычислила, что я частенько не ночую дома, не так быстро могу ответить на смс или трубку взять. О встречах теперь договариваюсь заранее.

Но сейчас ее внимание немного сместилось. Вернее, не немного.

Громов… Красавчик-блондин вывел мою подружку из равновесия. Только и делает, что вспоминает о его разговорах и фырчит в его сторону. А еще Таша пригласила ее и Никиту в свидетели на свадьбу. Теперь Лизка думает только об этом!

С Борей я про это молчу. Вообще странная жизнь пошла… Не говорю Лизе про отношения с Борисом, ему стараюсь не растрепать случайно ее секретики. Меня то и дело накрывает чувство, что жизнь и сама меняется. Это пугает. Но в то же время этого не избежать. Все будет по-другому, и прошлое останется позади.

Или мы расстанемся с Тахановым, и все откатится назад?

— Долго я так не протяну! Говорю серьезно!

Борис кипятится, защелкивая за своей спиной задвижку на двери. Мы в туалете ресторана, на свадьбе.

— Ну не сейчас же всем объявлять! — хихикаю. — Нельзя забирать внимание у невесты.

Мой "медведь" сгребает меня в объятья, целует шею. От горячего прикосновения губ по телу проходит волна удовольствия. Про что мы там говорили?..

— Надо решаться, Злата! Я тебя люблю и не хочу больше скрывать!

Замираю в его руках. Он сказал на эмоциях, тяжело дышит. Взгляд мечется. А я хочу видеть его глаза.

— Ты меня…

Он, наконец, смотрит на меня. Произносит спокойнее, чуть сдавленно.

— Я люблю тебя. И мне сложно.

Понимаю его трудные чувства. Но не могу сдержать улыбку. Опускаю глаза.

— Я тоже тебя люблю.

Не знаю, вмещает ли это слово весь спектр моих эмоций к нему. Но я думаю, это любовь. И хоть страшно, решаюсь признаться.

— Пора завязывать с маскарадом!

Свадьба Таханова, что называется, добила. Столько романтики и конкуренции одновременно. Хоть я и корчила противозачаточную мину каждому парню, кто пытался мне улыбнуться. Друзья Дэна точно решат, что я "того". Слава Богу, Лиза полностью занята Ником. Сейчас они вообще уже уехали.

— Поедем тоже домой, — делаю бровки домиком.

— А у нас есть дом?!

Да уж, господин Таханов и правда на грани.

— Так говоришь, как будто мы десять лет скрываем! — тоже начинаю раздражаться. — И вообще, не о таком я мечтала признании в любви!

Дую губы совершенно искренне.

— Уезжаем отсюда!

Хорошо, идти на парковку нам надо порознь.

Шагаю медленнее, чтобы Таханов успел открыть машину и сесть. Потом ненавязчиво юркну к нему. Близких знакомых на вечеринке уже не осталось. Вряд ли нас кто-то заметит.

Так и происходит. Как шпионка сажусь рядом с водителем черного джипа. Машина тут же трогается.

Мы с Борисом молчим. Я один раз кидаю взгляд вбок — сосредоточен на дороге, чуточку хмурится. Ну и пускай. Снова надуваю губы и не смотрю на него больше.

И каково же мое удивление, когда Боря внезапно решает съехать с дороги. Спускается на какой-то второстепенный проезд от шоссе. Заезжает в редкий лесок, или как это назвать. Что вообще происходит?!

Таханова я прекрасно знаю и не боюсь. Вроде бы… Но сердечко подскакивает вверх, в животе что-то сжимается. Я волнуюсь.

— Куда мы приехали? — стараюсь держать ровный тон.

— Иди сюда, — в ответ железное.

Куда сюда?.. Хочется спросить. Но не успеваю даже пикнуть, когда Таханов отодвигается вместе с сидением назад и под мышки утягивает меня к себе на колени. Садит на них верхом. Лицом к лицу. Узкий подол моего платья скатывается куда-то к талии.

— Боря! — выдыхаю.

Он тоже вздыхает глубоко.

— Хочу тебя.

Фраза, как спусковой крючок. Низ моего живота простреливает возбуждением. Через летние мужские брюки чувствую физическое подтверждение его слов. Бугор упирается прямиком в мою промежность. Трусь о него инстинктивно.

Это непривычно, даже как-то грязно. И безумно горячо.

— Нас здесь не увидят? — уточняю робко.

А голос дрожит совсем не от страха.

— Нет! — громыхает.

Да, вокруг темно и совсем нелюдимо. И звуки шоссе притуплены.

Таханов берет мое лицо в свои ручищи, и я перестаю вертеть головой. Смотрю в его глаза. В машине включен свет. Они мерцают колдовским зеленым.

— Ты моя! — говорит сердито.

Как будто кто-то спорит! Хотя…

— Я своя собственная! — задираю подбородок.

— Отшлепать?

Прикусываю губу… Верхом на его члене, хоть и через одежду, так сложно сохранять независимость.

— Лампочки выключи для начала, — хитро щурюсь.

Таханов слушается. Ночь лунная, и я все равно его неплохо вижу. Но так мы не будем светиться издалека со всем происходящим внутри машины.

— Я не твоя собственность, Борис, — провоцирую, — а вот ты только мой…

Впервые говорю ему это слово. Сколько раз так думала про себя… Но вслух — ни разу.

— Все-таки, тебя нужно отшлепать…

Под тонкое вечернее платье я надела трусики танга. Так что мои "булочки" ничем не защищены. Мужская ладонь со шлепком опускается на одну из них. Легкая боль обжигает на пару секунд и вспыхивает возбуждением внизу живота. Борис сжимает ягодицу.

Шлеп… Вторая рука. Ахаю. Трусь о него.

— Тебе не кажется, — наклоняюсь к его уху, — что мы уже не в тех отношениях, чтобы заниматься петтингом.

Небеса! Я сказала подобное слово?! Сказала вслух и мужчине? И самый шок — я не краснею!

— Мне начинает нравиться этот вечер. Будешь сверху?

Задыхаюсь от возбуждения. Мы были близки много раз, но так открыто это не обсуждали. Обычно Борис просто доминировал и учил меня.

Мне это безумно нравилось и будет нравиться, да. Но сейчас эмоции очень острые.

Верх над опытным мужчиной я не возьму и не собираюсь. Однако выступить активным партнером… Как будто переход на новый уровень.

— Буду… — выдыхаю жарко.

Борис издает нетерпеливый рык.

Расстегивает ремень, ширинку. Из темных боксеров высвобождает упругий член. Тот вертикально встает, прижимаясь к моему животу.

Мне больше не нужны прелюдии. Я даже физически чувствую, что мокрая. Тонкие трусики пропитались насквозь, сдвинуть их — пара пустяков. Облизываю губы.

— Борь, защита, — напоминаю.

Все же слово «презерватив» пока для меня слишком. Хоть и применяли их много раз по назначению.

Я хотела начать пить таблетки, ведь партнер у меня постоянный и никуда деваться не собирается. Но доктор сказала, что не рекомендует такой способ защиты для меня. У меня и так недавно были сбои в цикле. Это может аукнуться в будущем.

Боря выслушал про риски и сказал, что моим женским здоровьем мы пренебрегать не можем. Закупился презервативами, они у него насованы везде.

— Дьявол… Ничего нет, — мужчина пошарил в бардачке.

— Тогда…

— Я успею!

Глупо, знаю. И очень ненадежно. Но мы просто не в состоянии логически думать от возбуждения. Обоих трясет.

— Ладно…

Таханов рычит, получив разрешение.

Снова берет за мои ягодицы, помогает приподняться. Двигает трусики. Задевает ребром пальца клитор, от чего я сипло стону. Но все же его руки, это не то, чего я хочу так остро.

— Садись на него сама.

Головка у губок… Я упираюсь коленями в сидение, между них бедра Бориса. В сумраке поблескивают его глаза. Руки мужчины на моей заднице — держат, страхуют.

Начинаю медленно опускаться и вбирать его в себя. Потрясающе. Его плоть скользит по стенкам, наполняет. И к этой физической ласке примешиваются эмоции. Я сверху, на нем… Инициатива за мной, и в то же время я в его руках. Он дает мне свободу, но если что, подхватит.

Чувствую предел и снова поднимаюсь. Таханов ловит губами сосок, который оказывается у его лица. Засасывает туго. Кусает.

— Мм… — откликаюсь.

Пальцы на моей попке сильнее сжимаются.

Я вновь опускаюсь на нем вниз. Замираю, смакуя чувство наполненности. Кружу немного бедрами, как будто танцую.

— Прелесть моя… — Таханов рычит.

Судорожно пробегается пальцами по моей спине вверх. Одной рукой стискивает грудь.

От сильной ласки внутренние мышцы сжимаются вокруг члена. Это пока не оргазм, но я ахаю. Шумно вздыхаю.

— Боря!

Обвиваю его шею руками, приподнимаюсь. Мужчина возвращает руки на мою попку, сжимает ягодицы, и сам некоторое время двигается во мне. Ритмичные толчки. Касание бедер. Мы оба тяжело дышим и покрываемся испариной.

— Хочешь снова сама?

— Да…

И вновь я объезжаю своего элитного жеребца. Он хрипло стонет, ласкает мою спину, щиплет соски.

Эта смесь сильных эмоций и чувств в какой-то момент выгибает меня оргазмом. Я с такой силой сокращаюсь на нем. Меня выбрасывает из реальности. И когда прихожу в себя, то понимаю… Во мне слишком много влаги.

— Боря… — зову любимого. — Ты же…

— Прости, это было слишком сильно, — выдавливает из себя.

Он кончил внутрь… В меня. Не знаю, как обсуждать такое. И что я теперь должна делать? Мне нужно срочно выпить таблетки?!

Чувствую, что начинаю дрожать. Он все еще во мне, и как обычно в такие моменты я ощущаю себя открытой и беззащитной до невозможности. Не разреветься бы!

— Как же… — только и могу сказать.

Мужчина быстро гладит меня по голове.

— Прелесть моя… Ты не хочешь от меня детей?

Детей?!

Можно ответить — мы еще встречаемся тайно! Но с другой стороны, а чья в этом вина? Чья инициатива? Моя.

— А ты хочешь детей? — я все же всхлипываю.

— С тобой? Конечно, — ни минуты не сомневается.

Фу-ф… Не факт, что будет что-то от первого раза. Вон Таша была несколько лет замужем, а так и не забеременела. Пока нет повода разводить сырость.

— Достань полотенце, — шепчу мужчине.