В глубь Памира

Великая Октябрьская социалистическая революция положила начало социалистическому переустройству среднеазиатских советских республик. На их территории начались большие работы по восстановлению и расширению ирригационных систем.

В междуречье Сырдарьи и Амударьи создавалась сеть новых оросительных каналов. Началась индустриализация районов, которые в прошлом были отсталыми окраинами России. В связи с этим огромное народнохозяйственное значение приобретало исследование Памира. Горные ледники — это огромные естественные водохранилища больших и малых рек Средней Азии, источники жизни полей, виноградников и садов. От изучения ледников Памира зависело, таким образом, благосостояние и дальнейшее развитие среднеазиатских республик. Географы, метеорологи, ботаники, зоологи и представители других областей советской науки были призваны разгадать тайны Памира и поставить скрытые от человека его богатства на службу советскому обществу.

Новой крупной вехой в изучении Памира считается 1928 г. — год организации комплексной экспедиции Академии наук СССР. Работы экспедиции Академии наук должны были принять необычайный для того времени размах: в ее состав входило более ста сотрудников, в том числе двадцать шесть ученых-специалистов различного профиля. По приглашению Академии наук СССР в состав экспедиции вошла также небольшая группа немецких ученых из германского Общества содействия развитию науки.

Основной задачей, стоящей перед первой советской экспедицией на Памир, было географическое обследование высочайших хребтов Западного Памира, ограничивающих область ледника Федченко.

Существовало предположение, что огромные вершины, которые были видны к западу от оз. Каракуль — их цепь лежала где-то в области ледника Федченко, к югу от р. Муксу, — составляют меридиональный хребет, носящий название Сельтау. Экспедиция должна была обследовать этот меридиональный хребет, проникнуть в область «белого пятна», лежащего к западу от оз. Каракуль, и отыскать перевалы, соединяющие Восточный Памир с правыми притоками Пянджа.

На основании работ экспедиции предполагалось составить первую научно достоверную карту еще не исследованных областей Памира. Поэтому особое внимание было уделено топографической и геодезической частям экспедиции. При съемке труднодоступных высокогорных областей должен был быть применен фототеодолитный способ, позволяющий составить сравнительно точные карты местности при значительной экономии времени и сил. Впервые в работе экспедиции приняли участие опытные альпинисты. Они были в составе немецкой группы и среди советских исследователей. Принимавшие участие в этой экспедиции О. Ю. Шмидт и Н. В. Крыленко уже имели к тому времени опыт горовосхождений.

Первые отряды Памирской экспедиции Академии наук, выступив из Оша, после десятидневного похода прибыли к оз. Каракуль. Отсюда они должны были повернуть на запад, к урочищу Кокджар, уже посещенному первыми русскими исследователями Памира, и оттуда проникнуть в верховья ледников долины р. Танымас, уходивших в глубь «белого пятна».

Одновременно с исследованием Западного Памира было решено развернуть работы в более доступных районах Восточного Памира, примыкающих к Заалайскому хребту. Точные карты этого района должен был составить топограф экспедиции И. Г. Дорофеев. На него была возложена задача произвести инструментальную топографическую съемку тех труднодоступных участков высокогорья, которые не попадали в поле зрения объектива фототеодолита.

И. Г. Дорофеев совместно с профессором Н. Л. Корженевским начали продвигаться в глубь оледенений Заалайского хребта со стороны Алайской долины. И. Г. Дорофеев нанес на карту открытый Н. Л. Корженевским в верховьях ущелья Джанайдар ледник (впоследствии — ледник Корженевского). Вскоре топограф догнал основной отряд экспедиции у оз. Каракуль, а затем отправился вверх по р. Караджилгасай, одной из рек, впадающих в Каракуль с запада: ее долину до этого не посещал ни один из исследователей Памира.

И. Г. Дорофеев и его спутники — трое рабочих, занятых подноской инструментов, а также караванщик — продвигались к верховьям реки. По мере подъема трудности съемки все возрастали. Ежедневно после полудня начинались ветры. Поток холодного воздуха с ледников Заалайского хребта со страшной силой устремлялся вниз по ущелью, тучи песка застилали глаза, мелкие камни, поднятые ветром, били в лицо и руки. В распоряжении Дорофеева не было легких палаток, спальных мешков и продовольствия, предназначенного для высокогорных походов. Это обрекло группу топографа на непредвиденные лишения: не раз во время похода в верховья р. Караджилгасай ему и его товарищам приходилось ночевать под холодным звездным небом, на ветру, закутавшись в полушубки.

Но обследование продолжалось. Оказалось, что верховья р. Караджилгасай, имеющей длину около пятидесяти шести километров, вовсе не примыкают к главной вершине Заалайского хребта, как это было показано на старых картах Памира, а отделены от нее хребтом Зулумарт. Исследователи обнаружили, что к ледникам Заалайского хребта на север ведет долина р. Кокчукур, левого притока р. Караджилгасай. В семи километрах от ее устья И. Г. Дорофеев обнаружил значительный, сильно разветвленный ледник, который начинался на вершинах Заалайского хребта и хребта Зулумарт; язык его, по наблюдениям топографа, оканчивался на высоте 4200 м. Он назвал этот ледник Октябрьским.

Потратив двенадцать дней на обследование долины р. Караджилгасай и всех ее боковых ущелий, Дорофеев, пересекая восточные отроги хребта Зулумарт, направился к основному лагерю экспедиции, где уже развернулись работы по исследованию Танымасских ледников.

Результаты последовавших после этого походов в глубь «белого пятна» Западного Памира, в которых активное участие принял и И. Г. Дорофеев, превзошли самые смелые ожидания. Исследователи не обнаружили меридионального хребта Сельтау, на карты района был нанесен сложный горный узел, найдены и впервые исследованы верховья ледника Федченко. С помощью альпинистов были пройдены легендарные перевалы Кашалаяк, Абдукагор, Язгулемский и Танымас, которыми в давние времена жители Памира проходили из верховий притоков Пянджа в верховья рек Муксу и Танымас. На первую карту этого обширного района был нанесен весь ледник Федченко и свыше двадцати ответвлений, длина которых доходила до двадцати километров.

Памирская экспедиция Академии наук СССР 1928 г. исследовала и Заалайский хребет; из Алайской долины была произведена фотограмметрическая съемка этого хребта. В результате этой съемки, а также ранее произведенных Дорофеевым исследований была составлена карта, на которой орография Заалайского хребта от перевала Кызыларт до перевала Терсагар, включая и те области, которые до этого времени не посещались исследователями, была дана достаточно точно. Вершины хребта, не имеющие местных наименований, получили названия: пик Дзержинского, пик Свердлова, Красина, а высшая точка Заалайского хребта, считавшаяся в то время и высшей точкой СССР, была названа пиком Ленина.

Экспедиция 1928 г. проложила путь в высокогорные области Заалайского хребта. Теперь на очередь дня стала задача проникнуть к верховьям его ледников, подняться на вершины хребтов, и прежде всего на его высшую точку — пик Ленина. Восхождение на эту вершину, превышающую 7000 м над уровнем моря, было одновременно и увлекательной спортивной целью. В то время восхождения на подобные пику Ленина семитысячные вершины удавались лишь немногим альпинистам мира; значительная часть попыток заканчивалась безрезультатно и даже сопровождалась гибелью альпинистов.

Загрузка...